Мой муж раб истории
Иногда бывает достаточно одного взгляда, чтобы захотеть кого-то. Жадно и нетерпеливо. А когда ты с легкостью можешь получить все, что пожелаешь, то просто берешь это не задумываясь. Так и Кирилл, произнеся: «я хочу ее прямо сейчас», решил судьбу невинной девушки. Отныне, она никто иная как его раба. Границы размыты, пороки вышли наружу. Остается лишь вопрос: выдержит ли душа девушки свою новую жизнь или сломается под ее гнетом?
Раба для моих забав
Кирилл Александрович откровенно скучал. Каждый год в начале мая ему необходимо было потратить около пяти своих драгоценных часов, вальяжно заседая на стуле и рассматривая очередного студента, который мечтал попасть к нему на работу. Хотя правильней всего сказать в одну из фирм его корпорации.
Сейчас же перед ним появлялись только умненькие девушки, учащиеся на стипендию, жаль только что в глазах их горел такой же алчный блеск, слишком хорошо знакомый мужчине. И все это заставляло Кирилла откровенно скучать. А скуку мужчина просто ненавидел.
Так было до тех пор, пока в аудиторию не вошла она. Застегнутая на все пуговицы белая блузка, темно-синяя юбка-карандаш прикрывающая колени, туфельки на невысоком каблучке, который никак нельзя назвать сексуальным, собранные в пучок на затылке светлые волосы и небесно-голубые глаза.
Кровь моментально прибыла в его орган, заставляя тот отдаться приятным напряжением под молнией брюк. По венам потекла раскаленная лава, и первое слово, прозвучавшее в его похотливых мыслях, было «хочу». А то, что Ольховский хотел — всегда получал. Она села на стул перед комиссией с прямой спиной и прижатыми друг к другу коленками, немного нервно сжимая пальцы, но уверенно смотря вперед.
Кирилл ни одним жестом не выдал своей заинтересованности, хотя дикий доминантный самец в его душе метался в мыслях от желания схапать в свои объятия молоденькую самочку. Что же было в ней такого особенного, что так отличало ее от всех предыдущих студенток? Возможно отсутствие алчного взгляда в его сторону, а лишь мимолетное любопытное скольжение глаз, возможно надежда, которую она так и источала, возможно невинный и слишком простой вид. Все же он не мог ответить, что именно это было, но как ни странно мужчина с первого взгляда понял, что она идеальная добыча, которая будет сражаться до последнего, подогревая его азарт и развеивая скуку.
— Представьтесь, пожалуйста, — произнесла его менеджер по персоналу, курирующая набор молодых сотрудников в большинстве его фирм.
— Екатерина Гущина, двадцать лет, специальность экономика предприятий.
Екатерина, Катя, Катенька, Котенок, словно дивный деликатес мысленно испробовал он ее имя. Славное такое, нежное, простое и притягивающее, как сама девушка.
Дальше на нее посыпался град неважных для Кирилла вопросов. На какую должность хотела бы пойти, как у нее со знанием предмета, основные понятия по экономике, ее прогнозы и мнения, что его ни капли не интересовало. Хотя он отметил, что девушка дольно таки смышленая, только это не та область, в которой он ее задействует.
Полностью равнодушный снаружи и кипящей бурей похоти внутри, он понимал, что не желает идти по медленному пути завоевания. Не то желание проснулось в его темной душе, совсем не то. Он хотел ее немедленно, сегодня, хотя и здесь себя разочарует и перенесет исполнение этого желания на завтра. Сначала нужно тщательно изучить объект, и лишь потом затаскивать в свою берлогу.
Время собеседования, наконец, вышло, и Катя незаметно облегченно выдохнула, что не укрылось от изучающего взгляда мужчины, и, попрощавшись, покинула аудиторию. Как только за ней закрылась дверь и комиссия приготовилась к обсуждению, он резко поднялся со своего места.
— На этот раз с меня достаточно, как и прежде выбор остается за вами. До свидания господа.
— До свидания Кирилл Александрович, — почти хором пропели его сотрудники и преподаватель университета.
Мужчина в сопровождении своего телохранителя направился к двери, и, толкнув ее, ощутил на своем пути преграду.
— Ой, — услышал он невольный девичий возглас, голос который эти пол часа ласкал его уши, заставляя представлять, как она будет стонать и хрипеть под его телом и руками.
— Будь осторожна, — с явным предупреждением и скрытым мотивом произнес он. Хотя никакая осторожность не спасет девушку, если он выбрал ее в качестве своей жертвы.
— Простите, пожалуйста, — покраснев, затрещала Катя, и ее румянец лишь подтолкнул его к осознанию правильности своего решения.
Такой румянец идеально будет смотреться на ее лице после того как он жестоко и плодотворно выебет ее. Кирилл уже мечтал об этом идеальном румянце и спутанных, мокрых от пота белокурых волос.
Девушка потупила взгляд, и еще раз промямлив извинения, развернулась и быстрым шагом поспешила убраться от него подальше. Он уловил еле заметный страх, или скорее предчувствие в ее попытке бегства, и снова порадовался ее уму. Эдакая новизна в его сексуальной жизни.
Покинув здание университета с черного входа, он уверено разместился на кожаном сиденье своего Веntlеу, в то время как телохранитель Серый, он же Сергей Романович Донов, что был также начальником его личной безопасности и доверительным лицом, уместился спереди.
— Я хочу ее, — просто произнес мужчина, как только за Серым закрылась дверь машин.
— Эту цыпочку, что прижалась к двери?
— Да. Узнай о ней все. Доклад завтра с утра.
— Проще простого, — усмехнулся мужчина.
— И подготовь мой особый дом. Завтра вечером я хочу увидеть ее там.
— Я же сказал, что хочу.
— И так можешь получить, возьми на работу, — предложил его секюрити.
Только нескольким людям было позволено так вольно общаться с ним. И к счастью для Серого, он входил в этом число. И не просто входил, а был среди первых лиц, тех с которыми он мог разделить женщину или скрыть преступление. Такое как похищение.
— Я хочу прямо сейчас. Мнимая игра в принца меня не интересует. Хочу ее связанной и в моей власти.
Мой муж раб истории
Иногда бывает достаточно одного взгляда, чтобы захотеть кого-то. Жадно и нетерпеливо. А когда ты с легкостью можешь получить все, что пожелаешь, то просто берешь это не задумываясь. Так и Кирилл, произнеся: «я хочу ее прямо сейчас», решил судьбу невинной девушки. Отныне, она никто иная как его раба. Границы размыты, пороки вышли наружу. Остается лишь вопрос: выдержит ли душа девушки свою новую жизнь или сломается под ее гнетом?
Раба для моих забав
Кирилл Александрович откровенно скучал. Каждый год в начале мая ему необходимо было потратить около пяти своих драгоценных часов, вальяжно заседая на стуле и рассматривая очередного студента, который мечтал попасть к нему на работу. Хотя правильней всего сказать в одну из фирм его корпорации.
Сейчас же перед ним появлялись только умненькие девушки, учащиеся на стипендию, жаль только что в глазах их горел такой же алчный блеск, слишком хорошо знакомый мужчине. И все это заставляло Кирилла откровенно скучать. А скуку мужчина просто ненавидел.
Так было до тех пор, пока в аудиторию не вошла она. Застегнутая на все пуговицы белая блузка, темно-синяя юбка-карандаш прикрывающая колени, туфельки на невысоком каблучке, который никак нельзя назвать сексуальным, собранные в пучок на затылке светлые волосы и небесно-голубые глаза.
Кровь моментально прибыла в его орган, заставляя тот отдаться приятным напряжением под молнией брюк. По венам потекла раскаленная лава, и первое слово, прозвучавшее в его похотливых мыслях, было «хочу». А то, что Ольховский хотел — всегда получал. Она села на стул перед комиссией с прямой спиной и прижатыми друг к другу коленками, немного нервно сжимая пальцы, но уверенно смотря вперед.
Кирилл ни одним жестом не выдал своей заинтересованности, хотя дикий доминантный самец в его душе метался в мыслях от желания схапать в свои объятия молоденькую самочку. Что же было в ней такого особенного, что так отличало ее от всех предыдущих студенток? Возможно отсутствие алчного взгляда в его сторону, а лишь мимолетное любопытное скольжение глаз, возможно надежда, которую она так и источала, возможно невинный и слишком простой вид. Все же он не мог ответить, что именно это было, но как ни странно мужчина с первого взгляда понял, что она идеальная добыча, которая будет сражаться до последнего, подогревая его азарт и развеивая скуку.
— Представьтесь, пожалуйста, — произнесла его менеджер по персоналу, курирующая набор молодых сотрудников в большинстве его фирм.
— Екатерина Гущина, двадцать лет, специальность экономика предприятий.
Екатерина, Катя, Катенька, Котенок, словно дивный деликатес мысленно испробовал он ее имя. Славное такое, нежное, простое и притягивающее, как сама девушка.
Дальше на нее посыпался град неважных для Кирилла вопросов. На какую должность хотела бы пойти, как у нее со знанием предмета, основные понятия по экономике, ее прогнозы и мнения, что его ни капли не интересовало. Хотя он отметил, что девушка дольно таки смышленая, только это не та область, в которой он ее задействует.
Полностью равнодушный снаружи и кипящей бурей похоти внутри, он понимал, что не желает идти по медленному пути завоевания. Не то желание проснулось в его темной душе, совсем не то. Он хотел ее немедленно, сегодня, хотя и здесь себя разочарует и перенесет исполнение этого желания на завтра. Сначала нужно тщательно изучить объект, и лишь потом затаскивать в свою берлогу.
Время собеседования, наконец, вышло, и Катя незаметно облегченно выдохнула, что не укрылось от изучающего взгляда мужчины, и, попрощавшись, покинула аудиторию. Как только за ней закрылась дверь и комиссия приготовилась к обсуждению, он резко поднялся со своего места.
— На этот раз с меня достаточно, как и прежде выбор остается за вами. До свидания господа.
— До свидания Кирилл Александрович, — почти хором пропели его сотрудники и преподаватель университета.
Мужчина в сопровождении своего телохранителя направился к двери, и, толкнув ее, ощутил на своем пути преграду.
— Ой, — услышал он невольный девичий возглас, голос который эти пол часа ласкал его уши, заставляя представлять, как она будет стонать и хрипеть под его телом и руками.
— Будь осторожна, — с явным предупреждением и скрытым мотивом произнес он. Хотя никакая осторожность не спасет девушку, если он выбрал ее в качестве своей жертвы.
— Простите, пожалуйста, — покраснев, затрещала Катя, и ее румянец лишь подтолкнул его к осознанию правильности своего решения.
Такой румянец идеально будет смотреться на ее лице после того как он жестоко и плодотворно выебет ее. Кирилл уже мечтал об этом идеальном румянце и спутанных, мокрых от пота белокурых волос.
Девушка потупила взгляд, и еще раз промямлив извинения, развернулась и быстрым шагом поспешила убраться от него подальше. Он уловил еле заметный страх, или скорее предчувствие в ее попытке бегства, и снова порадовался ее уму. Эдакая новизна в его сексуальной жизни.
Покинув здание университета с черного входа, он уверено разместился на кожаном сиденье своего Веntlеу, в то время как телохранитель Серый, он же Сергей Романович Донов, что был также начальником его личной безопасности и доверительным лицом, уместился спереди.
— Я хочу ее, — просто произнес мужчина, как только за Серым закрылась дверь машин.
— Эту цыпочку, что прижалась к двери?
— Да. Узнай о ней все. Доклад завтра с утра.
— Проще простого, — усмехнулся мужчина.
— И подготовь мой особый дом. Завтра вечером я хочу увидеть ее там.
— Я же сказал, что хочу.
— И так можешь получить, возьми на работу, — предложил его секюрити.
Только нескольким людям было позволено так вольно общаться с ним. И к счастью для Серого, он входил в этом число. И не просто входил, а был среди первых лиц, тех с которыми он мог разделить женщину или скрыть преступление. Такое как похищение.
— Я хочу прямо сейчас. Мнимая игра в принца меня не интересует. Хочу ее связанной и в моей власти.
Жена-рабыня
Тася, работала в аудиторской фирме и считала себя независимой и обеспеченной женщиной, заработала на квартиру, на подходе уже была красивая иномарка, до этой мечты оставалось совсем чуть-чуть, но перед этим Тася как все обеспеченные женщины должна была побывать за границей на этом ее планы на ближайшее время заканчивались, кроме одного на этот план нельзя было заработать денег, это личное женское счастье о котором Тася так мечтала.
На отдых в Дубай они собирались с подругой Ленкой, она была после разрыва отношений очень подавлена и согласилась поехать с Тасей, подлечить свои душевные раны.
Путевки были куплены, чемоданы собраны вылет через два дня. Тася была в предвкушении от заграничного отдыха, засыпала и просыпалась с этой мыслью, сколько нового она всего увидит, первый раз в своей жизни.
Ленка уже бывала там куда они собирались лететь, со своим парнем, поэтому Тасе было не страшно лететь с уже опытной подругой.
У Таси начался отпуск и можно было отоспаться перед долгой дорогой но рано утром ее разбудил звонок. Это была Ленка.
— Тась, извини, я наверно разбудила? — тихо сказала Ленка.
— Да разбудила, ну что теперь, говори уже зачем я тебе понадобилась в столь ранний час? — в шутку ответила Тася.
— Ладно Лен пока, — сказала Тася и отключилась.
Проснулась она ближе к обеду, обдумала утренний звонок Ленки, чувствовать она себя стала более уверенно, ведь не маленькая же она девочка, ну что она в отпуск одна не съездит, не глупая же она разберется.
Долетела она нормально, такси довезло ее до нужного отеля, и вот она уже сидела на балконе своего номера и пила принесенный ей в номер коктейль, смотрела на море и думала как не повезло Ленке потому что она сейчас в России, а она Тася здесь в прекрасном Дубае, сидит и смотрит на море.
Немного отдохнув она спустилась в кафе заказала себе коктейль и с интересом разглядывала отдыхающих иностранцев.
— Здравствуй красавица, — кто то сказал на не плохом русском с сильным акцентом.
— Здравствуйте, — ответила она.
— Меня зовут, Азим, — сказал араб.
— Очень приятно, я Таисия».
— Очень красивое у вас имя и вообще вы очень красивая я вас из далека приметил, сразу подумал что вы русская. Русские девушки очень красивые, но вы какая то особенная, я таких не встречал, вы как богиня!
Тасе были приятны слова араба, но она знала про неудачные романы русских девушек, что есть арабские парни которые любят поживится за счет русских женщин, поэтому решила что просто с ним пообщается тем более она одна и общение ей просто необходимо.
Тася зашла в номер и упала на кровать счастливая и уставшая. Она провалилась в мечты об Азиме и с этими мыслями уснула.
Утром она вышла на балкон и увидела Азима, он стоял с букетом цветов.
Отпуск пролетел незаметно, они встречались с Азимом каждый вечер и проводили ночи на пляже. Она влюбилась. Вот он настоящий мужчина, вот она где оказалась моя судьба, думала Тася.
Азим проводил Тасю в аэропорт и с надеждой на скорую встречу Тася улетела.
Прилетев домой, Тася сразу же написала объявление о продаже квартиры и написала заявление на расчёт, ведь отпуск почти закончился, а у неё ещё столько дел перед отъездом.
Покупателей Тася нашла быстро сделав внушительную скидку. То что она уезжает к Азиму в Дубай она никому не сказала, она знала что все на перебой начнут рассказывать истории из интернета и телевиденья. Матери Тася сказала что едет в длительную командировку по работе. Она решила, что когда они приедут в Россию с Азимом она тогда и познакомит маму с зятем. Азим звонил ей каждый день, спрашивал как продвигаются дела и ночи на пролет говорил о любви и как ему плохо без нее, у Таси разрывалось сердце от желания увидеть Азима.
— Выходи мы приехали, — сказал он каким то не своим, грубым голосом.
Они прошли в дом по узкому, длинному коридору, один коридор сменился на другой, тоже такой же узкий и длинный из которого было несколько дверей в комнаты. Азим открыл одну из них и Тася вошла в убогую темную комнату, там была широкая кровать застеленая старой дерюгой, на стене полки из досок, досчатый пол был не застелен. Азим взял с полки чёрный широкий балахон и широкие белые шаровары и платок закрывающий лицо и кинул Тасе.
— Одевайся, пойдём обедать, я познакомлю тебя с семьёй, сиди молча и нечего не говори, только кивай если к тебе обратятся.
Тася переоделась в одежду которую дал ей Азим и пошла за ним. Они прошли по коридору Тасе казалось что она идет рядом не со своим любимым и заботливым Азимом, а с каким то чужим и злым человеком.
Они прошли по коридору и оказались в большой и такой же убогой комнате, на полу в круг сидели мужчины и женщины в середине круга стояли большие тарелки с чем то похожим на плов. Они шумно о чем то разговаривали. Когда Тася и Азим вошли в комнату они замолчали и посмотрели на них. Откуда то из темного угла вышла женщина и подала им две небольших подушки, они сели в общий круг. Пожилой мужчина, что-то сказал Тасе на арабском, она кивнула. Все принялись есть то, что было похоже на плов. Ели они руками из большого подноса каждый облизывал пальцы и вновь брал ими щепотку риса, к горлу подступила тошнота. Азим больно толкнул её в плечо и зло зашептал в ухо:
— Ешь, если ты не будешь есть, это не уважение к моей семье.
Тася с трудом проглотила две щепотки риса сдерживая подступивший рвотный рефлекс. С трудом дождавшись окончания трапезы они пошли обратно по коридору в комнату. Тасю вырвало прямо на входе, больше держаться она не смогла.
— Куда ты меня привёз, почему я в каком то сарае, ведь ты говорил что твой отец богатый человек, что вы управляете крупной фабрикой, ты обманул меня? — кричала Тася почти в истерике.
Азим больно ударил Тасю по лицу.
— Я завтра же уеду отсюда, я не смогу так жить, почему ты обманул меня?
Тася и Азим зашли в коровник, он был очень огромный.
— Мне тут и до вечера не убраться, — сказала Тася.
— Зачем ты тратил на меня время, если я тебе была не нужна и звал меня приехать к тебе? — плача сказала Тася.
— Я сразу понял что у тебя есть деньги и хотел просто развести тебя, но ты рассказала что у тебя в России есть своя квартира и ты собираешься покупать хорошую машину, тогда я решил, что с тебя можно взять намного больше, вот и играл с тобой в любовь, а ты повелась как и все ваши русские бабы, я бы никогда не женился на русской! А сейчас выполняй то что я сказал или будет хуже! — сказал Азим и ушёл.
Сейчас Тася окончательно поняла что она совершенно одна в далёкой чужой стране и находится в заложниках у человека, которого она ещё недавно, так безумно любила, а сейчас боится.
Тася убралась в коровнике к позднему вечеру. Руки болели, из мозолей шла кровь, и очень хотелось есть. Она только сейчас вспомнила, что сегодня она не ела вообще и ей никто не предложил.
Тася зашла в комнату, упала без сил на кровать и почувствовала себя рабыней…
«Здравствуйте, я буду вашим рабом»
Моя русская подруга, живущая в Берлине, сейчас активно ищет новую комнату. Система простая: видишь объявление, пишешь хозяину квартиры, получаешь согласие или «извините, ещё один кандидат написал мне раньше вас», «мне очень жаль, но предложение больше не актуально» или «русскую девушку не возьму из принципа» (так многие подумают, но написать не решатся).
Так вот, написала она одному мужчине, который сдает комнату в WG – это такая комфортная немецкая коммуналка. По его словам, в одной из комнат квартиры уже живет одна женщина, в другой – он. Нужно найти жильца в третью комнату, и пускай это будет тоже женщина. Ну вот так ему захотелось. Он попросил подругу прислать ссылку на страничку в «Фейсбуке». После этого думал дня два, а потом прислал письмо, в котором признался, что ищет, кхэм, не простую сожительницу. Итак, вот краткий пересказ его письма.
«Добрый день. Меня зовут Даниэль. И да, у нас есть свободная комната для вас. Перед тем, как окончательно договориться, хотелось бы предупредить вас, что у меня есть одна особенность. Я – очень покорный. Сабмиссив, другими словами.
Вероятно, вам в голову сейчас пришли пугающие мысли, но не подумайте ничего плохого. Я не урод, не ношу странную одежду и прочее. Я, наоборот, до тоски обычный. Люблю путешествовать, люблю жизнь. Наша коммуналка — тоже абсолютно обычное место, где вы, я очень надеюсь, будете прекрасно проводить время. Просто для женщин, живущих здесь, есть особый бонус: они главные, и им положено держать рабов. И да, я – как раз такой вот раб.
Проще говоря: раб служит, ходит за покупками, выполняет домашнюю работу, может что-то починить или заштукатурить, быть верным шофером – в зависимости от пожеланий моей Госпожи. Вы можете спросить: зачем это мне? Ничего особенного, мне просто нравится быть покорным. Я не фрик и не притворяюсь, я просто люблю так жить».
При этом Даниэль подчеркивает: секса ему не нужно. Ну то есть быть рабом для него – это не с кляпом во рту ползать на четвереньках, иногда визжа от пошлепываний. Он реально хочет прислуживать женщинам. И в магазин за свой счет ходить. И удовольствие от этого получать!
И я подумала: вот дурак, езжал бы в Россию. Там бы его в два счета до оргазма довели. Вообще, без шуток – это ж мечта каждой русской бабы!
Наша бы ногой в каблучке дверь его коммуналки-то открыла, сумку походную на стол поставила, все свои лучшие вещи сняла, шпица гавкающего на него натравила, села на дойче-диван и деловито так: «Даня, — сказала бы, – значит, вот эти вот твои «Керхеры» и путцен-средства сейчас убираем, с этого дня ты всё щеточкой зубной чистить будешь. Чисти-чисти, — потом обратилась бы к шпицу. – Боня, фас! – псина вцепился бы в его немецкую задницу, а тот издал стон наслаждения. — Пельмешечки мне российские будешь ручками лепить и «Пусть говорят» со мной вместе смотреть, а то я по родине скучаю. А потом айфон купишь и маму мою в гости пригласишь. По-о-о-о-нял?»
Серьезно, только представьте себе: на работе – завал, коллеги выбесили, погода – дрянь, годы идут… И вдруг домой приходишь – а там раб. Молчит и ничего не просит. Он же недостоин. А ты такая ходишь тудэма-сюдэма: то невкусно приготовил, это не туда поставил, пахнет от тебя как-то не так, и вообще ты мерзкий. А учитывая то, что раб этот немец, можно и вовсе разгуляться. Портрет Сталина, патефон с собой приперла, в котелок сухарей сушеных наложила – и сиди-смотри, как он глазки от удовольствия закатывает, пока тебе ножки массирует. На фоне фотообоев с березками.
Красота, короче! Не понимаю, почему подружка так и не согласилась.
