Эндотелия сосудов что это такое

Что такое эндотелий – или почему мы стареем?

Эндотелий – однослойный пласт плоских клеток, выстилающих внутреннюю поверхность кровеносных и лимфатических сосудов, а также полостей сердца.

До недавнего времени считалось, что главная функция эндотелия – это полировка сосудов изнутри. И только в конце ХХ века, после присуждения в 1998 г. Нобелевской премии в области медицины, стало ясно, что основной причиной артериальной гипертензии (по народному – гипертонии) и других сердечно-сосудистых заболеваний является патология эндотелия.

Именно сейчас мы начинаем понимать, насколько важна роль этого органа. Да, именно органа, т.к. суммарный вес эндотелиальных клеток составляет 1,5-2 кг (как у печени!), а площадь его поверхности равна площади футбольного поля. Так каковы же функции эндотелия, этого огромного органа, распределенного по всей территории человеческого организма?

Выделяют 4 главные функции эндотелия:

Эти функции эндотелий осуществляет, вырабатывая и выделяя большое количество разных биологически активных веществ. Но главной молекулой, вырабатываемой эндотелием, является NO – оксид азота. Именно открытие ключевой роли NO в регуляции сосудистого тонуса (другими словами – артериального давления) и вообще состояния сосудов, было удостоено Нобелевской премии в 1998 г. Исправно функционирующий эндотелий непрерывно вырабатывает NO, поддерживая нормальное давление в сосудах. Если количество NO снижается в результате уменьшения выработки клетками эндотелия или разложения его активными радикалами, сосуды не могут адекватно расширяться и доставлять больше питательных веществ и кислорода в активно работающие органы.

NO химически нестабилен – он существует всего несколько секунд. Поэтому NO действует только там, где выделяется. И если где-то функции эндотелия нарушены, то другие, здоровые, клетки эндотелия не могут компенсировать локальную эндотелиальную дисфункцию. Развивается локальная недостаточность кровоснабжения – ишемическая болезнь. Специфические клетки органов гибнут и замещаются соединительной тканью. Развивается старение органов, что рано или поздно проявляется болями в сердце, запорами, нарушением функции печени, поджелудочной железы, сетчатки глаза и т.п. Эти процессы протекают медленно, и, зачастую, незаметно для самого человека, однако резко ускоряются при любой болезни. Чем тяжелее протекает болезнь, тем массивнее повреждение тканей, тем, следовательно, больше придется восстанавливать.

Главной задачей медицины всегда было спасение жизни человеческой. Собственно, ради этого благородного дела мы поступали в мединститут и этому нас учили, и мы учили. Однако не менее важно обеспечить процесс восстановления после болезни, предоставить организму все необходимое. Если Вы думаете, что антибиотики или противовирусные препараты (я имею в виду те, которые действительно действуют на вирус) вылечивают человека от инфекции, то Вы ошибаетесь. Эти препараты останавливают прогрессивное размножение бактерий и вирусов. А излечение, т.е. уничтожение нежизнеспособного и восстановление того, что было, осуществляется клетками иммунной системы, клетками эндотелия и стволовыми клетками!

Чем лучше процесс будет обеспечен всем необходимым, тем полнее произойдет восстановление – в первую очередь кровоснабжения пораженной части органа. Именно для этого и создан препарат ЛонгаДНК. В его составе L-аргинин – источник NO, витамины, обеспечивающие обмен веществ внутри делящейся клетки, ДНК, необходимая для полноценного процесса деления клеток.

Что такое L-аргинин и ДНК и как они действуют:

L-аргинин – аминокислота, основной источник для образования оксида азота в клетках эндотелия сосудов, нервных клетках и макрофагах. NO играет главную роль в процессе расслабления гладкой мышцы сосудов, что приводит к снижению артериального давления, препятствует образованию тромбов. Огромное значение NO имеет для нормального функционирования нервной и иммунной систем.

На сегодняшний день экспериментально и клинически доказаны следующие эффекты L-аргинина:

ДНК – дезоксирибонуклеиновая кислота – источник нуклеотидов для синтеза собственной ДНК в активно размножающихся клетках (эпителий желудочно-кишечного тракта, клетки крови, клетки эндотелия сосудов):

Есть еще несколько проявлений дисфункции эндотелия, которые никого не могут оставить равнодушным. Прежде всего – это гипертоническая болезнь и болезни вен. И еще – эректильная дисфункция. Раньше говорили – импотенция. Сейчас этот термин не употребляют, потому что процесс, в общем-то, обратим. Эректильная дисфункция – это звоночек с того света – все, дорогой товарищ, процесс пошел! Верною дорогой идете, прямо к инсульту или инфаркту миокарда! Об этом – следующие статьи.

С уважением, Ваш доктор Шубин Александр Иванович

Источник

Дисфункция эндотелия как новая концепция профилактики и лечения сердечно-сосудистых заболеваний

Опубликовано в журнале:
Международный Медицинский Журнал »» 3 / 2001 В.И. Бувальцев
Москва, Россия

Конец XX века ознаменовался не только интенсивным развитием фундаментальных понятий патогенеза артериальной гипертонии (АГ), но и критическим пересмотром многих представлений о причинах, механизмах развития и лечении этого заболевания.

В настоящее время АГ рассматривается как сложнейший комплекс нейро-гуморальных, гемодинамических и метаболических факторов, взаимоотношение которых трансформируется во времени, что определяет не только возможность перехода одного варианта течения АГ в другой у одного и того же больного, но и заведомую упрощенность представлений о монотерапевтическом подходе, и даже о применении как минимум двух лекарственных препаратов с конкретным механизмом действия.

Так называемая «мозаичная» теория Пейджа, будучи отражением сложившегося традиционного концептуального подхода к изучению АГ, ставившего в основу АГ частные нарушения механизмов регуляции АД, может быть отчасти аргументацией против применения одного гипотензивного средства для лечения АГ. При этом, редко принимается во внимание такой немаловажный факт, что в своей стабильной фазе АГ протекает при нормальной или даже сниженной активности большинства систем, регулирующих АД [1].

В настоящее время серьезное внимание во взглядах на АГ стало уделяться метаболическим факторам, число которых, однако, увеличивается по мере накопления знаний и возможностей лабораторной диагностики (глюкоза, липопротеиды, С-реактивный белок, тканевой активатор плазминогена, инсулин, гомоцистеин и другие).

Возможности суточного мониторирования АД, пик внедрения которого в клиническую практику пришелся на 80-е годы, показали существенный патологический вклад нарушенной суточной вариабельности АД и особенностей суточных ритмов АД, в частности, выраженного предутреннего подъема, высоких суточных градиентов АД и отсутствия ночного снижения АД, что во многом связывалось с колебаниями сосудистого тонуса.

С другой же стороны, эндотелий реализует многие звенья патогенеза АГ, непосредственно участвуя в повышении АД.

Роль эндотелия в сердечно-сосудистой патологии

В привычном человеческому сознанию виде эндотелий представляет собой орган весом 1,5-1,8 кг (сопоставимо с весом, например, печени) или непрерывный монослой эндотелиальных клеток длиной 7 км, или занимающий площадь футбольного поля, либо шести теннисных кортов. Без этих пространственных аналогий было бы трудно представить, что тонкая полупроницаемая мембрана, отделяющая кровоток от глубинных cтруктур сосуда, непрерывно вырабатывает огромное количество важнейших биологически активных веществ, являясь таким образом гигантским паракринным органом, распределенным по всей территории человеческого организма.

Таким образом, изучение роли эндотелия в патогенезе сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) привело к пониманию, что эндотелий регулирует не только периферический кровоток, но и другие важные функции. Именно поэтому объединяющей стала концепция об эндотелии как о мишени для профилактики и лечения патологических процессов, приводящих или реализующих ССЗ.

Понимание многоплановой роли эндотелия уже на качественно новом уровне вновь приводит к достаточно известной, но хорошо забытой формуле «здоровье человека определяется здоровьем его сосудов».

Считается, что медикаментозное или немедикаментозное воздействие на ранних стадиях (предболезнь или ранние стадии болезни) способно отсрочить ее наступление или предотвратить прогрессирование и осложнения. Ведущая концепция превентивной кардиологии основана на оценке и коррекции так называемых факторов сердечно-сосудистого риска. Объединяющим началом для всех таких факторов является то, что рано или поздно, прямо или косвенно, все они вызывают повреждение сосудистой стенки, и прежде всего, в ее эндотелиальном слое.

Поэтому можно полагать, что одновременно они же являются факторами риска дисфункции эндотелия (ДЭ) как наиболее ранней фазы повреждения сосудистой стенки, атеросклероза и АГ, в частности.

Нормально функционирующий эндотелий отличает непрерывная базальная выработка NO с помощью эндотелиальной NO-синтетазы (eNOS) из L-аргинина. Это необходимо для поддержания нормального базального тонуса сосудов [38]. В то же время, NO обладает ангиопротективными свойствами, подавляя пролиферацию гладкой мускулатуры сосудов и моноцитов [5], и предотвращая тем самым патологическую перестройку сосудистой стенки (ремоделирование), прогрессирование атеросклероза.

NO обладает антиоксидантным действием, ингибирует агрегацию и адгезию тромбоцитов, эндотелиально-лейкоцитарные взаимодействия и миграцию моноцитов [39]. Таким образом, NO является универсальным ключевым ангиопротективным фактором.

При всей многогранности эффектов NO Dzau et Gibbons удалось схематически сформулировать основные клинические последствия хронического дефицита NO в эндотелии сосудов [44, 45], показав тем самым, на модели ишемичeской болезни сердца реальные следствия ДЭ и обратив внимание на исключительную важность ее коррекции на возможно ранних этапах.

Из схемы 1. следует важный вывод: NO играет ключевую ангиопротективную роль еще на ранних стадиях атеросклероза.

Схема 1. МЕХАНИЗМЫ ЭНДОТЕЛИАЛЬНОЙ ДИСФУНКЦИИ
ПРИ СЕРДЕЧНО-СОСУДИСТЫХ ЗАБОЛЕВАНИЯХ

Так, доказано, что NO уменьшает адгезию лейкоцитов к эндотелию [46, 47], тормозит трансэндотелиальную миграцию моноцитов [48, 49], поддерживает нормальную проницаемость эндотелия для липопротеидов и моноцитов [51], ингибирует окисление ЛПНП в субэндотелии [52]. NO способен тормозить пролиферацию и миграцию гладко-мышечных клеток сосуда [53, 54], а также синтез ими коллагена [55]. Назначение ингибиторов NOS после сосудистой баллонной ангиопластики или в условиях гиперхолестеринемии приводило к гиперплазии интимы [56, 57], и напротив, применение L-apгинина или доноров NO уменьшало выраженность индуцированной гиперплазии [58].

Оценка функции эндотелия

Снижение синтеза NO является главным в развитии ДЭ. Поэтому, казалось бы, нет ничего более простого, чем измерение NO в качестве маркера функции эндотелия. Однако, нестабильность и короткий период жизни молекулы резко ограничивают применение этого подхода. Изучение же стабильных метаболитов NO в плазме или моче (нитратов и нитритов) не может рутинно применяться в клинике в связи с чрезвычайно высокими требованиями к подготовке больного к исследованию.

Кроме указанных методик, в качестве потенциальных маркеров ДЭ рассматривается несколько субстанций, продукция которых может отражать функцию эндотелия: тканевой активатор плазминогена и его ингибитор, тромбомодулин, фактор Виллебрандта [71].

Терапевтические стратегии

Оценка ДЭ как нарушения эндотелий-зависимой вазодилатации вследствие снижения синтеза NO, в свою очередь, требует пересмотра терапевтических стратегий воздействия на эндотелий с целью профилактики или уменьшения повреждений сосудистой стенки.

Улучшение контроля гликемии у больных с сахарным диабетом само по себе уже является фактором коррекции ДЭ [79], а нормализация липидного профиля у пациентов с гиперхолестеринемией приводила к нормализации функции эндотелия [18], что значительно уменьшало частоту острых сердечно-сосудистых инцидентов [80].

С целью снижения деградации NO применение витамина С в качестве антиоксиданта также улучшало функцию эндотелия у больных с гиперхолестеринемией [84], сахарным диабетом [85], курением [86], артериальной гипертонией [87], ИБС [77]. Эти данные свидетельствуют о реальной возможности воздействовать на систему синтеза NO вне зависимости от причин, вызвавших его дефицит.

В настоящее время практически все группы лекарственных препаратов подвергаются проверке на предмет их активности в отношении системы синтеза NO. Косвенное влияние на ДЭ при ИБС [88], уже показано для ингибиторов АПФ, улучшающих функцию эндотелия опосредованно через косвенное увеличение синтеза и снижения деградации NO [89].

Позитивные результаты воздействия на эндотелий были получены также при клинических испытаниях антагонистов кальция [90], однако, механизм этого воздействия неясен.

Новым направлением развития фармацевтики, по-видимому, следует считать создание особого класса эффективных лекарственных препаратов, напрямую регулирующих синтез эндотелиальиого NO и тем самым, напрямую улучшающих функцию эндотелия.

Поэтому коррекция ДЭ при АГ и атеросклерозе должна быть рутинной и обязательной частью терапевтических и профилактических программ, а также жестким критерием оценки их эффективности.

Источник

Эндотелия сосудов что это такое

ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова»

ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России; ФГБУ «Федеральный центр мозга и нейротехнологий» ФМБА России

ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России

Эндотелиальная дисфункция при COVID-19 и когнитивные нарушения

Журнал: Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2021;121(6): 93-99

Мартынов М.Ю., Боголепова А.Н., Ясаманова А.Н. Эндотелиальная дисфункция при COVID-19 и когнитивные нарушения. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2021;121(6):93-99.
Martynov MYu, Bogolepova AN, Yasamanova AN. Endothelial dysfunction in COVID- 19 and cognitive impairment. Zhurnal Nevrologii i Psikhiatrii imeni S.S. Korsakova. 2021;121(6):93-99.
https://doi.org/10.17116/jnevro202112106193

ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова»

Эндотелиальная дисфункция является одним из важных механизмов, лежащих в основе поражения разных органов и систем при COVID-19. Развитие эндотелиальной дисфункции при COVID-19 может нарушить перфузию органов и вызвать прокоагуляционное состояние, приводящее к макро- и к микрососудистым тромботическим осложнениям. Когнитивные нарушения являются осложнением COVID-19, развиваются в остром и отдаленном периодах, и не всегда напрямую связаны с тяжестью основного заболевания. Коррекция эндотелиальной дисфункции у больных COVID- 19 должна проводиться с учетом ведущих патогенетических факторов ее развития и при развитии неврологических, в том числе когнитивных, нарушений должна включать нейропротективные препараты. Одним из таких препаратов является Актовегин, который доказал эффективность в отношении улучшения функции эндотелия, микроциркуляции и когнитивной сферы.

ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова»

ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России; ФГБУ «Федеральный центр мозга и нейротехнологий» ФМБА России

ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России

Даты принятия в печать:

Новая коронавирусная инфекция COVID-19 является одним из наиболее серьезных вызовов за последние несколько десятилетий, с которым столкнулась фундаментальная и клиническая медицина. Это связано не только с широким распространением инфекции, но и с достаточно высокой смертностью, особенно в старших возрастных группах, с частыми осложнениями и последствиями заболевания.

Основным путем проникновения вируса SARS-CoV-2 в организм является рецептор ангиотензинпревращающего фермента 2 (АПФ2, ACE2) [1]. В отличие от вируса SARS-CoV-1, вирус SARS-CoV-2 имеет большее сродство к рецептору ACE2 [2], а также более высокую репликационную активность [3], что обусловливает его большую контагиозность по сравнению с вирусом SARS-CoV-1.

Основные функции сосудистого эндотелия

В норме эндотелий сосудистого русла является активным эндокринным и паракринным органом, которому принадлежит ведущая роль в регуляции сосудистого тонуса, в первую очередь в микроциркуляторном русле, и в поддержании сосудистого гомеостаза [9]. Эндотелий принимает непосредственное участие во многих физиологических процессах благодаря постоянному взаимодействию с форменными и плазменными компонентами крови и другими циркулирующими клетками (рис. 1). Эндотелиальные клетки секретируют в просвет сосуда факторы, обеспечивающие динамическое равновесие гемостаза, поддержание и изменение локального кровотока на уровне микроциркуляции, а также оказывают трофическое действие на прилежащий к ним субэндотелий и слой гладких мышечных клеток, влияют на ангиогенез (см. рис. 1).

Рис. 1. Основные функции эндотелия сосудистого русла.

Оценка состояния и функции эндотелия проводится с использованием лабораторных и инструментальных методов обследования (рис. 2), при которых важно учитывать не только абсолютные отклонения за пределы референтных значений, но и возможность суммарного вклада нескольких показателей, находящихся в пределах верхних/нижних квартилей нормальных значений в развитие эндотелиальной дисфункции [10].

Рис. 2. Основные методы изучения функции эндотелия сосудистого русла.

Причины и механизмы развития эндотелиальной дисфункции при COVID-19

Дисфункция эндотелия сопровождается нарушением равновесия гемостаза со сдвигом его в прокоагулянтную сторону, уменьшением высвобождения сосудорасширяющих и увеличением выделения сосудосуживающих факторов и склонностью к спастическим реакциям в микроциркуляторном русле, повышенной миграцией лейкоцитов через эндотелий с развитием локального воспалительного процесса. Продолжительное воздействие факторов, приводящих к дисфункции эндотелия, способствует приобретению эндотелиальными клетками провоспалительного и протромботического фенотипа [11], истощению пула прогениторных эндотелиальных клеток [12, 13], что в итоге ограничивает возможность восстановления его нормальных фенотипа и функции.

К развитию эндотелиальной дисфункции могут приводить разнообразные причины. Эндотелиальная дисфункция может быть отражением и фоновым состоянием при ряде хронических неинфекционных заболеваний, таких как артериальная гипертензия, генерализованное атеросклеротическое поражение сосудистого русла, сахарный диабет, ожирение/повышенный индекс массы тела (ИМТ), хроническая обструктивная болезнь легких [9]. Функция эндотелия нарушается при курении, что связано с непосредственным влиянием никотина и компонентов табачного дыма на эндотелиоциты. Тяжелые инфекционные, в том числе вирусные, заболевания также могут стать причиной эндотелиальной дисфункции. В этих случаях дисфункция эндотелия может быть вызвана либо непосредственно вирусной атакой, либо косвенно посредством избыточной активации эндотелия вследствие дезадаптивного иммунного ответа [10].

При COVID-19 повреждение эндотелия и его дисфункция чаще всего возникают в результате сочетания ряда причин (рис. 3). Одной из них может быть непосредственное проникновение вируса SARS-CoV-2 в эндотелиальные клетки. Так, Z. Varga [14] при гистологическом исследовании установил наличие фрагментов вируса SARS-CoV-2 и апоптотических телец в эндотелии сосудов микроциркуляторного русла легких, миокарда, почек, печени и тонкого кишечника. Особенностями вируса SARS-CoV-2 по сравнению с вирусом гриппа H1N1 09 (свиной грипп 2009 г.) являются гораздо более активная воспалительная реакция и более выраженное поражение эндотелиальных клеток, определяемое на основании анализа экспрессии интерлейкина-6, фактора некроза опухоли-α, внутриклеточной молекулы адгезии-1 и каспазы-1 [15]. Другими причинами эндотелиальной дисфункции у больных COVID-19 могут быть цитокиновый шторм и иммунно-опосредованное поражение эндотелиоцитов. Цитокины и белковые провоспалительные медиаторы служат ключевыми факторами, которые способствуют нарушению эндотелиальной функции [16]. Так, при протеомном анализе 185 маркеров, отражающих воспаление и дисфункцию эндотелия в системном кровотоке, было показано, что наличие цитокинового шторма сочеталось с диффузным поражением сосудистого эндотелия [17]. По данным A. Petrey и соавт. [18], повышение содержания провоспалительных цитокинов у больных COVID-19 прямо коррелирует с увеличением уровней маркеров, отражающих системное сосудистое поражение по типу васкулита, и маркеров ремоделирования сосудистого русла. Кроме этого, имеется связь между клинической тяжестью заболевания, включая развитие соматических осложнений, и вероятностью развития и выраженностью цитокинового шторма и дисфункции эндотелия. При COVID-19 отмечается сдвиг гемостаза в прокоагулянтную сторону, что находит отражение в повышении уровня фибриногена, продуктов распада фибрина, D-димера и фактора фон Виллебранда, и это повышение коррелирует с тяжестью заболевания и риском тромбозов и является отражением эндотелиальной дисфункции [19].

Способствуют усугублению эндотелиальной дисфункции при COVID-19 артериальная гипертензия, нарушение толерантности к глюкозе и сахарный диабет, повышение ИМТ и ожирение, нарушение липидного спектра и пр. (см. рис. 3). Сочетание COVID-19 с этими факторами риска может значительно ухудшать прогноз вследствие повышения риска развития макро- и микрососудистых осложнений [20].

Рис. 3. Причины эндотелиальной дисфункции при COVID-19.

Механизмы развития и клинический спектр когнитивных нарушений при COVID-19

По данным R. Chen и соавт. [7], в головном мозге человека экспрессия ACE2 рецепторов отмечается в сосудистых сплетениях и различных корковых и подкорковых отделах больших полушарий. Важно также отметить, что, согласно полученным в этом исследовании данным, рецепторы к ACE2 экспрессировали не только эндотелиоциты, но и перициты, нейроны и астроциты. Это обусловливает потенциальную уязвимость головного мозга при COVID-19.

Согласно имеющимся данным, основными причинами поражения головного мозга при COVID-19 являются дыхательная недостаточность и гипоксия, синдром СВР и цитокиновый шторм, нарушения гемостаза, непосредственное поражение эндотелия микроциркуляторного русла. Обсуждается также возможность прямого поражения головного мозга, в том числе по механизму молекулярной мимикрии [21, 22].

Морфологические исследования, показавшие наличие вируса SARS-CoV-2 в эндотелии церебральных капилляров и веществе головного мозга, подтвердили предположение о гематогенном пути распространения как об основном пути проникновения вируса в ЦНС [23]. При аутопсии у пациентов, умерших от COVID-19, выявлялось обширное повреждение микрососудов с множественными тромбозами вследствие гиперкоагуляции [24]. В другом исследовании при посмертной магнитно-резонансной микроскопии, гистологическом и иммуногистохимическом анализе было показано наличие мультифокального повреждения головного мозга с вовлечением микроциркуляторного русла, нейронов и астроцитов и активацией микроглии [25]. Генерализованное поражение сосудистого русла может лежать в основе развития цереброваскулярных осложнений у пациентов с COVID-19. По данным A. Merkler и соавт. [26], ишемический инсульт у пациентов с COVID-19 диагностировался в 8 раз чаще, чем у больных гриппом (1,6%, 95% ДИ=1,1—2,3% и 0,2%, 95% ДИ=0,0—0,6% соответственно).

Тропизм вируса SARS-CoV-2 к эндотелию сосудистого русла увеличивает риск неврологических расстройств не только из-за возможного вовлечения различных отделов головного мозга с развитием ишемических и/или геморрагических осложнений, но потенциально также из-за хронических постинфекционных осложнений, включая продолжительную дисфункцию гематоэнцефалического барьера (ГЭБ) и активацию провоспалительных цитокинов в головном мозге [27].

В ряде исследований рассматривается возможность поражения вирусом SARS-CoV-2 различных органов и систем, включая головной мозг, по механизму молекулярной мимикрии. G. Lasso и соавт. [21] установили, что коронавирусы человека могут использовать механизм молекулярной мимикрии по отношению более чем к 150 белкам хозяина. В большинстве случаев мимикрия затрагивала особенности иммунного ответа, включая активацию комплемента, который является одним из ключевых компонентов в регуляции воспаления. В исследовании H. Yapici-Eser и соавт. [22] на основании математического моделирования была теоретически показана возможность молекулярной мимикрии ряда белков вируса SARS-CoV-2 по отношению к белкам человека, принимающим участие в синаптической передаче, регулирующим активность ряда ионных каналов, в том числе влияющим на проницаемость ГЭБ, активацию нейронов и синтез трофических факторов.

На сегодняшний день не так много работ, оценивающих состояние когнитивных функций у больных COVID-19, что, вероятно, в значительной степени связано с тяжестью заболевания и высокой контагиозностью, создающей ограничения для нейропсихологического обследования. В ряде исследований сообщалось о нарушении внимания [28, 29] и исполнительных функций, апатии [30]. По данным O. Del Brutto и соавт. [31], снижение когнитивных функций отмечено у пациентов с легкой симптоматической формой COVID-19. Данное исследование уникально тем, что в нем проводилась проспективная оценка изменений когнитивных функций до и после начала пандемии COVID-19 у лиц, инфицированных или не инфицированных вирусом SARS-CoV-2. При многофакторном анализе вероятность развития когнитивного снижения была существенно выше в группе серопозитивных по вирусу SARS-CoV-2 по сравнению с серонегативными лицами [31]. Сопоставление 93 бессимптомных пациентов COVID-19 с 102 пациентами группы сравнения показало, что бессимптомные пациенты с COVID-19 имели меньшую сумму баллов по Монреальской шкале оценки когнитивных функций. Особенно выраженными различия были при оценке зрительного восприятия, называния предметов и беглости речи [32].

Поражение головного мозга при COVID-19 может оказывать долгосрочное влияние на когнитивные процессы [33]. При изучении частоты, характера и тяжести когнитивных нарушений через 3—4 мес после выписки из больницы клинически значимые когнитивные нарушения в зависимости от применяемого порогового значения выявлялись у 59—65% обследованных, при этом больше всего страдали вербальное обучение и управляющие функции [34]. Наиболее масштабным было исследование, проведенное A. Hampshire и соавт. [35], в котором были изучены когнитивные функции у 84 000 человек, из которых >12 000 перенесли COVID-19. По сравнению со здоровыми участниками в группе перенесших COVID-19 отмечались значительно худшие результаты по когнитивным тестам. Основные нарушения касались исполнительных функций. Примерно 65% пациентов, переболевших COVID-19 в тяжелой форме, намного хуже выполняли когнитивные задания. Снижение когнитивных функций в худших случаях было эквивалентно старению на 10 лет. Предполагается, что пациенты с COVID-19 имеют повышенный риск развития когнитивного снижения вследствие отсроченных последствий острого периода заболевания: дыхательной недостаточности, системного воспаления, нарушения гемостаза и др. [8, 36]. Не исключается, что и другие патогенетические механизмы могут определять сохранение когнитивных расстройств после острого периода. Так, J. Helms и соавт. [37] отмечали у больных COVID-19 гипоперфузию в лобно-височных областях больших полушарий. В обзорной статье V. Montalvan и соавт. [38] показана возможность развития структурных изменений в таламической и височной областях. В многоцентровом наблюдательном исследовании [39] по результатам МРТ не было выявлено структурных изменений в головном мозге, однако при проведении ПЭТ с 18 F-ФДГ наблюдался гипометаболизм в обширной зоне, включавшей лобную кору, переднюю поясную извилину, островок и хвостатое ядро. При повторном обследовании через 6 мес у большинства пациентов общее состояние улучшилось, но остались когнитивные и эмоциональные расстройства различной степени тяжести. Отмечались нарушения исполнительных функций и внимания, а также тревожно-депрессивные симптомы, сочетавшиеся с изменениями метаболизма глюкозы в префронтальных, островковых и подкорковых областях [39]. Все эти данные свидетельствуют о том, что развитие когнитивных нарушений на фоне COVID-19 имеет сложный, многофакторный механизм и не всегда напрямую связано с тяжестью самого заболевания.

Направления коррекции эндотелиальной дисфункции

Коррекция дисфункции эндотелия должна проводиться с учетом ведущих патогенетических факторов ее развития и в большинстве случаев достигается сочетанным назначением антигипертензивных, антикоагулянтных, антиагрегантных, гиполипидемических и некоторых других препаратов. Кроме этого, у больных COVID-19, особенно при развитии выраженной СВР с цитокиновым штормом, опосредованное благоприятное влияние на функцию эндотелия могут оказывать глюкокортикоиды, моноклональные антитела и другие препараты с системным противовоспалительным действием [40].

Особой группой препаратов являются нейропротекторы, которые позволяют корректировать неврологические, в том числе когнитивные нарушения и обладают положительным действием на эндотелий сосудистой стенки. Одним из таких препаратов является Актовегин.

Актовегин — это депротеинизированный гемодериват, не содержащий антигенов и белков, полученный из крови теленка через две стадии ультрафильтрации, в результате чего образуется комплекс из более чем 200 биоактивных компонентов с молекулярной массой

Источник