Что ты будешь делать сплин альбом

Скандальная песня «Сплина» про Гарри Поттера зацепила Макаревича

Лидер «Машины времени» уже написал ответ

Фото: Геннадий Черкасов

На обложке – лист из школьной тетрадки в клеточку, на нем шариковой ручкой и корявым почерком написано название команды и произведения с ремаркой «демо». В описании – полный текст музыкальной поэмы, собравшей за пару дней полмиллиона просмотров.

Сегодня артистов, у которых «молчать не получается», довольно много. И это не только представители старой рок-гвардии (как, например, Андрей Макаревич со своей «Машиной времени») и группы, поднявшиеся в нулевых (как самая популярная стадионная панк-рок команда Lumen), но также фронтмены совсем молодой альтернативной сцены – те же Shortparis, выпустившие осенью прошлого года хлесткий, провокационный альбом «Так закалялась сталь».

Однако Васильева даже в этой плеяде отличает жизнь затворника. Музыкант сознательно не появляется ни на экранах телевизоров, ни в гостевых радиопередачах, ни в модных шоу блогеров, но перед сценой собирает тысячи людей и на сольных концертах, и на фестивалях, а главное – может вбросить в информационное пространство одну песню, которая вызовет мощнейшую реакцию, как это произошло с «письмом Гарри Поттеру» – назовем его так.

Фото: Наталья Мущинкина

Всего пять аккордов, простая мелодия в миноре, но приправленная выразительным текстом, и все вместе вызвало взрывную химическую реакцию, выведя композицию в статус хита – по крайней мере в вольном Интернете, поскольку не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понять: никакой «эфирной истории» в ротациях официальных музыкальных СМИ не предвидится.

Виктор Кухов решил вообще повторить форму песни и вспомнил строчки из других нетленок «Сплина», назвав свое сочинение «Передайте это Александру Васильеву, если вдруг его встретите (стих)»: Знаете, а песня меня зацепила. Своей простотой и своею силой. Васильев поэт наивысшего скилла. Удивлять не перестает… За строчки эти спасибо, Саща. За углы, что не стал вырисовывать глаже. За слова, что не купишь на распродаже. Огромный тебе респект…»

Васильевское «Письмо Гарри Поттеру» зацепило и лидера «Машины Времени» Андрея Макаревича, не меньшего мастера «хроник текущих событий», за что страдал и был бит не раз. Рок-гуру, впечатленный виршем коллеги, весьма изящно выдал на гора симметричный «Ответ Гарри Поттера Саше Васильеву». Ответ оказался весьма неутешительным. В хоуммэйд-композиции артист меланхолично сообщает что «в каком-то чате нарвался на Гарри» и под гитару спел ему песню «Сплина», поведав о наших бедах. Однако, вопреки всем светлым ожиданиям и надеждам, волшебник отказался ехать спасать страждущих из болот – мол, своих проблем хватает, то Брекзит, то коронавирус, а в сказки он уже не верит, да и сам уже не тот. Пожелал удачи и был таков: «Со своим дерьмом разбирайтесь сами – будь то маглы или Воландеморт».

Источник

Что ты будешь делать сплин альбом

Замер троллейбус в троллейбусном парке
Перепутал механик провода по запарке
Выключив лампочки в 40 электросвечей
Люди ночами делают новых людей

Такие тонкие стены из цветного картона
В светло-серых дворцах из стекла и бетона
Доверяя всему что плетут из дневных новостей
Люди ночами делают новых людей

Люди кричат, задыхаясь от счастья
И стонут так сладко и дышат так часто
Что хочется двигаться с каждой секундой быстрей
Делая, делая, делая новых людей

Но ничего-ничего, погрустит и забудет
Через время появятся новые люди
Едут троллейбусы без габаритных огней
Люди ночами делают новых людей

Людям так нравится делать новых людей

* Cтрока из стихотворения И.Бродского

Это все, что мы сделали здесь друг для друга.
Все пытаясь уйти навсегда из проклятого круга.
Мне кажется, я …

Спину ломит, голова болит
То ли клещ засел энцефалит
В голове болит последний зуб
Мы болеем за один и тот же клуб

Словом
Мы все больны гандболом
Мы все больны гандболом
И за гандбол умрем

Знай, мой друг, ты мой эквивалент
Может, клей понюхаем «Момент»
Будем нюхать, сколько захотим
Ведь мы болеем за один и тот же team

А когда последний наш умрет
Закопайте прямо у ворот
На поминках разогрейте суп
Ведь мы болели за один и тот же клуб

Словом
Мы все больны гандболом
Мы все больны гандболом
И за гандбол умрем

Сколько пройдено верст
Сколько пройдено верст
Сломано все
Разрушено все
Сломано все

Тихо падать в песок
С криком идти сквозь песок
Сломано все
Разрушено все
Сломано все

Сколько выпало звезд
Сколько выпало звезд
Выпало звезд

Бог мой это лишь сон
Бог мой какой страшный сон
Сломано все
Разрушено все
Сломано все

Тихо
Следуя древним инстинктам
Плавно взлетает в небо
Дом девяти этажей
Дом девяти этажей
Дом девяти этажей

Протри глаза – наш дом летит
Теперь нам ничего не страшно
И драг дилер никогда
Нам не подсунет эту лажу
И телевизор отключился –
Не реагирует, совсем пропал
Из газовой плиты
Выходит радостный пропан-бутан
И перед тем, как ты родишься
А я проснусь
Смотри, как медленно, красиво
Летит
Девятиэтажный Дом
Девятиэтажный Дом
Девятиэтажный Дом

бывает так что здесь тепло но это только иногда
сегодня выпадут снега сегодня станет льдом вода

идут домой грузовики прохожий держится за трос
окно заклеено крест на крест метроном стучать замерз

совсем загнулся почтальон под грузом страшных телеграмм
сто двадцать пять блокадных грамм с огнем и кровью пополам *

* строка из стихотворения Ольги Бергольц

(Это озеро легче выпить, чем переплыть.)

Мы вернемся. Останется озеро. Колеса
глотая изгибается шоссе,
из восклицательного превращаясь в знак вопроса,
в цифру «7».
Осень.
Мы вернемся.
Мы вернемся.
Мы вернемся.

След останется и как бы ты не заметал
Люди носятся по свету гибнут за металл

Жизнь идет
Йог спокоен
А жизнь идет
Йог спокоен
Жизнь идет
Йог спокоен как всегда

Жизнь идет
Йог спокоен
А жизнь идет
Йог спокоен
Жизнь идет
Йог спокоен как всегда и даже больше

Это так похоже на Запад
Это так похоже на Север
Это так похоже на запах
Никому неизвестных растений
Это так тише чем ночью
Это так как будто бы

Ты все ближе
Ты все ближе мне
Ты все ближе

Это так непохоже на Запад
Это так непохоже на Север
Это так непохоже на запах
Никому неизвестных растений
Это так тише чем ночью
Это так как будто бы

Ты все ближе
Ты все ближе мне
Ты все ближе

Новый Год начинается с того
Что никто не помнит себя самого
В углу догорает новогодняя елка
На елке спит какая-то девчонка
Самое смешное, что она
Скорее всего, моя жена

В телевизоре телеведущий
Или нас всех так старательно плющит
Но в этом и соль, в этом и изюминка
Телеведущий поет Майка Науменко
Я сам каждый вечер без крику и стону
Делаю косяк из своего микрофону
Тебе это шоу вполне по карману
Если вытрясти папу и вытрясти маму
Хочется высунуть язык и раздеться
Я слушаю как бьется твое нервное сердце

Обнявшись, нам будет быстрее согреться
Я слушаю как бьется твое нервное сердце
Я слушаю как бьется твое нервное сердце
Я слушаю как бьется твое нервное сердце

Источник

Что ты будешь делать сплин альбом

Как будто на пожар
Летит воздушный шар
Летит с попутным ветром
С рассветом
С приветом
Спеша

Из суши и воды
Летит вокруг звезды
Мы на воздушном шаре
Мы жарим
Мы шпарим
Я и ты

Да здравствует полёт!
Кто знает, тот поймёт
Взволнованно дыша
Всё ускоряя шаг
Летит воздушный шар

Да здравствует полёт!
Кто знает, тот поймёт
Взволнованно дыша
Всё ускоряя шаг
Летит воздушный шар
Летит воздушный шар
Летит воздушный шар

Эта история вся об одном человеке
Вряд ли мы слышали о человеке таком
Он будет виден, как только закроются веки
Он по ночам фонари зажигает тайком

Из-за прикрытых штор
Пережидая шторм
Навстречу горю и веселью
Громадой всею
Врастая в землю
Взлетая вверх
Из-за прикрытых плотно штор
Пережидая штиль и шторм
Дом смотрит окнами во двор

Мимо небесных сфер
Мимо вселенной всей
Однажды в час перед закатом
Холодным мартом
Легче, чем атом
Быстрей, чем свет
Кружась среди небесных сфер
Мимо вселенной этой всей
Дом смотрит окнами на сквер

Теперь, когда растаял сахар в чае
Теперь, когда прошёл туман над ним
Теперь, когда все гимны отзвучали
И в голове один остался гимн
Я никогда не пел его другим

Теперь, когда погасли окна в доме
Когда деревья клонятся ко сну
Когда совсем темно на небосклоне
Я вспомнил вдруг мелодию одну
Я сочинил её тебе ко дню

Когда одна мелодия из сотен
Скользит вдоль неизвестных берегов
Спешит сойти с классических полотен
Сбежать из этих рамок и холстов
Подняться выше туч и облаков

Я сам слагаю эти гимны
На рождение и на гибель
Чувствуя то радость, то вину
Я двигаюсь то в космос, а то
В мирового океана глубину
Ну и ну

Теперь, когда совсем тепло от чая
Теперь, когда что вторник, что среда
Теперь, когда стоишь в дверях, прощаясь
Ещё не зная может навсегда
И тут же исчезая без следа

Когда идёшь домой под фонарями
Встречая тех, кто движется впотьмах
Давным-давно ушедших минными полями
И навсегда оставшихся в полях
Лишь имена и цифры на камнях

Теперь, когда что горы, что равнины
Когда всю ночь пытаешься уснуть
Земную жизнь пройдя до половины
Я до сих пор не знаю жизни суть
Так веселей идти на страшный суд

Теперь настанет день, давно забытый
Когда созвездия падают с высот
Настанет день шагнуть за горизонт событий
Чтоб в первый раз увидеть горизонт
Так близко, чтобы ощутить озноб

Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое темный ужас начинателя игры!

Тот, кто взял ее однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.

Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой, под белеющим буруном,
И когда пылает запад и когда горит восток.

Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервется пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, —
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленьи
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.

Ты поймешь тогда, как злобно насмеялось все, что пело,
В очи глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьет, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.

Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу — ты смеешься, эти взоры — два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!

Иногда я и сам удивляюсь, что всё ещё жив
Я рифмую слова и кладу их на этот мотив
Я пишу этот образ, на части разобранный весь
Словно мне сообщили какую-то важную вещь
И теперь, подскочив и слетая с катушек совсем
Словно мотоциклист, с головой потерявший свой шлем
Я бегу впереди паровоза сказать это всем

Можно долго кому-нибудь пальцем крутить у виска
И смотреть в перископ, как введённые в город войска
Никому не дают сообщить эту важную вещь
И по трупам пройдя подавляют жестоко мятеж
Превращая весь город в цементную пыль и песок
И под слоем песка остаётся лежать, одинок
Неизвестный солдат, сочинивший себе некролог

Я не буду сидеть в этой мрачной дыре. Я горю
И как только запрыгну за руль, то я сразу гоню
Я не тот, кто колотится в дом, если дверь на замке
Всё, что есть у меня, поместилось в моём рюкзаке
Я не зритель, который в последнем ряду жрёт попкорн
Я из тех могикан, что легко перейдут рубикон
И споют перед тем, как отправиться рыбам на корм

Я узнал очень важную вещь и пока я живой
Я хочу провести этот вечер с детьми и женой
Я хочу убежать от всего, от чего мы бежим
И когда телефоны поставлены в спящий режим
Это словно застыла крутившая нас карусель
Словно три барабана зависли на трёх цифрах семь
Словно круглогодично горит новогодняя ель

Источник