Мастерская историй Анны Мистуниной
Меня зовут Анна, и я писатель. Мои жанры — в первую очередь фэнтези и сказка: истории без внешних ограничений, истории, где мифологическое сливается с обыденным, а путешествие души — с физическим путешествием тела.
Показать полностью. Истории, где можно дойти буквально ногами до ответов, затрагивающих самую суть того, что значит быть человеком.
Писательство для меня — не хобби и не заработок, а способ жить. Терапия, духовный путь, мировоззрение, практика — называйте как хотите. Об этом я пишу в группе, которую зову своей Мастерской.
Я верю, что в жизни гораздо больше смысла, чем просто родиться, выучиться, заработать, хорошо выглядеть, купить квартиру, вырастить детей и научить их всему тому же. Я верю в предназначение. Верю в Путь. И пишу об этом здесь.
Иногда здесь бывают запуски, курсы, марафоны. На них бывает весело и (как говорят участники) терапевтично.
Добро пожаловать на борт!🏴
Мастерская историй Анны Мистуниной запись закреплена
Это будет временный закреп о том, что происходит в группе
А происходит много. Осмысление и переосмысление. Поиск стиля и направления. Выход из тени во всех смыслах.
Начиная совсем недавно проект имени себя, я искала ответы — могу ли я вообще быть публичной? Могу ли предложить что-то людям, позвать за собой куда-то — и чтобы им понравилось?
Показать полностью.
Я ответила на оба вопроса, и ответ — да! Теперь хочу научиться делать это так, чтобы нравилось мне самой.
Здесь станет больше моего личного — и произведений: пока это сказки, но очень скоро появятся и отрывки из книг. Может быть, будут подробные рассказы о моих героях — кто они такие и как ко мне пришли. О моих мирах и устройстве вселенной. Пока думаю над этим.
Будет откровенное: о писательстве как о Пути, о внутренней, шаманской сути. Будут техники и личный опыт. Кому-то это покажется странным, слишком нестандартным, несовременным — дверь там
Обязательно еще будут запуски, где можно поучаствовать и получить пользу. И поддержку, и внимание. Одно из главных дел, предназначение, то, в чем я вижу сейчас смысл — поиск своей стаи. Тех, с кем мы похоже чувствуем и одинаково желаем странного. Возможность подставить плечо и знать, что в случае нужды подставят плечо тебе.
Случайные люди приходят и уходят. Мои — остаются, и каждый дороже целой пещеры сокровищ. Я решила прицельно искать своих. И любить их так, как только возможно вообще любить.
Спасибо всем, кто уже со мной. Вы — невероятные 
Мастерская историй Анны Мистуниной запись закреплена
У матери короткое каре и стильные серьги-капельки. Впервые за много лет Наташа видит ее без макияжа, усталой и помятой. Постаревшей и напуганной.
— Я не понимаю. Ты была такой хорошей…
И Наташа взрывается — злыми слезами, криком, брызгами слез:
— Хорошей?! Да я вся, насквозь, до говна, хорошая, мама! Хорошая дочь! Хорошая жена! Хорошая мать! Хороший креативный рекла… Меня сейчас вырвет.
Показать полностью.
Едва успевает повернуться набок, и ее рвет желчью и жидкой кашей, которую кое-как запихала в себя утром. Мать пододвигает стоящий рядом таз.
Она вытирает рот краем простыни. Шепчет:
— Прости меня, мам. Нет больше вашей хорошей Наташи, одна оболочка. Я давно… давно уже ничего не хочу. Притворялась, жила, сама не знаю, зачем. Думала, что должна, наверно. Ведь все ждут… хорошего. Но я больше не могу, мама, не могу…
Слез давно не осталось, глаза сухие. Но на мятую простыню капают слезы матери.
— Прости меня, дочка…
— Это не в тебе дело. Это во мне.
Испугаться бы, что теперь мать обвинит во всем себя. Но недавний всплеск истощил остатки сил.
— Это я виновата, — говорит мать, и в ее голосе неожиданная ярость. — Она предупреждала меня, что этот день придет. А я, дура, забыла. Думала, перехитрила судьбу!
— Мам, ты бредишь? Это я здесь не в своем уме, вроде как?
— Ты в своем уме, дочка. И я тоже. Не хотела рассказывать тебе об этом никогда. Да, видно, судьбу и впрямь не обманешь…
— Мама, что ты такое несешь?
Мать садится на край кровати, невидяще смотрит в таз с рвотой. Наташе, несмотря на всю апатию, становится страшно.
— Мам?
— Молчи и слушай. Второй раз не расскажу.
Мастерская историй Анны Мистуниной запись закреплена
Мастерская историй Анны Мистуниной запись закреплена
Писательская подсказка от Людмилы Улицкой:
Не думаю, что существует какая-то средняя, для всех приемлемая правда. Мы все видим только части целого — в силу разной широты взгляда, глубины ума, точности интуиции.
Мастерская историй Анны Мистуниной запись закреплена
Пишу историю — сказку, страшную, как всегда. Бо́льную, как всегда. Большую, конечно же, у меня даже малая форма всегда большая. Я ждала и звала этого героя почти год. И вот он пришел. И вот я влюблена, и медленно, шаг за шагом выпускаю его из себя. И знаете, что самое трудное?
Показать полностью. Те начальные три-пять вордовских страниц, которые полная, неподражаемая фигня, которую даже самой себе показывать стыдно, даже с выключенным светом и зажмурившись. И от мысли, что это я так пишу, хочется провалиться… ну, короче, в то самое место, куда суждено спуститься моему герою, сказка-то самайновская.
Но эта куча бреда (я ее удалю потом, конечно) нужна именно затем, чтобы нащупать настоящее. Наткнуться случайным перебором на те единственно верные ноты, какими можно рассказать — о нем. Чтобы золото и багрянец, темнота и отчаяние, жертва и надежда, расцветающая во тьме кроваво-алым цветком. Так легко бросаться такими словами в посте, а попробуй сделать их историей?
Наверное, гениям легче. Наверно, они не пишут ненужного бреда, а если пишут — пару строчек, а не страниц. А совсем уверенные в себе гении любой бред завернут в красивый фантик и отправят в печать… наверное.
Но если вы не такой уж гений, а простой смертный, вроде меня, и вот уже четвертую страницу несете бред, хочу сказать — с вами все в порядке. И очень скоро вы услышите верные ноты. И придет любовь.
Мастерская историй Анны Мистуниной запись закреплена
Писательская подсказка от Стивена Кинга:
Лучше всего обучаешься, чего не надо делать, когда читаешь плохую прозу[…] А хорошее письмо учит читающего писателя стилю, изяществу повествования, развитию сюжета, созданию правдоподобных персонажей и умению говорить правду. Роман вроде «Гроздьев гнева» может наполнить новоиспеченного писателя чувством отчаяния и доброй старой зависти — «Мне никогда так не написать, проживи я хоть тысячу лег», — но такие чувства тоже могут послужить хлыстом и шпорой, заставляя писателя работать усерднее и ставить цели потруднее. Когда тебя сокрушает — или даже просто расплющивает — сочетание великого искусства писателя и великой вещи, это всего лишь необходимый этап формирования каждого писателя. Вам никогда не сокрушить никого силой своего письма, если с вами этого не произошло.
Мастерская историй Анны Мистуниной запись закреплена
Позавчера устроила безобразие — задала вопрос на триггерную тему. Вопрос звучал «как для вас» и «кто вы». Слегка надеялась, что все ограничатся ответом «как чувствую я» и никто не придет лечить/учить других, как им надо срочно исправиться. Глупо надеялась, конечно. Но мне это надо — надо в конце концов привыкать спокойно говорить хоть с кем, даже скандалистом.
Показать полностью. Даже с таким человеком, что сразу заходит с двух аккаунтов, чтобы лайкать собственные комменты в ту же секунду, как они написаны — настолько ему/ей неуютно в мире, где есть и другая точка зрения. И почему-то именно это задевает больше, чем попытки вызвать меня на конфликт. А вот сами попытки уже не цепляют. И это личная маленькая победа)
И еще понимаю, что это одна из самых интересных вещей на свете — слышать, как человек говорит о себе. «Я чувствую об этом вот так. Потому что для меня оно вот про это. И вот такой-то опыт меня к этому привел». И такое наслаждение быть среди людей, которые честно говорят о себе, не пытаясь срочно переформатировать под себя и свои взгляды весь мир. Которые честно смотрят внутрь и задают вопросы — себе и миру. И позволяют ответам быть любыми.
Для меня это тоже про писательство, конечно. Потому что сильные тексты и рождаются из этой привычки — смотреть в глубину, рефлексировать и понимать, что именно я чувствую по отношению к любому явлению жизни. А потом — почему именно я так чувствую. О чем это для меня. Какой путь, какой опыт меня привел в это место. И любое сильное художественное произведение — об этом. О Пути, который приводит нас к взглядам и решениям, о том, как меняется наша жизнь по дороге. О том, как это создает нашу индивидуальность. Раз влюбившись в этот процесс, невозможно не возвращаться к нему снова и снова. Как зависимость, честное слово.
Выводов не будет, нравоучений тем более. Просто хотела сказать спасибо всем, кто рядом, за вашу честность и за позволение быть честными другим. С вами — классно.
