Муножат Йулчиева Свой дар я храню для народа
Муножат Йулчиева: «Свой дар я храню для народа»
20 ноября во Дворце международных форумов «Узбекистан» с огромным успехом прошел сольный концерт Народной артистки Республики Узбекистан, блистательной исполнительницы макомов Муножат Иулчиевой. Программа концерта «Душевные мелодии» представила все грани таланта певицы с мировым именем, ее удивительного голоса, способного с первой же минуты завораживать слушателя, независимо от его национальной принадлежности и музыкальных пристрастий. А день спустя Муножат Йулчиева любезно согласилась дать интервью нашей газете и поделиться своими впечатлениями о концерте, мыслями о музыке и, конечно, рассказать о своем пути в большое искусство.
— Вы стали первой из отечественных исполнительниц, кто выступил в самом престижном концертном зале республики. Каковы ощущения?
— Да, после окончания концерта люди в зале еще долго сидели потрясенные и не хотели уходить. И это несмотря на то, что среди зрителей было немало иностранцев, которые не понимали узбекского языка!
— Альбомов с Вашим исполнением в магазинах найти практически невозможно, в отличие от тщательно откорректированных в звукозаписывающих студиях дисков, «фанерных» звезд отечественной эстрады. С чем это связано?
— Я не увлекаюсь шоу-бизнесом. Вообще, считаю, что исполнители, которые поют, особенно на концертах под фонограмму, обманывают зрителя. Уделяя больше внимания внешней атрибутике концерта, создавая шоу, они предают тем самым музыкальные традиции. Это уже не лекарство для души, каким призвано быть настоящее искусство, а пустышка. Что же касается записи альбомов, то в фондах радио и телевидения хранятся записи с моим исполнением. У меня дома есть архив. Сама я тоже выпускаю диски, но малым тиражом и исключительно для друзей, потому что считаю: ничто не заменит живой концерт.
— На Западе Вас называют суфийской певицей. Насколько в этом эпитете есть доля истины?
— Чтобы маком дошел до глубин души слушателей, самому исполнителю необходимо его прочувствовать. Чтобы прочувствовать, нужно понять суть старинного
поэтического произведения, а это подразумевает знание староузбекского и
фарси.
— Ваши корни, как и у большинства талантливых людей, из провинции. Часто ли Вы бываете на своей малой родине?
— Хотелось бы чаще, но не могу: работа, семья, дети. Даже в отпуске отдохнуть не получается. Муж иногда нервничает по этому поводу, но что поделать.
— А супруг не музыкант?
— Нет, он востоковед, филолог языков хинди и урду. Вместе мы уже 20 лет, и на протяжении всего этого времени он старался меня поддержать, понять.
— Когда Вы решили стать певицей?
— Я с малых лет мечтала выступать на сцене, а я из тех людей, кто добивается поставленных целей. Тем более все педагоги в школе без конца твердили, что у меня талант от Бога, и я должна учиться в Ташкенте. Отец поначалу не разрешал, он у меня очень строгий, а потом. Вообще, мои родители не музыканты, но вот у матери был бархатный голос и даже красивее, чем у меня. Но в годы ее молодости об учебе нельзя было и думать, ее сразу выдали замуж. Когда она выходила в поле собирать хлопок, то ее просили петь и вдохновлять на труд остальных. В 2003 году ее не стало, а папа до сих пор живет в Андижане, ему уже за 80, но переезжать в Ташкент не хочет.
— Помните свое первое выступление?
— Тогда я училась на подготовительных курсах, был день рождения Алишера Навои. С телевидения моему наставнику пришло предложение выступить его ученикам в передаче «Нозим ва наво». Я исполнила две песни «Муножат» и «Узок». На следующий день после трансляции я проснулась известной. Немного позже вышел указ Шарафа Рашидова «О поддержке молодых талантов». Более того, тогда же мне выделили отдельную двухкомнатную квартиру прямо в центре города. Это случилось после того, как я не смогла выступить на одном концерте из-за сильной простуды. А жила я тогда в общежитии без условий. Эта квартира до сих пор у меня как талисман, однажды хотела разменять ее на большую, но отец запретил, сказав: «Это первый подарок от государства, храни его». Там сейчас живут мои сестренки.
— В вашей биографии есть любопытный факт: Вам предлагали учиться в московской консерватории с последующей стажировкой в Италии, но вы отказались. Почему?
— Трудно ли сегодня обучать искусству исполнения макомов современную молодежь?
— Я очень рада, что наша молодежь тянется к традиционному искусству. Приведу пример. Моя ученица больше двух лет назад начала преподавать. И однажды я слушала ее учеников, исполнявших мои песни, очень сложные, которые я сама пела после нескольких лет учебы. Я с волнением слушала их, боялась, что где-то сфальшивят, сорвут голос, но у них все получилось.
— Пробовали себя в других жанрах музыки?
— У Вас двое сыновей. Кто-нибудь пошел по вашим стопам?
— Люди, живущие не хлебом единым, находят в творчестве убежище от тягот реальности. А что для Вас Ваше творчество?
— В первую очередь, душевный покой. Часто, исполняя маком, когда я пою
во весь голос, то впадаю в экстаз. В такие мгновения душа музыки словно сливается воедино с моей душой. Это непередаваемые ощущения гармонии. Как-то ко мне приехали из Саудовской Аравии наши бывшие соотечественники, эмигрировавшие за рубеж с приходом советской власти. Одной из целей их прибытия в независимый Узбекистан была я, они приехали, чтобы отдать дань уважения хранительнице музыкальных традиций. Я не принимаю это на свой личный счет, а отношу на алтарь подлинного искусства, которым меня наделил Всевышний и который должна сохранить для своего народа.
