григ мелодия какая фактура
Григ мелодия какая фактура
«Лирические пьесы» составляют большую часть фортепианного творчества Грига (в десяти тетрадях цикла объединяются шестьдесят шесть фортепианных пьес). Они продолжают тот тип камерной фортепианной музыки, который представлен «Музыкальными моментами» и «Экспромтами» Шуберта, «Песнями без слов» Мендельсона. Непосредственность высказывания, лиризм, выражение в пьесе преимущественно одного настроения, склонность к небольшим масштабам, простота и доступность художественного замысла и технических средств — вот черты романтической фортепианной миниатюры, которые свойственны и «Лирическим пьесам» Грига.
«Лирические пьесы» можно назвать «музыкальным дневником» композитора. Сюда Григ «вписал» самые разнообразные свои впечатления, чувства, мысли. По «Лирическим пьесам» видно, как много дум и чувства Григ отдавал родине. Тема родины звучит в торжественной «Родной песне» (ор. 12), в спокойной и величественной пьесе «На родине» (ор. 43), в жанрово-лирической сценке «На родину» (ор. 62), в многочисленных народно-танцевальных пьесах, задуманных как жанрово-бытовые зарисовки. Тема родины продолжается в великолепных «музыкальных пейзажах» Грига («Весной» — ор. 43, «Ноктюрн» — ор. 54), в своеобразных мотивах народно-фантастических пьес («Шествие гномов», «Кобольд»).
Живые, непосредственные зарисовки «с натуры» («Птичка», «Бабочка»), отзвуки художественных впечатлений («Песня сторожа», написанная под впечатлением шекспировского «Макбета»), музыкальный портрет («Гаде»), страницы лирических высказываний («Ариетта», «Вальс-экспромт», «Воспоминания») — таков круг образов этого цикла. Жизненные впечатления, овеянные лиризмом, живым чувством автора, — вот содержание и эмоциональный тон цикла, объясняющий его название; «Лирические пьесы».
Особенности стиля «Лирических пьес» так же разнообразны, как и их содержание. Очень многим пьесам свойственны предельный лаконизм, скупые и точные штрихи миниатюры; но в некоторых пьесах обнаруживается стремление к картинности, широкой, контрастной композиции («Шествие гномов», «Гангар», «Ноктюрн»), В одних пьесах слышна тонкость камерного стиля («Танец эльфов»), другие сверкают яркими красками, впечатляют виртуозным блеском концертности («Свадебный день в Трольхаугене»).
«Лирические пьесы» отличаются большой жанровой разнохарактерностью. Мы встречаем здесь элегию и ноктюрн, колыбельную и вальс, песню и ариетту. Очень часто Григ обращается к жанрам норвежской народной музыки (спрингданс, халлинг, гангар).
Художественную цельность циклу «Лирических пьес» придает принцип программности. Каждая пьеса открывается заголовком, определяющим ее поэтический образ, и в каждой пьесе поражает простота и тонкость, с какими воплощается в музыке «поэтическое задание».
Уже в первой тетради «Лирических пьес» (ор. 12, 1867) определились художественные принципы цикла; разнообразие содержания и лирический тон музыки, внимание к темам родины и связь музыки с народными истоками, лаконичность и простота, четкость и изящество музыкально-поэтических образов.
Цикл открывается светлой лирической «Ариеттой». Предельно простая, по-детски чистая и наивная мелодия, лишь чуть «взволнованная» чувствительными романсными интонациями, создает образ юношеской непосредственности, душевного покоя. Выразительное «многоточие» в конце пьесы (песня обрывается, «замирает» на начальной интонации; кажется, что мысль унеслась в иные сферы), как яркая психологическая деталь, создает живое ощущение, видение образа. Мелодические интонации, фактура «Ариетты» воспроизводят характер вокальной пьесы:
Ярким своеобразием отличается «Вальс». На фоне типично вальсовой фигуры сопровождения выступает изящная и хрупкая мелодия с острыми ритмическими очертаниями. «Капризные» переменные акценты, триоли на сильной доле такта, воспроизводящие ритмическую фигуру спрингданса, вносят в вальс своеобразный колорит норвежской музыки. Он усиливается характерной для норвежской народной музыки ладовой окраской (мелодический минор):
«Норвежский танец», живой и задорный, воспроизводит целую танцевальную сцену. В сменах мелодико-ритмических фигур, регистровых и динамических контрастах словно видны разные фигуры танца, разные группы танцующих. Стремительно «бегущая» мелодия, с четкими метрическими повторами и резкими переменными акцентами, с триольным «кружением» воспроизводит характер спрингданса. Особое своеобразие придает пьесе колоритная «инструментовка» — выдержанная квинта в басу и неуклюже «шагающий» за мелодией по квартам и квинтам голос вверху:
«Листок из альбома» соединяет непосредственность лирического чувства с изяществом, «галантностью» альбомного стихотворения. В безыскусной мелодии этой пьесы слышны интонации народной песни (сравнить с мелодией «Норвежского танца» ор. 35, № 2). Но легкая, воздушная орнаментика сообщает изысканность этой простой мелодии:
Последующие циклы «Лирических пьес» привносят новые образы и новые художественные средства.
«Колыбельная» из второй тетради «Лирических пьес» (ор. 38, 1883) звучит как драматическая сценка. Ровная, спокойная мелодия складывается из вариантов простой попевки, словно выросшей из мерного движения, покачивания. С каждым новым проведением ее (в более светлой регистровой окраске, с гармониями, «затушевывающими» остроту тяготений) усиливается ощущение покоя, света:
Контрастная тема средней части, напряженная, динамичная, соединяющая активные, энергичные интонации с элементами речитации, вносит нотки драматизма:
После нее, в репризе, основная тема звучит тревожными возгласами, Структура ее сохранена, но она приняла характер живого высказывания, в ней слышно напряжение человеческой речи. Нежные «баюкающие» интонации на вершине этого монолога превратились в скорбные патетические восклицания. В «Колыбельной» Григ сумел передать целую гамму чувств посредством развития предельно простой, лаконичной мелодии.
В третьей тетради «Лирических пьес» (ор. 43, 1886) доминируют светлые, поэтические образы природы: «Бабочка», «Птичка», «Весной».
«Птичка» — пример редкостного дара Грига немногими штрихами создать точный и тонкий рисунок. Мелодия пьесы соткана из коротких «поющих» трелей и «скачущего» ритма. Фактура предельно скупа, прозрачна; преобладают яркие звенящие звучания верхнего регистра. Сумрачные тона средней части лишь ярче оттеняют ясность начального образа. «Порхающие» фигурки коды создают ощущение легкости, простора (пьеса написана в трех-пятичастной форме):
В пятой тетради «Лирических пьес» (ор. 54, 1891) появляются новые стилистические черты. Григ отходит от миниатюры, от камерных звучаний. Масштабы развития, контрастность образов, сочные тембровые краски позволяют говорить об оркестральности. Композитор словно переносит на фортепиано характерные особенности оркестрового письма: тембровое разнообразие, регистровые контрасты, рельефность фактуры (Пьесы op. 54 больше известны в оркестровой редакции. В так называемую «Лирическую сюиту» для оркестра вошли пьесы: «Мальчик-пастух», «Гангар», «Ноктюрн», «Шествие гномов».).
«Гангар» («Крестьянский марш») — распространенный в Норвегии тип танца-шествия (gang — шаг). Это старинный парный танец спокойного и величавого, торжественного характера, размеренного движений (на 6/8). Картина его воспроизведена Григом так, что слушатель, кажется, видит приближение и удаление танцующих, своеобразную пластику движения.
«Гангар» строится на развитии и вариантных повторах одной темы. Тем интереснее отметить образную многогранность этой пьесы:
Непрерывное, неторопливое развертывание мелодии отвечает характеру величавого плавного танца. Интонации свирельных наигрышей, вплетающиеся в мелодию, долгий выдержанный бас (деталь народного инструментального стиля), жесткие гармонии (цепь больших септаккордов), порою звучащие грубовато, «нескладно» (как будто нестройный ансамбль деревенских музыкантов!),— все это сообщает пьесе пасторальность, сельский колорит. Но вот возникают новые образы (середина трех-пятичастной формы): короткие властные сигналы (ff яркая тембровая окраска — как будто медь, неустойчивые гармонии) и ответные фразы лирического характера (на p, с мягким красочным гармоническим основанием — большие септ- и нонаккорды), Интересно, что при образном изменении темы ее метроритмическая структура остается неизменной.
С новым вариантом мелодии в репризе появляются новые образные грани. Светлое звучание в высоком регистре, ясная тоничность сообщают теме спокойно-созерцательный, торжественный характер. Плавно и постепенно, опевая каждый звук тональности, сохраняя «чистоту» до мажора, спускается мелодия (ее диапазон — три октавы). Сгущение регистровой окраски и усиление звука приводят светлую, прозрачную тему к суровому, сумрачному звучанию. Кажется, что этому шествию мелодии не будет конца, Но вот резким тональным сдвигом (до мажор — ля-бемоль мажор) вводится новый вариант: тема звучит величаво, торжественно, чеканно.
«Шествие гномов» — один из великолепных образцов музыкальной фантастики Грига. В контрастной композиции пьесы противопоставлены друг другу причудливость сказочного мира, подземного царства троллей и чарующая красота, ясность природы. Пьеса написана в трехчастной форме. Крайние части отличаются яркой динамичностью: в стремительном движении мелькают фантастические очертания «шествия», Музыкальные средства крайне скупы: моторная ритмика и на ее фоне прихотливый и резкий узор метрических акцентов, синкоп: сжатые в тонической гармонии хроматизмы и разбросанные, жестко звучащие большие септаккорды; «стучащая» мелодия и резкие «свистящие» мелодические фигурки; динамические контрасты (pp — ff) между двумя предложениями периода и широкие лиги нарастания и спада звучности:
Образ средней части открывается слушателю лишь после того, как исчезли фантастические видения (долгое ля, из которого словно выливается новая мелодия). Светлое звучание темы, простой по структуре, ассоциируется со звучанием народной мелодии, Чистый, ясный строй ее отразился в простоте и строгости гармонического склада (чередование мажорной тоники и ее параллели).
«Ноктюрн» — изумительный по тонкости лирический пейзаж. Блики природы выписаны здесь, кажется, с живописной ясностью, но ни одна «живописная» деталь не выпадает из общего, глубоко лиричного тона «картины».
«Ноктюрн» написан в динамической трехчастной форме. Основу первой части составляет лирическая мелодия:
Устремленные вверх «разомкнутые» мелодические фразы, напряженность хроматизмов в гармонии, уводящей от ясных тяготений и устойчивости тоники, неожиданные мягкие и красочные тональные повороты — все это сообщает образу романтическую зыбкость, тонкость нюансов. Но начало мелодии вырастает из короткого наигрыша народного склада, словно доносящегося издали. Простой и понятный, вызывающий образные (пейзажные) ассоциации, он не включается в дальнейшее развитие мелодии, как бы оставаясь живым, «объективным» впечатлением. Так же естественно, продолжая лирический образ, возникают живописные образы: трели птиц, легкое дуновение ветерка.
С мастерством колориста Григ сумел придать красочность, тембровую определенность каждой теме. Начальный наигрыш вызывает в представлении тембр рожка, лирический разлив мелодии — теплое звучание смычковых инструментов, светлые переливчатые трели — звонкий и чистый звук флейты. Так в фортепианную звучность привносятся черты оркестральности.
В «Ноктюрне» можно проследить лаконичность григовского стиля. Здесь велико выразительное значение мельчайших музыкальных деталей, регистровые контрасты, смена размера от плавного текучего (9/8) к более легкому и подвижному (6/8), контрасты напряженного развития гармонии в начале, статики в «трельной» теме и красочных гармонических сопоставлений в середине (Piu mosso, нонаккорды в терцовом и тритоновом соотношении), образные контрасты и их музыкальная связь (можно проследить, как естественно преобразуется «полетный» мотив середины, подготавливая переход к репризе). Важны в «Ноктюрне» и пропорции в соотношении частей: средняя часть, легкая, воздушная, значительно сжата по сравнению с крайними частями.
В репризе разлив лирики сильнее, ярче. Краткая и сильная кульминация темы звучит как выражение полного, восторженного чувства. Интересен конец «Ноктюрна»: интенсивное развитие мелодии переводится в сферу красочных созвучий (секвенция на длинной цепи хроматически нисходящих септаккордов). «Трельный» мотив неожиданно набегает тогда, когда слух ждет появления начального наигрыша. Уже лишенный гармонической красочности, с грустным повтором-«эхо» (на полтона ниже), он звучит как далекий отзвук.
Среди «Лирических пьес» последних опусов выделяется «Свадебный день в Трольхаугене» (ор. 65, 1896). Это одно из самых радостных, ликующих произведений Грига. По яркости, «броскости» музыкальных образов, масштабам и виртуозному блеску оно, приближается к типу концертной пьесы. Характер его больше всего определяется жанровым прообразом: движение марша, торжественного шествия лежит в основе пьесы (В фольклоре Норвегии распространены свадебные марши.). Как уверенно, горделиво звучат призывные взлеты, чеканные ритмические концовки мелодических образов! Но мелодию марша сопровождает характерный квинтовый бас, что к торжественности его прибавляет простоту и очарование сельского колорита:
Пьеса полна энергии, движения, яркой динамики — от приглушенных тонов, скупой прозрачной фактуры начала до звонкого ff, бравурных пассажей, широкого диапазона звучания. Пьеса написана в сложной трехчастной форме. Торжественным праздничным образам крайних частей противопоставлена нежная лирика средней. Ее мелодия, как бы спетая дуэтом (мелодия имитируется в октаву), строится на чувствительных романсных интонациях.
Свои контрасты есть и в крайних разделах формы, также трехчастных, Середина вызывает в представлении танцевальную сценку с противопоставлением энергичного мужественного движения и легких грациозных «па». Огромное нарастание мощи звучания, активности движения приводит к яркой, звонкой репризе, к кульминационному проведению темы, словно приподнятой предшествовавшими ей сильными, мощными аккордами.
Для Грига, композитора-лирика, композитора-пианиста, «Лирические пьесы» оказались естественной формой высказывания. Именно поэтому так полно, разнообразно раскрылась в этих циклах тематика творчества Грига; поэтому «Лирические пьесы» сконцентрировали в себе стилевые особенности его музыки.
Методический доклад на тему:
«Лирические пьесы» Э. Грига
отделения общего и специального
«Лирические пьесы» несут отпечаток
композиторского облика и почерка Грига и
вместе с тем решают целый ряд художественно-исполнительских и
фундаментальных педагогических задач.
В цикле «Лирических пьес» раскрывается тенденция Грига к поэтической программности. Этот цикл постепенно занял основное место в его фортепианном творчестве. «Лирические пьесы» стали его дневником, «страницами его жизни». Фортепианные миниатюры Грига – это впечатления, образы и картины, порой мимолётные, иногда уже далёкие, но навсегда запавшие в душу художника. Их внутренняя художественная цель – не воплощение сюжета, а прежде всего передача неуловимых настроений, которые порождаются в нашем сознании образами действительной жизни. В этом смысле их можно сравнить с «Детскими сценами», «Лесными сценами» или «Фантастическими отрывками» Шумана. В каждой тетради «Лирических пьес» Григ сохраняет программные обозначения – иногда более обобщённые, жанрово-характеристические («Элегия», «Вальс», «Колыбельная»).
В «Лирических пьесах» привлекает внимание изменение характера их отдельных частей: драматический раздел противопоставляется лирическому, быстрый – медленному, минорный – мажорному и так далее. Но взаимосвязь между ними сохраняется, каждое произведение представляет собой, как правило, законченное целое, воспринимаемое нами как нечто естественное и безыскусное. Это происходит не в последнюю очередь благодаря тому, что Григ и в таком жанре стремится к созданию мотивно – тематического единства между разделами. Средняя часть, например, может быть оформлена в виде тематического увеличения или уменьшения в одноименной или параллельной тональности.
Фортепианная музыка Грига, даже в миниатюрах, много сложнее, чем это кажется при первом взгляде на «ноты». Глубина лирического содержания,
утончённость живописно – колористических моментов заранее предполагают у исполнителя высокое мастерство нюансировки, педализации, тонкого rubato. Всеми этими качествами в высокой степени обладал сам Григ – пианист. Его фортепианная музыка явилась живым отзвуком собственного пианистического мастерства композитора. В ней всегда ощущаешь лёгкое прикосновение его чутких и нервных пальцев, прихотливую утончённость нюансировки, которая в нотной записи, в сущности, не поддаётся фиксации.
В педагогической практике следует учитывать, что присущее фортепианному стилю Грига ценное качество доступности нередко ведёт к упрощению исполнительской задачи. Исполнение «Лирических пьес» Грига в большинстве случаев требует художественной зрелости, которой нельзя ожидать от юного, несложившегося пианиста; налёт посредственного «школьного» исполнения обычно искажает внутренний, художественный смысл этих миниатюр и даже мешает им проникать на «большую» концертную эстраду. Но как бы ни складывалась традиция исполнения «Лирических пьес», сам композитор придавал им значение серьёзного, большого искусства. В длинной цепи этих миниатюр
прослеживаются настойчивые искания Грига, обозначаются характерные черты его творческой эволюции.
Шестьдесят шесть «Лирических пьес» Грига представляют собой
цикл из десяти тетрадей (ор. 12, 38, 43, 54, 57, 62, 65, 68. и 71). Первая из
них создана в 1867-м, последняя в 1902 году. Начиная с ор.Григ
издавал по одной тетради в два – три года; таким образом, почти весь цикл
можно отнести к периоду 80-х и 90-х годов. Дополнением ук циклу явился
сборник «Настроения» (ор. 73), по тематике не отличающийся от «Лирических пьес».
В цикле соч. 12 уже намечены два качества «лирических пьес» Грига
вообще. Это – пьесы совершенно от души, написанные без какого-либо «снижения» замысла. Но, одновременно, это пьесы для всех, максимально доступные малоподготовленным слушателям и исполнителям. Форма «лирических пьес»» первой тетради соч. 12 уже классически ясна, проста и немногословна. Притом, каждая из пьес ставит какую-нибудь существенную творческую проблему.
В «Ариетте» (№ 1) и «Листке из альбома» (№ 7) формируются самые хрупкие и воздушные образы лирики, связанные с наиболее утончёнными сторонами норвежской мечтательности и нежнейшими красками отечественной природы.
«Вальс» (№ 2) – вполне зрелая попытка создания норвежского вальса. Жанр вальса был давно популярен в Норвегии, но охотнее всего ориентировался на первоисточники – венские образцы. Григ поставил своей задачей образовать подлинно норвежский вальс (подобно тому, как Шопен создавал польские и французские, а Глинка – русские вальсы). В вальсе из «лирических пьес» соч. 12 задача решена. При сохранении обязательной для вальса (романтического танца по преимуществу!) плавной, «несущей» ритмики аккомпанемента, Григ вносит в музыку норвежские мелодические элементы ( в частности, характерный поступенный волнообразный ход внутри доминантовой квинты – такты 3-5, форшлаги и т. п.), а также элементы типичной ритмики спрингданса (бросаются в глаза триоли перед синкопами!). На фоне типично вальсовой фигуры сопровождения выступает изящная и хрупкая мелодия с острыми ритмическими очертаниями.
Необходимо создать ощущение лёгкости и плавности. Левую руку следует учить отдельно, особенно следить за лёгкостью третьей доли. Также необходимо вести длиннуюфразу, не членить пьесу на куски. В данном произведении очень богатая динамика – от «рр» до «f». В «Вальсе» 5-ый палец руководит гармонической основой, аккорд должен исполняться другими пальцами. Следует этому учить малышей. Некая гармоническая целостность, аппликатура направляют двигательный процесс, помогает слуху ощутить фактуру, как целостное гармоническое явление. «Вальс» написан в трёхчастной форме. Необходимо направить внимание ребёнка на анализ тонального плана, т. к. осознание тональностей помогает осознать и форму.
четвёртую (соч. 43 и 47). Особенно значительных перемен стиля музыки в
этих тетрадях не происходит, но Григ приметно расширяет формы (частью
за счёт повторений) и усложняет пианистическую фактуру. «Весенней сюитой» можно назвать прелестный цикл лирико – пейзажных пьес третьей тетради, пронизанных ощущением лесной свежести. Григ писал их весной и летом в Трольхаугене и Луфтхюсе после долгой и утомительной зимней концертной поездки. Вновь предстали перед ним знакомые, родные пейзажи. Песней расцветающей природы звучали полные утончённого очарования «лирические пьесы»- поэма о северной весне.
Все шесть пьес цикла ор. 43 гармонируют не только по тематике, но
и по своему тональному колориту ( преобладание светлых «диезных»
Одна из трудностей пьесы – это смены фактурных задач. От исполнителя требуется умение перестроить и сменить приём во имя нахождения адекватного художественного результата. В третьей тетради «Лирических пьес» доминируют светлые, поэтические образы природы: «Бабочка», «Птичка», «Весной».
Последняя пьеса цикла «Весной» (№ 6) особенно хороша – это
целая поэма с кратким, но очень выразительным развитием. Очарование
этого обобщенного поэтического образа весны неотразимо. Сдержанные
выразительные средства дифференцированы с великим, взыскательным
мастерством: тут каждая смена регистра, каждый поворот гармонии,
каждое расширение или сужение фактуры играют свою роль. Образ весны,
обычной характерности многих интонационных оборотов, но и как выражение высшей непосредственности в совершенно строгой форме.
Нельзя не заметить и новаторства этого образа по существу. Весна у Грига не только дышит свежей радостью, не только струится ручейками, она к тому же всё время «капает». Эта интонационная особенность «капанья»
чудесно найдена с первых же тактов и придаёт всей музыке цельность
В этой пьесе, как и в предшествующих, лирическая настроенность
сочетается с тонкостью живописного изображения. Одним из важнейших
«Гангар» («Крестьянский марш») – распространённый в Норвегии тип танца – шествие (gang – шаг). Это старинный парный танец спокойного и величавого, торжественного характера, размеренного движения. Картина его воспроизведена Григом так, что слушатель, кажется, видит приближение и удаление танцующих, своеобразную пластику движения. «Гангар» строится на развитии и вариантных повторах одной темы. Тем интереснее отметить образную многогранность этой пьесы. Непрерывное, неторопливое развёртывание мелодии отвечает характеру величавого плавного танца. Интонации свирельных наигрышей, вплетающиеся в мелодию, долгий выдержанный бас (деталь народного инструментального стиля), жёсткие гармонии (цепь больших септаккордов), порою звучащие грубовато, «нескладно» (как будто нестройный ансамбль деревенских музыкантов!) – всё это сообщает пьесе пасторальность, сельский колорит. Но вот возникают новые образы: короткие властные сигналы и ответные фразы лирического характера.
В пьесе важно обладание светотенью контрастов, которые передают
норвежский дух. Здесь поставлены ритмические задачи, выраженные в
шествии акцентированных аккордов, синкопах. Овладение данными ритмическими задачами приближает к почерку Грига. Пьеса рассчитана на последний класс музыкальной школы.
фантастики Грига. В контрастной композиции пьесы противопоставлены
друг другу причудливость сказочного мира, подземного царства троллей и
чарующая красота, ясность природы. Пьеса написана в трёхчастной
форме. Крайние части отличаются яркой динамичностью: в стремительном движении мелькают фантастические очертания «шествия». Музыкальные средства крайне скупы: моторная ритмика и на её фоне прихотливый и резкий узор метрических акцентов, синкоп; сжатые в тонической гармонии хроматизмы и разбросанные, жёстко звучащие большие септаккорды; «стучащая» мелодия и резкие «свистящие» мелодические фигурки; динамические контрасты (pp-ff) между двумя предложениями периода и широкие лиги нарастания и спада звучности. Образ средней части открывается слушателю лишь после того, как исчезли фантастические видения (долгое «Ля», из которого словно выливается новая мелодия). Светлое звучание темы, простой по структуре, ассоциируется со звучанием народной мелодии. Чистый, ясный строй её отразился в простоте и строгости гармонического склада (чередование мажорной тоники и её параллели).
Таинственное «Шествие гномов» продолжает традицию фантастических сцен «Пера Гюнта». Однако Григ вкладывает в эту миниатюру оттенок тонкого, лукавого юмора, которого нет и не может быть в характеристике мрачного подземного царства ибсеновского «Горного короля». Здесь маленькие тролли – забавные уродцы – уже не напоминают злобных «духов тьмы». В таинственное волшебное царство проникает луч света: простой народный напев мажорного трио, журчащие пассажи, подобные струйкам ручейка, говорят об окружающей сказочных героев природе – вполне реальной, чарующе-светлой и прекрасной. Пьеса несёт раскрепощение, смелость, необходимую для адекватного воплощения замысла. Смелое передвижение пятипальцевой формулы по разным регистрам способствует раскрепощению, приобретению уверенности. В левой руке нужна точность попадания в актавном шествии, его необходимо выстроить, найти приём, чтобы левая рука являлась равноправным слагаемым художественного образа. Важно избежать метания в актавной технике. Необходимы движения по эллипсису – акцент на первую долю, затем бросок вниз, но не отягощённый, не соперничая с ведущим голосом, поступенным движением сильной доли.
В «Ноктюрне» создаётся ощущение весенней или летней природы,
звукового пространства. Ставится непростая задача в овладении полиритмом. Средняя часть пьесы – это восход северного солнца. Пьеса бесценна в педальном отношении, способствует овладению искусством педализации. В «Ноктюрне» есть конкретные образы, которые имеют богатое тембровое красочное звучание.
Композитор особенно любил это произведение, навеянное, по его словам, впечатлением утреннего перезвона бергенских колоколов. Не разрушая функциональной основы гармонии, Григ в то же время выдвигает на первый план её чисто звуковую, красочную выразительность. Нарушается и обычная структура аккордов: пьеса построена на сочетаниях и наслоениях квинтовых созвучий, имеющих различные функции (наслоение субдоминанты на тонику, доминанты на субдоминанту).
Красочные переливы квинтовых созвучий создают живописный эффект дальнего звона, раздающегося в горной долине. В пьесе «Колокольный звон» конкретность образа диктует решение педальных технических задач. Это воспитание ушей, ассоциативная образность.
Творчеству Грига принадлежит важная роль в учебно-образовательном процессе. Вводя учащихся-музыкантов в особый, своеобразный художественный мир. Григ-композитор открывает перед учащимися целый пласт европейской художественной культуры, представленный, наряду с его собственной музыкой, творчеством его современников и соотечественников — литераторов, драматургов, живописцев, деятелей театра и др.
Природа и характер художественной образности, специфика выразительно-изобразительных средств, используемых Григом, не могут быть освоены учащимися вне обращения и углубленного изучения этномузыкальных истоков и стимулов деятельности композитора.
Произведения Грига в силу своей богатой и многоплановой образности, живописной иллюстративности, красочности колорита и т. д., создают оптимальные условия для формирования художественно-образного мышления учащихся-музыкантов, способствуют упрочению ассоциативных связей в их сознании между музыкой и другими видами искусства, инициируют развитие всего комплекса общих и специальных музыкальных способностей.
1. Алексеев музыкальных произведений. Учебное пособие. М.: Изд. ГМГТИ им. Гнесиных, 19с.
4. О народной музыке. Л.: Музыка, 19с.
6. проблеме понимания музыкального стиля. — М.: МПГУ, 1999.-63 с.