Ума Турман (Uma Thurman)
Ума Каруна Турман (Uma Karuna Thurman). Родилась 29 апреля 1970 года в Бостоне (США). Американская актриса.
Ума Турман родилась 29 апреля 1970 года в Бостоне в семье профессора Колумбийского университета, специалиста по восточным религиям и в прошлом буддийского монаха Роберта Турмана.
В 2018 году Ума Турман решила переехать в Швецию и подала запрос на получение шведского гражданства.
Уму назвали в честь индуистской богини.
Ума Турман в детстве
Актёрская карьера Умы заладилась не сразу. Приехав в Нью-Йорк, Ума работала посудомойкой и пыталась пробиться в фотомодели.
По-настоящему её заметили только после эпизодической роли в фантастическом фильме Терри Гильяма «Приключения барона Мюнхгаузена».
В одной из сцен Гильям спародировал картину Боттичелли «Рождение Венеры». Венерой, разумеется, была Ума Турман.
7 февраля 2006 года Ума Турман награждена французским орденом Искусств и литературы.
Ума Турман в фильме «Криминальное чтиво»
В честь Умы Турман названа российская музыкальная группа Uma2rmaH.
В честь Умы Турман названа песня группы Fall Out Boy: актриса сама дала разрешение на использование её имени в качестве названия песни.
Рост Умы Турман: 181 сантиметр.
Личная жизнь Умы Турман:
В 1990-1992 годах актриса была замужем за актёром Гэри Олдменом (род. 1958).
Ума Турман и Гэри Олдмен
В 1998-2005 годах Ума была замужем за актёром Итаном Хоуком (род. 1970).
В этом браке Турман родила двоих детей: дочь Майю Рэй Турман-Хоук (род. 08.07.1998) и сына Левона Роэна Турмана-Хоука (род.15.01.2002).
Ума Турман и Итан Хоук
В 2007-2014 годах Ума состояла в фактическом браке с финансистом Арпадом Бюссоном (род. 1963).
Ума Турман и Арпад Бюссон
Фильмография Умы Турман:
Гадкий утенок, обладательница привлекательных ступней и падшая женщина. 15 фактов об Уме Турман
Ума родилась в семье буддийского монаха
Кадр из фильма «Убить Билла 2»
Семья, в которой выросла Ума Турман, без преувеличения уникальна. Ее мать была потомственной баронессой и очень успешной моделью, а отец занимался изучением восточных религий и стал первым американцем в истории, которого постриг в монахи сам Далай-лама. Правда, через несколько лет Роберту Турману пришлось отказаться от монашеских обетов, однако верность кое-каким буддийским принципам он сохранил. Свое редкое имя Ума получила именно от отца — в индийской мифологии так звали одну из жен Хивы.
До пятнадцати лет Ума Турман считала себя настоящим уродцем
Кадр из сериала «Моя супер-бывшая»
«Я была довольно пухлая. У меня был огромный нос, а глаза выглядели так, как будто их приклеили в голове и промахнулись с размером. К тому же я была на голову выше сверстников (1,80 м в 12 лет), постоянно спотыкалась, падала, да и имя у меня было чересчур экзотическое. Поэтому в детстве добрые одноклассники часто звали меня уродиной — и это было невероятно больно. Ведь я родилась в семье записных красавиц: мама была роскошной моделью, а бабушке в ее родном городе даже памятник поставили за красоту. И тут вдруг я…
Я перестала улыбаться, потому что мне сказали, что у меня уродливая улыбка, носила мешковатые вещи, потому что меня дразнили “ходячей жердью”. И только к пятнадцати годам мое лицо изменилось — тогда разговоры о корректировке носа постепенно сошли на нет. Я чуть-чуть успокоилась. С таким лицом уже можно было жить, хотя я смирилась с тем, что я некрасива.
Когда я через несколько лет попала в кино и все стали взахлеб называть меня красавицей, я не верила ни одному слову. И до сих пор не верю».
Терри Гиллиам называл Уму Турман «падшей женщиной»
Кадр из фильма «Приключения барона Мюнхгаузена»
В 15 лет Ума Турман бросила школу и перебралась в Нью-Йорк. В ее кармане было всего 300 долларов, поэтому бесконечные модельные и актерские кастинги ей пришлось совмещать с работой посудомойки. Однако первый по-настоящему значимый эпизод в кино стал для нее настоящим испытанием.
«Терри Гиллиам, снимавший “Приключения барона Мюнхгаузена”, искал молодую девушку для пародии на картину Боттичелли “Рождение Венеры” и нашел меня. Я согласилась, потому что других предложений не было, но нервничала невероятно: ведь я никогда не раздевалась перед камерой. А тут нужно было стоять полностью обнаженной. Гиллиам это чувствовал и постоянно меня подкалывал: “Дороги назад нет! Ума, ты уже разделась, ты падшая женщина!”. Не поверите, но от этих криков мне становилось легче».
После этого Ума поняла, что сексуальность — один из факторов успеха, и снялась в провокационном фильме Филипа Кауфмана «Генри и Джун», которому сначала даже присвоили прокатный рейтинг «порнография» (позже он был изменен). После него желтая пресса стала назвать Турман «секс-символом для интеллектуалов». Ума не возражала: «Сексуальность — важная часть любого искусства. Актеры не должны забывать об этом».
От «Криминального чтива» Ума Турман хотела отказаться
Кадр из фильма «Криминальное чтиво»
В общем, я никак не могла уговорить себя подписать контракт. Хотя прекрасно знала, что на эту роль огромная очередь, в которой стояла даже Мишель Пфайффер. К счастью, Тарантино не понимает слова “нет”. Он три часа промывал мне мозг в ресторане, и я все-таки согласилась. А теперь даже представить не могу, что когда-то я не хотела работать с ним!».
Роль в «Криминальном чтиве» Уме Турман помогли получить ее ступни
Кадр из фильма «Криминальное чтиво»
По легенде, как только Квентин Тарантино увидел ступни Умы Турман, он сразу понял, что роковую Мию в его фильме должна играть именно она. Ведь большие ступни у женщины — это чертовски сексуально! Однако Турман, наоборот, своих ног стеснялась, и режиссер потратил не один час, уговаривая ее скинуть обувь перед камерой.
Знаменитый танец Умы и Джона Траволты, который герои танцуют босиком, потребовал особых уговоров, ведь актриса считала себя чересчур неуклюжей. Однако режиссер был упрям и настойчив, поэтому актриса сдалась — а через несколько месяцев проснулась звездой. Кстати, теперь она шутит, что кадров ее голых стоп Тарантино снял так много, что из них можно сделать отдельный фильм.
Ради «Убить Билла» Ума сбросила 11 килограммов
Кадр из фильма «Убить Билла»
Турман никогда не могла похвастаться лишними килограммами, однако съемки самого главного фильма в ее жизни должны были начаться через пару месяцев после родов. Поэтому Уме Турман пришлось приводить себя в форму в ускоренном темпе.
«Глупо браться за проект такого масштаба, когда ты выглядишь, как толстопопый самурай! Поэтому пришлось себя ограничивать: я ела только парную рыбу и овощи, рис и мисо-суп. Самым страшным искушением был хлеб, который буквально снился мне по ночам. Поэтому, когда официант в ресторане ставил передо мной булочки, я сразу же выливала на них стакан воды — чтобы не схватить хрустящую корочку и не засунуть ее себе в рот.
При этом мои тренировки длились по 5-8 часов. Я должна была освоить три стиля кунг-фу, два стиля боев на мечах, ножевой бой и кучу всего еще. Конечно, сначала я надеялась, что самой мне не придется этого делать: что меня подменят каскадеры, что часть трюков “спрячут” при монтаже и так далее. Однако Квентин был беспощаден, и я поняла, что ничто меня не спасет. Поэтому мне пришлось попотеть — и это было невероятно трудно. В итоге я сбросила 11 килограммов за полтора месяца и освоила такие пируэты, о которых раньше и мечтать не могла».
Во время съемок «Убить Билла 2» актриса попала в аварию
Кадр из фильма «Убить Билла 2»
Первый же день тренировок к фильму «Убить Билла» чуть было не закончился трагедией: актриса впервые в жизни взяла в руки меч, попыталась им взмахнуть и со всей силы ударила себя же по голове. Однако, по сравнению с тем, что случилось на площадке «Убить Билла-2», такое происшествие можно назвать пустяковым.
По сценарию, героиня Турман должна была ехать в машине со скоростью 60 км/ч. Водить актриса умела, однако кабриолет был чересчур маленьким и неудобным, поэтому Ума влезла в него с трудом и была сильно ограничена в движениях. На ее жалобы режиссер никак не отреагировал, сказав, что машина в отличном состоянии и все будет прекрасно.
«Во время одного из дублей у этой развалюхи отвалилось колесо. Я влетела в пальму и потеряла сознание. В первую секунду всем показалось, что я разбилась насмерть. К счастью, худшего не случилось, а в больнице мне дали понять, что отделалась “легким испугом”: у меня были “всего лишь” сотрясение мозга, травмы колена и шеи. Съемки, разумеется, остановили на несколько недель. А вот признавать себя виноватым никто почему-то не торопился: боссы Miramax обвиняли в аварии нашего продюсера, Харви Вайнштейна, а он валил все на Квентина. Я же была жутко зла на них обоих и считала, что они оба сговорились меня убить».
В 16 лет Ума Турман столкнулась с насильником
Это случилось через несколько месяцев после переезда будущей актрисы в Нью-Йорк. В одном из ночных клубов она столкнулась со взрослым парнем лет двадцати: он был жутко пьян, но уговорил наивную девочку продолжить вечеринку у него дома.
В интервью The New York Times она рассказала об этом ужасном опыте: «К сожалению, я была уступчивой. Я пыталась сказать “нет”, я плакала и делала все, что могла. Он сказал мне, что дверь заперта, но я так и не попробовала открыть ее. Я помню, как стояла перед зеркалом, вернувшись домой, смотрела на свои руки и злилась — они не были в крови или синяках».
Уме Турман подвергалась домогательствам со стороны Харви Вайнштейна
Кадр из фильма «Мой милый друг»
Встреча с насильником помогла Уме разобраться с другим, более страшным Дон Жуаном — Харви Вайнштейном. «С Харви мы познакомились во время съемок “Криминального чтива”, — рассказала актриса в большом интервью New York Times. — Он постоянно крутился вокруг меня, хвалил мой ум и талант, говорил, что меня ждут слава и деньги. То есть просто забалтывал наивную девочку, которой, к счастью, я на тот момент уже не была. Потом он позвал меня к себе в номер, и я пошла, потому что воспринимала его не как угрозу, а как чудаковатого старого дядьку. Он вышел ко мне в халате и черных сапогах и предложил раздеться. Я же только улыбнулась и ответила, что мне холодно. Он не понял моей шутки и быстро ретировался.
Тем не менее приставания продолжались, и, в конце концов, он снова позвал меня в номер. Тогда я пришла к нему и сказала: “Если ты попытаешься сделать со мной то, что делал с другими, то обещаю тебе, что ты потеряешь свою карьеру, репутацию и семью”. Харви покраснел и захлопнул дверь у меня перед носом».
Харви Вайнштейн не простил Уме Турман отказа
Кадр из фильма «Гаттака»
Испортить карьеру актрисе он, к счастью, не мог, однако обида на нее осталась. Именно поэтому он много раз намекал Тарантино, что не хочет видеть Уму в «Омерзительной восьмерке», которую тот как раз собирался снимать. Режиссер на эти «рекомендации» внимания не обратил и все-таки предложил роль Турман, от которой та отказалась по другим причинам. А совсем недавно стало известно, что тот эпизод в «Убить Билла», в котором персонаж Майкла Мэдсена плюет в лицо Уме Турман, был настоятельно предложен как раз Вайнштейном.
«Конечно, за свое поведение он извинился. Но, когда я слышу разговоры о Харви, мне кажется, что я причастна ко всей этой грязи. Как будто на мне есть вина за тех женщин, которых он трогал и которым испортил карьеру. Ведь я смогла сказать “нет” и остаться на гребне волны. А у них это не получилось».
Ума Турман
Содержание
Биография
Родилась в семье профессора Колумбийского университета, специалиста по восточным религиям и в прошлом буддийского монаха Роберта Турмана, а её мать Нина (в девичестве фон Шлеебрюгге), известнейшая шведская модель своего времени, ныне психотерапевт по профессии, некогда недолгое время была замужем за Тимоти Лири, гуру психоделики.
Уму назвали в честь индуистской богини, и она гордилась своим именем — но лишь до тех пор, пока не побывала в Японии. Там она заметила, что обитатели Страны восходящего солнца стесняются называть её по имени. Выяснилось, что «ума» по-японски означает «лошадь».
Причудливое имя, означающее «дарующая блаженство», дал Уме её отец Роберт Турман — личность во всех отношениях примечательная. Обычно считается, что он стал первым американцем в истории, постриженным в буддийские монахи лично Далай-Ламой. Монашеская жизнь Роберта Турмана в США подверглась серьёзному испытанию, он вернул обеты, закончил университет и ныне преподает на религиозном факультете Колумбийского университета. Мать Умы имеет не менее оригинальную биографию. Шведка по национальности, она, приехав в Америку, жила среди хиппи и даже ненадолго вышла замуж за легендарного идеолога контркультуры Тимоти Лири. Сегодня Нена Турман — вполне респектабельный психотерапевт.
Актёрская карьера заладилась не сразу. Приехав в Нью-Йорк, Ума работала посудомойкой и пыталась пробиться в фотомодели. По-настоящему её заметили только после эпизодической роли в безумной фантазии Терри Гильяма «Приключения барона Мюнхгаузена». В одной из сцен Гильям спародировал картину Боттичелли «Рождение Венеры». Венерой, разумеется, была Ума Турман.
Сексуальность Умы сразила и Квентина Тарантино, который, по легенде, дал ей роль в «Криминальном чтиве», как только увидел её большие ступни. Экстравагантный Квентин был убежден, что большие ступни у женщины — это очень сексуально. Благодаря «Чтиву» Ума впервые в жизни номинировалась на Оскар и окончательно закрепилась в статусе звезды.
А в мае 1998 года Ума вышла замуж за своего партнёра по фильму «Гаттака» Итана Хоука. Однако когда Тарантино решил во время съемок «Убить Билла» подождать когда она родит своего второго ребенка, Хоуку это показалось очень изменчивым с их стороны и он ушёл от Умы. И это был её второй брак: первый раз она была замужем за Гэри Олдменом, но его пьянство и частые измены положили конец их семейной жизни. Венчание проходило в соборе св. Иоанна на Манхэттене. В июле она родила дочь.
Мать Умы Турман была баронессой и великой моделью. Как она бросила наркомана ради буддиста и вырастила звезду Голливуда
Нена фон Шлебрюгге, дочь прусского барона, родилась в Мексике, выросла в Швеции и обрела славу в Нью-Йорке. «Идеальная» внешность подарила девушке шанс построить карьеру не только в модельной, но и в киноиндустрии. Нена была женой «гуру психоделики» Тимоти Лири, а затем — профессора-индолога Роберта Турмана, ее дочь Ума стала звездой Голливуда. О жизни и карьере одной из самых успешных манекенщиц 1960-х годов — в материале «Ленты.ру».
Несговорчивый барон
Биография фотомодели Нены фон Шлебрюгге началась с причудливой истории отношений и брака ее родителей, развивавшейся на фоне сложных и трагических событий 1930-х годов в Европе.
Барон Фридрих Карл Йоханнес фон Шлебрюгге был характернейшим представителем прусской военной аристократии. Он родился в Оберглогау (ныне польский Глогувек) в 1886 году. В его роду, как это было принято в дворянских семьях германских княжеств, было немало военных, и сам бравый кавалерийский офицер выслужился на Первой мировой до звания полковника.
Фридрих Карл Йоханнес был образованным и культурным человеком широких взглядов, либеральным монархистом, начисто лишенным националистических предубеждений. Среди его друзей и деловых партнеров было немало евреев. И когда в 1933 году в Германии к власти пришли нацисты и очень скоро начали продвигать свою антисемитскую политику, фон Шлебрюгге этого отнюдь не одобрил. Как и не ощутил ни малейшего желания вернуться к армейской карьере, чтобы служить новой власти.
Невеста-спасительница
Однако судьба распорядилась иначе. У немецкого аристократа была шведская подруга по имени Биргит Ольга Холмквист, которая выступила его поистине сказочной спасительницей. Это была незаурядная юная леди свободных взглядов. В конце 1920-х Биргит, которой тогда было лет 17-18 (она родилась в 1911 году) позировала обнаженной шведскому скульптору-импрессионисту Акселю Эббе для статуи Famntaget («Объятие»): прекрасная нагая девушка раскинула руки, словно желая обнять весь мир. С 1930 года статуя встречает корабли в самой южной точке Швеции — гавани Смигехюк.
Материалы по теме
Русская звезда.
«Дарт Вейдер без маски»
В нарастающем европейском и мировом конфликте Королевство Швеция придерживалось нейтралитета, а нацисты принимали этот факт из стратегических и политических соображений — прежде всего потому, что в этой скандинавской стране были большие запасы различного сырья, например, никеля, и настраивать против себя ее население Гитлер не хотел.
Шведов объявили арийской нацией, равной по всем привилегиям нации немецкой. Это выражалось, например, в том, что браки между немецкими и шведскими гражданами не встречали никаких препятствий со стороны нацистских властей. Биргит при поддержке семьи и знакомых официально изъявила желание заключить брак с заключенным фон Шлебрюгге.
Это был старый, еще средневековый обычай: свадьба с честной девушкой спасала приговоренного от исполнения наказания. Брак разрешили — при условии того, что опальный отставной офицер навсегда покинет пределы Третьего рейха. Барон, которому в 1935 году было уже около 50 лет, с благодарностью принял предложение своей юной спасительницы (Биргит была моложе жениха почти вдвое). Пара обвенчалась и эмигрировала в Центральную Америку.
Юная модель
Фон Шлебрюгге поселились в Мехико. Брак, который со стороны можно было бы принять за фиктивный и заключенный из милосердия, оказался вполне реальным. Уже в 1937 году у пары родился сын Бьерн, а в начале 1941-го на свет появилась дочь, названная первым именем в честь матери — Биргит Каролина. Домашние называли девочку Нена.
Фридрих Карл Йоханнес умер в 1954 году, когда ему было под 70. Вдова с детьми вернулась в Швецию. Нена училась в шведской школе и, как полагается благовоспитанной баронессе, увлекалась музыкой и историей искусства. В 1955 году в гостях у друзей своей матери девушка познакомилась с известным фотографом моды Норманом Паркинсоном, снимавшим для Vogue. Паркинсон сообщил и вдовствующей баронессе фон Шлебрюгге, и самой Нене, что девушке просто необходимо стать моделью. Невинное, классически прекрасное лицо и стройная хрупкая фигура юной аристократки взволновали его воображение.
Мать Нены, хотя и сама в молодости была натурщицей, сочла, что 14 лет — слишком юный возраст для начала модельной карьеры, поэтому фон Шлебрюгге решили подождать. Спустя пару лет Нена перебралась в Лондон, где заключила контракт с Ford — одним из ведущих мировых модельных агентств, а затем в Нью-Йорк, где ее ожидала недолгая, но бурная слава фотомодели.
Норман Паркинсон был не единственным фотографом, с которым работала Нена. Для Vogue, Harper’s Bazaar и Glamour, а также рекламы люксовых брендов (в частности, Chanel и Trifari) ее снимали Берт Стерн, Ричард Аведон, Уильям Кляйн, Глеб Дерюжинский и другие звезды фэшн-фотографии того времени. Кроме знакомых по модельному бизнесу у баронессы-модели появились знакомые и в нью-йоркских артистических кругах богемного района Гринвич-Виллидж. Среди них были поэт и писатель Грегори Корсо и знаменитый художник-сюрреалист Сальвадор Дали — считается, что Нена позировала и ему.
От психоделиков к буддизму
По одной из версий биографии Нены, именно Дали познакомил молодую модель со знаменитым представителем нью-йоркской богемы — психологом и адептом «психоделической революции» Тимоти Лири.
Его знакомство с Неной произошло в начале 1960-х, когда Лири еще не превратился в скандального нонконформиста, а был признанным ученым-психологом, автором монографии The Interpersonal Diagnosis of Personality («Интерперсональная диагностика личности»). Монография вышла в 1957 году и по сей день используется спецслужбами. Ее автора в 1960-м пригласили преподавать в Гарварде. В сфере интересов Лири оказалось воздействие на психику тогда еще не запрещенных психоделических препаратов.
Нена вышла замуж за Лири в 1964 году. На свадьбе, которую сыграли в особняке приятеля Лири миллионера Уильяма Хичкока, гуляли все значимые персонажи гринвич-виллиджской «тусовки», а режиссер Донн Алан Пеннебейкер снимал новобрачных и гостей для своего черно-белого документального фильма You’re Nobody Till Somebody Loves You («Ты никто, пока кто-нибудь не полюбит тебя»).
Однако ни Нена фон Шлебрюгге, ни Тимоти Лири до своей встречи не были «никем». Остались они яркими личностями и после развода, который случился всего через год после свадьбы. Вещества, которыми увлекался Лири как с научными, так и с практическими целями, в США признали запрещенными, но психолог и не думал от них отказываться. Нена же оказалась слишком молодой и добропорядочной, чтобы разделить беспокойную жизнь мужа. В 1965-м супруги расстались.
Как это принято у буддистов, монашество Турмана не было пожизненным: он как раз собирался сложить с себя обет, чтобы продолжить образование в Гарварде, который бросил в 1962-м ради поисков себя и знакомства с индийскими духовными практиками.
Знакомство оказалось многообещающим. Молодые люди были ровесниками, им было легче понимать друг друга. Они начали сначала активно общаться, а потом и встречаться. У обоих была бурная молодость: Роберт, как и Нена, уже был разведен (от первого брака у него была маленькая дочь), и еще до своих индийских приключений получил тяжелую травму, лишившись глаза. Травма в какой-то мере повлияла на его решение развестись и уехать искать смысл жизни на другом континенте.
В итоге этот смысл молодой индолог обрел на родине. В 1967 году Турман женился на Нене фон Шлебрюгге, которая оставила модельную карьеру ради семьи: в том же году у пары родился старший сын Ганден. Роберт вернулся в Гарвард и в 1969 году защитил магистерскую, а в 1972 году докторскую диссертации по санскритской индологии. К тому времени он и Нена уже были дважды родителями: в 1970-м у них родилась дочь Ума Каруна, будущая суперзвезда Голливуда. Имя дочери — по имени богини индуистского пантеона Умы, что в переводе означает «дарующая блаженство» — выбрал сам Турман.
Жизнь после съемок
После рождения Умы Нена снялась в фильме Джона Палмера и Дэвида Вайсмана Ciao! Manhattan («Чао! Манхэттен»), однако сцены с ее участием при финальном монтаже вырезали. После этого баронесса фон Шлебрюгге больше не возвращалась в шоу-бизнес, посвятив себя семье, помощи мужу и изучению индуизма и буддизма.
В 1973 году Роберт Турман стал профессором религиоведения в Амхерст-Колледже, а Нена родила третьего ребенка — сына Дечена. Спустя пять лет на свет появился младший сын пары — Мипам. В 1988-м, когда Мипаму исполнилось десять, его отец достиг пика академической карьеры, став профессором Колумбийского университета, а старшая сестра Ума снялась в своих первых фильмах — «Джонни, будь хорошим» и «Опасные связи».
