читать подарок для повелителя
Читать подарок для повелителя
Глава 1. Кров и Кровь.
«Рэн! Где тебя носит? Ты должен был приехать уже неделю назад. [Хм, а я и не знал, учитывая то, что ехать к деду я решил в последний момент, а до этого собирался навестить приятеля и поехать с ним в Нирлем, но он сломал ногу, а одному тащиться до столицы не захотелось, вот и нагрянул без предупреждения к деду]. Я уехал на симпозиум, а ты будь добр заготовь травы (список прилагается), а то я по твоей милости всю зиму буду без запасов! [Знаю я его симпозиум, соберутся старички где-нибудь в кабачке и будут под вишневую наливку вспоминать бурную молодость, а я тут батрачь в поте лица]. НЕ ВЗДУМАЙ УЕХАТЬ, НЕ СОБРАВ ТРАВЫ! Любящий тебя, дед Назар».
Подавив в зародыше мысль о позорном бегстве, я решил взглянуть на список. Его поблизости не оказалось, на столе лежала записка, стопка черновиков, какие-то склянки… Обрадовавшись, что дед, наверное, забыл или не успел составить список, я рухнул в свое любимое кресло. Интересно, над чем дед так остервенело трудился, что забыл нагрузить меня работой? Любопытство одержало верх над совестью, и я нарушил-таки этикет, согласно которому читать чужие записи без разрешения категорически возбранялось. С ужасом осознал, что это не очередной безумный проект деда, а список трав с подробными указаниями, что и как надо собирать.
Вместо кружащих голову развлечений столицы, я дышал свежим воздухом в приграничном лесу, рыская в поисках нужных корешков, листьев, цветочков и так до бесконечности. Я, конечно, мог бы уехать домой, и ничего бы мне дед не сделал. Строго говоря, он вовсе и не дед мне, просто он раньше работал в замке лекарем и по совместительству моим воспитателем.
Подарок для Повелителя (1-3) (6 стр.)
— Кровь пустить? — от неожиданности брякнул я.
— Кому? — от всей души надеюсь, что не мне. Парень опешил.
— Как кому? Себе — ясное дело. А ты что подумал? — подозрительно покосился парень.
Парень покраснел: — У старосты дочка есть — Марыська. Нравится мне она, — и, посмотрев на меня, он смутился еще сильнее и уточнил. — Очень.
— В том-то и дело, — парень расстроено пожал плечами. — Я ее завтра на ярмарку пригласил.
— Она согласилась. Кажись.
Парень замялся и сообщил, что девушка сказала, что если ее строгий батюшка отпустит ее, то она не против:
— Только батюшка ее тут не причем. Не нравлюсь я ей. А она добрая — не хотела меня отказом обидеть.
— Ну, а от меня чего ты хочешь? — не выдержал я.
— Как что? Кровь пустить.
— У старосты дочка есть… — по второму кругу завел парень. Он что речь свою наизусть выучил?
— Так. Стоп. Если я тебе пущу кровь, то старостина дочка будет к тебе как-то по-другому относиться? — я окончательно запутался.
— В том-то и дело! — обрадовался парень. — После кровопускания организьм омолодится и… Короче я тоды буду красивым. Хоть немножко.
— С чего ты это взял? — думаю парню нужно не кровопускание, а побольше уверенности в себе.
— Так ты сам давеча Валенту говорил? — я мысленно застонал. Если бы я еще помнил, что я там вчера наплел.
— Да ты и так вроде ничего… — Конечно, я привык к более аристократическому типу внешности, но парень был вполне хорош собой: высокий, плечистый, голубоглазый и светловолосый.
— Так бы сразу и сказал, что не хочешь мне помочь. Ну, тогда я сам… — Парень развернулся и решительно зашагал прочь. Ну вот. Теперь хочу я этого или нет, придется «помочь» ему, а то он сдуру еще и помрет от потери крови, а у меня тогда действительно будут проблемы. Да и парня жалко.
Через полчаса я уже сливал кровь во фляжку. Ну что ж, неплохо. Эльфу просто катастрофически повезло. Мне было немного стыдно за то, что я невольно обманул парня, и чтоб как-то загладить свою вину, решил помочь ему советом:
— Ты когда пойдешь завтра к своей Марысе, букет ей нарви, и скажи, что она сегодня чудесно выглядит.
— Я так не смогу, — протянул парень.
— Что не сможешь? — накинулся на него я. — Букет нарвать?
— Я когда ее вижу, то все слова теряются куда-то. Она меня спрашивает: «Чего молчишь?» А я и не знаю, что сказать…
— Ты в следующий раз скажи, что ты сражен ее красотой и поэтому потерял дар речи. — Парень неуверенно улыбнулся.
Пересилив себя, я пошел, наконец, забрать свою сумку. Полянка неожиданно не произвела на меня никакого впечатления, ничто не напоминало о жутком происшествии. Человек, проходивший мимо, и не заподозрил бы, что буквально два дня назад… Меня передернуло. Взгляд зацепился за холмик взрытой земли(?). Не знал, что здесь водятся кроты. Какие кроты? Никаких кротов в радиусе тут отродясь не водилось. Значит, здесь недавно что-то прикопали. Интересно зачем? Если неизвестный хотел что-то спрятать, то сделал он это слишком неумело. Хотя… если бы я не полез в кусты за сумкой, то точно бы прошел мимо. Я не удержался и стал раскапывать кучку. Надеюсь, что это не зверь какой спрятал тут кость или что похуже. С моим везением я с уверенностью мог рассчитывать на то, что невесть откуда взявшаяся тут собака присыпала за собой… Конечно, больше похоже, что эта кучка результат человеческой деятельности — слишком ровная — но что мешает человеку присыпать за собой…
Рука неожиданно наткнулась на что-то холодное. Углубив ямку, я смог, наконец, вытащить на свет свою находку. Это был старинный (на вид, по крайней мере, я не очень разбираюсь в украшениях) кулон в виде листа. Я таких раньше не видел. Странное украшение, скорей всего это какой-то амулет, иначе зачем было его закапывать в лесу? Вор вряд ли бы стал прятать кулон здесь, а законный хозяин уж тем более. А вот чужой амулет могли вполне зарыть, чтоб нейтрализовать его — со временем лес просто высосет из него всю энергию. И, кажется, я знаю, кто хозяин этого амулета.
— Слушай, эльф. — Насторожившийся при звуках открываемой двери эльф тут же расслабился. Совсем меня не боится! Хотя оно и к лучшему. — Я тут в лесу побрякушку нашел одну занятную. Кулон, лист какой-то странный. Ты случайно не знаешь чей?
Эльф странно дернулся.
— Ладно, если твой, то верну тебе, когда выздоровеешь. — Эльф попытался что-то сказать, но разобрать его хрип я не смог. Он покорно выпил подсунутый ему отвар пустынника, но не оставил попыток заполучить кулон в свои загребущие ручки, — Да не переживай ты так. Потом верну я тебе твой кулон, а пока надежней будет, если он останется у меня. — Эльф горестно вздохнул и устало откинулся на подушки. Этот ушастый совсем мне не доверяет, хотя, по-моему, я пока не давал повода усомниться в своей честности. Ладно, отдам ему, но если он опять его потеряет, пусть потом ничего не говорит. Отыскав подходящий шнурок, я повесил тщательно отчищенный кулон на шею эльфу. Так и есть, кулон оказался амулетом, потому что когда он соприкоснулся с кожей эльфа, камень сверху тускло засветился.
Эх, не догадался я сразу измерить эльфу уши! Вот уже десять минут я пытался понять действительно ли они немного отрасли, или мне просто хотелось в это верить. Видать, эльф почувствовал мой пристальный взгляд, поэтому я поспешил его успокоить:
— Ничего, жить будешь!
Ежедневный поход в деревню становился уже утомительной традицией, только в этот раз я пошел туда вечером, так как проспал до полудня, и не захотел тащиться по дневной жаре. С этим эльфом я точно скоро разорюсь — на повестке дня стояла покупка одежды для эльфа. До сих пор из-за количества бинтов он напоминал мумию, и чтоб лишний раз не тревожить раны и не создавать себе лишних проблем, я не стал его одевать, просто укрыв его одеялом. Но эльф уже шел на поправку, а моя одежда ему явно мала будет.
Увидев несущегося на меня вчерашнего парня, я пообещал себе, что если я переживу эту встречу, то за километр буду обходить эту деревню. Он сжал меня в своих медвежьих объятьях и отпустил, только когда я начал задыхаться.
— Восхитительно! — полузадушено заверил его я.
— Мне кажется, что Марысе тоже понравилось… — парень смотрел на меня счастливыми глазами. — Спасибо тебе, ты, если че, на свадьбу-то приходи — разошелся парень.
Я недолго наслаждался одиночеством: после того как парень убежал (за все это время я даже не удосужился узнать, как его зовут — непростительная грубость с моей стороны), меня окружила целая толпа селян, в основном девушек, но среди них было и несколько мужчин. И всем им, о, ужас, от меня нужно было одно — провести процедуру омоложения и красоты, то есть пустить кровь. Дед точно убьет меня, когда вернется — я потратил всю мазь-основу, так и не собрал половину трав, притащил в дом какого-то эльфа, переболомутил всю деревню, и, что самое страшное, испачкал его любимый плед в крови.
Я еле отбился от желающих омолодиться (скажите мне, ну зачем омолаживаться семнадцатилетним девушкам?), заверив их, что девушкам эта процедура будет вредна и что не всем мужикам полезна. И потом скажите мне, какой мне прок от крови запойного пьяницы, думаю, что у него в венах давно уже течет чистый спирт? (Хотя… надо подумать). Но вот тот мужичок явно здоров как бык, а посему… Я догнал его и, убедившись, что остальные уже разошлись, объявил, что он относится к тем счастливчикам, которым разовая процедура несомненно пойдет на пользу.
Наверно, мне все еще было стыдно из-за того, что я не узнал, как зовут того парня, потому что вечером я стал выяснять, как зовут эльфа. Думаю, что он не в восторге от того, что я все время называю его эльфом. Мне бы вот не понравилось, если бы меня звали человеком. По вполне понятным причинам узнать его имя оказалось весьма затруднительно. Вопрос «А как тебя зовут?» был проигнорирован, тогда я решил перебрать все известные мне эльфийские имена, в надежде, что хоть одно из них будет именем моего пациента. На ум пришло только одно — Виллиниэль. Кажется, так звали героя какой-то баллады, весьма противного, на мой взгляд — парень не пропускал ни одной юбки, не делая исключения и для юбок человеческих, и при этом искренне презирал людей. Ну что ж, выбор у меня действительно небольшой, придется ограничиваться тем, что есть.
— Слушай, эльф. Ты ведь не будешь против, если я буду звать тебя Вилли? — Эльф опешил.
— Ну, это сокращенно от Виллиниэль, по-моему, красивое имя. Ну, так как? Ты ж не против? — Эльф яростно замотал головой.
— Я рад, что ты не против, — эльф кивнул, снова помотал головой, но, поняв, наконец, в чем подвох, прекратил попытки отказаться от сомнительной чести зваться Вилли. — А то я тут подумал, звать тебя все время эльфом не очень вежливо. — Эльф отметил мое коварство возмущенным сопением.
Подарок для Повелителя (1-3) (5 стр.)
Клятвенно пообещав пристроить кровь «Валечки» в надежном месте (а что может быть надежней желудка эльфа!?), я отказался от денег, прихватил собранную еду и заветную флягу и отправился домой.
На полянку я решил не ходить, успею еще — ничего с травами не станет, а эльфу лучше дать очередную дозу лекарства. Я с некоторой опаской дал эльфу это пойло — вот моя кровь явно первосортный продукт — эльф выпил, не поморщившись. Ладно, будем считать, что у него не было сил морщиться. Тем временем я поменял повязки, процесс регенерации шел во всю, мелкие порезы уже затянулись, тело больше не было сплошным синяком, а лицо покрылось кровавой коркой и представляло собой одну большую жуткую ссадину. Я щедро помазал лицо мазью, благо вчера изготовил целую банку. Уши за ночь у эльфа не отрасли, но я на это особо и не рассчитывал, не знаю, может, мне показалось, но его глаза приобрели более осмысленный вид, значит, зрение начинает возвращаться, и в следующий раз перевязывать голову придется практически в темноте.
Не устаю поражаться своим талантам! В критически важный момент во мне проснулся великий повар, и я умудрился сварганить для эльфа обед из 3х блюд: мясной бульон — на первое, мясное пюре на второе и молоко на третье. Подумав, я добавил в пюре мелко крошенную козью ножку, а в молоко толченого мела, попробовав последнее, я долго не мог отплеваться — ничего эльфу понравится, будем зубы отращивать. Меня явно надолго не хватит, потому что делать мясное пюре — занятие не для слабонервных. Кухня в результате моих кулинарных опытов сильно не пострадала, час-два уборки и будет как новенькая! Я говорил уже, что я гений? Так, теперь осталось скормить все это эльфу, хорошо, что он пока не видит, а то вряд ли бы он оценил результат моих усилий.
До этого я обращался с эльфом как бессознательным телом. Нет, я, конечно, не таскал его как мешок с картошкой (прогулка по лесу не в счет), просто от эльфа не требовалось деятельного участия в процессе лечения — я его будил, вливал ему в рот лекарство, он глотал и все. Я, сам не замечая того, стал говорить вслух, комментируя свои действия и ругая эльфов вообще и конкретного в частности. Эльф никак на меня не реагировал, первый и последний раз он обратился ко мне еще на поляне. С тех пор он не только не пытался заговорить со мной, что легко объяснимо, но и вообще не замечал меня. Я специально наблюдал за ним, но он ни поворотом головы, ни каким-либо другим движением не показал, что он меня вообще слышит или тем более понимает.
Кажется, пришло время поговорить. Я сел в кресло рядом с постелью эльфа, и позвал его, тот никак не отреагировал, я слегка похлопал его по плечу. Судя по тому, что эльф вздрогнул, плечо сильно болело. Не хотелось лишний раз причинять ему боль, но надо ж было хоть как-то привлечь его внимание, иначе мне не удастся его накормить. Я попытался еще раз:
— Эльф, если ты меня слышишь и понимаешь, то кивни. — Никакой реакции не последовало. Ладно, попробую объяснить, что мне от него нужно. Может, услышав волшебные слова «еда» и «пожрать», эльф будет более благосклонен и снизойдет до моей презренной персоны.
— Слушай, ты можешь делать вид, что меня не понимаешь, но тогда ты останешься без обеда. А что у нас на обед? Сейчас посмотрим. Так… О! на обед у нас мясо! Много мяса… Слушай, ты хочешь мяса?
Эльф на провокации не поддавался.
— Ой, а как вкусно-то! — я демонстративно начал чавкать у эльфа над ухом. Подобного издевательства эльф уже не выдержал и чуть слышно простонал. Посчитав его стон сигналом к действию, я усадил эльфа в кровати — подняться без моей помощи тот бы не смог.
— Ну что, будешь есть? Ты не говори, просто кивни… — эльф осторожно кивнул. Только сейчас до меня дошло, что требовать от полуживого эльфа кивать в лежачем положении, было проявлением особо жестокого садизма.
Я попробовал бульон — в самый раз уже не горячий, но и непротивно холодный — и дал его эльфу. Мне пришлось довольно долго держать стакан, пока он маленькими глотками не выпил весь бульон. Так, можно считать, что первая победа за мной. Не знаю, стоит ли давать ему сейчас пюре или оставить его до вечера. С одной стороны, людям, которые долго не ели и тем более находятся в полуживом состоянии, нельзя много есть. Но, то люди. Эльфам же во время усиленной регенерации требуется много еды. А что я мучаюсь? Спрошу эльфа.
— Слушай, эльф. Хочешь мяса? — эльф что-то простонал, наверное, решив, что я опять над ним издеваюсь.
— Ну, как знаешь. А пюре-то мясное получилось как никогда вкусным. — Я дал эльфу полминуты, чтоб осознать, от чего он только, что отказался. — А то может, все же будешь? — эльф поспешно кивнул.
— А тебе плохо не станет? Нельзя ж так много есть после голодания. — Отрицательное качание головой. На всякий случай уточнив, действительно ли, он уверен, что хуже ему не станет, я принес миску с пюре и ложку.
Ну и горазды же эльфы пожрать! Я пытался пару раз прекратить кормление, но стоило только эльфу несчастно застонать, как мое сердце не выдерживало, и я с мыслями, что нехорошо отбирать у ребенка конфету, принимался вновь кормить его с ложки. В результате эльф умудрился съесть за один присест почти килограмм мяса, это притом, что до этого он выпил стакан достаточно наваристого бульона! Вообще-то, я надеялся, что мяса ему хватит еще и на ужин, а может и даже и на завтрак: у деда был холодильный шкаф, где он хранил свои зелья, а заодно и продукты, так что пюре прекрасно бы простояло там до утра. Простояло бы, если бы особо прожорливый эльф не съел его на обед.
— Все больше нет! — с этими словами я убрал миску подальше и скептически посмотрел на молоко. — Молоко будешь? — после минутного колебания эльф кивнул. Ишь какой, все ему мясо подавай. Я смешал ложку толченого мела и немного молока и заставил эльфа выпить залпом этот раствор. Эльф закашлялся и обиженно засопел.
— На, запей. — Я протянул эльфу стакан с уже нормальным молоком. — Да не бойся, в этот раз без мела. А что, ты хочешь всю жизнь без зубов ходить? — эльф с подозрением сделал маленький глоток и, убедившись, что я не подсунул ему очередную гадость, выпил весь стакан.
Продуктов я купил на три дня вперед, но такими темпами к завтрашнему дню мы опять останемся без еды. Видимо, придется снова прогуляться в деревню, а пока займемся насущными проблемами.
— Эльф! — тот повернул голову в мою сторону. — Тебя уложить или так посидишь? Уложить? — в последний момент спохватился я. Эльф укладываться не возжелал, и я его прекрасно понимаю. Хотя я б сейчас с удовольствием вздремнул, но кухня зовет. Перемыв всю посуду и наведя относительный порядок, я решительно взялся за приготовление ужина, то есть за сознательное изничтожение двух килограммов отличного мяса. В этот раз я справился значительно быстрее — сказывался мой небывалый опыт в приготовлении этого весьма экзотического блюда — весь процесс занял всего 3 часа. С сомнением покосился на эльфа — не заснул ли тот? Но нет, эльф только настороженно замер, когда я прекратил свою болтовню. Ладно, теперь, по крайней мере, у меня есть слушатель, а то разговоры с самим собой становятся уже привычкой. Может снова покормить его? До ужина еще, конечно, далеко, и никто не собирается устраивать эльфу пятиразовое питание, но, с другой стороны, он сегодня остался без завтрака, а посему я решил, что плотный перекус эльфу пойдет только на пользу. А я в этом кровно (ха-ха) заинтересован — чем быстрей он будет регенерировать, тем быстрей я от него избавлюсь.
Стоит ли говорить, что этот прожора слопал всю еду за один день? Кроме того, я истратил всю кровь «Валечки» и изрядно попортил свою, сражаясь с кухонными приборами.
Глава 3. Простите… А как Вас по батюшке-то?
Увидев меня, здоровый деревенский парень двинул мне наперерез.
— Ты Валенту вчера кровь пускал? — я досадливо поморщился. Когда-то я настоял на сохранении инкогнито, не хотел, чтоб жители окрестных деревень боязливо кланялись мне при встрече, все-таки я приезжал к деду отдохнуть, в том числе и от придворного церемониала. Но кидаться на незнакомого человека и тыкать ему это уже перебор.
— Ну? — набычился парень. Я выжидающе посмотрел на него. Вчера я как-то не учел, что в деревне в тот же день все уже будут знать о проведенном сеансе. Надеюсь, что у него нет ко мне никаких претензий, в противном случае боюсь, что мне не удастся убежать от этого мордоворота.
— Дак я тоже хочу! — обрадовал меня парень, когда я нехотя признался.
— Кровь пустить? — от неожиданности брякнул я.
— Кому? — от всей души надеюсь, что не мне. Парень опешил.
— Как кому? Себе — ясное дело. А ты что подумал? — подозрительно покосился парень.
Парень покраснел: — У старосты дочка есть — Марыська. Нравится мне она, — и, посмотрев на меня, он смутился еще сильнее и уточнил. — Очень.
Подарок для Повелителя
Элинара Фокс, Вероника Лесневская
Подарок для Повелителя
— Ну, что ж, теперь ты можешь входить сюда, когда пожелаешь, — весело сказал Повелитель.
— А раньше не могла? — уточнила я, осматривая богато обставленную комнату.
— Сюда можно входить только женам, — ответил он, улыбаясь.
Я сразу представила, сколько здесь побывало женщин, и мое желание ночевать тут пропало.
Насупившись, выпустила руку Семроса. Он удивленно воззрился на меня.
— Ты чего? — спросил непонимающе мужчина.
— Я не хочу тут ночевать, — проговорила сердито и отвернулась от него.
— Почему? Тебе не нравится обстановка? Завтра мы попробуем изменить ее, — иронично сказал он.
Я фыркнула недовольно и направилась обратно в кабинет. Повелитель недоуменно последовал за мной.
— Элини, в чем проблема? Что так раздражает тебя?
Я резко развернулась к нему, настроение улетучилось — и теперь ревность глодала меня изнутри.
— А ты не понимаешь? — спросила его, ехидно приподнимая свою изящную бровь. Наши глаза встретились, мои метали молнии, а его выражали непонимание.
— Нет, — покачал Семрос головой и пожал плечами.
Выдохнув воздух из легких, я задержала дыхание, стараясь успокоить зверя внутри. Во мне все клокотало от негодования. Неужели он не знает, почему я злюсь, это же очевидно! Но я чувствовала от него только раздражение и непонимание ситуации.
— Как бы ты себя чувствовал, если б знал, что у меня было много мужчин и все они были в моей постели? — спросила его, прямо глядя в глаза.
Его взгляд стал осмысленным, наконец, до него дошли причины моего боевого настроения. Он нахмурился и жестко сказал:
— Твоя ревность глупа. Я — повелитель, у меня есть гарем. Тебе придется с этим мириться.
— Был гарем! — резко поправила его.
Он удивленно округлил глаза и уставился на меня, не моргая.
— В смысле, был? — угрожающе тихо уточнил Сем.
— Я не планирую делить своего мужа с другими, — ответила серьезно. — Тебе придется с этим что-то сделать.
Семрос побагровел от злости, реагируя на мои слова. В его глазах полыхнуло пламя гнева.
— Ты смеешь указывать мне, как поступать? Ты только стала моей женой — и уже получила статус, который ни одна женщина не имела до тебя, а теперь еще хочешь лишить меня гарема? — прорычал он, надвигаясь на меня.
Я попятилась, всерьез опасаясь его тихой ярости. Не думала, что так выведу его своими словами, опять мой язык сыграл со мною злую шутку, но отступать было поздно: что сказано, то сказано.
— Да, я хочу быть единственной женой повелителя! — выпалила ему в ответ, уперевшись при этом попой в стол, который оказался на пути моего отступления.
Семрос подошел ко мне вплотную, уперев руки по сторонам от меня, и буквально впился в меня буравящем взглядом.
— Ни одна женщина не будет командовать мной! — прорычал он мне в лицо. — И ты будешь делать то, что я скажу, а не иначе! Поняла?
Я молчала, пытаясь не дергаться, дыша через раз, мое лицо горело от страха и обиды на повелителя. Почему он такой упертый! Зачем ему другие, если он любит меня! Или не любит? Я ведь не знаю наверняка, а лишь надеюсь на это чувство с его стороны. Опять надуманные мной мечты.
Мысли проносились со скоростью света, я искала ответы на множество вопросов. Меня привел в чувство жесткий поцелуй, что больно смял мои губы. Поморгала, сбрасывая ступор, в котором пребывала все это время, и отвернула голову в сторону, уходя от требовательных губ.
— Отпусти меня, — прошипела, упираясь руками в его грудь и пытаясь оттолкнуть.
— Ты не ответила мне. Поняла? — повторил, хищно улыбаясь, повелитель.
— Да, — просипела я, еле слышно сглатывая слюну.
Когда Семрус был зол, это пугало меня. Я чувствовала его дикую энергию и, как более слабая особь, робела перед ним.
Наконец, он убрал руки со стола, выпуская меня из плена. Я обхватила себя руками, нервно растирая плечи. Сем развернулся и отошел к двери, ведущей в спальню.
— Идем, — приказал он, не оглядываясь, и вошел в комнату.
За месяц до событий…..
— Элини! Элини! — кричала моя мама, безнадежно пытаясь дозваться свою нерадивую дочь, — Ну, где опять бродит эта чертовка! — продолжала она возмущаться, оглядываясь по сторонам.
Я же сидела на высоком раскидистом дереве, которое скрывало меня своей густой кроной. Наблюдала за метаниями матери, вовсе не собираясь показываться ей на глаза. На дереве было большое дупло, где я могла спокойно переночевать при необходимости, а еще я хранила тут свои немногочисленные вещи. На случай побега. Да, я давно планировала побег. Дело в том, что меня собирались выдать замуж, а я уж очень этого не хотела.
Я жила в лесной деревне, скрытой от посторонних глаз. К нам не захаживали чужаки, потому что густая зеленая чаща не пускала их. Мы, дети леса — лирлоки, всегда жили обособленно. Контакт с внешним миром был возможен только посредством книг, легенд и рассказов тех, кому посчастливилось побывать за пределами леса, но их было мало. Как правило, те, кто ушел, уже не возвращались обратно. Наши старейшины не принимали их, говоря, что они теперь испорчены пороками мира.
Я была очень любопытна, и мне катастрофически не хватало информации. Мне было интересно, а что там, за лесом. Как устроена жизнь обитателей тех земель, чем они отличаются от нас, почему мы должны сидеть тут, боясь каких-то пороков? План побега зрел в моей голове лет с четырнадцати, но я все не решалась убежать, ведь совсем ничего не знала. Тогда я задумала сначала набрать хоть какой-то информации. Я видела в доме старейшин много книг из внешнего мира, так почему бы не перечитать их втайне? Каждую неделю я пробиралась в дом и брала один том, подменяя его своим со сказками, чтобы не было видно прорехи на полке. Так, в течение двух лет я поглощала все знания со страниц книг.
В шестнадцать решила, что время пришло, но меня вновь остановило непреодолимое обстоятельство. Моя мама вздумала родить мне сестру. Беременность проходила тяжело: мать была уже не столь молода и вынашивала ребенка с трудом, ощущая все побочные эффекты беременности. Пришлось помогать ей во всем. На меня легло домашнее хозяйство, в том числе приготовление пищи, так как мать тошнило от любого запаха. В общем, я была занята по уши, и у меня элементарно не хватало времени на побег.
Мама рожала долго и тяжело. Я видела ее мучения и очень боялась, что она не сможет разрешиться. Как сказал лекарь, ребенок лежал неправильно — и это мешало родам. Обнадёживало, что мама уже рожала раньше — и тело было готово вновь произвести на свет дитя.
Все время я находилась рядом, все видела, все слышала. Внутри поселился ужас от этой картины. Мучения мамы причиняли мне невыносимую боль, как будто я сама рожала вместе с ней, проходя все стадии. Она кричала громко, надрывно, пытаясь облегчить свои страдания, а моя душа рвалась на части от ее мук, хотелось подскочить и вытолкнуть это маленькое чудовище, что причиняла столько боли моей маме.
Не знаю, сколько часов все это длилось, но, наконец, закричав в последний раз, мать затихла, а вместо ее крика я услышала пищание младенца. Слезы потекли из глаз неконтролируемым потоком. Я испытала облегчение от того, что все закончилось. Мама лежала белая, щеки впали, под глазами — круги от пережитого, но она улыбалась, глядя на младенца, и глаза ее горели счастьем.
Как она, после всех мучений и долгих часов разрывающей боли, могла быть счастлива, я не понимала. Тогда я дала себе зарок, что никогда не буду рожать. Я не хочу испытывать подобные муки. Это же ужасно, не понимаю, почему женщины идут на такое!
Лекарь, который принимал роды, повернулся ко мне и всучил в руки пищащий комочек.
— Побудь с ней, а я пока дам твоей маме лекарство: ей нужно поспать, чтобы набраться сил. Роды были сложные.