Художник и граффити-райтер Миша Most: «Раз до сих пор бомбят, уличное искусство живёт»
Интервью с художником и автором самого большого граффити в мире – специально для читателей Myslo.
22 августа в кластер «Октава» приедет один из самых известных российских
художников и граффити-райтеров, участник самых первых столичных
граффити-команд Миша Most. Он выступит в «Октаве» с лекцией «Будущее как произведение искусства». Накануне мероприятия Myslo публикует интервью с художником.
– Несколько слов о себе. В статьях Вас называют граффити-художником — это понятие до сих пор актуально?
– Художник и граффити-художник — это немножко разные вещи. Граффити — это узкая специализация. В первую очередь я художник. Я же участвую в мероприятиях, которые с граффити совсем не связаны.
– В девяностые и в начале нулевых стрит-арт был важной единицей уличного искусства — уметь «бомбить» и разрисовывать было модно, у художников этого жанра появилась отдельная тусовка. Сейчас же граффитисты разрисовывают дома по заказу региональных правительств, а нелегальных рисунков на стенах становится всё меньше. Что изменилось?
– Действительно, граффити — это всё-таки нелегально. То, что рисуют по заказу региональных властей, к граффити не имеет никакого отношения. Это называется мурализм, или паблик-арт. Это фасады, монументальная живопись. Тут нет никаких противоречий. Один и тот же человек может и фасады красить, и граффити бомбить. Но в 95% случаев те, кто занимаются фасадами, ими и занимаются, они граффити уже давно не бомбят, то есть нелегально не рисуют. Тут каждый выбирает свой путь.
Нельзя сказать, что, к примеру, в Москве граффити становится меньше, просто красят быстрее. Да и в разных городах по-разному. Есть города, где присутствуют граффити, просто их закрашивают. Раньше денег в бюджетах не было, граффити дольше висело. Но оно как бы есть. По факту столько же. Магазины для граффитчиков не закрываются. А значит, до сих пор бомбят и уличное искусство существует.
– Что может дать новый толчок стрит-арту и граффити?
– Толчок и новую стилизацию стрит-арту дала цифровая эра, интернет. Потом опять же история, связанная с интересом к современному искусству, к уличному искусству и интерес из галерей, музеев, эти истории с Бэнкси (псевдоним английского андеграундного художника стрит-арта, политического активиста и режиссёра. — Прим. ред.) — всё это подогревает интерес к граффити. За последние 10 лет новый виток точно присутствовал. Главное, чтобы это слишком не коммерциализировалось. Эта культура сама по себе уже существует 30-40 лет. Пока про будущее сложно сказать, что именно даст толчок.
– Должны ли современные работы этих направлений нести какое-то особое послание?
– Нет, это же свободное творчество. Никто не обязывает уличного художника вносить какое-то послание. Это может нравиться зрителю, возможно, ему хочется видеть в этом какой-то смысл. Если художник хочет угодить зрителю, он может подстраиваться под него, но это не обязательно. Но вот Бэнкси, он же стал известен из-за того, что стал доступные вещи рисовать, не просто буквы-закорючки, а карикатуры, понятные любому человеку – и бабушке, и маленькому ребенку. Чтобы его понять, не обязательно быть вхожим в субкультуру. Ошибочно считается, что стрит-арт – это какой-то посыл или протест. На 90% процентов это просто позитивные рисуночки, смайлики, портреты, и месседжа тут нет никакого.
– Вы стали автором рекордного по размеру граффити в мире. Расскажите о нем подробнее. Сколько времени нужно, чтобы рассмотреть эту роспись? Не теряются ли в такой большой работе детали? Есть ли желание побить собственный рекорд?
– По факту, это самая большая в мире роспись на фасаде авторства одного-единственного художника, но это не граффити. Это морэл, монументальная живопись, можно по-разному называть. Есть работы чуть-чуть побольше, их рисовали 20-30 человек. Чтобы рассмотреть мою работу, надо минут пятнадцать точно, для того чтобы просто пройти вдоль нее. Работу я делал, учитывая размер, масштаб и детализацию создавал, учитывая, как это будет выглядеть в реальном размере. Опыт подобной работы с большими объемами у меня уже был. Это одна из интереснейших задач, перенос размера с маленького эскиза на большой фасад. Если у человека есть такой опыт, то всё считывается очень четко живьем.
Побить этот рекорд — думаю, нет, там не столько дело было в масштабе, сколько в интересном проекте, в самой работе.
Мне не цифры были важны. Я получил очередной опыт. Но пока повторить такое желания нет.
– Также совместно с Вами был разработан первый в мире дрон-художник. Это такая дань современности?
– Дрон не совместно со мной разработан. Он был мной инициирован в принципе. Я позвал в помощники людей, которые лучше в этом разбираются. Собрал небольшую команду из профессионалов-программистов, потом подключились еще инженеры. Это не дань современности. Современность — это то, что дроны стали более доступны. Мне показалось, что это можно уже внедрять в обычную жизнь. Я понял, что сейчас это можно реализовать, чем, к примеру, 15 лет назад. Понятно, что не я единственный в мире, который об этом думал.
Просто я сделал первый программируемый дрон, который полностью автономный, им не надо с пульта управлять.
Он управляется компьютером. Задача была от доступности даже самых отдаленных сложных мест и заканчивая тем, что это робот-ассистент художника. Это пока мало применяется, мне хотелось попробовать это, быть первым в определенном роде.
– У Вас была идея сделать проект нейросети художника и узнать, как бы он мог рисовать и насколько это имело бы художественную ценность. Какова судьба этого проекта?
– По поводу нейросети художника: искусственный интеллект должен всё считывать, фильтровать информацию, создавать художественные работы. Тут можно нейросеть, можно просто бигдату использовать. Я думаю, так и будет. Появится просто искусственный интеллект, который создает произведения искусства.
– Когда Вы в последний раз рисовали на улице незаконно?
– Последний раз рисовал на улице незаконно, по-моему, неделю назад. Я постоянно рисую незаконно.
– У современного граффити и стрит-арта остался какой-то протестный, социальный посыл?
– Около 5% из всего стрит-арта имеет какое-то отношения к протесту. В принципе, стрит-арт – это уже протест. Вышел на улицу, нарисовал там, где не должен, если говорить про нелегальные граффити. Это уже протест, не обязательно лозунг там писать, тем более политический. Социальный… Да не любят люди нравоучения в наше время. Поэтому Бэнкси – единственный показатель стопроцентного стрит-арта с посылом, весь остальной стрит-арт вполне позитивный и иногда бессмысленный.
Миша Most — художник и граффити-райтер. Начал рисовать в 90-х. Практикующий сторонник нелегального граффити.
Где и когда пройдет лекция Миши, читайте в афише Myslo.
MISHA MOST
for English scroll down
(отдельные интервью могут быть найдены в разделе press)
1981
-Родился в Москве
2002
-«Серебряная Камера» МДФ
— «Выставка Актуального искусства». Галерея на Солянке. Москва
2006
— «NoFutureForever»
-Фестиваль «Граффити ВинЗавод». Москва
-Выставка-фестиваль «Street art». Государственная Третьяковская Галерея. Москва
-Фестиваль Арт-Шаргород. Шаргород. Украина.
2007
-« Шаргород. Послесловие», Центр современного искусства, Киев (2007)
-Фестиваль Арт-Шаргород на Арт-Москве. ЦДХ. Москва
-«Будущее зависит от тебя. Коллекция Пьера-Кристиана Броше». Московский Музей Современного Искусства.
— музей Art4Ru. Открытие музея.
-Архитектурный Фестиваль Арх-Шаргород. Шаргород. Украина
-«Граффити в Практике». Театр Практика. Москва
— «No Future For. » персональная выставка, Галерея Глобус. Санкт-Петербург.
2008
-«Переучет». Третья «Сессия молодого искусства». ЦВЗ «Манеж», Малый зал, Санкт-Петербург
— «О смертном в искусстве», Ростов-на-Дону
— «Гоп-арт». в рамках 1ой Московской Международной Биеннале Молодого искусства «Стой! Кто идет?»
-Фестиваль актуального искусства Арт-Веретьево. Усадьба Веретьево.
-«Young gallerist / Young collectors». Галерея pop/off/art. Москва
— Ноябрь – Премия Кандинского. «Молодой художник» номинант. ЦДХ
-“Invasion:Evasion” BaibakovArtProjects. Red October Factory
2009
— «Ярость». Галерея Глобус. Санкт-Петербург.
— «Стены». LabGarage. Киев
— «Завоеванный город» галерея Риджина. Москва
— «Город Победителей» Галерея Виктория. Самара
— «АртСпутник» ЦУМ. Москва
2010
— «Новости»- Персональная выставка. Галерея KichikalArt. Баку (Азербайджан)
— «Гоп-Арт», выставка в рамках фестиваля Живая Пермь. Пермь
— «WC», не коммерческий проект в рамках CosMoscow art fair
— «предельноконкретно» Пермский Музей Современного Искусства. Пермь
2011
-«Svobodi» Spacio Corbonesi. Bologna, Италия
-Zapovednik Art-space. Ст-Петербург
-«Well Hung». в рамках Armory Show. Нью-Йорк, США
-«Космичекая Одиссея 2011» Мистецкий Арсенал, Киев.
-«Ложная Тревога» ViennArt Fair, Вена, Австрия.
-«ВКЛВЫКЛ» проект в рамках 4 Московской Биеннале Современного искусства
-«PLA.NET» совместная выставка с Mark Gmehling. Дортмунд, Германия.
-«Plans de Metro» галерея MathGoth, Париж, Франция.
2012
-«Angry Birds». Музей Современного Искусства Варшавы, Польша.
-«50×50» Galerie Mathgoth. Paris, France
— Стратегический Проект, 3я Московская Международная Биеннале Молодого Искусства. Московский Музей Современного Искусства.
— «Макаронная фабрика». Фестиваль уличного искусства. 16я Линия. Ростов на Дону.
-«PLA.NET» Российско-немецкий, музыкально-выставочный проект. культурный центр ЗИЛ. Москва
— «Forma» фестиваль медиа-искусства, парк им.Баумана. Москва
— Резиденция IAAB, 1 меясц, Базель, Швейцария.
— Выставка в рамках культурного проекта «Culturescapes Moscow-Basel», арт-цент Oslo-10, Базель, Швейцария.
— «Перезагрузка» Галерея Красный Октябрь. Москва.
2013
-«Heavy Metal» проект галереи Риджина. Винзавод. Спец-проект 5 Московской Биеннале.
-«3 дня в Октябре (1993)» Историко-мемориальный музей «Пресня» (филиал музея современной истории России).
2014
-«Транзитная Зона». Музей современного искусства ПЕРММ, Пермь.
— «Урбанизм: город в моем сознании». Музей Москвы.
-«Формат 1». Артплей
— «Mikser» фестиваль Белград, Сербия.
-«Не Музей» Manifesta 10, параллельная программа, Санкт-Петербург
-«Повод к миру. Casus Pasis» Музей Стрит-арта, Manifesta 10, С-Пб.
-«WARNING» персональная выставка, Lazarides Gallery, London.
-«Визуальная библиотека» АртБат Фест, Алмата, Казахстан.
-«Артмоссфера» Биеннале уличного искусства, Артплей, Москва.
-«Перформанс в России: Картография Истории» Музей современного искусства Гараж. Москва
2016
-«Метаформы» Центр Марс.
-«Хоккей\Футбол» Винзавод.
-«30 Граней Честности» Музеон.
-«ФОРМА» Фестиваль.
-«Переспелые пальцы слонов» галерея «Здесь на Таганке».
-«Невидимая Стена» II Биеннале уличного искусства АРТМОССФЕРА. ЦВЗ Манеж.
-«#проект64: не/зависимость» павильон «Оптика» ВДНХ.
-«Новое пространство» Фонд В.Смирнова и К.Сорокина.
-«Монстрация» Vladey Space. Винзавод.
2017
-«Новое пространство», ЦСК Смена, Казань.
-«LOVE», Vladey Space. Винзавод.
— «Эволюция2» проект по созданию рекордной росписи.
-«Эволюция2.1» персональная выставка, Винзавод, Москва.
-«Украшая город». Музей Москвы.
-’’Войти в историю’’ Музей Москвы.
-The Hermitage Foundation Gala Dinner, Video+Music performance, V&A Museum, London
-”Другие Берега” ЦВЗ Манеж, Санкт-Петербург
-”ВолгаФест” паблик-арт фестиваль, Самара.
-”Истории Геров”, паблик-арт объект. Самара
-”ArtTube” Editions, Cosmoscow, Москва.
-”FrameMotions” at Sagamore, Miami.
-”Стена”- ММОМА Ермолаевский 17. Москва
english:
Misha Most
Artist from Moscow, Russia, who began his art firstly on the streets in 1997, at the dawn of the Russian graffiti movement. He has later organized major festivals, curated exhibitions and projects dedicated to different forms of street art.
Artists artworks are in major russian and world collections, including the Moscow MOMA and the State Tretyakov Gallery.
(for interviews or other info please check the press folder)
MishaMost
2002
— «Silver Camera» Moscow House of Photography
— «Exhibition of current art» Galery on Soljanka
2006
-«NoFutureForever»
-«Graffiti festival at art-center Winzavod» 3 days jam-exhibition
-«Street art at Tretjakov gallery» festival exhibition
-«Art-Shargorod» 10day festival. Ukraine.
2008
-«Pereuchet». Third «Session of young art” at «Manez», Saint-Petersburg
— «Death in Art», Rostov na Donu
— «Gop-Art». 1st Moscow International Biennale for Young Art «Qui Vive?»
— Festival of contemporary art Art-Veretievo. Veretivo Mansion.
-«Young gallerist / Young collectors». pop/off/art gallery.Moscow
-“Russian Street Art is Dead”. Mars Gallery
— Kandinskiy Prize. Nominee in “young artist”. Exhibition at Central House of Artists
-“Invasion:Evasion” Young Russian artists.by BaibakovArtProjects. Red October Factory
2009
-«Rage» Globus gallery. St-Petresburg
-«the walls» LabGarage. Kiev
— «The conquered City» Regina gallery
— «The City of Conquerors» Gallery Victoria, Samara
— «ArtSputnik». Tsum, Moscow
2010
— «the News», Solo exhibition. KichikalArt. Baku (Azerbaijan)
— «Gop-Art», at “Live Perm” festival. Perm
— «WC» non commercial project inside CosMoscow art fair
— «maximumshortly» Contemporary Art Museum. Perm
2011
-«Svobodi» Spacio Corbonesi, Bologna, Italy
-Zapovednik Art-space. St.Petersburg
-«Well Hung». Chelsea Chapters (Armory.Show) New York, USA.
-«Odyssey 2011» Art Arsenal, Kiev Ukraine.
-«Test Alarm» ViennArt Fair. Vienna, Austria
-«ONOFF project» 4th Moscow Biennale of Contemporary Art
-«PLA.NET». collaboration with Mark Gmehling. Dortmund, Germany.
-«Plans de Metro» Galerie MathGoth. Paris, France.
2012
-«Angry Birds». Museum of Moder Art Warsaw. Poland
-«50×50» Galerie Mathgoth. Paris, France
— Strategic Project of 3d Moscow International Biennale of Young Art. Moscow Museum of Modern Art.
— «16th line.» Street Art festival. Rostov on Don. Russia
— «PLA.NET» Russian-German music+art project. Cultural center ZIL. Moscow.
— «Forma» Multimedia art festival, park of Bauman. Moscow
— 1 month residence with IAAB. Basel, Switzerland.
— Exhibition project in terms of «Culturescapes Moscow-Basel» cultural exchange festival at Oslo-10, Basel, Switzerland
— «Reload» young russian artists, Red October Gallery. Moscow
2013
-«Heavy Metal» curated by Regina gallery. Winzavod. 5th Moscow Biennale, special project.
-«3 days in October(1993)» Historical Memorial Museum “Presnya”
2016
-«Metaforms», Mars Center. Moscow.
-«Hockey Football» Winzavod. Moscow
-«30 Edges of Truth» Museon Park.
-«FORMA» Festival
-«Overriped elephant fingers» Moscow City Galleries Network «Here:Taganka»
-«Invisible wall» 2nd street art Biennale ARTMOSPHERE at Moscow Manege
-«#project64 Independence» in «Оptics» pavilion at VDNKh
-«New Space» V.Smirnov and K.Sorokin Foundaion Studio.
-«Monstration» Vladey Space. Winzavod
2017
-«New Space» center Smena, Kazan
-«LOVE» Vladey Space. Winzavod.
— Evolution2 mural project
— «Evolution2.1» solo show Winzavod contemporary art center Moscow.
-«Decorating the city» Museum of Moscow.
-”Entering the History” Mmuseum of Mmoscow
-The Hermitage Foundation Gala Dinner, Video+Music performance, V&A Museum, London
-”VolgaFest” public art festival, Samara
-”Offline” The Artmossphere Biennale, Winzavod art-center, Moscow
-”ArtTube” Editions, Cosmoscow art Fair, Moscow
-”the Wall”- Moscow Museum of Modern Art
-”Generation XXI” State Tretyakov Gallery, Moscow
-”2020-2070” State Architecture Museum, Moscow
«Первые работы были смешными»: художник Миша Most рассказал, как научил дрона рисовать
— Миша, вы начинали как граффити-райтер. Когда и откуда возникло это увлечение?
— В 1997 году, мне тогда было 16 лет. Я слушал хип-хоп, а граффити и хип-хоп связаны. Если помните, Москва в конце 1990-х очень мрачно выглядела: ржавые гаражи, серые стены, кругом один бетон, фонари не работают. А я видел в клипах какие-то рисунки на заднем плане и думал, что это прикольно, что вот бы у меня на улице всё было так разрисовано. Конечно, не так думал, но, видимо, подсознательно хотелось всё разукрасить, чтобы улицы выглядели веселее и ярче. При этом культуры граффити как таковой в тот момент не существовало — люди выходили, рисовали на стене слово «Спартак» или название своего района. Не было ни магазинов нормальных, ни информации, ни интернета. Вокруг меня никто не рисовал, я пытался сам изучить вопрос, журналы найти. В конце 1990-х начали появляться граффити-команды, а 2000-й год стал переломным: стали магазины открываться, фестивали проводиться.
— Какие цели преследовали райтеры? Неужели хотели сделать мир красивее?
— Культура граффити зародилась в противовес мегаполису. Изначально всё пошло из нью-йоркского гетто. Нью-Йорк — огромный мегаполис: много рекламы, всё вокруг яркое, светится, давит. И подросткам хотелось как-то о себе заявить в этом большом лабиринте. Они придумывали себе имя и писали его везде. Это такая элементарная попытка донести до окружающих: «Смотрите, вот я, я тоже существую!» Вот психологическая подоплёка граффити. Между прочим, граффити — это именно написание имени, буквы. Порой люди называют словом «граффити» всё, что баллончиком нарисовано. Но ведь не всё, написанное кистью, — живопись. Вот ты забор кистью покрасил — это что, тоже живопись?
— Чтобы понимать уличное искусство, людям нужно изучить вопрос или достаточно «прочувствовать» предмет?
— Люди изучают историю искусства и более-менее разбираются, что такое авангард, абстракционизм, перформанс. Почему бы и в этом не разобраться? Ещё двадцать лет назад было непонятно, что такое уличное искусство. А теперь это вполне сформировавшееся направление, которое себя зарекомендовало. Оно молодое, но внутри него уже есть деления: граффити, стрит-арт, мурализм. Если человек интересуется вопросом, было бы неплохо, чтобы он в этом разбирался, хотя бы различал. И различить легко. Граффити — это буквы. Стрит-арт — послание или попытка создать что-то красивое. Мурализм — рисунки, сделанные легально, почти всегда за счёт города. У всех этих вещей разное послание и разная цель.
— В какой момент вы поняли, что не просто занимаетесь делом, которое приносит вам удовольствие, а являетесь художником?
— Моё знакомство с современным искусством произошло в 2006 году. Я был одним из организаторов трёхдневного фестиваля на «Винзаводе», посвящённого уличному искусству, — первого масштабного события в России. После чего Завод начали реконструировать, а у меня там появилась мастерская. До этого момента я думал граффити забросить, поскольку достиг определённого потолка и не знал, что делать дальше. Но на «Винзаводе» познакомился с современным искусством и осознал, что существует свободное искусство — оно намного шире, чем граффити, и можно заниматься творчеством без привязки к стрит-арту. Однако я не называл себя художником, пока не состоялось порядка 20 групповых и персональных проектов, выставок, — думал, что этот статус нужно заслужить, что тебя должны считать художником более опытные люди из сферы искусства. Кроме того, у меня была другая работа, я не только творчеством занимался. А мне казалось, чтобы быть художником, нужно полностью посвятить себя творчеству. Только когда это произошло, я начал так себя называть.
— А потом ваши работы начали выставлять в Германии, Франции, Великобритании, США… Как вообще молодые художники «попадают» за рубеж?
— Иногда художники рассылают заявки в разные резиденции, ждут, пока они кому-то понравятся и их позовут. У меня всё всегда живьём происходило: я с кем-то встречался, люди знакомились с моими работами, рассказывали обо мне. Или же куратор собирает выставку, и ему кажется, что мой проект подходит. Коллективные выставки случаются. Это очень тонкие вещи. Вот, например, у меня была персональная выставка в Lazarides — это лондонская галерея, которая 13 лет с Бэнкси сотрудничала. Стив (основатель галереи. — RT) приезжал в Москву, выступал с лекцией на «Винзаводе», мы с ним познакомились, а затем он предложил приехать в Лондон и сделать проект. Всё всегда по-разному происходит.
— Как обстоит ситуация с распространением российского современного искусства на Западе?
— Вы знаете, информационные потоки с Востока до Запада практически не доходят. Доходят лишь какие-то эксцессы, громкие события и скандалы. О том, что происходит на Московской биеннале, конечно, никто не знает и не слышит. Интерес к культуре существует, но западные СМИ о таких вещах не пишут, и человек получает необходимую информацию, либо когда он специально ею интересуется, либо когда приезжает в Россию. Поэтому необходимо выезжать за рубеж, делать больше выставок в крупных западных музеях. У нас богатая культура. Все знают XIX век, начало XX века, с концептуалистами даже знакомы. А вот с современным искусством — не очень.
— Почему же так произошло?
— Сфера очень сильно забита. Современное искусство придумал Запад. У них своей информации хватает, они забиты своими звёздами, своими кумирами. Конечно, иногда Запад любит смотреть, скажем, на африканские страны, Китай. К России отношение бывает специфическое: её ведь действительно нужно сесть и изучать, приезжать, с кураторами знакомиться.
— А как развивается современное искусство в России? На ваш взгляд, у художников достаточно возможностей для самореализации?
— У нас принято жаловаться, что всё плохо, нет денег, не поддерживают. Но я вижу вокруг множество талантливых молодых художников моего возраста и младше, у которых куча проектов. Посмотрите хотя бы на ярмарку, которая проходит в Гостином Дворе: в основном там представлены молодые ребята, которые занимаются искусством не так давно, и тем не менее их уже представляют галереи. В любой стране, будь то Англия или Франция, художникам сложно пробиться. И плотность там гораздо больше. Было бы, конечно, хорошо, если бы государство помогало репрезентировать современное российское искусство на Западе. В Москве вообще всё нормально: у нас несколько музеев современного искусства, несколько частных проектов, залов. Каждый год открываются новые. Интересно было бы, чтобы в регионах всё расширялось. Но для этого нужна инициатива на местах.
— Давайте вернёмся к вам. О чём ваше творчество сегодня? Что вас заботит и вдохновляет?
— Заботит меня и вдохновляет будущее. Наше, общечеловеческое. Этому посвящены практически все мои работы. В том числе и этот проект: он тоже про будущее, про восприятие искусства в будущем. Про то, как художник будет работать через много лет. Хороший это подход или плохой? С какими проблемами человечество может столкнуться в дальнейшем? На это, кстати, влияет то, что мы делаем сегодня.
— Как вы решили научить робота рисовать?
— Года три назад у меня был небольшой кинетический проект: ставились баллончики, крутился холст, и картина появлялась сама по себе. Мне очень понравился этот подход — создание картины без художника. Ты её вроде бы контролируешь, но тебе самому интересно, что получится в результате. Тем временем история с дронами стремительно развивалась: дрон стреляет, перевозит людей, спасает кошек. А до искусства технологии почему-то доходят в последнюю очередь. Я подумал: почему бы в живопись, одно из древнейших видов искусства, не привнести что-то новое? И опять же, отстраниться от процесса, взглянуть на него со стороны? Я вынашивал эту идею два года и, когда «Винзавод» предложил мне поучаствовать в проекте «Прощание с вечной молодостью», решил, что пора. Обратился к разработчикам — ребятам из Interactive Lab и Tsuru Robotics. Сначала много вопросов было, а потом им самим понравилась эта идея. Всё делалось с нуля: работу такого уровня в мире ещё никто не делал. Это интересно мне как художнику, это интересно программистам, инженерам. И ещё — когда ты первый, ты делаешь в своём развитии очень большой шаг.
— Сколько времени занимает подготовка одной картины, написанной дроном?
— Я отрисовываю объект на планшете, мы переносим его в специальную программу, по которой «летает» дрон. Готовятся пути полёта… Это занимает несколько часов, задействовано несколько человек. Зато, когда прописана программа, нажимается кнопка и дрон начинает рисовать, всё можно тиражировать — подставлять новый холст и рисовать бесконечно.
— Мне кажется, такой способ создания картин может стать трендом.
— Да, может возникнуть определённый тренд, появится робот-художник, который научится создавать интересные, хорошие, единичные живописные работы. Думаю, сначала работы, созданные искусственным интеллектом и нарисованные машиной, будут смешными. Первые наши работы действительно абстрактные и смешные, будто нарисованные ребёнком. Однако за три недели наш дрон научился рисовать практически как взрослый человек! Если вам дать в руку баллончик, вы так быстро не научитесь рисовать, как научился робот. Баллон сам по себе инструмент сложный, один из последних инструментов, созданных для живописи. А мы совместили этот инструмент с ещё более сложным роботом. Наладить процесс обучения робота было трудно. Но тем не менее обучились все: и программист, и дрон. Вот почему создание робота, который будет придумывать картины и рисовать их, я не считаю проблемой. Это произойдёт. И вы придёте в известный мебельный магазин, где вместо принтов повесят картину, написанную роботом, искусственным интеллектом. Она будет доступной в плане стоимости и при этом красивой, интересной. Почему нет?
— Но если творческий человек лишится возможности что-то делать своими руками, он откажется от опыта переживания в процессе работы. А ведь это очень важно для художника.
— Да. Но у меня здесь был максимальный процесс переживания, вы просто не поверите! Конечно, мне говорят: «А зачем? А как? А что сам не рисуешь?» Но понимаете, создать такую вещь и видеть как она работает — это самое большое переживание, наверное, в моей жизни в плане творчества. У меня недавно был проект в городе Выкса Нижегородской области — 10 тысяч квадратных метров, самый большой мурал в мире. Его подготовка заняла два месяца. Однако проект с дроном стал для меня более сложным и более эмоциональным, хотя он меньше в несколько раз и меньше времени занял. Здесь я сделал то, чего никто ещё не делал, здесь я задаю вопрос, который, может быть, сейчас висит в воздухе, — про роботизацию, проникающую во все сферы, включая искусство.
— Выходит, этот проект — чистый эксперимент?
— Да, это экспериментальный проект, такая лаборатория по взаимодействию человека с роботом. На мой взгляд, он важен для понимания уровня проникновения новых технологий в жизнь человека и возможных опасностей. Я не скажу, что рад и счастлив, что роботы всё за нас станут делать, а искусственный интеллект будет контролировать жизнь вокруг нас. Скорее, я хочу, чтобы люди лишний раз задумались, насколько это хорошо. Может быть, нас действительно, как в фильмах, захватят роботы и мы будем с ними сражаться? Когда человек придумал компьютер, никто не думал, что появятся какие-то вирусы, которые начнут красть деньги из банков и взламывать вашу почту.
— Каким, как вы думаете, будет современное искусство в будущем?
— Технологии будут сильнее влиять на жизнь всех людей, проникать во все сферы. Опять же, вопрос, который задаю я: будут люди искусства стараться придерживаться ручного труда или автоматизация и прогресс возобладают и искусство заполнится рисующими роботами, искусственным интеллектом, самостоятельно создающим скульптуры? Я не отвечу на этот вопрос. Скорее, я его сам всем задаю этой выставкой.
