Гениальна или безумна? Кем на самом деле была Элизабет Холмс?
Как ей удалось обвести вокруг пальца не один десяток опытных инвесторов, мудрых политиков и даже одного нобелевского лауреата? Какую роль играют эмоции и патологические черты характера в управлении и лидерстве? Можно ли понять, что ваш потенциальный партнер имеет проблемы в сфере психического здоровья? Чем это грозит и как предотвратить потенциальные риски?
2017 год запомнится жителям Кремниевой Долины самым громким скандалом когда-либо случавшимся в этом местечке, который к этому времени заслужил репутацию настоящего рая для молодых и дерзких, мечтающих изменить мир. К сожалению, в этот раз что-то пошло не так.
Биотехнологический стартап под руководством его основательницы Элизабет Холмс провалился с оглушительным треском, потянув на дно не только саму Лиз, но и огромное количество тех, кто оказался рядом. Здесь нужно отметить, что по разным оценкам к проекту имели отношение не только видные деятели именитых венчурных фондов, но и бывшие и настоящие сенаторы в большом количестве, бывший госсекретарь Генри Киссинджер, один бывший президент Билл Клинтон и даже Нобелевский лауреат, который консультировал Элизабет по вопросам мотивации, Дэн Ариэли. Как станет понятно позже, именитые профессоры и опытные инвесторы и политики не только не сумели предотвратить коллапс проекта, но и не смогли распознать одну из самых дерзких и запутанных афер стартап-индустрии.
Попытка рационально объяснить происходящее успехом не увенчалась, потому как многочисленные мнения экспертов по экономике, технологиям и управлению так и не смогли пролить свет на случившееся. За скобками остались лишь иррациональные мотивы. Я предлагаю взглянуть на историю Theranos через призму личности Элизабет Холмс, а заодно разобраться с тем, какую роль играет психология основателя в реализации проекта и как оценить потенциальные риски?
Исследование личностных аспектов основателя бизнеса и того влияния, которое его персональное психическое оказывает на развитие бизнеса, связано прежде всего с поиском эффективных способов управления, а также всеобщим интересом к изучению эмоций и их влиянию на нашу повседневную жизнь. Интерес к эмоциям связан с развитием нейронаук и технологий, которые позволяют изучать эмоции в рамках эксперимента.
Все дело в том, что ранее изучение эмоций оставалось уделом практикующих психологов и психотерапевтов, которые наблюдали эмоционально-аффективные расстройства на практике при непосредственном контакте с пациентами. Долгое время академическая наука предпочитала закрывать глаза на эмоции и их патологическое развитие только потому, что не имела необходимых инструментов для их исследования: нет предмета — а значит нет и проблем.
Подобное отношение имеет свою предысторию, берущую начало в идеалистических представлениях ученых эпохи просвещения о божественной природе человека и его рациональном начале. Первым, кто подверг критике это утверждение, был Зигмунд Фрейд, еретик и отступник психиатрического мейнстрима. Не многие знают, что первоначально Фрейд был неврологом и занимался исследованиями головного мозга. В своих работах он пытался обосновать психические процессы и найти их аналоги в головном мозге. Потерпев фиаско, Фрейд отказался от дальнейших попыток искать связи между физическим и психическим и сосредоточился над созданием метапсихологии, которая получила название психоанализа.
Работая со своими пациентами, Фрейд вскоре понял, что эмоции становятся причиной многочисленных психических и соматических болезней. Также Фрейд был первым, кто заговорил об инстинктах и их влиянии на развитие человека, раскрывая эту неприглядную часть человеческой природы. В общем, для современников Фрейд был как кость в горле, и вместе с его славой росла неприязнь и критика его идей.
На протяжении всего двадцатого века последователи Фрейда развивали психодинамическую психологию, продолжая находиться в оппозиции к биологическому подходу. Отсутствие эмпирических исследований и подтверждения идей психоанализа все больше вытесняло его на обочину психиатрии, заменяя психотерапевтическую помощь применением фармакологии. Однако, через некоторое время стало ясно, что и биологическая парадигма также оказалась несостоятельной, изучение головного мозга не давало объяснения природе психических расстройств, а применение психофармакологии оказалось неспособным вылечить ни одно психическое заболевание.
Только на рубеже веков были разработаны малоинвазивные методы исследования головного мозга, которые позволили заглянуть в мозг живого человека, и началась эра аффективной нейробиологии. Новое научное направление стало своего рода мостом между академической наукой и практической психологией, доказав первичную роль эмоций в деятельности человека. Спустя сто лет Зигмунд Фрейд и созданная им психодинамическая школа были реабилитированы, а большинство его идей доказаны экспериментально. Эмоции не только вернулись в нашу повседневную жизнь, но также были интегрированы в науки, доселе считавшиеся исключительно рациональными. Так появилась поведенческая экономика и ее прикладные направления, поведенческий маркетинг и психодинамический подход в управлении.
Психодинамический или клинический подход в управлении был сформирован на стыке психодинамической психологии и теории менеджмента. Суть подхода сводится к тому, что иррациональные аспекты оказывают критическое влияние на бизнес-процессы, определяя траекторию и характер развития компании. Компания является своего рода отражением психической реальности своего основателя и тех людей, которые занимают ключевые позиции. Внутренние личностные конфликты руководящего состава определяют динамику организации. Можно сказать, что руководитель отыгрывает свой конфликт внутри созданной им организации. Иными словами, организация становится сценой для внутреннего театра основателя, на которой как по нотам разыгрывается его персональная драма.
Для диагностики организации применяются методы исследования и критерии оценки, что и в работе с клиентами. Так, критерием диагностики психического расстройства и степени его выраженности является контакт с реальностью.
Контакт с реальностью — это залог выживания и адаптации человека. Как и в обычной жизни, в бизнесе контакт с реальностью является необходимым условием выживания. Контакт с реальностью обеспечивает адекватную обратную связь, благодаря которой мы способны понять истинную мотивацию и потребность наших клиентов, сформировать ценностное предложение, разработать продукт и управлять командой. Приложить усилия там, где это необходимо и вовремя отступить, если реализовать задуманное невозможно.
Похоже, что у Элизабет Холмс как раз было все — за исключением контакта с реальностью. Если быть точнее, Лиз жила в своей собственной психической реальности.
Тревожные звоночки раздавались с детства, но как это обычно и бывает, родители и ближайшее окружение видели в этом предзнаменование исключительности и особого пути. Девочка была одержима стремлением к превосходству и в возрасте семи лет заявила, что обязательно станет миллиардером. В этом нет ничего удивительного, учитывая контекст, в котором она росла. Семья жила воспоминаниями о состоянии и былом величии, которое было «промотано» ближайшими родственниками по папе. Благодаря прошлому, семья Холмсов принадлежала к классу аристократов и была вхожа в круги американского истеблишмента, но в отличие от других, не имела финансовых возможностей для поддержания соответствующего уровня жизни. Семья, ни много ни мало, возложила на Элизабет миссию возвращения былой славы. Можно сказать, что особый путь и исключительность стали чем-то вроде сверхценной идеи, которую вынашивала сама Лиз и всячески поддерживало ее окружение.
Девушка отличалась маниакальной одержимостью в достижении своих целей. Например, по воспоминаниям матери, однажды Лиз проработала около пяти дней подряд без перерыва даже для сна и приема пищи. А решив поступать в Стэнфорд, она резко оборвала все социальные связи, включая романтические отношения, объяснив, что должна сосредоточится на своей успеваемости. Поступив в Стэнфорд и проучившись там два семестра, она решила, что полученных знаний достаточно, чтобы заняться собственным делом.
К этому моменту идеи особого пути и предназначения обрели материальную основу: Элизабет решила спасти человечество, навсегда избавив его от сдачи болезненных анализов — так родилась идея биотехнического стартапа. Тот факт, что задумка технически была невыполнима, Лиз нисколько не волновало, а всех тех, кто осмеливался утверждать обратное, девушка безжалостно выдворяла прочь из своей жизни. Через некоторое время окружение Элизабет составили люди, поддавшиеся магии ее маниакального очарования и безоговорочно верящие в силу ее таланта. Так началось создание альтернативной реальности под названием Theranos.
Согласно клиническому подходу, атмосфера и корпоративная культура компании — это отражение бессознательного ее основателя, воплощение его страхов и амбиций. Судя по тому, что происходило в Theranos, бессознательное Элизабет — это перманентное состояние паранойи и прокрастинации, наполненное страхом преследования и разоблачения.
Как любой злой гений, Элизабет обладала поистине магнетической харизмой, все в этой девушке казалось необычным: застывший взгляд, зажатые и неестественные движения, рассинхронизация действий и эмоциональных реакций, неестественная мимика. Непосвященные видели в этом магическую притягательность. А вот специалист по душевному здоровью увидел бы психически незрелого человека с нарушениями аффективно-эмоциональной сферы.
Низкий уровень эмпатии, отсутствие сочувствия и сострадания по отношению к окружающим также свидетельствуют в пользу предположения о расстройстве аффективно-эмоциональной сферы. По утверждению бывших коллег, при личном общении Элизабет была резка, жестока и беспощадна, а ее образ резко контрастировал с тем, какой она представлялась в публичном пространстве.
Нельзя не обратить внимание на проявления личностных особенностей Лиз, вернее их полное отсутствие. Кажется, что в этой девушке нет ничего живого и настоящего, принадлежащего лично ей — даже черная водолазка заимствована у Джобса, а она сама полностью состоит из штампов и стереотипов, призванных производить впечатление. Где же ты сама, Элизабет, кто ты на самом деле? Боюсь, что на этот вопрос не ответит даже она сама.
Любой иллюзии рано или поздно приходится столкнуться с объективной реальностью. Это столкновение как холодный душ приводит в чувство любого, кто способен отличить желаемое от действительности. Остается лишь горькое разочарование тех, кто оказался втянутым в чужую психотическую фантазию, став жертвой манипуляций психопата.
Психиатрия и клиническая психология резко контрастируют с другими направлениями медицины, ведь психические расстройства не имеют патологических изменений в органах и по анализам диагноза не поставишь. Любые изменения в головном мозге, за исключением органических поражений, являются следствием заболевания, но не причиной. Более того, кроме психических заболеваний, таких как шизофрения или эпилепсия, существует целый спектр пограничных состояний, на грани между нормой и патологией. То, что обычный человек определяет как трудность характера, вполне может оказаться психическим расстройством личности.
Расстройства личности имеют свою классификацию и степень выраженности. Диапазон расстройств довольно большой: от легких невротических форм до тяжелых психозов, а между ними — зона пограничных состояний, которые также имеют разные формы и выраженности. И если тяжелыми психозами занимаются психиатры, потому что люди в этом состоянии могут быть опасны как для себя так и для общества, то пограничные состояния не подпадают под критерии болезни, но и душевным здоровьем такие состояния не назовешь.
Очень важно проводить дифференциальную диагностику и выявлять степень нарушения. Таким образом можно в какой-то мере предотвратить потенциальные риски, ведь требования, предъявляемые к условно нормальным людям, в отношении людей с психическими расстройствами не применимы. Можно ли самостоятельно определить, что с потенциальным партнером или коллегой что-то не так? Это довольно сложно, требуется специальное образование и навыки клинического мышления, но все же некоторые признаки можно обозначить.
Прежде всего, стоит обратить внимание на то, как человек говорит, на темп речи. Слишком быстрая речь, как и слишком медленная являются признаком эмоционального нарушения. В первом случае человек как будто затоплен собственными эмоциями, во втором — эмоции наоборот подавлены, вытеснены.
Важно понимать, что эмоции влияют на все мыслительные процессы. Так например, в первом случае мышление будет скачкообразным, поверхностным, человек с таким эмоциональным фоном не может сосредоточиться, быть последовательным, логические связи и выводы скорее будут поверхностными, чем глубокими и взвешенными. Во втором случае мышление ригидное, обстоятельное. Такие люди не могут мыслить стратегически, застревая на незначительных деталях и упуская из виду самое важное.
Стоит обратить внимание на телесные проявления. Дело в том, что двигательные акты и реакции находятся вне сознательного контроля и отражают внутреннюю картину мира, а также способы реакции на стресс и напряжение. Так, люди с высокой двигательной реакцией при волнении как бы ускоряются в своих движениях, чтобы снизить уровень напряжения, им необходимо все время что-то делать. Такая двигательная форма реагирования свидетельствует о том, что ведущая реакция на стресс принимает форму отреагирования, человек не может сосредоточиться на решении проблемы, не может управлять своим эмоциональным состоянием, эдакое бесцельное движение ради движения.
Излишняя уверенность, игнорирование социальных рамок и границ объективной реальности должны насторожить, как и излишняя осторожность или избегание социальных контактов. Стремление изменить мир, жажда контроля и подчинения являются признаками расстройства личности, как впрочем, и желание спасти всю планету.
Хорошим диагностическим критерием является способ реакции на критику. Умение справляться с негативом является признаком эмоциональной зрелости и устойчивости. Так, эмоционально устойчивые и зрелые люди всегда сумеют отличить критику проекта от критики их самих, как в общем-то и цель критики — то, что на самом деле стоит за критикой: потенциальная проблема или желание возвыситься за счет принижения заслуг другого.
Конечно, для оценки можно использовать разного рода тесты и опросники, но стоит учитывать, что тесты фиксируют рациональные ответы, исключая влияние иррационального. Более того, многие опросники, которые сейчас широко используются в оценке персонала, давно потеряли свою актуальность, как и теории, которые послужили основой для разработки этих самых тестов, с таким же успехом можно использовать гороскопы. А учитывая риски и потенциальные потери, лучше всего обратиться к специалисту, который имеет соответствующую подготовку.
Бизнес на крови. Как юная фанатка Джобса заработала миллиарды и потеряла все
Невероятная история успеха может очень резко оборваться. Слава останется, но она будет совсем не той, которую желаешь иметь. Примером того, что все может пойти не так, является революционный стартап Theranos, который появился в 2003 году. Во главе компании оказалась Элизабет Холмс — на тот момент 19-летняя девушка, которая вскоре станет самой юной миллиардершей. Сейчас ей грозит 20 лет тюрьмы, да и денег больше нет.
Как вообще такое могло произойти? Как не окончившая университет американка, еще недавно бывшая подростком, смогла уговорить инвесторов вложить огромные деньги в придуманный ею бизнес? Нет, мы не сможем дать ответы, но расскажем историю Элизабет Холмс.
Она родилась в США в 1984 году, родители занимали достойные должности в госструктурах. О детстве будущей миллиардерши известно не так много по ряду причин: семья не слишком распространялась на эту тему, а потом все пошло наперекосяк, и «добрая биография еще одного успеха» не сложилась.
В 7-летнем возрасте Элизабет «изобрела» машину времени, изрисовав чертежами свой блокнот, а спустя пару лет заявила, что хочет стать миллиардером, когда вырастет. Как в воду глядела. Ее называли очень целеустремленной девочкой: играя с сестрами, она шла до победного конца. А в случае проигрыша устраивала дикие истерики.
По его словам, мать Элизабет, как и ее отец, считали, что в жизни нужно достичь всего, причем любыми способами и без оглядки — «добейся всего, даже если придется сдохнуть». Такое кредо родители прививали дочери. Им нужны были деньги всего мира, они не гнушались связями, чтобы получить больше.
Девочка была не слишком успешной в школе, родители пытались найти способ продвинуть ее для поступления в Стэнфорд (где она якобы стала отличницей — источники приводят разные данные; это же касается и школьных лет).
Используя связи, родители Элизабет выяснили, что повысит шансы на поступление в вуз: подростка отправили на курсы китайского языка. Примерно в это же время Кристиан Холмс, глава семейства, вновь подергал за ниточки и оказался в правлении энергетической корпорации Enron, которая, правда, в 2001-м стала банкротом. Семья Холмс оказалась у разбитого корыта, и подрастающему поколению надо было поднажать.
Тем не менее Элизабет совершенно не желала продолжать изучение языка и грызть гранит науки — в тот период она находилась на практике в Китае и постоянно выказывала недовольство условиями. Однако Ноэль, ее мать, была непреклонна: «Хватит ныть, ты должна пройти курсы!» Вероятно, вся настойчивость и целеустремленность девочки были воспитаны подобным образом.
По некоторым данным, в Китае юная американка организовала бизнес по продаже программного обеспечения местным учебным заведениям. Но задерживаться на чужбине она не стала и вернулась в США для поступления в Стэнфорд на специальность химика-технолога.
Идея продвинутых устройств медицинского назначения захватывает студентку.
В 2004 году 19-летняя Элизабет принимает решение уйти со второго курса университета ради стартапа, позже получившего название Theranos (от слов «терапия» и «диагностика» — therapy и diagnosis). Вначале же это была компания Real-Time Cures. Говорят, в банке ошиблись, поэтому первые ее сотрудники получали чеки от Real-Time Curses (вместо «лечения в реальном времени» появились «проклятия в реальном времени»). Но, возможно, это один из мифов.
Незадолго до этого Элизабет патентует носимую портативную систему, предназначенную для введения в организм лекарств, последующего анализа по химическим маркерам эффективности препаратов и корректировки их дозы. Первые рабочие недели проходят в стенах колледжа — так начинали многие будущие успешные бизнесмены Америки.
С течением времени Холмс смещала акцент в сторону создания продвинутой системы анализа крови: основательница компании, по ее собственному признанию, чрезвычайно боялась игл, что и помогло ей сформулировать идею. Позже Элизабет озвучила другую причину: все дело в ее дяде, который умер от рака.
Речь шла об аппарате, не требующем забора значительных объемов крови: достаточно было чуть уколоть палец, после чего кровь поступала в «нанотейнер» (от слов «нано» и «контейнер»). С помощью других компонентов системы практически моментально появлялись результаты по всем параметрам, которые только можно перечислить. В теории это позволяло определить наличие диабета, рака или грядущих заболеваний сердца. И чего угодно еще – спустя годы говорили о 200 видах анализов. Идеальный инструмент для врача. Тем не менее с самого начала одни эксперты считали затею нереализуемой, другие называли ее возможной и обеспечивали поддержку.
Элизабет, что важно, также обещала на порядок снизить цену на анализы — вместо пары сотен долларов они стоили бы по пятерке. К тому же сделать их можно было бы без назначения врача (особенности американской системы здравоохранения).
Почти со старта проявляются странности: недавний подросток начинает молниеносное восхождение при поддержке «толстых кошельков». Впрочем, попасть на глаза большому бизнесу Элизабет помог ее отец, все еще обладавший связями в высшем обществе, — инвесторы нашлись быстро.
Первыми (или одними из первых) инвесторами Theranos стали основатель Oracle Ларри Эллисон и Тим Дрейпер, отец друга детства Элизабет и он же — венчурный бизнесмен и основатель Draper Fisher Jurvetson.
Много позже, когда Холмс вовсю обвиняли в масштабном мошенничестве, Дрейпер выступал в ее защиту: «Я сам видел, как на двух каплях крови проводились анализы по 50 параметрам. Все работало прекрасно». От своих слов он не отказывался и позже.
Девушка обезопасила себя от желающих в будущем забрать у нее бизнес. Претендуя на деньги (а их давали также Руперт Мердок, Карлос Слим и многие другие воротилы бизнеса), она выдвигала условия: технология остается закрытой даже от инвесторов, все главные решения в компании принимает она и только она. Подобной секретности Элизабет придерживалась и впредь, время от времени подавая иски против своих сотрудников — сообщают как минимум о трех делах, связанных с коммерческой тайной.
А чтобы добавить компании веса в глазах обладающих деньгами и власть имущих, в разное время в состав совета директора Theranos включались весьма заметные личности (они помогали продвигать и интересы стартапа). Это были Генри Киссинджер и Джордж Шульц (оба в прошлом госсекретари США, сенаторы, именитые юристы), а также Джеймс Мэттис (он занимал высокие военные должности, а при Трампе побывал на посту министра обороны США).
Но были и совсем случайные люди: в 2011-м Элизабет взяла на работу младшего брата, такого же далекого от науки и медицины, как и она. Брат, в свою очередь, набрал на работу своих бывших однокурсников. Чем они занимались, никого особенно не интересовало — вопрос кадровой политики волновал руководство в последнюю очередь.
Сама Элизабет мало что понимала в управлении компанией, в 2008 году совет директоров предложил взять на ее пост кого-то более опытного. Но Холмс отстояла свое место. А в 2009-м в компанию пришел Рамеш «Sunny» Балвани — индиец, с которым Элизабет познакомилась еще во время практики в Китае. Программист без опыта в сфере медицины занял пост президента фирмы и стал отвечать за все аспекты ее деятельности. Он на 16 лет старше американки (по другим данным — на 19 или 20).
В начале нулевых родители Элизабет, к слову, были против встреч дочери с немолодым для нее мужчиной. Однако, как рассказывал Фуишу, поездка на курорт с оплатой всех счетов индийцем помогла им изменить свое мнение. Отношения все же держали в секрете — о них знали лишь избранные, от сотрудников и инвесторов информацию скрывали. В 2016 году пара рассталась, Рамеш ушел из Theranos, а в 2018-м против него выдвинули несколько серьезных обвинений.
Свой образ Элизабет создавала под влиянием гения Стива Джобса. На людях, фотографиях и в видеороликах она стала появляться в темной одежде в стиле сооснователя Apple и с налетом аскетизма, вела себя подобным же образом, а офис уставила любимой мебелью кумира. Журналисты обратили внимание на сходство, а Холмс с радостью потакала им, пропуская отпуск за отпуском и работая семь дней в неделю — ведь Стив Джобс делал так же. То же касается и секретности.
Настал бум стартапов, поэтому Кремниевая долина приняла Элизабет в свои объятия с радостью. Ее образ выделялся благодаря низкому голосу, который, как говорили позже, она изменяла специально — ведь надо было как-то показать себя в мире, где доминируют мужчины. Настоящий голос, говорили бывшие подчиненные Холмс, прорывался редко (чаще — после дозы алкоголя, когда юная бизнесвумен выпадала из созданного образа). Родители девушки отрицали какие-либо корректировки тембра, а журналисты проводили расследования.
Поэтому в сети появилась запись «реального» голоса Элизабет — он действительно выше, однако достоверность дорожки вызывает сомнения. В пик журналистских расследований касательно ситуации с Theranos по телевидению выступил психолог, увидевший в поведении девушки симптомы психопатического развития личности.
Если с деньгами и поддержкой все понятно (точнее, очевидно, что они были), то кто же занимался разработкой собственно технологии? Фуиш пишет, что Холмс не обладала необходимыми навыками, образование она не получила. А если ей задавали вопрос на научную тематику, она начинала рассказывать о своих получивших признание предках из числа врачей, попросту уходя от ответов.
Еще одной из преград, мешающих развитию, стало отсутствие коммуникации между подразделениями внутри Theranos — желание Элизабет из всего делать тайну выглядело потом как способ имитировать деятельность без результата. По крайней мере, на это указывают опубликованные результаты расследований.
Упоминается и история с оформлением патентов: их регистрировали на имя Холмс вне зависимости от того, кто за ними стоял на самом деле. Одним из пострадавших стал руководитель исследовательского департамента Иен Гиббонс, которого «забыли» упомянуть практически во всех документах. Он работал в компании с 2005 года.
Так продолжалось до тех пор, пока в 2015 году крупные издания не опубликовали материалы о деятельности революционного, как он себя позиционировал до этого времени, стартапа. В публикациях утверждалось, что анализы проводятся на сторонних диагностических системах, а собственный продукт под названием Edison выполняет лишь малую толику заказов. Хуже всего то, что результатам «доведенного до совершенства» аппарата верить нельзя – в определенных случаях это опасно для жизни.
Масла в огонь добавили и несколько бывших сотрудников Theranos. Они сообщили, что Холмс и Балвани знали о проблемах, но требовали от подчиненных фальсифицировать данные, а также хранить эту информацию в тайне от коллег.
Революционный стартап посыпался. Компания привлекла внимание всех, кого можно — от прессы до регуляторов разных уровней. Нарушения были найдены практически во всех аспектах деятельности фирмы, и спираль успеха начала стремительно скручиваться. Холмс отстаивала свою позицию, заявляя: «Вот что происходит, если ты хочешь что-то изменить. Сначала они думают, что ты сошел с ума, потом пытаются бороться с тобой, а затем мир меняется».
Риторика не помогла, и в 2016-м компании запретили вести деятельность. По истечении этого срока потребовали заплатить штраф и вернуть акции, запретив Элизабет занимать руководящие должности в фирмах, чьи акции представлены на бирже, в течение 10 лет. К настоящему времени Theranos закрыта, а в 2020 году Холмс и Балвани предстанут перед судом — им грозит до 20 лет тюрьмы и множество крупных штрафов.
История Theranos еще не закончилась, о компании и ее основательнице будут говорить еще долго — вопросов осталось очень много. Уже вышло пару книг, а недавно — документальный фильм «Изобретатель: Жажда крови в Силиконовой долине». Возможно, в нем приоткрывают завесу над тем, кем на самом деле оказалась Элизабет Холмс.
