благочинная дивеевского монастыря монахиня николая фото
Из Дивеева в Иерусалим
Решение назначить настоятельницей известной обители на Святой земле нижегородскую монахиню принято Священным синодом Русской православной церкви 11 марта 2020 года. Обсудив положение дел в Горненском женском монастыре в Иерусалиме, члены синода постановили освободить игуменью Георгию (Щукину) от обязанностей настоятельницы обители по состоянию здоровья и выразить ей благодарность за многолетние труды. Игуменья Георгия, возглавившая знаменитый монастырь Русской духовной миссии в Иерусалиме в 1992 году, стала теперь почетной настоятельницей Горненского монастыря.
Чин возведения в игуменьи монахини Дивеевского монастыря Екатерины (Чернышевой) состоялся в храме Христа Спасителя во время Божественной литургии, которую совершил Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. На праздничном богослужении присутствовали настоятельница Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря игуменья Сергия (Конкова) и председатель комитета Госдумы РФ по международным делам Леонид Слуцкий. Предстоятель РПЦ возложил на новопоставленную игуменью наперсный крест золотого цвета и вручил игуменский посох.
Академик РАЕН, доктор геолого-минералогических наук, профессор Московского государственного строительного университета Сергей Николаевич Чернышев 20 лет жизни посвятил восстановлению Святой Канавки в Дивеевском монастыре. Он безвозмездно руководил проводившимися на ней изысканиями и проектированиями.
Его дочь с отличием окончила медицинский факультет Университета дружбы народов. Но, отказавшись от стажировки в Мексике, уехала в нижегородское село Дивеево, где стала одной из первых насельниц восстанавливавшегося монастыря. В обители она была главным редактором издательства и благочинной.
Игумения Сергия (Конкова): «Бог мне дал большую семью»
26 мая настоятельнице Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря игумении Сергии (Конковой) исполнилось 75 лет. Матушка Сергия выросла в верующей семье. Ее детство и юность прошли в поселке Семхоз Сергиево-Посадского района, вблизи от Троице-Сергиевой лавры, где вместе с родителями она молилась, где встретила своего духовного отца. После окончания Московского медицинского стоматологического института работала заведующей хирургическим отделением стоматологической поликлиники в городе Александрове. В 1981 году поступила в Рижский Свято-Троицкий Сергиев монастырь и через три года была пострижена в мантию с именем Сергия в честь преподобного Сергия Радонежского. В 1991 году решением Священного Синода благочинная Спасо-Преображенской пустыни Рижского монастыря монахиня Сергия (Конкова) была назначена на должность настоятельницы возрождающейся Свято-Троицкой Серафимо-Дивеевской обители.
— Матушка Сергия, оглядываясь с высоты прожитых лет на свою жизнь, чем вы объясняете выбор именно монашеского пути?
— Монашество — это избрание, и оно началось с благословения моего духовника архимандрита Троице-Сергиевой лавры Серафима (Шинкарева). После того как я окончила институт, мы пришли к нему с мамой, и она, желая определенности в моем будущем, попросила совета: «Может, замуж ее выдать за священника?» Батюшка ответил: «Она будет монахиней», — хотя до этого у нас с ним никогда не было разговора о монашестве. Мама возразила: «Это очень одиноко». А отец Серафим обвел келью рукой и, указывая на иконы, сказал: «Разве с такими собеседниками может быть скучно?!»
По его благословению я попала в Рижскую пустынь. В то время там служил известный старец архимандрит Таврион (Батозский). Мой духовник знал его и попросил передать список своих родственников, чтобы тот помолился за них. Рижская пустынь произвела на меня впечатление своей уединенностью, молитвенностью, особым пением «по-пустынному». На монастырском некрополе я плакала о том, что теперь, с высшим образованием, мне никогда не попасть в монастырь. А вернувшись в храм, услышала проповедь отца Тавриона, в которой были такие слова: «Кто положил на сердце работать Господу, да не отступит от этой мысли, и в оное время Бог совершит это». Было такое чувство, что через его проповедь Сам Господь меня утешил. Отец Таврион благословил меня иконой Божией Матери «Знамение» иерусалимского письма. Точно такую же икону через несколько лет мне дала игумения Магдалина во время моего иноческого пострига.
— Пригодился ли вам приобретенный вами профессиональный опыт в управлении таким огромным духовным организмом, как Дивеевская обитель?
— Слово «игумен» по-гречески означает «предводитель» — тот, кто идет впереди и, соответственно, является главным. Конечно, некоторый административный, организационный опыт я получила, работая заведующей отделением в поликлинике. Хотя здесь, в Дивееве, управление всей обителью воистину совершает Сама Пресвятая Богородица. Не могу похвалиться, что я что-то в монастыре сама сделала. Сознаю свое недостоинство и свою немощь. Преподобный Серафим говорил о себе, что он здесь камешка по собственной воле не положил. И когда задуманное не получается, то понимаешь: значит, нет воли Божией. А если Матери Божией угодно твое начинание, оно исполнится. Поэтому мы в Дивееве — лишь простые послушницы, «солдаты», «служки» Царицы Небесной.
— Как организовать свою жизнь, чтобы главное место в ней занимала молитва, чтобы хватало физических сил на монашеское правило?
— Как сказано в Священном Писании, «помощь моя от Господа, сотворшего небо и землю» (Пс 120:2). И воистину это так. Силы я черпаю так же, как и сестры, в молитвенном обращении к Богу, к Пресвятой Богородице. Молитва — самое главное в жизни монашествующих, а тем более — игумении. Если монах не будет молиться, то он не сможет ничего сделать.
В нашем монастыре день расписан у каждой сестры, в том числе и у игумении, я тоже живу уставной жизнью. Когда в определенные дни у нас не служится полунощница, то, как и сестры, я читаю ее келейно. А обычно вместе со всеми в 5:30 утра иду на утреннее правило, затем на литургию. В 11:00 у нас совместная трапеза.
Стараюсь ходить на молитвенное правило для инокинь и монахинь, которое совершается за час до начала вечерней службы. На этом правиле читаются малое повечерие и каноны. В 17:00 начинается вечернее богослужение. Затем — ужин, и идем по Богородичной Канавке. После вечернего правила возвращаюсь в келью около 22:30–23:00. И так каждый день.
Когда человек живет уставной жизнью, то есть согласно уставу, не уклоняясь, Господь дает силы. Как только сделаешь сбой, уклонишься от устава, становится тяжело. Конечно, когда я нахожусь в поездках, привычный график немного сбивается, но, пребывая в Дивееве, стараюсь всегда быть на сестринском правиле.
Мы всегда можем придумать себе уйму работы, лишь бы не молиться. Но если не помолишься, то это означает, что мы лишь своими силами думаем устроить дело, а ведь устрояется оно только в том случае, если мы все свои силы, все свое время отдаем Богу.
— Чем живет монастырь сегодня? Чему должны научиться сестры, оказавшись на этом пути к Небу?
— Самое главное в жизни монашеской — это отсечение своей воли. Если человек не настроен отсекать свое «я», ему будет трудно везде, на какое бы послушание его ни поставили, даже на самое любимое. Не будет отсечения своеволия — не будет монашества. Вся наша жизнь состоит в искании воли Божией. А она подается через старших. Что нам благословляется, то мы должны делать и стремиться к исполнению заповеди о любви к Богу и к ближним, к непрестанной молитве и благодарению.
Преуспеть в духовной жизни можно, если ничего не требовать от других, а требовать только от себя. Монах должен уметь слушать и слушаться. Каждому из нас нужно стремиться стяжать дух мирен. А если нам это не удается, то почему у нас претензии к другим?
— Мир сильно меняется в последнее время. Современное монашество отличается от того, что было в прошлом?
— Рижская игумения Магдалина нам говорила: «Если бы я использовала методы, которые применяла моя духовная мать игумения Тавифа, то из вас никто бы не выдержал». Матушка Тавифа отличалась строгостью: могла не поздравить сестру с Днем Ангела, сделать выговор. В наше время, наоборот, приходящие в монастырь нуждаются в бережном отношении. Да и батюшка Серафим говорил, что ласково надо обращаться с насельниками. Это как с больным ребенком, его же не шлепают, а берут на руки, успокаивают. И в Священном Писании сказано: «Носите бремена друг друга» (Гал 6:2).
То есть мы должны с терпением относиться друг к другу, и тогда исполним закон Христов. Но и потакания страстям быть не должно. А опыт приходит с жизнью по уставу, в управлении обителью в том числе. Если мы не придумываем себе какого-то особого статуса, а предаемся воле Божией, то создается правильная жизнь: уже не ты управляешь, а Господь.
Оглядываясь на собственную жизнь, могу сказать, что все мои детские мечты Господь исполнил сполна. Я говорила, к примеру, родителям: «Почему нас в семье только четверо? Как неинтересно! Вон, у некоторых по 6–8 детей!» И теперь у меня семья не четыре человека, а в сто раз больше, сегодня уже более пятисот сестер в Дивееве. И когда мне бывает порой тяжело, я напоминаю себе: «Ты ведь хотела большую семью?!»
— Ваш духовник говорил, что в монастыре не может быть скучно. Вы подтверждаете его слова?
— Небесная и земная канцелярии тесно связаны. Важно только нащупать эту Божественную, Промыслительную нить, которая тебя ведет. И помнить, что не мы избрали Бога, а Он нас избрал. А с Богом и со святыми разве может быть скучно?!
Подготовила Оксана Москвина
При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.
Как живут сестры Дивеевского монастыря: духовная и светская жизнь обители
Сегодняшняя тема непростая, хотя бы потому, что освятить ее можно лишь отчасти и только то, что видимо взгляду. Но все же стоит сказать пару слов в защиту сестер Серафимо-Дивеевского монастыря. Увы, но в последнее время для многих становится камнем преткновения именно сама обитель с её жизнью, порождая сомнения в «достойности».
Выбор монашеского пути и современное состояние монастырей
В православной церкви к выбору монашеского пути всегда старались подходить серьезно и осознанно. И выбор этот уважали.
После революции многое изменилось в России. Еле теплилась сама традиция монашеской жизни. Старые монахи умирали, а новые почти не приходили. Новая жизнь без веры исключала саму возможность иной, нежели светская, жизни. Альтернатив не было. А те, кто ее искал преследовались.
Неудивительно, что при такой политике из народа ушло само понимание сути монашества. Для многих современников монахи – чудаки, непонятно зачем отказавшиеся от радостей, возможностей и успеха обычной мирской жизни.
Те люди, которые пополнили ряды монахов и монахинь в 80-х – начале 90-х годов прошлого века, по сути, стали первопроходцами. Они еле-еле успели перехватить преемственность у последних иноков, переживших революцию и чудом доживших до конца XX века.
То, что это вообще произошло, по сути своей чудо.
Есть очень хорошие проповеди в книге Александра Шаргунова «Миражи любви», где он, насколько это возможно, раскрывает полноту подвига новомучеников Российских, пострадавших в годы советской власти. Мне запала в душу одна фраза: «Точно также смертью новомучеников открылось небо в России для многих тысяч молодых людей наших дней, родители которых оказались не в состоянии дать им веру».
Именно так и происходило с «первыми» будущими монахами наших дней – они прозревали. Неожиданно. Они не были поняты своими родителями и старшими родственниками. И таких примеров даже в нашем монастыре масса, когда молитвами своих детей-иноков родители на закате своей жизни также приходят к вере.
Господь их призвал, но им было непросто. И самым тяжелым оказалось не возведение из руин поруганных и разрушенных монастырей и храмов, а возрождение духовной жизни, о которой все пришедшие тогда к вере люди (как те, кто выбрал монашеский путь, так и те, кто решал остаться и подвизаться в миру) знали лишь по книгам.
Возрождение духовной жизни происходит в монастырях и по сей день, и процесс этот долгий и сложный. И прежде чем приезжать в паломничество в святую обитель с мыслью «что все тут должны быть святыми и относиться к паломникам так, как пишут в духовных книгах», подумайте о том, что в монастырь все наши современные монахи и монахини ушли из нашего с вами мира – полного искушений, злобы и противоречий. А для того, чтобы избавиться от привычек и перекроить себя по-новому, требуются годы.
Но и этого времени у многих нет, ибо враг рода человеческого дьявол – не дремлет и мир искушающий наступает и на монастыри. И только воспрянув из руин, они оказались в очень трудном положении.
Нестроения в самой православной церкви, нестабильная политическая обстановка в мире, вынужденное положение искать пропитания. И как следствие – обширная торговля. А там, где торговля – там и соблазн комфорта. Но даже при всех минусах, монастырь, а тем более Серафимо-Дивеевский монастырь, остается местом святым. И кто с верой и открытым сердцем сюда приедет, тот уезжает всегда утешенным.
Как живут монахини в Дивеево, и сколько их в монастыре?
Внутренняя жизнь монастыря сокрыта тайной, и можно лишь догадываться по косвенным признакам или из обрывков разговоров о том, какая она на самом деле.
Ведь даже та монашеская жизнь, что мы видим, – все равно внешняя. Да, мы можем знать распорядок церковных служб, видеть, какие послушания у сестер, видеть их особый быт. Но все это будет лишь малая толика настоящей духовной жизни.
А она у всех разная. Об этом и святые прошлых веков писали, и нынешние пастыри церкви. Несмотря на общий быт, каждый молится в меру своих сил и желаний. И о том, как они спасаются, нам неведомо.
Так же, как и истинное количество сестер в обители. Подобную информацию никогда не старались обнародовать. Отчасти потому, что духовному человеку подобные знания просто не нужны, отчасти из–за подвижности этой самой цифры. Кто-то из старых монахинь умирает, кто-то лишь попросился в монастырь, и его взяли на испытательный срок в качестве кандидата, кого–то постригли в иночество. Своя статистика, не требующая нездорового интереса со стороны.
Богадельня и монастырское кладбище в Серафимо-Дивеевском монастыре
Кстати, о той самой внешней стороне жизни в обители.
На данный момент она милостью Божией благоустроена. Есть поликлиника с прекрасным зубоврачебным кабинетом (в поликлинике принимают как монахинь, так и рабочих монастыря). Своя машина скорой помощи с круглосуточным дежурством фельдшера. Современный медицинский центр для сестер монастыря. А еще есть богадельня.
Это православный аналог (а исторически и предшественник!) современного дома престарелых. Тут находятся больные и старенькие монахини, которые уже не могут нести никаких послушаний. За ними ухаживают молодые сестры, выполняющие роль нянечек. По необходимости их консультируют врачи, а медсестры выполняют медицинские процедуры.
К ним приходит священник. А по четвергам в домовой церкви «Всех скорбящих радосте», что находится на втором этаже богадельни, служится литургия.
Старенькие монахини по мере сил и возможностей продолжают молится, читать псалтырь и духовные книги. И готовятся к смерти.
К смерти здесь относятся именно так, как и подобает людям духовным – спокойно. И к ней стремятся подготовится, исповедаться, причаститься. И, как правило, умирают покойно, со всеми примирившись и простившись.
Раньше, еще до революции сестринское кладбище находилось на территории мельничной обители, в ограде Канавки. После революции кладбище сравняли с землей, и построили на том месте школу. После возрождения обители, монастырь долгое время не имел своего кладбища. Священников и старых монахинь еще дореволюционного Дивеева, доживших до наших дней, хоронили за Троицким собором, где и сейчас можно поклониться их могилам.
На месте старого кладбища (после передачи этой земли монастырю) при реставрационных работах было найдено несколько останков и склепов. Они сейчас оформлены в могилы, и каждый, кто идет по Канавке может видеть этот уголок старого кладбища с покаянным деревянным крестом возле них.
На обычном кладбище монастырем выкуплена часть земли под могилы, так как на территории обители на данный момент нет возможности устроить свое отдельное кладбище.
Золотошвейные и другие мастерские в Серафимо-Дивеевском монастыре
Монастыри всегда славились своими мастерскими. Сама жизнь ставила их в такие условия, что обеспечивать себя они должны были сами. Дивеево не было исключением.
Здесь много лет существует своя свечная мастерская, где производят свечи; своя типография. Есть золотошвейная. О ней можно было бы рассказать поподробнее.
Работы дивеевских сестер потрясают своей красотой, аккуратностью и мастерством. Сестры вышивают иконы, церковные облачения, плащаницу. Они искусно владеют золотым шитьем, используют в своих работах бисер, камни, золотые и серебряные нити. Подобная кропотливая работа требует усидчивости, и сестры, получившие здесь послушание, учатся не только вышивать, но и познают великую духовную науку терпения.
Дореволюционный монастырь славился и своей живописной мастерской.
Отрадно, что эта традиция возрождается. В обители есть своя иконописная, а живописи учат теперь всех желающих детей (на территории монастыря действует детская художественная школа).
Церковные лавки, торговля на территории монастыря, и как к этому относиться?
Очень многих людей соблазняет сам факт торговли на территории монастыря. Многие даже вспоминают евангельские слова спасителя о торгующих в храме, хотя устройство Иерусалимского храма и законы там были иные. В России же сложилась несколько иная традиция.
И долгое время, да и сейчас отчасти, монастыри просто вынуждены были себя кормить трудами рук своих. Если мы заглянем в «Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря», то увидим, что уже тогда сестры продавали свое рукоделие, рисовали, плели четки и даже делали сувениры. И это практиковалось во многих обителях, так как не у всех монастырей были благодетели, жертвовавшие на содержание насельников.
Итак, давайте посмотрим, как все обстоит на самом деле.
Благодетели в основном жертвуют на восстановление храмов и строительство нового собора. Но ведь у монастыря есть и другие нужды. Кормить насельников, послушниц, рабочих и паломников. Выплачивать заработную плату рабочим, платить по счетам за свет, воду, отопление; закупать продукты питания, одежду и обувь. Кроме того, в монастыре есть своя православная школа, где дети учатся бесплатно; своя поликлиника, где оказывают бесплатную медицинскую помощь всем работникам монастыря (помимо монахинь). И все это требует денежных вложений.
Поэтому иногда удивляют скептические и презрительные обвинения тех, кто сюда приезжает на день – два. Можно было бы и обойтись без торговли, по крайней мере такой обширной, но многие ли из тех, кто недоволен ею, готовы просто так жертвовать на монастырь?
Вот и получается, чтобы кормить монахинь, паломников, и обеспечивать себя, монастырь как организация не может на данный момент обойтись без торговли.
Есть и еще один момент, о котором знают только те, кто непосредственно работает в монастыре. Часть выручки, которую монастырь получает от продажи сувениров, икон и свечей, идет вовсе не ему. Митрополит распределяет их между приходскими церквями, которые находятся в глухих селах Нижегородской области. Их также необходимо реставрировать, поднимать из руин, содержать клир.
Вот и получается, что Серафимо-Дивеевский монастырь не только себя обеспечивает, а еще помогает и далеким сельским церквушкам, а также своим собственным скитам, которые находятся, как правило, вдали от паломнических маршрутов, и тоже практически на самообеспечении.
Большинству скитов предоставлена возможность торговать на территории Серафима–Дивеевского монастыря, и они имеют свои церковные лавки. Кстати, тут и кроется «секрет» небольшой разницы в ценах в разных лавках.
Поэтому, в следующий раз, когда возникнет соблазн осудить монастырь за торговлю, вспомните об этих фактах.
Отменить ответ
Андрей Мердишев ( 2 года назад )
Еще один факт, о котором многие у нас в стране из осуждающих Церковь за “спекуляцию”, просто не знают: возьмем, к примеру, Германию. Там большинство населения – лютеране. Так вот, если человек позиционирует себя как верующий лютеранин, по немецким законам он ОБЯЗАН платить десятину. Иначе он не имеет право позиционировать себя членом их церкви, и будет в обществе по-факту изгоем. Поэтому работодатели на законных основаниях удерживают у верующих часть зарплаты в пользу их, лютеранской церкви. Как бы к лютеранам ни относиться, но посудите сами: в настоящее время было бы немыслимо водить десятину с верующих в Церкви Православной, особенно у нас в России, после всего что пережил наш народ в 20-м веке. Но ведь Церкви надо как-то существовать? если мы сами едва можем оплачивать ремонт своего собственного жилья и коммунальные услуги, то монахи отвечают не только за себя и свое личное жилье, они отвечают еще и за состояние Храмов, церковных соцучреждений, ведут обширную благотворительность. И при том в большинстве случаев основным, если не единственным источником дохода для монастырей является их собственная экономическая деятельность. Они как Апостол Павел, шивший шатры и палатки для своего пропитания, живут трудами собственных рук. А те, кто им отказывает в таком праве, следовательно, желают монахам присесть на шею государству и верующим, подобно лютеранской церкви, за что сами же будут этих монахов потом осуждать и презирать за “лень” и “тунеядство”. Люди, разберитесь сами в своих “хотелках”, и, особенно если там не все гладко, не учите монахов духовности. Я сам мирянин, но потребности монастырей мне близки, потому что мне не все равно по этому вопросу. А вот тем, кто не разбираясь особо в деталях, судит-рядит напра-налево, очевидно, на духовность вообще наплевать, им главное – осудить и на фоне осужденных ими выглядеть в собственных глазах более достойно. Это называется лицемерие и фарисейство! и другого названия такому отношению к монахам и вообще к Церкви, к верующим пока человечество не придумало. Обычно человек лезет в чужую жизнь тогда, когда в его собственной не все гладко-сладко. Люди, разберитесь сначала в себе и своей жизни и семье, а потом уже делайте оценочные суждения о жизни монашеской!
Благочинная дивеевского монастыря монахиня николая фото
Мч. Нестора Солунского (ок. 306).
Прп. Нестора Летописца, Печерского, в Ближних пещерах (ок. 1114). Прп. Нестора, некнижного, Печерского, в Дальних пещерах (XIV). Обретение мощей блгв. кн. Андрея Смоленского в Переславле-Залесском (1539). Мцц. Капитолины и Еротииды (304). Мч. Марка и иже с ним.
Прмч. Сергия Чернухина (1942).
Кол., 249 зач., I, 1–2, 7–11.Лк., 55 зач., XI, 1–10.Мч.:Еф., 233 зач., VI, 10–17.Лк., 106 зач., XXI, 12–19.
Новости церкви
Календарь
Мч. Нестора Солунского (ок. 306).
Прп. Нестора Летописца, Печерского, в Ближних пещерах (ок. 1114). Прп. Нестора, некнижного, Печерского, в Дальних пещерах (XIV). Обретение мощей блгв. кн. Андрея Смоленского в Переславле-Залесском (1539). Мцц. Капитолины и Еротииды (304). Мч. Марка и иже с ним.
Прмч. Сергия Чернухина (1942).
Кол., 249 зач., I, 1–2, 7–11.Лк., 55 зач., XI, 1–10.Мч.:Еф., 233 зач., VI, 10–17.Лк., 106 зач., XXI, 12–19.