грейт баррингтон ская декларация
Тысячи медиков подписали декларацию о вреде поголовного карантина. Другие ученые ее раскритиковали
«Декларацию Грейт-Баррингтона» составили трое ученых: Мартин Кулдорф из Гарвардского университета, профессор Оксфордского университета Сунетра Гупта и Джей Бхаттачарья из Медицинской школы Стэнфордского университета. Документ подписали тысячи врачей и ученых из многих стран мира.
Как отметили авторы декларации, они посвятили свою жизнь защите людей и считают, что нынешняя политика изоляции разрушительно сказывается на здравоохранении. В частности, из-за мер меньшему числу детей делают прививки, врачи проводят меньше исследований на рак, а также у людей в целом ухудшается психическое здоровье. По их словам, эта ситуация может вызвать скорый всплеск смертности.
Ученые подчеркнули, что за последнее время исследователи существенно расширили знания о коронавирусе. В частности, выяснилось, что большую угрозу он несет для пожилых людей, а, например, для детей он не столь опасен. В декларации говорится, что пока не появился коллективный иммунитет, врачи должны стремиться свести к минимуму смертность от COVID-19.
Но для достижения коллективного иммунитета, пишут авторы, нужно дать людям не из групп риска жить нормальной жизнью. Остальным же составители декларации предлагают уделить особое внимание — например, усилить контроль за домами престарелых, а пенсионеров обеспечить продуктами питания.
При этом менее уязвимым группам людей достаточно будет соблюдать правила гигиены и сидеть в изоляции, если они заразятся. Кроме того, ученые предлагают не переводить на удаленное обучение университеты и школы. Работать молодые люди, считают авторы, должны тоже не из дома. Кроме того, авторы декларации предлагают не закрывать рестораны, а также возобновить культурные и спортивные мероприятия.
После выхода документа несколько ученых раскритиковали его тезисы. Уильям Ханедж из Гарварда отметил, что авторы декларации правильно указали на косвенный ущерб от пандемии. В то же время, по его словам, ответить на него они предлагают увеличением прямого ущерба. Кроме того, ученый подчеркнул, что у молодых людей, которые переболеют COVID-19, также могут быть долгосрочные проблемы со здоровьем. Вместе с другими эпидемиологами Ханедж летом опубликовал исследование о том, что коронавирус постепенно становится более смертоносным для людей в возрасте 30 лет.
Критике декларацию подверг также Грегг Гонсалвес из Йельского университета. Он сказал, что почти для половины людей коронавирус может быть опасным. По его словам, идея об изоляции только отдельных групп риска «нелепа».
Профессор медицинской школы университета Лидса Стивен Гриффин сказал, что уязвимые для инфекции есть во всех слоях общества, и они заслуживают одинакового обращения. По его словам, последствия коронавирусной инфекции в виде боли в суставах и усталости есть даже у тех, кто перенес COVID-19 в легкой форме.
Саймон Кларк из Университета Рединга напомнил, что сейчас неизвестно, можно ли достигнуть коллективного иммунитета. По его словам, ученые еще не выяснили, насколько эффективен и долговечен постинфекционный иммунитет.
Пока сложно сказать, кто прав в этом споре. Несколько стран на заре эпидемии отказались от введения жестких мер. Среди них Беларусь, где вирусом с начала пандемии заразились 81,9 тысяч человек, из них чуть меньше 900 умерли (1% от общего числа). Аналогично поступила и Швеция — там инфекцию подтвердили у 97,5 тысяч человек. При этом смертность в Швеции выше, чем в Беларуси — жертвами инфекции в стране стали почти шесть тысяч человек (6%).
Другие страны вводили ограничительные меры, но пока невозможно однозначно оценить их эффективность. В России, где с марта во многих регионах начали вводить режимы самоизоляции, число зараженных превысило 1,2 млн человек, а 21 тысяча пациентов умерли (1,7%). Жесткий карантин был и во Франции, где, по последним данным, выявили 693,6 тысячи инфицированных, а умерли больше 32 тысяч человек (4,9%). Кроме того, сейчас число новых заражений коронавирусом в мире вновь начало расти.
Декларация Грейт Баррингтон
Как эпидемиологи-инфекционисты и ученые в области общественного здравоохранения мы серьезно обеспокоены пагубным воздействием преобладающего подхода к борьбе с COVID-19 на физическое и психическое здоровье граждан, и рекомендуем подход который мы называем Целенаправленной Защитой.
Мы посвятили свою карьеру защите здоровья людей и считаем что текущий подход использующий изоляцию оказывает разрушительное воздействие на здоровье населения в краткосрочной и долгосрочной перспективе. Негативные эффекты нынешнего подхода (и это лишь некоторые из них) включают в себя более низкие показатели вакцинации детей, ухудшение исходов сердечно-сосудистых заболеваний, меньшее количество обследований на рак и ухудшение психического здоровья, что приведет к увеличению избыточной смертности в ближайшие годы. При этом средний класс и дети понесут самое тяжелое бремя. Не пускать учеников в школу это истинная несправедливость.
Использование этих мер до тех пор пока не будет доступна вакцина, нанесет человечеству непоправимый ущерб, причем непропорционально сильно пострадают обездоленные.
К счастью, мы постоянно расширяем наши знания об этом вирусе. Мы уже знаем что шанс смерти при заболевании COVID-19 более чем в тысячу раз выше у старых и немощных чем у молодых. Для детей COVID-19 менее опасен чем многие другие инфекционные заболевания, включая грипп.
По мере роста иммунитета у населения снижается риск заражения всех, в том числе и уязвимых. Мы знаем что всё население в конечном итоге достигнет коллективный иммунитет – т.е. точку, при которой частота новых инфекций станет стабильной. Этому может способствовать вакцина (но она не обязательна для этого). Поэтому наша цель должна заключаться в минимизации смертности и социального вреда, пока мы не достигнем коллективного иммунитета.
Самый правильный подход, который уравновешивает риски и преимущества достижения коллективного иммунитета, заключается в том чтобы позволить тем, кто подвергается минимальному риску, нормально жить своей жизнью чтобы сформировать иммунитет к вирусу, при этом лучше защищая тех, кто находится в группе высокого риска. Мы называем этот подход Целенаправленной Защитой.
Принятие мер по защите уязвимых должно быть центральной целью общественного здравоохранения в ответ на COVID-19. Например, в домах престарелых следует использовать персонал с приобретенным иммунитетом и часто проводить тестирование других сотрудников и всех посетителей. Ротацию персонала следует свести к минимуму. Пенсионерам, живущим дома, следует доставлять на дом продукты и другие предметы первой необходимости. По возможности, они должны встречаться с членами семьи снаружи, а не в помещениях. Исчерпывающий и подробный список мер, включая подход к семьям состоящим из нескольких поколений, может быть реализован, и он находится в пределах возможностей специалистов общественного здравоохранения.
Следует немедленно позволить вернуться к нормальной жизни тем кто не находится в группе риска. Каждый должен принимать простые меры гигиены, такие как частое мытье рук и нахождение дома во время болезни, чтобы снизить порог коллективного иммунитета. Школы и университеты должны быть открыты для очного обучения. Следует возобновить внеклассные занятия, например, спорт. Молодые люди из группы низкого риска должны работать в обычном режиме, а не дома. Должны открыться рестораны и другие предприятия. Следует возобновить занятия искусством, музыкой, спортом и другие культурные мероприятия. Люди, которые подвергаются большему риску, смогут участвовать, если они хотят. Общество в целом будет пользоваться защитой предоставляемой теми кто уже имеет иммунитет.
4 октября 2020 г. эта декларация была создана и подписана в Грейт-Баррингтоне, США, авторами:
Текст декларации, размещенный на ресурсе Globalresearch:
«Как эпидемиологи-инфекционисты и ученые в области общественного здравоохранения мы серьезно обеспокоены пагубным воздействием на физическое и психическое здоровье политики в отношении COVID-19 и рекомендуем подход, который мы называем целенаправленной защитой.
Сохранение этих мер до тех пор, пока не будет доступна вакцина, нанесет непоправимый ущерб, причем непропорционально сильно пострадают обездоленные.
К счастью, наше понимание вируса растет. Мы знаем, что уязвимость к смерти от COVID-19 более чем в тысячу раз выше у старых и немощных, чем у молодых. Действительно, для детей COVID-19 менее опасен, чем многие другие виды вреда, включая грипп.
Самый сострадательный подход, который уравновешивает риски и преимущества достижения коллективного иммунитета, заключается в том, чтобы позволить тем, кто подвержен минимальному риску смерти, нормально жить своей жизнью, чтобы создать иммунитет к вирусу путем естественного заражения, при этом лучше защищая тех, кто находится на самом высоком уровне. риск. Мы называем это целенаправленной защитой.
Принятие мер по защите уязвимых должно быть центральной целью общественного здравоохранения. Например, в домах престарелых следует использовать персонал с приобретенным иммунитетом и часто проводить ПЦР-тестирование других сотрудников и всех посетителей. Ротацию персонала следует свести к минимуму. Пенсионерам, живущим дома, следует доставлять на дом продукты и другие предметы первой необходимости. По возможности, они должны встречаться с членами семьи снаружи, а не внутри.
Исчерпывающий и подробный список мер, включая подходы к домохозяйствам, состоящим из нескольких поколений, может быть реализован, и он находится в пределах возможностей и возможностей специалистов общественного здравоохранения.
Тем, кто не уязвим, следует немедленно позволить вернуться к нормальной жизни. Каждый должен практиковать простые меры гигиены, такие как мытье рук и оставаться дома во время болезни.
Школы и университеты должны быть открыты для очного обучения. Следует возобновить внеклассные занятия, например, спорт. Молодые люди из группы низкого риска должны работать в обычном режиме, а не дома.
Должны открыться рестораны и другие предприятия. Следует возобновить занятия искусством, музыкой, спортом, а также проводить другие культурные мероприятия. Люди, которые подвергаются большему риску, если захотят могут участвовать в этом. Общество будет пользоваться защитой тех, кто приобрел коллективный иммунитет.
Эта декларация была составлена и подписана 4 октября 2020 г. в Грейт-Баррингтоне, США,».
Далее следует подписи почти 15 000 ученых, практикующих врачей и ведущих специалистов со всего мира. К ним присоединились 155 000 представителей широкой общественности.
Однако не все эксперты согласны с положениями декларации. Далее выдержки из статьи на сайте Veteranstoday.
Разработчиками декларации считаются выдающийся эпидемиолог Оксфордского университета профессор Сунетра Гупта, профессор Мартин Куллдорф из Гарвардского университета и научный сотрудник Стэнфордского университета Джей Бхаттачарь.
Первоначально декларация была подписана группой из примерно 35 ученых. Далее к ней присоединились остальные.
Д-р Майкл Хед, старший научный сотрудник в области глобального здравоохранения в Университете Саутгемптона, сказал, что это заявление является «очень плохой идеей», и сомневался, что уязвимые люди смогут избежать вируса, если ему позволят широко распространиться.
Издание Byline Times указывает, что Большая декларация Баррингтона, в которой пропагандируется подход коллективного иммунитета к пандемии COVID-19, была спонсирована учреждением, включенным в сеть, финансируемую Кохом. По мнению этого ресурса Кох отрицает науку о климате и вкладывает средства в загрязняющую промышленность ископаемого топлива.
Критики документа указывают на возможность ее подписания любым человеком, который может указать себя в качестве врача, ученого, специалиста и т.д., поскольку эти данные не проверяются и не подтверждаются.
Скептики обвиняют подписантов в игнорировании растущего числа свидетельств о длительном процессе заражения вирусом Covid. В результате чего тысячи здоровых и молодых людей, заразившиеся вирусом, испытывают изнурительные симптомы через несколько месяцев после получения легкой инфекции.
Комментарий: В целом мир разделился на поддерживающих декларацию и ее критиков. Вероятно, правда находится где-то посередине.
В России обнаружили единичные случаи нового варианта коронавируса AY.4.2
Единичные случаи нового варианта коронавируса AY.4.2, который является подвидом штамма «дельта», обнаружены в России. Об этом в четверг сообщил журналистам руководитель научной группы разработки новых методов диагностики заболеваний человека ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Камиль Хафизов.
Вариант AY.4.2 был обнаружен в Великобритании. По данным британских ученых, он является одним из 45 подвидов штамма «дельта». В институте генетики при Университетском колледже Лондона Франсуа Баллу предположили, что новый штамм может распространяться на 10-15% быстрее, чем предыдущая версия «дельты».
При этом эксперт отметил, что существующие в России вакцины эффективны против новой версии вируса.
Ученые определили главный фактор выживаемости при COVID-19
Ключевым фактором, влияющим на выживаемость пациентов с тяжелой формой COVID-19, оказался уровень специфических антител к спайковому белку коронавируса (именно эти антитела формируются при вакцинации). К такому выводу пришли ученые из Испании и Канады, результаты их исследования опубликованы в журнале Journal of Internal Medicine.
Насколько человек защищен от коронавирусной инфекции, можно судить по трем показателям крови: помимо специфических антител, это также общее количество антигенов (или антигенемия) и уровень вирусной РНК. Антитела к спайковому белку SARS-CoV-2 блокируют репликацию вируса; антигенемия — это показатель общего количества чужеродных веществ, которые организм идентифицирует как антигены; а по количеству РНК можно оценить присутствие вируса в организме. Какой из этих факторов следовало принять как ключевой при оценке риска смертельного исхода, до сих пор было неизвестно.
Для исследования авторы отобрали результаты анализов 92 взрослых пациентов, которые во время первой волны пандемии, с 16 марта по 15 апреля 2020 года, попали в Университетскую больницу Рио-Ортега и Клинический госпиталь Университета Вальядолида, а также в больницу имени Грегорио Мараньона и Университетскую больницу принца Астурийского в Мадриде. У всех COVID-19 подтвердили с помощью ПЦР-теста, а в первые сутки в больнице у них взяли анализ крови.
На основе этих данных ученые составили профиль антител у пациентов (прежде всего IgM и IgG — специфических к S-белку) и оценили связь между их уровнем, концентрацией вирусной РНК и наличием в плазме белка нуклеопротеина (N) SARS-CoV-2. Плазму также изучили по показателю N-антигенемии.
Как выяснилось, только один из этих трех параметров напрямую коррелирует с высоким риском смерти — низкий ответ антител против S-белка. Остальные два связаны с первым: вирусная РНК-нагрузка обратно пропорциональна количеству антител; если их нет, то N-антигенемия примерно в два с половиной раза выше. Другими словами, те, у кого был плохой ответ антител, имели высокие уровни РНК и рассеянные вирусные белки в крови.
«Наши результаты подтверждают, что лечение экзогенными антителами при COVID-19 должно быть персонализированным и такая терапия должна применяться только для пациентов с отсутствующими или низкими уровнями эндогенных антител», — приводятся в пресс-релизе слова одного из авторов исследования Хесуса Бермеджо-Мартина (Jesús Bermejo-Martin), доктора медицинских наук из Института биомедицинских исследований в Саламанке.
Таким образом, исследователи обнаружили дополнительные доказательства важности антител к спайковому белку для блокирования репликации SARS-CoV-2. Они надеются, что эти результаты помогут определить оптимальный уровень антител для каждого больного, находящегося в критическом состоянии.
Как я болею ковидом в третий раз
В первый раз мы поймали ковид в марте 2020, когда летели всей семьей в самолете, заполненном на 80% китайцами. Муж и сын переболели с температурой и слабостью, я отделалась отсутсвием запахов на пару недель.
В конце апреля я перенесла большую открытую операцию на брюшной полости и очень боялась заболеть снова. У нас вовсю была изоляция, чему мы радовались в принципе и особо никуда не ходили. В июне антитела определись низкие, но прививки только начинались.
В августе заболели снова. Муж и сын в легкой форме, я с 50% поражением. Это был ппц(мне 38, без хронических). Кашель прекратился в ноябре. Выпадение волос, нарушение когнитивных фунций, нарушение памяти, боли в суставах, измение вкуса и запаха, одышка. Я восстановилась к лету 2021.
В августе и сентябре 2021 мы привились Пфайзером.
И вот приплыли, у нас опять подтвержденный ковид. Сын перенес первым в легкой форме. Меня затрясло от одной мысли, что я или муж сляжем опять от этой дряни. Пока сидим в карантине.
Вот такие дела, не болейте и берегите себя.
Дельта выбирает молодых
Правда ли, что изобретатель ПЦР заявлял, что тест не должен использоваться для диагностики каких-либо заболеваний?
Распространяется информация, будто Кэри Муллис, создатель метода ПЦР, говорил, что его тест должен использоваться только в научных целях, а для диагностики не подходит, так как тест может давать ложноположительные результаты и показывать наличие вирусов, которых у человека на самом деле нет. Мы решили проверить, придерживался ли учёный на самом деле такого мнения.
(Спойлер для ЛЛ: этой фейк. Муллис во-первых не дожил до пандемии Covid-19, во-вторы— ни разу не опровергал эффективность теста при диагностике)
Контекст. О такой позиции американского исследователя пишет «Красная весна», а также многочисленные псевдомедицинские сайты и форумы. Эту же информацию распространяют пользователи Facebook, «ВКонтакте», Telegram и Instagram. В контексте критики ПЦР-тестирования на коронавирусную инфекцию ему приписывают фразу: «Делать же подобное на всей популяции — научная ересь. Многим моим коллегам — клиницистам, учёным, одобряющим такие тесты, — должно быть стыдно! Это больше всего меня шокирует».
ПЦР — полимеразная цепная реакция, способная обнаружить любой патоген в пробе, если там присутствует хотя бы малейшая его частица. Метод ПЦР-диагностики помогал врачам и до пандемии коронавирусной инфекции — его считают одним из наиболее чувствительных и точных тестов. Методом ПЦР выявляют многие инфекции, передающиеся половым путём (хламидиоз, гонорею, герпес, гарднереллёз, ВПЧ, ВИЧ), проводят дифференциальную диагностику бактериальных и вирусных пневмоний (в том числе коронавирусной пневмонии), определяют наличие респираторных инфекций, идентифицируют хеликобактер, используют для диагностики сальмонеллёза, дифтерии, вирусных гепатитов и цитомегаловирусной инфекции.
С определённой долей допущения можно сказать, что открытие ПЦР было непреднамеренным. Муллиса поставили перед необходимостью уволить четырёх из семи сотрудников лаборатории, в которой он работал. Он размышлял над тем, как оптимизировать и улучшить процесс, который позволил бы не расставаться с ценными кадрами. Так он пришёл к мысли, что дорогую и долгую процедуру диагностики патологий плода нужно упростить. Существовавшая технология заключалась в том, что выделенная ДНК плода подсаживалась в яйцеклетку мыши, а уже появившийся на свет мышонок анализировался на предмет тяжёлых патологий. Муллис решил, что можно обойтись без мыши. Он изобрёл способ расплетать ДНК и способ её копировать необходимое для получения достаточного объёма вещества количество раз. Интересно, что отправленная в Nature статья об изобретении метода ПЦР не была принята журналом. В итоге статья не сразу, но была принята и напечатана в Science, а уже в 1993 году Кэри Муллис получил Нобелевскую премию по химии за открытие полимеразной цепной реакции.
Интересно отметить, что наряду с карьерой учёного Кэри Муллис рассматривал карьеру писателя. Позже на своём сайте он весьма красочно описал тот момент, когда ему пришла в голову идея ПЦР:
«Калифорнийские каштаны протянули свои тяжёлые цветы в сторону шоссе 128. Розовые и белые побеги, свисающие с веток в свет фар моей машины, казались холодными, но они были наполнены тёплыми эфирами, преобладающими в сфере обоняния. Казалось, что это была ночь каштанов, но что-то ещё волновало меня. Шины моей маленькой серебристой «Хонды» везли нас через горы. Мои руки ощущали дорогу и повороты. Мои мысли вернулись в лабораторию. Цепи ДНК сворачивались и словно бы парили. Яркие голубые и розовые изображения молекул возникли где-то между горной дорогой и моими глазами».
Притом что изобретение ПЦР-теста можно считать одним из важнейших открытий медицины, Кэри Муллис имел весьма неоднозначную репутацию в научных кругах. В своей книге «Голый танец в поле разума» он приводил аргументы против идей глобального потепления и истощении озонового слоя, доказывал научность астрологии, а также отрицал связь между вирусом иммунодефицита человека и СПИДом. В ней же он писал о заговоре экологов, правительств и учёных, которые продвигают свои корыстные интересы. Однако ни в книге, ни в многочисленных интервью, ни на персональном сайте Муллис не говорил о том, что ПЦР не должен использоваться для диагностики заболеваний. Более того, такая мысль противоречит самой предпосылке изобретения — Муллис искал способ, как упростить и удешевить диагностику заболеваний у плода. И, разумеется, он не мог назвать тестирование на COVID-19 научной ересью и пристыдить учёных — Кэри Муллис умер 7 августа 2019 года, тогда как первый официально задокументированный случай коронавирусной инфекции произошёл не ранее ноября 2019-го.
Предположительно, сетевые конспирологи взяли идею о том, что тест, по мысли его создателя, не должен использоваться для диагностики заболеваний, из статьи Джона Лауритсена, в которой он цитирует слова Кэри Муллиса: «Количественная ПЦР — это оксюморон». И действительно, полимеразная цепная реакция способна определять лишь присутствие патогена в пробе, но не его количество. Лауритсен ставит под сомнение один из методов антиретровирусной терапии — приём ингибиторов протеазы, — так как на момент написания статьи, как он утверждает, они не одобрены Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA). Однако автор ошибается — первый ингибитор протеазы получил патент FDA 6 декабря 1995 года. Далее он пишет:
«Что делает ПЦР, так это выбирает генетическую последовательность, а затем чрезвычайно усиливает её. Она подобна поиску иголки в стоге сена. Как и антенна с электронным усилителем, ПЦР значительно усиливает сигнал, но также значительно усиливает шум. Поскольку усиление экспоненциально, малейшая ошибка в измерении, малейшее загрязнение может привести к ошибкам многих порядков».
То есть даже Лауритсен не говорит о том, что ПЦР нельзя использовать при диагностике заболеваний, он лишь предупреждает о недопустимости контаминации (загрязнения) инструмента для взятия пробы.
Таким образом, нобелевский лауреат Кэри Муллис никогда не говорил, что изобретённый им ПЦР-тест не подходит для диагностики заболеваний, а тем более не опровергал возможность массового ПЦР-тестирования на коронавирусную инфекцию, так как просто не дожил до времени, когда вирус SaRS-CoV-2 появился в человеческой популяции. Более того, он изобрёл ПЦР именно для того, чтобы ускорить и упростить анализ на различные заболевания и пороки развития.
Ещё нас можно читать в Телеграме, в Фейсбуке и в Вконтакте. Традиционно уточняю, что в сообществах отсутствуют спам, реклама и пропаганда чего-либо (за исключением здравого смысла), а в день обычно публикуем не больше двух постов.