Год спустя: чему не научилась Армения и за что теперь расплачивается
Новое обострение на армяно-азербайджанской границе показало, что в Ереване не сделали никаких практических выводов после поражения год назад.
Год. Ровно год прошёл с тяжёлого и унизительного поражения Армении в войне за Нагорный Карабах. Как все отлично помнят, современное армянское государство не просто проиграло в коротком, но напряжённом конфликте, но и сумело сделать это так, что вывод оказался однозначным: про… валено в обороне всё. От ПВО до обучения пехоты, от мобилизационной системы до управления войсками. Оно, конечно, «Байрактары» – «Байрактарами», но Шуши брали не дроны, а горная пехота азербайджанцев, многократно количественно уступающая защитникам «сердца Арцаха».
И вот проходит год после поражения. Триста лет назад Пётр Первый после битвы под Полтавой поднимал тосты за пленных шведов, называя их своими учителями и творцами полтавской виктории. В армянском случае выяснилось, что некоторых учить бесполезно – не помогает ничего, никакие розги. Выводы не делаются, ситуация не сдвигается с места.
Большую часть первой половины ноября Азербайджан потихоньку наращивал уровень напряжённости уже не в Карабахе, оставшемся в глубоком тылу, а на собственно армяно-азербайджанской границе. Начали со стрелковых перестрелок, продолжили артиллерией и бронетехникой. Завершилось всё предсказуемо продвижением азербайджанской армии немного вперёд и пленением группы армянских военных. Армяне, как водится, сообщили, что противник заплатил за свой успех огромную цену. Ну, это дело привычное.
Немного непонятно, где именно шли самые активные бои – карты показывают чуть различные точки, более или менее западные от границы:
На бибисишной карте указаны не сами места боёв, а направление азербайджанских ударов – на Джермук, Сисиан и Ангехакот, которые остаются по контролем Еревана. Впрочем, нужно учитывать откровенно микроскопические расстояния там: от азербайджанской границы до Ангехакота – 20 километров, от Ангехакота до Нахичевани – ещё 10 с небольшим. Вот и вся полоса армянской территории, разделяющая «большой Азербайджан» и его эксклав. Места для отступления армянам просто нет. Азербайджанская артиллерия может перекрывать абсолютно всю территорию противника «от края до края».
Год назад Баку на практике понял крайне простую и неопровержимую вещь: Армения – слаба. Слаба абсолютно во всех отношениях. Она не то, что не может контратаковать, но даже как следует защищаться. И вывод из этого факта мог быть сделан только один: надо продолжать.
Поняла ли Армения, какая катастрофа произошла с ней год назад? Поняла ли она, что не Карабах она потеряла, а свой имидж суверенной страны, которая способна себя защитить? Нет, не поняла.
Такое стойкое впечатление, что год, который нужно было потратить на неистовую патриотическую истерию (да, если хотите – именно это слово тут подходит), на отладку ну хотя бы мобилизационной системы, на закупки – на любые деньги – современного вооружения, на ежедневное, ежечасное вопрошание себя: «Так, день прошёл – что мы сделали для усиления нашей обороны от неминуемого вскоре дальнейшего вторжения?» – этот год прошёл АБСОЛЮТНО впустую! Не было сделано НИЧЕГО!
Ведь вопрос-то – не в карабахском реванше, это уже тема второго плана. Вопрос в том, сохранится ли Армения в нынешних границах – а эта географическая конфигурация крайне раздражает Баку, который очень хочет иметь Нахичевань не «островом», с которым снабжение идёт непонятно как, а хотя бы «полуостровом», с толстым таким «перешейком» хотя бы в несколько десятков километров шириной.
Более того, дело даже не в Нахичевани! Дело в том, что вот эта полосочка армянской территории, с этими сисианами и ангехакотами – единственная линия, разделяющая «один народ в двух государствах» – турков и азербайджанцев. И Баку, и Анкара очень хотят, чтобы их ничего не разделяло. Там и так интеграция идёт практически как в России и Белоруссии, но отсутствие общей границы (соседство с Нахичеванью – не совсем считается) сильно этому мешает.
Более того, и это ещё не конец! Сисиан и Ангехакот, которые нечем защитить и некому удержать – это «тонкая красная линия» между Турцией – идеологом «тюркского мира» и самим этим «Тюркским миром». Если она исчезнет – большой пояс родственных народов получит мощный стимул интегрироваться под руководством Эрдогана или его преемников.
Неплохо представляя себе все эти не самые секретные вещи и понимая, что их уровень обороноспособности недопустимо низок, как поступают в Ереване? Там надеются на российских миротворцев и ОДКБ!
Российские миротворцы, вообще-то, стоят исключительно в остатках Карабаха. Лачинский и Кельбаджарские районы (новоприобретённые) Азербайджана в зону их ответственности не входят.
Что же касается ОДКБ, то Армения успела тут устроить форменную истерику – «Армения предупредила Россию об ухудшении отношений в случае ее бездействия». Какие именно действия там конкретно хотят от России, секретарь Совета безопасности Армен Григорян ответил: дипломатические и военные.
Дипломатические, как можно заметить, усилия Россия уже предприняла – Азербайджан остановил наступление. Хотя мог, если бы из Москвы не попросили, и не останавливать! То есть, в очередной раз Россия спасает армян. Но армяне хотят, чтобы теперь русские вернули им потерянные территории. Ну а чо – договор же есть!
Но, простите, а где в Договоре было сказано о том, чтобы воевать не ВМЕСТЕ, а ВМЕСТО армян? И сколько ещё нужно ждать, чтобы у них на месте нынешнего странного феномена возникло нечто похожее на боеспособную армию? И если не возникнет – что делать тогда? У Еревана и Москвы на этот счёт весьма различные точки зрения.
Что будет дальше – предсказать нетрудно. Пока Ереван будет по-прежнему складывать с себя ответственность за защиту своей земли и перекладывать её на Россию, эта самая земля будет сокращаться.
Не забудьте ниже поделиться новостью на своих страницах в социальных сетях.
Год спустя: чему не научилась Армения и за что теперь расплачивается
Год. Ровно год прошёл с тяжёлого и унизительного поражения Армении в войне за Нагорный Карабах. Как все отлично помнят, современное армянское государство не просто проиграло в коротком, но напряжённом конфликте, но и сумело сделать это так, что вывод оказался однозначным: про… валено в обороне всё. От ПВО до обучения пехоты, от мобилизационной системы до управления войсками. Оно, конечно, «Байрактары» – «Байрактарами», но Шуши брали не дроны, а горная пехота азербайджанцев, многократно количественно уступающая защитникам «сердца Арцаха».
И вот проходит год после поражения. Триста лет назад Пётр Первый после битвы под Полтавой поднимал тосты за пленных шведов, называя их своими учителями и творцами полтавской виктории. В армянском случае выяснилось, что некоторых учить бесполезно – не помогает ничего, никакие розги. Выводы не делаются, ситуация не сдвигается с места.
Большую часть первой половины ноября Азербайджан потихоньку наращивал уровень напряжённости уже не в Карабахе, оставшемся в глубоком тылу, а на собственно армяно-азербайджанской границе. Начали со стрелковых перестрелок, продолжили артиллерией и бронетехникой. Завершилось всё предсказуемо продвижением азербайджанской армии немного вперёд и пленением группы армянских военных. Армяне, как водится, сообщили, что противник заплатил за свой успех огромную цену. Ну, это дело привычное.
Немного непонятно, где именно шли самые активные бои – карты показывают чуть различные точки, более или менее западные от границы:
На бибисишной карте указаны не сами места боёв, а направление азербайджанских ударов – на Джермук, Сисиан и Ангехакот, которые остаются по контролем Еревана. Впрочем, нужно учитывать откровенно микроскопические расстояния там: от азербайджанской границы до Ангехакота – 20 километров, от Ангехакота до Нахичевани – ещё 10 с небольшим. Вот и вся полоса армянской территории, разделяющая «большой Азербайджан» и его эксклав. Места для отступления армянам просто нет. Азербайджанская артиллерия может перекрывать абсолютно всю территорию противника «от края до края».
Год назад Баку на практике понял крайне простую и неопровержимую вещь: Армения – слаба. Слаба абсолютно во всех отношениях. Она не то, что не может контратаковать, но даже как следует защищаться. И вывод из этого факта мог быть сделан только один: надо продолжать.
Поняла ли Армения, какая катастрофа произошла с ней год назад? Поняла ли она, что не Карабах она потеряла, а свой имидж суверенной страны, которая способна себя защитить? Нет, не поняла.
Такое стойкое впечатление, что год, который нужно было потратить на неистовую патриотическую истерию (да, если хотите – именно это слово тут подходит), на отладку ну хотя бы мобилизационной системы, на закупки – на любые деньги – современного вооружения, на ежедневное, ежечасное вопрошание себя: «Так, день прошёл – что мы сделали для усиления нашей обороны от неминуемого вскоре дальнейшего вторжения?» – этот год прошёл АБСОЛЮТНО впустую! Не было сделано НИЧЕГО!
Ведь вопрос-то – не в карабахском реванше, это уже тема второго плана. Вопрос в том, сохранится ли Армения в нынешних границах – а эта географическая конфигурация крайне раздражает Баку, который очень хочет иметь Нахичевань не «островом», с которым снабжение идёт непонятно как, а хотя бы «полуостровом», с толстым таким «перешейком» хотя бы в несколько десятков километров шириной.
Более того, дело даже не в Нахичевани! Дело в том, что вот эта полосочка армянской территории, с этими сисианами и ангехакотами – единственная линия, разделяющая «один народ в двух государствах» – турков и азербайджанцев. И Баку, и Анкара очень хотят, чтобы их ничего не разделяло. Там и так интеграция идёт практически как в России и Белоруссии, но отсутствие общей границы (соседство с Нахичеванью – не совсем считается) сильно этому мешает.
Более того, и это ещё не конец! Сисиан и Ангехакот, которые нечем защитить и некому удержать – это «тонкая красная линия» между Турцией – идеологом «тюркского мира» и самим этим «Тюркским миром». Если она исчезнет – большой пояс родственных народов получит мощный стимул интегрироваться под руководством Эрдогана или его преемников.
Неплохо представляя себе все эти не самые секретные вещи и понимая, что их уровень обороноспособности недопустимо низок, как поступают в Ереване? Там надеются на российских миротворцев и ОДКБ!
Российские миротворцы, вообще-то, стоят исключительно в остатках Карабаха. Лачинский и Кельбаджарские районы (новоприобретённые) Азербайджана в зону их ответственности не входят.
Что же касается ОДКБ, то Армения успела тут устроить форменную истерику – «Армения предупредила Россию об ухудшении отношений в случае ее бездействия». Какие именно действия там конкретно хотят от России, секретарь Совета безопасности Армен Григорян ответил: дипломатические и военные.
Дипломатические, как можно заметить, усилия Россия уже предприняла – Азербайджан остановил наступление. Хотя мог, если бы из Москвы не попросили, и не останавливать! То есть, в очередной раз Россия спасает армян. Но армяне хотят, чтобы теперь русские вернули им потерянные территории. Ну а чо – договор же есть!
Но, простите, а где в Договоре было сказано о том, чтобы воевать не ВМЕСТЕ, а ВМЕСТО армян? И сколько ещё нужно ждать, чтобы у них на месте нынешнего странного феномена возникло нечто похожее на боеспособную армию? И если не возникнет – что делать тогда? У Еревана и Москвы на этот счёт весьма различные точки зрения.
Что будет дальше – предсказать нетрудно. Пока Ереван будет по-прежнему складывать с себя ответственность за защиту своей земли и перекладывать её на Россию, эта самая земля будет сокращаться.
Почему Россия не стремится защищать Армению от азербайджанского вторжения
Хозяин тайги превращается в бумажного медведя
Вчерашние боестолкновения между армянской и азербайджанской армиями в Сюнике (территория Армении) сопровождались бурлением различных масс в головах армянской общественности по отношению к России. Блогосфера была полна народного возмущения на предмет того, почему Москва якобы не выполняет свои обязательства по ОДКБ и не приходит на помощь армянскому союзнику, подвергшемуся агрессии со стороны обнаглевшего от безнаказанности соседа. Ну и, соответственно, возмущенные делали выводы из серии тех, что транслировались на недавнем митинге в Ереване — о необходимости попрощаться с «немытой Россией» и выйти из ОДКБ.
Да, позиция Москвы выглядит весьма вяло — не с точки зрения защиты армянских интересов (в Кремле они и не должны быть приоритетом), а с точки зрения интересов российских. От внешнеполитической решимости 2008 и 2014 года не осталось и следа. Хозяин евразийской тайги превращается в самого настоящего бумажного медведя — не по военно-политическому потенциалу (с ним-то все в порядке), а из-за отсутствия политической воли для его применения. Последнее такое применение было в ноябре 2018 года, когда Киев решил спровоцировать кризис в Керченском проливе и лишился в итоге (пусть и на время) значительной части своего флота в количестве трех кораблей. После этого Россия пасовала перед ультиматумами Турции в Сирии, перед хамством Лукашенко в Минске (в частности, взятием в заложники трех десятков вагнеровцев), провокациями Украины в Донбассе (из последнего — оккупация Старомарьевки, где живут десятки граждан РФ) и, наконец, действиями Турции на Южном Кавказе. Неудивительно, что подобная бумажность снижает авторитет России как в глазах ее соперников, так и в глазах немногих оставшихся союзников по ОДКБ (видящих силу турецкого Шерхана и его местных Табаки и понимающих, на кого им стоит ориентироваться). Так что либо Кремль покажет мускулы и наведет порядок в своей тайге, либо с ним вообще перестанут считаться. Ибо в международных отношениях трусливые и/или нерешительные — это не партнеры, а еда.
Очереди нет
Однако наличие этих проблем у России ни разу не является основанием для бурления антироссийских масс в головах у значительной части армянской общественности. Гражданам Республики Армения стоит повыключать эмоциональные конфорки и уяснить для себя несколько ключевых тезисов. И уже потом, на основании этих тезисов, оценивать поведение Москвы на Южном Кавказе — да и, возможно, сделать какие-то выводы о себе любимых.
Все сами
О каком доверии и уважении может идти речь, если Армения добровольно выбирает в 2018 году премьером откровенного русофоба и сторонника выхода страны из пророссийских организаций — Никола Пашиняна? Когда Пашинян под молчание или улюлюканье толпы начинает преследовать в Армении личных друзей Путина (в частности, Роберта Кочаряна), когда унижает ОДКБ взятием под стражу ее действующего руководителя Юрия Хачатурова просто потому, что Пашинян решил ему отомстить за прежние обиды? Когда пашиняновские помощники посылают журналистов Первого канала с формулировкой «Мы не даем интервью пропагандистам», а его люди начинают зачистку силовых структур от пророссийских офицеров? Когда, наконец, население страны после унизительного поражения в войне (виной которому стал именно саботаж Пашиняна, не пославшего армянскую армию на помощь республике и фактически сдавшего Карабах Реджепу Эрдогану), майского вторжения Азербайджана на территорию Армении и отказа Пашиняна применить силу против оккупантов берет и переизбирает Никола Воваевича летом 2021 года?
Никол Пашинян Фото: Вадим Савицкий/ТАСС
«Н аш народ должен понимать, что, переизбрав 20 июня Пашиняна (чем бы люди свой выбор ни мотивировали), он послал миру месседж, что готов на серьезные односторонние уступки. И ведущие, и региональные державы начали строить свою политику в отношении Армении и региона с учетом именно этого позорного выбора 20 июня», — пишет армянский журналист Айк Халатян. Я же скажу жестче: если правящая ныне в Армении элита прозападников-грантоедов уже давно воспринималась в Кремле как враждебная (как говорил мне один армянский журналист, «в администрации президента на слово “Пашинян” уже аллергия»), то после июньских выборов население стало рассматриваться как группа самых настоящих терпил и куколдов, не желающих защищать территорию Армении от внешних посягательств.
Принтер украли?
Да, вроде вред от митинга осознали и от азербайджанцев начали защищаться (если в мае армянские вооруженные силы не отвечали на азербайджанскую агрессию, то сейчас стали отстаивать свою землю). Однако тут возникает третий тезис: прежде чем обвинять Россию, нужно понять, в какую игру сейчас играет сам Пашинян. Игру, целью которой является банальная попытка подставить Москву.
Для того чтобы Россия выполняла свои условия в рамках ОДКБ, ей нужно две вещи: настоящая готовность Армении самой защищаться и соответствующие юридические основания. На сегодняшний же день Пашинян не делает и не предоставляет ни того, ни другого.
Что же касается юридических оснований, то для официального вмешательства партнеров по ОДКБ нужен письменный запрос от пострадавшей стороны в секретариат организации. Для составления этого запроса нужен бланк, принтер и помощница, которая наберет его за 10 минут. После чего Россия просто обязана вмешаться, поскольку в ином случае ей придется банально распускать ОДКБ и расписываться в неспособности защитить союзника от явной внешней угрозы. Однако ни 16 ноября (когда армянские военнослужащие умирали в боях), ни 17 ноября (по крайней мере на момент сдачи статьи) армянский премьер не удосужился его написать. Прекрасно понимая, что без этой бумажки Кремль вмешиваться не будет, поскольку это не обязательно и чревато рисками ухудшить свое геополитическое положение на Южном Кавказе.
Кто переживет?
Позиция Москвы не совсем логичная — но она такая, какая есть, и Пашинян этим активно пользуется. Ведь на фоне молчания Кремля расчехляются различные пропагандисты (в том числе высокопоставленные армянские чиновники), которые публично разглагольствуют о том, что Еревану нужны другие защитники. «Армения считает, что возможно разрешить кризис первоочередно при помощи России и структуры ОДКБ, но если мы не сможем решить кризис существующими структурами, Армения будет вынуждена обратиться к другим структурам, то есть другим международным партнерам», — говорит секретарь Совета безопасности страны Армен Григорян. Прекрасно понимая, что других партнеров нет и что он вместе с другими пропагандистами банально разжигает русофобию в Ереване, тем самым еще больше осложняя российско-армянские отношения.
Россия это осложнение как-то переживет. Да, получит распад ОДКБ, контроль Турции на Южном Кавказе и разжигание исламизма на Северном — но переживет. А переживет ли Армения? Вряд ли. Без России и с Пашиняном площадь Республики в центре Еревана будет за считаные недели переименована в площадь Реджепа Эрдогана. Для того чтобы переименование не состоялось, армянскому обществу нужно сделать выводы и спуститься с красивых, но опасных небес собственного величия на бренную, но твердую и надежную землю окружающей реальности. Осознать, что причиной нынешних проблем является не Россия, а они сами — выбравшие Никола Пашиняна или оставшиеся дома в тот момент, когда его выбирали другие. Осознать, что свобода выбора подразумевает ответственность за этот выбор. А уже затем, после осознания, решить имеющуюся проблему либо электоральным, либо уличным путем.
«Они считают, что Москва предала их» Как война за Карабах изменила отношения Армении и России
Фото: Александр Рюмин / ТАСС
Армянские парламентарии предложили разместить в стране еще одну российскую военную базу — на этот раз на границе с землями, переданными под контроль Азербайджана по итогам войны в Нагорном Карабахе. Граждане Армении все меньше верят в то, что их защитят собственные правительство и армия. Однако, как уже писала «Лента.ру», Россия сейчас имеет куда более близкие контакты как раз с противником Армении — Азербайджаном. Отношения Еревана и Москвы, напротив, нельзя назвать теплыми. Почему недавние союзники все меньше доверяют друг другу и могут ли армяне и дальше рассчитывать на российскую помощь?
В Армении нужно разместить еще одну российскую военную базу, заявил глава оппозиционной парламентской фракции «Светлая Армения» Эдмон Марукян. По его словам, после Карабахской войны в системе безопасности Армении возникли «разломы», и база нужна в Сюникской области. Этот регион граничит с территориями, переданным Азербайджану по итогам вооруженного конфликта, и местные жители боятся, что окажутся под огнем противника.
На место пришлось выехать премьер-министру Николу Пашиняну, однако его там встретили неласково — перекрыли дорогу и потребовали отправляться прочь. В стране уже полтора месяца продолжаются массовые протесты с требованием отставки премьера, который 9 ноября подписал соглашение о перемирии в Нагорном Карабахе, обернувшееся территориальными потерями для армян. Вооруженный конфликт изменил судьбу не только Пашиняна, но и российско-армянских отношений. Не все согласны с оппозиционером Марукяном в том, что стоит просить защиты в Москве.
Тесные связи
До последней Карабахской войны Армения традиционно считалась главным союзником России в Закавказье. Так повелось еще с первой войны за Карабах в 1990-х годах, которая завершилась на выгодных для Еревана условиях, и эти итоги Москва поддержала. Армения состоит в Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), что дает ей право на военную помощь со стороны России и других стран-участниц, а также в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС).
Российские миротворцы в Степанакерте
Фото: Максим Блинов / РИА Новости
В Армении находится 102-я российская военная база, которая, по соглашениям, должна обеспечивать ее безопасность. База имеет гарнизоны в Ереване и Гюмри, использует аэродром «Эребуни». Кроме того, российские пограничники охраняют границы республики с Ираном и Турцией, с которой у Армении нет нормальных отношений и которая выступает главным союзником Азербайджана.
Это действительно так. За последние десять лет Москва, в частности, продала Баку ЗРК «Бук», реактивные системы залпового огня «Смерч» и противотанковые ракетные комплексы «Корнет».
ЗРК «Бук» в армии Азербайджана
Фото: пресс-служба президента Азербайджана
Не все спокойно
Были и другие неприятные моменты в отношениях Армении и России, хоть они и не бросались в глаза. Например, Ереван традиционно поддерживал Москву в Генассамблее ООН при голосовании по крымскому вопросу. Еще в марте 2014 года ассамблея приняла резолюцию, в которой назвала незаконным референдум на полуострове о присоединении к РФ. Армения проголосовала против документа. Кроме нее из постсоветских республик так поступила только Белоруссия. Остальные голосовали за, воздержались или не участвовали в голосовании.
При этом официально Армения так и не признала полуостров частью России. Летом 2020 года Пашинян в интервью РБК отметил, что этот вопрос никогда не поднимался на переговорах с российскими властями. В публичных выступлениях он всегда старался уйти от этого вопроса.
Мы в такой ситуации, когда две стороны конфликта являются нашими друзьями. Очень трудно делать выбор между другом и другом
Приход оппозиционера Пашиняна к власти весной 2018 года на волне протестов в целом сильно охладил российско-армянские отношения. Дело в том, что прежние политические элиты и лично бывший президент Серж Саргсян имели достаточно хорошие личные контакты с российским руководством. Поэтому после победы «бархатной революции» возник вопрос о будущем сотрудничестве Еревана и Москвы, ведь ни для кого не секрет, что в Москве подобные сценарии не любят.
Бархатная революция 2018 года
Фото: ZUMA / Globallookpress.com
Сначала вроде бы все шло гладко. Россия признала новые власти Армении легитимными, а Пашинян подчеркивал, что внешнеполитический курс Еревана не изменится. Однако, как писала «Лента.ру», скоро в отношениях двух стран возникли проблемы. В Армении по делу о разгоне массовых протестов в 2008 году были арестованы второй президент республики Роберт Кочарян и действующий генсек ОДКБ Юрий Хачатуров.
Хачатуров занимал пост генсека международной организации, по сути руководимой Россией. Кочарян — предшественник свергнутого Саргсяна и защитник его режима, ведь протесты 2008 года были связаны именно с избранием третьего президента Армении, то есть они принадлежат к одной группе политических элит, которая, в свою очередь, давно знакома российским элитам. Кроме того, Кочаряна связывают достаточно тесные личные взаимоотношения с Владимиром Путиным, что признавал и сам российский лидер, поздравляя армянского политика с праздниками по телефону.
Восемь лет мы сотрудничали. Отношения были абсолютно честными. Результаты ошеломляющие. Конечно, выстроились и личные отношения (между мной и Путиным). Мы никогда друг другу не врали. Эти отношения были очень искренние, откровенные, прямые
Неудивительно, что их громкий арест вызвал резкую реакцию в РФ. В разгар событий в сети появилась запись разговора высокопоставленных армянских силовиков, которые говорили, что Пашинян приказывает «закрыть» Хачатурова, но «русские из кожи вон лезут». В итоге Хачатуров был быстро выпущен под залог. Кочаряна за прошедшие два года не раз освобождали из-под стражи и снова арестовывали.
Появились у России и менее громкие, но не менее серьезные поводы для недовольства. Например, уголовное дело, возбужденное армянской Генпрокуратурой по факту отчуждения государственного имущества из концессионных активов ЮКЖД. В апреле 2020 года министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что некоторые российские компании в Армении «попали в сложную ситуацию», и выразил надежду, что суды «будут урегулированы без каких-либо попыток привнести туда вещи, неподобающие союзникам».
Однако при всем при этом стороны продолжали декларировать приверженность крепкой дружбе. Как заявлял Лавров еще в ноябре 2019 года, при столь обширных связях, как у России с Арменией, могут возникать разногласия по отдельным вопросам, но это не повод ставить под сомнение отношения.
Главное, что мы с армянскими друзьями едины в необходимости решать их в конструктивном ключе, выходить на взаимоприемлемые развязки. В будущее российско-армянских отношений смотрим с оптимизмом
После боя
Война в Нагорном Карабахе стала очередным испытанием для российско-армянских отношений. Россия, как и другие страны, призывала к прекращению огня. Пашинян не раз звонил Путину и прочим иностранным лидерам. Сразу после начала конфликта возник вопрос, окажет ли Россия военную помощь своему союзнику, который входит в ОДКБ.
Первые переговоры по Карабаху (слева направо): глава МИД Азерайджана Джейхун Байрамов, глава МИД России Сергей Лавров и глава МИД Армении Зограб Мнацаканян. Москва, 10 октября 2020 года
Фото: пресс-служба МИД РФ
Хотя официально Армения не обращалась за военной помощью к России (по крайней мере публично), первые лица республики и руководство непризнанной НКР по сути призывали Москву вмешаться в конфликт под предлогом борьбы с международным терроризмом — почти как в Сирии. Армянская сторона настаивала, что фактически воюет не с Азербайджаном, а с Турцией, которая якобы прямо участвует в боевых действиях и поставляет в зону конфликта террористов с Ближнего Востока.
Для меня очевидно, что части или отдельные лица из тех разгромленных групп перебрасываются в Россию, потому что, я думаю, они воспринимают Россию как врага — так же, как Нагорный Карабах или Армению
Президент непризнанной Нагорно-Карабахской республики (НКР) Араик Арутюнян призывал сформировать международную антитеррористическую коалицию, чтобы помешать планам Анкары «превратить Азербайджан в логово терроризма на Южном Кавказе». Он обратился с открытым письмом к Путину, в котором заявил, что отношения между Арцахом и Россией имеют многовековую историю, и попросил личного прямого вмешательства в ситуацию. «Вы являетесь человеком и руководителем, имеющим огромный личный авторитет в мире и нашем регионе», — написал лидер Карабаха.
Россия, со своей стороны, прикладывала максимум усилий для урегулирования ситуации, но заняла подчеркнуто нейтральную позицию на переговорах, соответствующую статусу посредника в урегулировании конфликта. Но далеко не все в Армении это поняли.
Нашли крайнего
Итоги боевых действий в Нагорном Карабахе закончились для армян национальной трагедией. По итогам трехсторонних соглашений, оперативно заключенных между Москвой, Ереваном и Баку в ночь на 10 ноября, Азербайджан оставил за собой все занятые позиции и получил территории трех районов, куда война не дошла. Теперь Карабах не имеет общей границы с Арменией, их связывает только Лачинский коридор, охраняемый миротворцами.
Вот сейчас, за эти 44 дня войны, как минимум половина погибших солдат убита российскими системами залпового огня «Смерч», а города разрушены белорусскими системами «Полонез»
Старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО Станислав Притчин считает, что отношения России и Армении претерпели серьезные изменения. Армянское общество действительно полагает, что Россия должна была воевать на армянской стороне, послать свои войска на защиту Карабаха. «При том что, как мы знаем, сложности были даже с отправкой армянской армии в Карабах», — заметил эксперт.
Москва в текущем конфликте заняла более нейтральную «равноудаленную» позицию и пыталась усадить стороны за стол переговоров. «Позиция России строилась на том, что территории Армении ничто не угрожает. С юридической точки зрения так оно и есть, но с точки зрения общественного восприятия — армяне считают, что Россия их предала», — отмечает собеседник «Ленты.ру».
Российский военно-транспортный самолет, перевозящий армянских пленных
Фото: Tigran Mehrabyan / PAN Photo / Reuters
На этих настроениях могут сыграть противники Пашиняна. Сейчас вероятность того, что власть в Армении сменится, составляет 50 на 50. Хотя эксперты отмечают, что, судя по последним уличным акциям, негативный сценарий более вероятен. Возможно, на смену Пашиняну придут силы, которые обвинят в поражении Россию и захотят отвернуться от нее. Тем более что, как писала «Лента.ру», администрация нового президента США Джо Байдена явно будет заигрывать с Ереваном: армян станут убеждать, что Россия — ненадежный союзник, поэтому оставаться в ОДКБ и ЕАЭС невыгодно.
Протестующие ворвались в парламент Армении после подписания соглашений по Карабаху
Фото: Vahram Baghdasaryan / Photolure / Reuters
С другой стороны, Запад по сути проигнорировал последний конфликт в Нагорном Карабахе и никак не помог Армении. Минская группа ОБСЕ, сопредседателями которой вместе с Россией выступают Франция и США, себя не проявила. До этого переговоры по решению карабахского вопроса длились много лет, но оказались безрезультатными. Возможно, отчасти это связано с тем, что Турция — член НАТО, а ее армия — вторая по мощи в Североатлантическом альянсе.
И, возможно, именно поэтому даже сейчас в Армении можно услышать противоположные призывы — к еще более тесному сотрудничеству с Россией. Например, для того, чтобы восстановить боеспособность собственной армии. Многие уверены, что Азербайджан использует нынешнее перемирие всего лишь как передышку, чтобы через некоторое время с помощью Турции попытаться взять под контроль весь Нагорный Карабах. Защиту от будущего нападения снова видят в отношениях с Россией.
Кроме того, территорию НКР некоторые эксперты открыто называют «российским протекторатом», поскольку снабжение проживающих там людей водой, продуктами, теплом взяла на себя Россия. По мнению Станислава Притчина, у Армении нет других вариантов, кроме как сохранить отношения с Москвой — а значит, и придерживаться мирных соглашений по Карабаху, которые обеспечивает и на которых настаивает российская сторона.
Даже те гипотетические силы, которые могут прийти к власти на волне протестов, в большинстве своем понимают, что пересмотр соглашений — не лучшее решение. Это будет означать новую эскалацию вооруженного конфликта, на которую у Армении просто нет ресурсов. Последняя карабахская война изменила статус-кво. Ереван потерял все стратегически выгодные позиции, которые имел до 27 сентября, и в случае нового конфликта уже не сможет отстреливаться в горах с минимальными потерями.
А еще надо понимать, что мир и безопасность для армянского населения, в первую очередь в Карабахе, сейчас обеспечиваются только благодаря российским миротворцам, и в Армении это понимают. Выступления против России означают прекращение миротворческой миссии, а собственных ресурсов для выполнения этих задач нет ни у одной силы в Армении. Поэтому даже в случае смены власти в Ереване продолжат «дружить» с Москвой. «Но это будет дружба скрепя сердце», — предупреждает Притчин.
