Феликс Чуев: Так говорил Каганович
Здесь есть возможность читать онлайн «Феликс Чуев: Так говорил Каганович» — ознакомительный отрывок электронной книги, а после прочтения отрывка купить полную версию. В некоторых случаях присутствует краткое содержание. Город: Москва, год выпуска: 1992, ISBN: 5-85808-131-2, издательство: Отечество, категория: История / Политика / на русском языке. Описание произведения, (предисловие) а так же отзывы посетителей доступны на портале. Библиотека «Либ Кат» — LibCat.ru создана для любителей полистать хорошую книжку и предлагает широкий выбор жанров:
Выбрав категорию по душе Вы сможете найти действительно стоящие книги и насладиться погружением в мир воображения, прочувствовать переживания героев или узнать для себя что-то новое, совершить внутреннее открытие. Подробная информация для ознакомления по текущему запросу представлена ниже:
Так говорил Каганович: краткое содержание, описание и аннотация
Предлагаем к чтению аннотацию, описание, краткое содержание или предисловие (зависит от того, что написал сам автор книги «Так говорил Каганович»). Если вы не нашли необходимую информацию о книге — напишите в комментариях, мы постараемся отыскать её.
Феликс Чуев: другие книги автора
Кто написал Так говорил Каганович? Узнайте фамилию, как зовут автора книги и список всех его произведений по сериям.
Эта книга опубликована на нашем сайте на правах партнёрской программы ЛитРес (litres.ru) и содержит только ознакомительный отрывок. Если Вы против её размещения, пожалуйста, направьте Вашу жалобу на info@libcat.ru или заполните форму обратной связи.
Так говорил Каганович — читать онлайн ознакомительный отрывок
Ниже представлен текст книги, разбитый по страницам. Система сохранения места последней прочитанной страницы, позволяет с удобством читать онлайн бесплатно книгу «Так говорил Каганович», без необходимости каждый раз заново искать на чём Вы остановились. Поставьте закладку, и сможете в любой момент перейти на страницу, на которой закончили чтение.
ТАК ГОВОРИЛ КАГАНОВИЧ
Исповедь сталинского апостола
Евангелие от Лазаря
Перед тобою, соотечественник, необыкновенная книга. Родилась она из встреч и бесед русского поэта Феликса Чуева со столетним почти старцем, который пережил всех друзей и врагов и сохранил верность Учителю, незыблемость принципов, по которым жил и действовал в ключевые моменты истории Великой Державы.
Не* предал, не покачнулся, сберег ясность ума и четкое понимание того политического зигзага, в который вовлекли нас ложная перестройка и вероломное новое мышление.
Теперь маски сброшены, и о реставрации капитализма открыто заявляют сатанинские силы, развалившие Советский Союз и принявшиеся за расчленение и без того обглоданной погранично Российской Федерации.
— Но капитализма в России никогда не будет! — восклицает мудрый старик и с завидным чувством диалектики, которого нет, увы, у нынешних вождей, обстоятельно доказывает: торжество социализма неизбежно.
Более трех десятилетий работал он рядом с Великим Вождем, знал его, как говорят, досконально, виделся ежедневно, и вместе с Иосифом Виссарионовичем воздвигал могучее здание Большой России, с мнением которой считался весь мир.
И дожил до жалких подачек, фронтовых пайков американских солдат, которые не успели они съесть в Аравийской пустыне, набрасываясь, как шакалы, на Саддама Хусейна, и теперь шлют нам как нищенское подаяние, цинично не скрывая: все равно через полгода кончается срок годности этих продуктов…
Оккупанты подкармливают побежденных без единого выстрела русских!
— При Сталине страна была бедная, — говорит наш герой, — но в магазинах что-то было.
Отставленный от руководства государством, исключенный из партии иудой, который прежде тоже клялся в верности Учителю и предал его память, Каганович не дал ни одного интервью, ни с кем не поделился собственными мыслями, не создавал подозрительных фондов собственного имени, но ни явно, ни тайно не вмешивался в политику.
Он наблюдал и размышлял. И только Феликсу Чуеву, поэту, известному такой же убежденностью и стойкостью в принципах, поведал, о чем думал в годы предательской оттепели Хрущева, во времена тягомотного застоя Брежнева, в переходный период от Андропова к Горбачеву и в проклятые времена перестройки.
Кстати, последнее слово было беззастенчиво заимствовано прорабами из его же доклада, который он сделал на Семнадцатом съезде партии в 1934 году, именно со слов перестройка начинался его доклад по организационным вопросам.
Слава Богу, сей факт запечатлен в документах, и его не смогут опровергнуть радикально перекрасившиеся историки, усердно обслуживающие антикоммунистический режим, хотя еще вчера защищали диссертации, в которых распинались в верности коммунистическим идеалам, исправно платили членские взносы, берегли партийные билеты.
Он говорит о Сталине:
— В первые годы Сталин был мягким человеком… Врагов у него было много, ненавистников… Трудно было не ожесточиться. Невозможно!
— При Сталине никогда не было дефицитного бюджета.
Человек, в руках которого была сосредоточена огромная власть и бесчисленные материальные ценности, долгие годы жил в небольшой квартирке на пенсию в сто пятнадцать рублей.
И никогда не роптал, ничего у правительства не просил.
У него не было ни машины, ни дачи, ни охраны. Ничего, кроме страстного желания вернуться в лоно родной Коммунистической Партии.
Но и в этом ему отказали, не вернули партийный билет.
— Фанатик? — спросите вы.
Фанатики до ста лет не доживают. Попросту он был настоящим коммунистом, честным человеком.
И остался таковым Лазарь Моисеевич Каганович до конца.
Что же делать нам, его соотечественникам, русским людям, а еврей по рождению Каганович считал себя безусловно русским человеком, чтобы исправить историческую несправедливость по отношению к Российской Державе и народам, которые так или иначе оказались судьбами связаны с судьбою России?
Надо строить в России справедливое общество.
Теперь мы, отдаем себе отчет в том, что спасти российское общество может только сильная государственная власть, опора на исторические нравственные устои, духовное возрождение народа, его сплочение вокруг идеи державносте и равенства всех перед законом.
Так говорил Каганович
Феликс ЧУЕВ
ТАК ГОВОРИЛ КАГАНОВИЧ
Исповедь сталинского апостола
От издателя
Евангелие от Лазаря
Перед тобою, соотечественник, необыкновенная книга. Родилась она из встреч и бесед русского поэта Феликса Чуева со столетним почти старцем, который пережил всех друзей и врагов и сохранил верность Учителю, незыблемость принципов, по которым жил и действовал в ключевые моменты истории Великой Державы.
Не* предал, не покачнулся, сберег ясность ума и четкое понимание того политического зигзага, в который вовлекли нас ложная перестройка и вероломное новое мышление.
Теперь маски сброшены, и о реставрации капитализма открыто заявляют сатанинские силы, развалившие Советский Союз и принявшиеся за расчленение и без того обглоданной погранично Российской Федерации.
Более трех десятилетий работал он рядом с Великим Вождем, знал его, как говорят, досконально, виделся ежедневно, и вместе с Иосифом Виссарионовичем воздвигал могучее здание Большой России, с мнением которой считался весь мир.
И дожил до жалких подачек, фронтовых пайков американских солдат, которые не успели они съесть в Аравийской пустыне, набрасываясь, как шакалы, на Саддама Хусейна, и теперь шлют нам как нищенское подаяние, цинично не скрывая: все равно через полгода кончается срок годности этих продуктов…
Оккупанты подкармливают побежденных без единого выстрела русских!
Отставленный от руководства государством, исключенный из партии иудой, который прежде тоже клялся в верности Учителю и предал его память, Каганович не дал ни одного интервью, ни с кем не поделился собственными мыслями, не создавал подозрительных фондов собственного имени, но ни явно, ни тайно не вмешивался в политику.
Он наблюдал и размышлял. И только Феликсу Чуеву, поэту, известному такой же убежденностью и стойкостью в принципах, поведал, о чем думал в годы предательской оттепели Хрущева, во времена тягомотного застоя Брежнева, в переходный период от Андропова к Горбачеву и в проклятые времена перестройки.
Кстати, последнее слово было беззастенчиво заимствовано прорабами из его же доклада, который он сделал на Семнадцатом съезде партии в 1934 году, именно со слов перестройка начинался его доклад по организационным вопросам.
Слава Богу, сей факт запечатлен в документах, и его не смогут опровергнуть радикально перекрасившиеся историки, усердно обслуживающие антикоммунистический режим, хотя еще вчера защищали диссертации, в которых распинались в верности коммунистическим идеалам, исправно платили членские взносы, берегли партийные билеты.
Он говорит о Сталине:
— В первые годы Сталин был мягким человеком… Врагов у него было много, ненавистников… Трудно было не ожесточиться. Невозможно!
— При Сталине никогда не было дефицитного бюджета.
Человек, в руках которого была сосредоточена огромная власть и бесчисленные материальные ценности, долгие годы жил в небольшой квартирке на пенсию в сто пятнадцать рублей.
И никогда не роптал, ничего у правительства не просил.
У него не было ни машины, ни дачи, ни охраны. Ничего, кроме страстного желания вернуться в лоно родной Коммунистической Партии.
Но и в этом ему отказали, не вернули партийный билет.
Фанатики до ста лет не доживают. Попросту он был настоящим коммунистом, честным человеком.
И остался таковым Лазарь Моисеевич Каганович до конца.
Что же делать нам, его соотечественникам, русским людям, а еврей по рождению Каганович считал себя безусловно русским человеком, чтобы исправить историческую несправедливость по отношению к Российской Державе и народам, которые так или иначе оказались судьбами связаны с судьбою России?
Надо строить в России справедливое общество.
Теперь мы, отдаем себе отчет в том, что спасти российское общество может только сильная государственная власть, опора на исторические нравственные устои, духовное возрождение народа, его сплочение вокруг идеи державносте и равенства всех перед законом.
Государственное просто обязано быть выше Личного! И уж совсем нам ни к чему общечеловеческие ценности, этот помрачающее народное сознание жупел, сочиненный в советологических лабораториях американских университетов и фондов, пополняемых «зелененькими» со штампом ЦРУ.
Опираясь на действия демократических законов, по которым должно развиваться общество, мы считаем заблуждением уповать на то, что бытие определяет сознание. Суровые мечтатели прошлого, в том числе и Учитель Сталин с его апостолами, догматически восприняли сие положение Маркса, пренебрегли развитием духовного, результатом чего и явился нынешний мелкобуржуазный зигзаг.
Но отсюда вытекает бесспорное утверждение о том, что Духовное всегда национально. Поэтому мы исключаем из повседневного обихода понятие интернационализма, который спровоцировал геноцид в отношении русского народа, и будем обходиться в собственных отношениях с иными нациями понятием дружба народов.
Лазарь Моисеевич часто и поучительно останавливается на исторических фактах Великой французской революции. Именно тогда был выдвинут лживый лозунг «свобода, равенство и братство». Его провокационно предложили поборники Мирового Правительства, которое спустя более чем столетие ввергли Россию в кровавый омут Первой мировой войны, поставили Державу на грань национальной катастрофы.
Свобода сама по, себе не имеет знака. Свобода может быть употреблена кйк во имя добра, так и во имя зла. Добровольное ограничение личной свободы есть непременное условие устойчивости общества, договорившегося о единых правилах государственного поведения.
— Теперешние вожди, как мальчишки, как детишки, представляют все это, как игру. Взял лопату и бей куда попало…
Неужели моим соотечественникам не ясно, что пресловутое равенство суть приманка, на которую ловят доверчивых простаков говорливые демагоги, коварные слуги тех сил, которые с далеко идущими целями разрушают Российскую Державу?!
Люди по природе не могут быть равными. Но государство обеспечивает всем без исключения гражданам равенство перед законом. Общество требует от соотечественников выполнения ими личного долга перед всеми остальными, полагаясь при этом на возможности и способности каждого индивида.
Следует помнить: резкое расслоение общества на очень богатых и очень бедных, по существу, на нищих, никогда не укрепит государство, а это в свою очередь посеет страх и неуверенность во всех слоях населения, не позволит выйти из кризиса.
Необходима, крайне нужна объединяющая Идея!
Русский народ никогда не будет самоотверженно трудиться исключительно ради личного обогащения. Таков уж наш национальный характер, существования которого совершенно не учитывают дорвавшиеся до власти нравственно несостоятельные говоруны прозападной ориентации, тесно связанные с агентами влияния вражеских спецслужб и явными колаборационистами, предателями жизненно важных интересов Державы.
Отечество, взорванное изнутри, в смертельной опасности!
При всем при том, собственных целей мы должны добиваться исключительно парламентским путем, проповедничеством державных, патриотических идей и помыслов.
Чуев так говорил каганович
Размышления издателя взамен напутственного слова
Перед тобою, соотечественник, необыкновенная книга. Родилась она из встреч и бесед русского поэта Феликса Чуева со столетним почти старцем, который пережил всех друзей и врагов и сохранил верность Учителю, незыблемость принципов, по которым жил и действовал в ключевые моменты истории Великой Державы.
Не предал, не покачнулся, сберег ясность ума и четкое понимание того политического зигзага, в который вовлекли нас ложная перестройка и вероломное новое мышление.
Теперь маски сброшены, и о реставрации капитализма открыто заявляют сатанинские силы, развалившие Советский Союз и принявшиеся за расчленение и без того обглоданной погранично Российской Федерации.
– Но капитализма в России никогда не будет! – восклицает мудрый старик и с завидным чувством диалектики, которого нет, увы, у нынешних вождей, обстоятельно доказывает: торжество социализма неизбежно.
Более трех десятилетий работал он рядом с Великим Вождем, знал его, как говорят, досконально, виделся ежедневно и вместе с Иосифом Виссарионовичем воздвигал могучее здание Большой России, с мнением которой считался весь мир.
И дожил до жалких подачек, фронтовых пайков американских солдат, которые не успели они съесть в Аравийской пустыне, набрасываясь, как шакалы, на Саддама Хусейна, и теперь шлют нам как нищенское подаяние, цинично не скрывая: все равно через полгода кончается срок годности этих продуктов…
Оккупанты подкармливают побежденных без единого выстрела русских!
– При Сталине страна была бедная, – говорит наш герой, – но в магазинах что-то было.
Отставленный от руководства государством, исключенный из партии иудой, который прежде тоже клялся в верности Учителю и предал его память, Каганович не дал ни одного интервью, ни с кем не поделился собственными мыслями, не создавал подозрительных фондов собственного имени, но ни явно, ни тайно не вмешивался в политику.
Он наблюдал и размышлял. И только Феликсу Чуеву, поэту, известному такой же убежденностью и стойкостью в принципах, поведал, о чем думал в годы предательской оттепели Хрущева, во времена тягомотного застоя Брежнева, в переходный период от Андропова к Горбачеву и в проклятые времена перестройки.
Кстати, последнее слово было беззастенчиво заимствовано «прорабами перестройки» из его же доклада, который он сделал на XVII съезде партии в 1934 году, именно со слова «перестройка» начинался его доклад по организационным вопросам. Слава Богу, сей факт запечатлен в документах, и его не смогут опровергнуть радикально перекрасившиеся историки, усердно обслуживающие антикоммунистический режим, хотя еще вчера защищали диссертации, в которых распинались в верности коммунистическим идеалам, исправно платили членские взносы, берегли партийные билеты.
Он говорит о Сталине:
– В первые годы Сталин был мягким человеком… Врагов у него было много, ненавистников… Трудно было не ожесточиться. Невозможно!
– При Сталине никогда не было дефицитного бюджета.
Человек, в руках которого была сосредоточена огромная власть и бесчисленные материальные ценности, долгие годы жил в небольшой квартирке на пенсию в сто пятнадцать рублей.
И никогда не роптал, ничего у правительства не просил.
У него не было ни машины, ни дачи, ни охраны. Ничего, кроме страстного желания вернуться в лоно родной Коммунистической Партии.
Но и в этом ему отказали, не вернули партийный билет.
– Фанатик? – спросите вы.
Фанатики до ста лет не доживают. Попросту он был настоящим коммунистом, честным человеком.
И остался таковым Лазарь Моисеевич Каганович до конца.
Что же делать нам, его соотечественникам, русским людям – а еврей по рождению Каганович считал себя безусловно русским человеком, – чтобы исправить историческую несправедливость по отношению к Российской Державе и народам, которые так или иначе оказались судьбами связаны с судьбою России?
Надо строить в России справедливое общество.
Теперь мы отдаем себе отчет в том, что спасти российское общество может только сильная государственная власть, опора на исторические нравственные устои, духовное возрождение народа, его сплочение вокруг идеи державности и равенства всех перед законом.
Государственное просто обязано быть выше Личного! И уж совсем нам ни к чему общечеловеческие ценности, этот помрачающий народное сознание жупел, сочиненный в советологических лабораториях американских университетов и фондов, пополняемых «зелененькими» со штампом ЦРУ.
Опираясь на действия демократических законов, по которым должно развиваться общество, мы считаем заблуждением уповать на то, что бытие определяет сознание. Суровые мечтатели прошлого, в том числе и Учитель Сталин с его апостолами, догматически восприняли сие положение Маркса, пренебрегли развитием духовного, результатом чего и явился нынешний мелкобуржуазный зигзаг.
Нет, в собственной практике мы обязаны опираться на оба начала – материальное и духовное, следует полагать и то и другое жизненно важным, необходимым.
Но отсюда вытекает бесспорное утверждение о том, что Духовное всегда национально. Поэтому мы исключаем из повседневного обихода понятие интернационализма, который спровоцировал геноцид в отношении русского народа, и будем обходиться в собственных отношениях с иными нациями понятием «дружба народов».
Лазарь Моисеевич часто и поучительно останавливается на исторических фактах Великой французской революции. Именно тогда был выдвинут лживый лозунг «свобода, равенство и братство». Его провокационно предложили поборники Мирового Правительства, которые спустя более чем столетие ввергли Россию в кровавый омут Первой мировой войны, поставили Державу на грань национальной катастрофы.
Свобода сама по себе не имеет знака. Свобода может быть употреблена как во имя добра, так и во имя зла. Добровольное ограничение личной свободы есть непременное условие устойчивости общества, договорившегося о единых правилах государственного поведения.
– Это глубокая ошибка, – говорит Каганович, – подорвать авторитет государства. Государство должно быть авторитетным, и без государства не может существовать ни один народ. Государство должно быть сильным, крепким, демократическим, чтоб люди не боялись, интеллигенция не боялась, но вместе с тем необходимо какое-то соотношение между убеждением и принуждением. Без принуждения государства быть не может! Но должна быть и сила убеждения, сила идей. И в экономике тоже…
– Теперешние вожди, как мальчишки, как детишки, представляют все это как игру. Взял лопату, и бей куда попало…
Неужели моим соотечественникам не ясно, что пресловутое равенство суть приманка, на которую ловят доверчивых простаков говорливые демагоги, коварные слуги тех сил, которые с далеко идущими целями разрушают Российскую Державу?!
Люди по природе не могут быть равными. Но государство обеспечивает всем без исключения гражданам равенство перед законом. Общество требует от соотечественников выполнения ими личного долга перед всеми остальными, полагаясь при этом на возможности и способности каждого индивида.
Истинная справедливость, за которую и обязан бороться каждый соотечественник, состоит в том, чтобы обеспечить гражданам, членам единой большой семьи – государства! – возможность для гармоничного развития личности во имя упрочения Российской Державы, сила и мощь которой являются гарантом каждого.
Многие годы отечественный поэт Феликс Чуев вел конспекты бесед с Лазарем Моисеевичем Кагановичем, который скончался на 98 году жизни. Этот уникальный человек был верен своим убеждениям и позициям до конца своих дней. Был наместником великого вождя – Иосифа Сталина. Пребывал на посту наркома. Лазарь Каганович рассекретил некоторые государственные тайны, но еще больше – унес с собой в могилу.
ТАК ГОВОРИЛ КАГАНОВИЧ
Нашей песне печаль незнакома,
С этой песней нам легче идти,
Этой песней встречаем наркома,
Дорогого наркома пути!
Песня пролетает с ветерком,
Эх, солнце разливается,
Каганович – сталинский нарком!
Ценой несочтенных жертв, нередко насилия и крови, было создано общество, которое вопреки сторонним утверждениям оказалось жизнеспособным и одержало победу в крупнейшей из войн человечества.
Одним из тех, кто входил в главный штаб страны еще со времен Ленина, был Каганович.
– Не знаю, – как вы руководили железными дорогами, Лазарь Моисеевич, – говорю я, – но при вас поезда не опаздывали. А сейчас приходится ждать по нескольку часов.
– Даже в войну транспорт работал, как следует, – отвечает Каганович. – Ведь мне за годы войны никто не дал ни одной шпалы, ни одного костыля. Но у меня было все! Откуда это взялось? А говорят, мы не готовились! – горячо восклицает он. В темпераменте и твердости ему не откажешь и сейчас. А ведь живет он уже на земле девяносто восьмой год.
…Обычная, весьма скромная московская квартира никак не соответствует былому рангу хозяина. Несколько лет назад он сломал ногу и ходит с трудом. Давно не бывал на воздухе, а в квартире нет даже балкона. Во дворе караулят журналисты, ломятся в дверь, но Каганович никого не принимает, а понаписано о нем столько неправды, разве что чуть поменьше, чем о Сталине. Пишут, что скопил большие богатства, но я-то знаю, как он живет.
У многих в голове не укладывается, что человек, занимавший высшие посты, ничего не взял для себя от государства.
Много лет после вынужденной отставки получал пенсию 115 рублей 20 копеек – не хватило документов до ста двадцати рублей.
Обратился в ЦК партии за справкой о том, что он двенадцать лет работал секретарем ЦК. Отказали. Попросил в Совете Министров бумагу, подтверждающую, что двадцать лет был первым заместителем главы Советского Правительства, Министром путей сообщения – тоже отказ. Когда стал объяснять в собесе, что его должности указаны в энциклопедии, ему ответили: «Энциклопедия для нас не документ».
Это, конечно, верно. Про энциклопедию. Да и сама история для нас тоже не документ и ничему не учит. И пока мы будем так относиться к истории и ее персонажам, какими бы они ни были, – каждое поколение выдвигает достойных себя – так вот, пока мы будем так относиться, такими будем и сами.
И бывший «нарком пути» жил на 115 рублей 20 копеек.
Умерла жена – не выдержала его исключения из партии. Хоронить, заказать надгробие было не на что, пришлось продать книги и единственную ценную вещь – красивый ковер, некогда подаренный китайцами…
«Внуки не должны на меня обижаться, что я им ничего не оставлю», – сказал он.
В последние годы ему платят триста рублей пенсии, из коих 180 он отдает домработнице. Как ветеран и Герой Социалистического Труда никакими льготами не пользуется. Даже справки нет, что во время войны был ранен… Мог ли тогда подумать, что понадобится такая?
Он работал в ЦК еще при Ленине, десятки лет был членом Политбюро при Сталине. Выходец из беднейшей семьи, рабочий-кожевник, ставший революционером…
Большевик с 1911 года, он через пятьдесят лет был исключен из партии за то, что вместе с Молотовым, Маленковым, Ворошиловым и другими наиболее видными деятелями – большинством Президиума ЦК – выступил против тогдашнего лидера партии Хрущева.
Я много читал о Кагановиче и немало слышал разговоров о нем. Существует мнение, что Каганович – грубый и даже неотесанный человек. Не знаю, может, он был таким когда-то. Но вот уже несколько лет я общаюсь с весьма интересным, мыслящим и начитанным собеседником. Он знает литературу, особенно, русскую и украинскую, обладает чувством юмора.
Крупный, могучий, он сидит передо мной в застегнутой на все пуговицы плотной рубахе, напоминающей «наркомовский» френч 30-х годов. Разговаривая, иногда поглаживает крупные седые брови, покручивает усы, улыбается. Изредка отрывисто смеется. После эпохи своих портретов внешне, конечно, изменился, но память великолепная, реакция быстрая. Не теряет нить разговора, упорно, до конца старается высветить ее. По-прежнему масштабно, по-государственному мыслит. Остро воспринимает все, что происходит в стране. Тех, кому не дает покоя тень Сталина, называет «сталиноедами».
Плохо стало со зрением, однако, до трех часов ночи смотрит, а, вернее, слушает телевизор, переживает.
– Сейчас появились новые слова: «конверсия», «конвергенция», «ротация», – говорит он, – зато почти исчезли «марксизм», «социализм», а про «коммунизм» вообще не слышно.
Каганович остался верен главным идеалам собственной жизни.
«Да, были люди…» Не мы.
Пять лет я встречаюсь с ним и постоянно веду дневник, подробно записывая наши беседы и телефонные разговоры. Для этой книги я старался исключить из дневника повторы, ибо один и тот же эпизод бывало, рассказывался не однажды. Я выбрал то, что, как мне кажется, может представить интерес для читателя – по крайней мере, мне самому это было интересно. Думается, интересно еще и потому, что это устные рассказы, ибо так, как говоришь, не напишешь.
Итак, прочтите то, о чем говорил мне верный сталинский апостол, несгибаемый коммунист Каганович.
