Очерки истории каракалпакской асср
Очерки истории каракалпакской асср
Ташкент. Изд-во «Наука» УзССР, 1964. Тираж 2000. Т. 1. 429 стр. Цена 2 руб. 47 коп. Т. 2. 338 стр. Цена 1 руб. 98 коп.
2 Между тем существует и другая точка зрения, о которой авторы тома, к сожалению, не упоминают. См. В. В. Бартольд. История Туркестана. Соч. Т. 2. Ч. 1. М. 1963; его же. История культурной жизни Туркестана. Соч. Т. 2. Ч. 1; «История таджикского народа». Т. 1. М. 1963, и др.
3 См. В. В. Бартольд Соч. Т. 2. Ч. I. стр. 175, прим. 6; С. Г. Кляшторный. Древнетюркские рунические памятники. М. 1964, стр. 164, 167, 169; Б. Я. Ставиский. О северных границах Кушанского государства. «Вестник древней истории» (ВДИ), 1961, N 1; «История Казахской ССР». Т. I. Алма-Ата. 1957, стр. 40 сл.
4 Ср.: «История Туркменской ССР». Т. I. Кн. I. Ашхабад. 1957, стр. 141 сл.
5 Ср.: С. Г. Кляшторный. Указ. соч., стр. 177, 178; «История Казахской ССР». Т. I, стр. 64 сл.; «История Туркменской ССР». Т. I. Кн. I, стр. 183.
6 Ср.: С. Г. Кляшторный. Указ. соч., стр. 164, 177, 178.
мально-этимологическом сопоставлении по созвучию (причем очень спорному) этнонимов и не подкрепляются непосредственно историческим материалом (стр. 93, 95, 103, 122 и др.).
Вызывает удивление и то, что авторы двух первых глав, излагая историю древнего Хорезма, не высказывают своего собственного мнения, а апеллируют, как правило, только к взглядам С. П. Толстова и почти не обращаются к оценкам других известных советских авторов, внесших значительный вклад в исследование прошлого народов этой области.
Благоприятное впечатление производит глава «Каракалпаки в Хивинском ханстве до присоединения к России». Эта глава, написанная на основе привлечения обширного фактического материала, исследует такие важные проблемы, как хозяйство и общественные отношения у каракалпаков в XIX в., имущественное и классовое расслоение в каракалпакском ауле, положение каракалпаков в системе Хивинского ханства. Интересны страницы, в которых говорится о стремлении каракалпакского народа к объединению с Россией (стр. 198 и др.). Следует отметить, что автор этой главы С. К. Камалов использует полевые материалы, собранные им в многолетних экспедициях.
7 Ср.: «История Туркменской ССР». Т. I. Ч. I, стр. 180 сл., 199, 374.
Неубедительно утверждение авторов о наличии у каракалпаков в XIX в. феодальных отношений и феодальной ренты. Весьма вероятно, что у каракалпаков к тому времени существовали элементы подобных отношений, во всяком случае, как один из укладов. Но доказательства в пользу их существования следовало бы искать другие. Признаками феодализма у каракалпаков в книге названы отношения аренды, обезземеливание части крестьянства и ее эксплуатация байской верхушкой. Однако это похоже скорее на элементы капиталистических, а вовсе не феодальных отношений и феодальной ренты.
Нужно также отметить, что указатель литературы, приведенный в конце первого тома, не удовлетворяет в полной мере читателя. Он довольно обширен и содержит много названий, имеющих косвенное отношение к рассматриваемым проблемам, но в то же время в нем отсутствуют некоторые труды, прямо относящиеся к теме.
Второй том охватывает эпоху от Великой Октябрьской социалистической революции и до наших дней. Следует подчеркнуть, что
10 См. Карпов и Батцер. Хивинские туркмены и конец Кунградской династии. Ашхабад. 1930.
В томе ярко изложены события гражданской войны в Каракалпакии, работа большевиков по организации Красной гвардии и регулярной Красной Армии, борьба трудящихся масс со ставленниками контрреволюции Джунаид-ханом и атаманом Толстовым (стр. 56, 65, 73). Несомненной удачей авторов явилась умелая увязка событий в Каракалпакии с революционными событиями во всей стране. Значительное место уделено росту и развитию большевистских организаций на правобережье Аму-Дарьи в ходе гражданской войны, особенно среди местного населения, и вопросу о постепенном слиянии русских и мусульманских партийных ячеек.
В томе приводятся более полные, по сравнению с известными ранее, материалы о деятельности коммунистов Каракалпакии по очищению рядов партии от оппортунистов, по созданию и руководству комсомольскими организациями, развертыванию среди местных трудящихся огромной культурно-просветительной работы, по подъему экономики края и улучшению материального положения трудящихся (стр. 86 ел.); прослеживаются экономические и политические изменения, которые произошли в Каракалпакии в связи с решениями V съезда КПТ (сентябрь 1920 г.) и IX съезда Советов ТАССР о восстановлении хлопководства, объединении безземельных батраков и малоземельных трудящихся дехкан в союз «Кошчи», ликвидации помещичье-байского землевладения. Вместе с тем, рассматривая экономическое состояние Каракалпакии накануне восстановительного периода, авторы мало уделили внимания изучению развития хозяйства в разных районах области. Между тем здесь, помимо земледельческого, расселялось также население, занимавшееся земледелием наряду со скотоводством или одним кочевым скотоводством, что требовало дифференцированного подхода при осуществлении тех или иных экономических и политических мероприятий.
Представляют особый интерес главы, освещающие историю Каракалпакии в восстановительный период и в годы развернутого строительства социализма. На основе большого фактического материала авторы анализируют экономику области, показывают ту постоянную помощь, которую оказывали ей трудящиеся других советских республик. В «Очерках» освещается также сложная проблема национального размежевания в 1924 г., когда была образована Каракалпакская автономная об-
ласть. Однако следовало подробнее остановиться на специфике подъема хозяйства и культуры народов Каракалпакии в ее различных частях, поскольку остался обойденным ряд интересных проблем: начало перехода к земледелию многих до того времени полуоседлых групп земледельцев-скотоводов; вытеснение у земледельцев- скотоводов «племенного» принципа расселения территориальным и т. п.
Особенно хотелось бы выделить разделы, в которых рассматривается период социалистической индустриализации и коллективизации сельского хозяйства Каракалпакии. Авторы сумели показать, как в невиданно короткие сроки отсталая окраина царской России превратилась в цветущую область с развитой экономикой и культурой. Думается, однако, что исследование, несомненно, выиграло бы, если бы в нем было обращено больше внимания на те различия в процессе коллективизации и борьбы с кулачеством, которые имелись в разных районах Каракалпакии. Процессы борьбы с байством и коллективизация в пустынных местностях, среди редкого, экономически отсталого скотоводческого населения происходили несколько иначе, чем в оазисах, где к XX в. значительное распространение получили капиталистические отношения.
Рассмотрение «Очерков» дает основание считать, что авторами проделана серьезная работа по собиранию и обобщению сведений, касающихся истории республики за большой хронологический период. Это исследование, несмотря на отмеченные недостатки, заслуживает в целом положительной оценки; оно явится хорошей основой для дальнейшего изучения истории Каракалпакии.
Постоянный адрес данной публикации:
Публикатор:
Официальная страница автора на Либмонстре: https://libmonster.ru/Klepatski
Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир) • Google • Yandex
КАРАКАЛПАКСТАН (РЕСПУБЛИКА КАРАКАЛПАКСТАН), КАРАКАЛПАКИЯ
Каракалпакстан (Республика Каракалпакстан), Каракалпакия — автономная республика в составе Узбекистана.
Площадь — 166 тыс. кв. км. Население — 1 млн 790 тыс. человек (2016): узбеки (33 %), каракалпаки (32 %), казахи (26 %), туркмены (5 %), русские (1 %). Столица — Нукус.
В неолите и бронзовом веке на территории нынешнего К. особо выделяются кельтеминарская культура, тазабагъябская культура и суярганская культура, ранний железный век иллюстрируют памятники Хорезма. Этногенез каракалпаков — результат смены и взаимовлияния кочевых и оседлых групп носителей языков индоевропейской и алтайской семей в дельтовых и степных областях Приаралья, прилежащих к Хорезмскому оазису. Большинство каракалпаков в XVII — середине XVIII в. кочевало по среднему и нижнему течению Сырдарьи, находясь в зависимости от Младшего жуза Казахского ханства. Положительный ответ, который их послы в Оренбурге и Санкт-Петербурге в 1742 получили на просьбу о принятии в российское подданство, повлек за собой в 1743 нападение на них хана Младшего жуза Абулхайра, что привело к миграции основной их массы к концу XVIII в. на западный проток сырдарьинской дельты — Жана-Дарью. Здесь они столкнулись с хивинскими Кунгратами, которые, окончательно покорив их в 1811, посадили в пустынной и заболоченной дельте Амударьи. Связанные с этим социально-экономические сдвиги усилили внутреннюю напряженность среди каракалпакских племен, восстававших против Кунгратов в 1855—1856 и в 1858—1859, после чего часть родов вернулась к российской ориентации, а другая вступила в союз с ханами.
После Хивинского похода 1873 основные земли каракалпаков на правобережье Амударьи вошли в Амударьинский отдел, впоследствии включенный в Сырдарьинскую область Туркестанского генерал-губернаторства, а левобережье осталось в пределах Хивинского ханства. Интеграция каракалпакского этнического ареала в российское экономическое пространство положила начало крайне медленному проникновению капиталистических отношений и культуры Нового времени (налаживание товарного хлопководства на полукустарных заводах, открытие русско-туземных школ), параллельно с прекращением межэтнических столкновений и противоборства Хивы с окружающими племенными союзами. В годы Первой мировой войны на каракалпаков влияли события в соседних областях Туркестана: Среднеазиатское восстание 1916 распространилось на Чимбайский и отчасти Шураханский участки.
После Февральской революции 1917 в Петро-Александровске и Шурахане, как и в Чимбае, были созданы Советы, в которых преобладали меньшевики и эсеры. С победой Октябрьской революции 1917 советская власть в 1917 установилась и в Амударьинском отделе, который в 1918 вошел в состав Туркестанской АССР. В 1918—1919 басмачи Джунаид-хана (см. Басмачество) безуспешно осаждали Петро-Александровск и нападали на Шаббаз и Нукус, а Туркестанский реввоенсовет учредил ревком в Петро-Александровске, но Чимбаем и Муйнаком, при поддержке А. И. Дутова и Джунаида, овладели отряды казаков-уральцев и мусульманской знати. После их разгрома и с падением Хивинского ханства в 1920 левобережье Амударьи вошло в Хорезмскую Народную Советскую республику (ХНСР), а правобережье — в Амударьинскую область Туркестанской АССР. В 1924, согласно постановлению 2-й сессии ВЦИК, часть Амударьинской области с преобладающим каракалпакским населением и каракалпакские округа ХНСР выделялись в Каракалпакскую автономную область Казахской АССР, что в 1925 законодательно оформил 1-й Учредительный съезд ее Советов в Турткуле. В 1930 АО была включена напрямую в РСФСР, а в 1932 преобразована в Каракалпакскую АССР (ККАССР), которую Конституция СССР 1936 передавала Узбекской ССР.
Советизация К. сопровождалась интенсивной модернизацией архаичного аграрного общества, прежде всего за счет развития хлопкоочистительной и пищевой промышленности, снабженной современной техникой. К 1940 десятки колхозов и совхозов объединили большую часть посевной площади К., размеры которой возросли более чем в полтора раза. Были полностью реорганизованы оросительные системы и проведены современные каналы, созданы строительная и текстильная отрасли. Территория К. покрылась железными и шоссейными дорогами. Было покончено с почти поголовной неграмотностью каракалпаков, для языка которых (кыпчакской подгруппы тюркской группы) разработан арабский (с 1924), затем латинский (с 1930) и кириллический (с 1940) алфавит (с 1994 осуществляется возвращение к латинице), открыты академические учреждения, вузы, техникумы и училища. На смену песенной и эпической традиции (во многом общей с соседними народами) пришла национальная литература (в духе социалистического реализма) и театр. На экономическом и демографическом положении К. заметно сказалась экологическая катастрофа, вызванная техногенными изменениями в бассейне Аральского моря, в результате которой значительная часть территории полностью лишилась традиционной кормовой и в целом ресурсной базы (рыболовство, в большой мере земледелие и скотоводство). В 1990 Верховный совет ККАССР принял декларацию о государственном суверенитете и в 1992 принял название Республика К., а в 1993 подписал с правительством независимого Узбекистана договор о вхождении республики в его состав.
Лит.: Очерки истории Каракалпакской АССР. Т. 1—2. Ташкент, 1963—1964; Материалы по истории каракалпаков. Сборник. М.–Л., 1935; Иванов П. П. Новые данные о каракалпаках // Советское востоковедение. III. М.–Л., 1945. С. 59—79; Жданко Т. А. Очерки исторической этнографии каракалпаков. Родоплеменная структура и расселение в XIX — начале XX века. М.–Л., 1950; Его же. Каракалпаки Хорезмского оазиса // Археологические и этнографические работы Хорезмской экспедиции 1945—1948. Т. I. М., 1952. C. 461—566; Камалов С. Завоевание каракалпаков хивинскими ханами в конце XVIII — начале XIX вв. Нукус, 1958; Материалы и исследования по этнографии каракалпаков. М., 1958; Досумов Я. М. Очерки истории Кара-Калпакской АССР (1917—1927). Ташкент, 1960; Татыбаев С. У. К истории преобразования Кара-Калпакской автономной области в Автономную советскую социалистическую республику. Нукус, 1959; Шалекенов У. X. Очерки по истории культуры Советской Кара-Калпакии (1917—1940 гг.). Нукус, 1960.
Эвакуация в Каракалпакстан в годы ВОВ: неизвестные страницы истории
Представляем вниманию читателей серию работ из Сборника материалов международной научной конференции, посвящённой 75-летию Великой Победы «Эшелоны идут на Восток. Эвакуация в Узбекистан в годы Великой Отечественной войны».
Кандидат исторических наук,
старший научный сотрудник,
заведующий отделом истории
Каракалпакского научно- исследовательского института
гуманитарных наук ККО АН РУз
Джумашев А. М.
(г. Нукус, Республика Узбекистан)
Доклад: Эвакуированные народы в начальные годы войны в Каракалпакстане: неизвестные страницы истории *
* Данная работа была выполнена на основе проекта фонда поддержки фундаментальных исследований Академии наук Республики Узбекистан, гранта №119-08 «Депортация народов в Каракалпакстан в 1941-1945 гг.: характер и последствия», автор был научным руководителем
Вторая мировая война оставила печальный след в истории жизни многих народов. Это были годы страшных и трагических событий, которые происходили не только на фронтах, но и в далеком тылу. Так, как с линий фронтов мирное население было эвакуировано в среднеазиатские республики, и больше всего эвакуированных – около 1 миллиона человек – нашли приют в Узбекистане. В Каракалпакстан, как составная часть Узбекистана, первые эвакуированные стали поступать в конце 1941 г. Жители нашей республики активно занимались расселением эвакуированных граждан. Для оказания помощи создавались городские и районные комиссии, при СНК ККАССР был создан Эвакуационный Совет. На добровольных началах создавались специальные денежные и продовольственные фонды для нужд эвакуированным. Большинство простых людей Каракалпакстана, несмотря на тяжелое экономическое положение, не скрывало своего сочувствия и не отказывало в помощи эвакуированным гражданам из Украины, Белоруссии и России.
Постановление СНК УзССР и ЦК КП (б) Уз от 3 ноября 1941 «О мероприятиях по трудоустройству и улучшению бытового положения эвакуированного населения в Каракалпакской АССР» обязывало народные комиссариаты и учреждения, к размещению и обустройству этих людей и обеспечению их всеми видами обслуживания. В соответствии телеграфного указания СНК ККАССР, постановлением заседания бюро Кунградского райкома КП (б) Уз от 30 декабря 1941 года «О выдаче единовременного пособия эвакуированных гражданам» [1], была создана комиссия по выявлению особо материально нуждающихся граждан с прифронтовой полосы. В каждом районе был создан фонд, путем отчисления для эвакуированных людей и был организован сбор одежды, обуви, особенно детской, которые выдавались особо нуждающимся эвакуированным.
Для отправки больных, детей и багажа эвакуированных было мобилизовано 3 автомашины, 38 верблюдов, 68 ишаков и 25 лошадей. На каждого человека было выдано по 5 кг. хлеба и по 4 кг. копченой, вяленой рыбы. В Урге был организован ремонт обуви и одежды, выдавалась спецодежда с завода и обувь тем, у кого ее не было. С рыбозавода Казахдарья 183 человека было направлено через Караузяк. Небольшая часть людей, находящаяся в колхозах «Кенеса» и имени Ворошилова, также на бывшем рыбозаводе «Майпост» была отправлена в Ходжейли. Эвакуированные в пути были обеспечены медицинской помощью, среди эвакуированных поляков были 4 врача. В Муйнакском районном центре польских граждан осталось 289 человек [3].
Так же, к концу 1941 года в Чимбае проживало 917 эвакуированных, в том числе детей до 16 лет – 365 чел., из 486 трудоспособного населения было устроено на работу 481, а 5 человек не могли работать только из-за отсутствия одежды и обуви. В Шаббазский район в 1941 г. прибыло 258 эвакуированных людей, которые также были распределены по колхозам. Из- за отсутствия одежды и обуви им было выдано 38 пар мужских ботинок, 24 пары детских ботинок, 26 пар дамских туфель, 9 детских платьев и 2553 рубля деньгами [4]. Деньги для устройства и размещения эвакуированного населения выделялось из заработной платы местного населения.
Уменьшение государственного бюджета в связи с военным положением ухудшало материальное состояние населения республики. В основном тяжелое положение было в аулах. В 1941 г. из 54.278 колхозных хозяйств, (т.е. 267.603 чел.) 4.658 или 8,5% не имели в своемдомашнем хозяйстве мелкий рогатый скот [5]. Кроме того, в эти годы были увеличены военные налоги, которые собирались в обязательном порядке. Так с 20 февраля 1942 г. по 3 марта 1942 г. с сельского населения было собрано 366 тыс. руб. За несвоевременную уплату военного налога в качестве штрафа отбирали скот.
На заседаниях партийного бюро и исполкомов в 1942 году в феврале рассматривался вопрос о призыве граждан польской национальности в армию [6]. Тогда же было принято постановлением №206 СНК ККАССР «Об оказании дополнительной помощи, бывшим польским гражданам, эвакуированным из западных областей Украины и Белоруссии в ККАССР», обязывалось выделить бывшим польским гражданам пайки сверх существующих норм на одного человека: муки 2 кг., крупы 2 кг., жиров 500 грамм, сахара и кондитерских изделий 500 грамм, мыло хозяйственного 1 кусок. Кроме того, было отмечено в первую очередь «обеспечить детей семей военнослужащих и выдать остронуждающимся семьям военнослужащих польской армии в СССР – единовременное пособие до 900 рублей на одну семью» [7]. Конечно, распределяемые деньги, продукты и одежда не могли полностью удовлетворить потребности всех семей. И все же они смогли существенно облегчить жизнь эвакуированных людей.
На 2 февраля 1943 года по автономной республике эвакуированного населения из районов СССР, числилось 4343 человека; из них старше 16 лет составляло 3044.
Из числа эвакуированных населений трудоспособные были устроены на работы. Создавались республиканские комиссии для проверки состояния трудоустройства эвакуированных – обеспечения их работой в колхозах, совхозах, МТС и промышленных предприятиях. Если в мае 1942 года в Каракалпакстане на заводах и промышленных предприятиях работали 909 эвакуированных, почти полтора тысяч на колхозных полях, то к октябрю 1943 года в республику прибыло еще 5183 эвакуированных граждан [9].
Наблюдались случаи, когда группа эвакуированных граждан обращались с заявлениями в районный или областной комитет партии. Так, например, в Тахтакупырском районе эвакуированные граждане, обратились с письмом, адресованным на имя Председателя Президиума Верховного Совета СССР т. Калинина об отсутствии работы, о бытовом устройстве и о грубом бюрократическом отношении к ним со стороны председателя Тахтакупырского райисполкома т. Худайбергенова. Была создана республиканская комиссия в составе: Джуманазарова – пред. комиссии, Олейникова – член, Татыбаева – член, Ризаева – член, Бабанова – член. В архиве имеется выписка из протокола №124 заседания бюро ККОбкома КП (б) Уз от 19 января 1942 г. под грифом «Секретно» «О результатах проверки заявления эвакуированных граждан» [11]. В ней говорится, что было созвано специальное совещание всех эвакуированных граждан в Тахтакупырском районе, и все они «отказались» от этого заявления, полностью «опровергли» все факты, изложенные в заявлении.
В другой докладной записке о трудоустройстве и создании бытовых условий эвакуированным гражданам в Чимбайском районе, говорится, что 65 эвакуированных граждан остро нуждаются в единовременной материальной помощи, 12 семей в квартирах, 8 человек в белье, 7 человек – в детской одежде, 8 человек – во взрослой одежде.
Для оказания материальной помощи эвакуированным по республике было выделено 65000 рублей. Организовывался сбор одежды. Из личных сбережений тружеников республики было собрано 262860 руб., 2457 предметов одежды и обуви. Кроме того, местное население участвовало в сборе теплой одежды для фронта. В своем большинстве местные жители хорошо относились к прибывшим беженцам [12].
Принимались многочисленные постановления, указы и мероприятий по вопросам обустройства, приема и обслуживанию эвакуированных людей, которые должны были бы избавить их от тех трудностей и проблем, однако им все же пришлось вытерпеть немалое.
С самого начала войны проявлялись отличительные черты каракалпакского народа, такие как уважение, к людям разных национальностей, сочувствие к чужому горю, готовность прийти на помощь, особой заботой были охвачены эвакуированные дети разных национальностей. В республике встретили эвакуированных детей русских, украинцев, белорусов, поляков, евреев и др. Были люди, изъявившие желание взять на воспитание детей, у которых война отняла родителей. В начале 1942 года в республику прибыло более 900 детей-сирот.
В соответствии с постановлением СНК ККАССР и Бюро КК Обкома КП (б) Уз от 13 января 1942 года, была образована республиканская комиссия по устройству и воспитанию эвакуированных детей-сирот [13]. Было организовано шефство детдомами, сбор одежды, обуви, продуктов и топлива. Многих приютили и обогрели в те дни детские дома Турткуля, Кунграда, Ходжейли. Более 900 рабочих, колхозников и служащих автономной республики взяли на воспитание приехавших детей. По Каракалпакстану 20299 детей военнослужащих и эвакуированных были устроены в детские сады, ясли и детдома. Дети получали образование. На основании постановления СНК ККАССР от 23 июля 1942 года из Турткульского детского дома были трудоустроены дети 14-15 летнего возраста: в системе управления связи – 5 человек, Наркомпросе – 25, Каракалпакторге – 5, Заготхлопкотресте – 30, Наркомземе – 50. Их обеспечили спецодеждой, обувью, жилплощадью, постельными принадлежностями и общественным питанием [14].
Состояние здравоохранения и медицины в Каракалпакстане в годы войны было крайне низким. Во многих районах республики были распространены различные эпидемии, массовые желудочно-кишечные и простудные заболевания, косившие тысячи людей. Кроме того, глазные болезни, проказа, тиф, корь, скарлатина были распространенными болезнями среди населения. Не хватало медицинских работников, врачей. В республике было 25 поликлиник в райцентрах и на селе. В городах Нукусе и Турткуле в поликлиниках помощь оказывалась по всем специальностям, исключение составили заболевания уха, горла, носа – так как не было специалистов.
Санитарное состояние республики в годы войны было крайне тяжелым, среди населения республики часто возникали разные инфекционные болезни. Наблюдалось повышенное заболевание сыпным тифом: в 1941 г. – 192 случаев, в 1942 г. – 385. В республике не было достаточного количества бань и дезинфекторов [15].
В начальные годы войны общее количество врачей по нашей республике насчитывалось в 107 человек, среди которых выходцев из Каракалпакстана было 87 врача, 20 врачей были из эвакуированных, среди них 4 врача были из польских граждан [16]. Со стороны партийных органов и правительства принимался ряд постановлений о противоэпидемических мероприятиях по борьбе с сыпным тифом и другими инфекционными заболеваниями. В одном из постановлений Кунградского бюро райкома говорилось, что, констатируя значительный рост населения в Кунградском районе за счет прибытия эвакуированных граждан, в целях предупреждения возникновения разного рода инфекции и, в особенности, сыпного тифа, среди населения и прибывших граждан организовать санитарную обработку. Обязывалась постройка бань и вошебойки [17].
В республике на ноябрь 1942 г. было 156 врачей разных профилей: хирурги, терапевты, педиатры и др. Наркомом здравоохранения были привлечены в Каракалпакстан следующие крупные специалисты: профессор Штейн А.А. – лепролог; профессор Парадоксов – хирург; профессор Рехтман – терапевт; врач – Сюздорф – лор; врач Покровская – терапевт; профессор Рехтман – преподаватель института усовершенствования врачей г. Ташкента, был в нашей республике не только как врач-консультант в больницах Нукуса, но и как преподаватель (Турткуль, Чимбай, Ходжейли).
Отсутствие точных данных о различных демографических событиях среди поляков, русских, калмыков и др. национальностей в Каракалпакстане в течение рассматриваемого отрезка времени не позволяет исчисления демографических коэффициентов. Нет данных о рождаемости и смертности. Первые годы на новом месте сопровождались повышенной смертностью, вызванными экстремальными природно-климатическими условиями, жилищной неустроенностью, недостаточным питанием, низким уровнем, а зачастую отсутствием медицинской помощи, лекарств. Со стороны правительства и местных органов было сделано многое, чтобы облегчить их проблемы в хозяйственно бытовом устройстве.
Таким образом, для решения всех трудностей и проблем по обустройству эвакуированного населения со стороны государства были приняты многочисленные постановления, указы и проведены множество мероприятий. Это естественно только одна сторона медали. Вторая сторона медали заключается в том, что, несмотря на все тяготы военного времени, на тяжелую социально-экономическую ситуацию, народ Каракалпакстана принял народ покинувший родные места, помог им преодолеть все трудности и освоиться на новых землях.