линия сталина история создания
«Неприступные линии обороны XX века» Линия Сталина (часть 3)
«Линия Сталина», которая никогда так официально в СССР не называлась, представляла из себя один из крупнейших оборонительных проектов, когда-либо осуществленных в истории человечества. Она представляла из себя цепь укрепрайонов, протянувшихся вдоль западных границы СССР, практически «от моря до моря». Своими флангами линия упиралась в Карельский перешеек и в Черное море. Общая протяженность укреплений достигла 1200 км. С одной стороны, ее фактически нельзя было обойти, с другой, слишком большая протяженность не позволяла создавать достаточно плотной обороны. По своим фортификационным сооружениям линия явно уступала линии Мажино, хотя и принесла куда больше пользы.
Официально цепь данных УРов (в основном не граничащих между собой) никогда не называлась «Линией Сталина». Данное название впервые появилось в декабре 1936 года, с легкой руки журналистов из латышской русскоязычной газеты «Сегодня». Позже ее статью перепечатала английская газета «Дэйли Экспресс», и термин «Линия Сталина» прочно вошел в обиход.
Строительство укреплений на «Линии Сталина» началось в 1928 году и продолжалось вплоть до 1939 года. Линия включала в себя 23 укрепленных района (УР), в которых было построено более 4000 различных долговременных огневых точек (ДОТов), которые были рассчитаны не только на установку пулеметов, но и артиллерийских орудий – сначала 45-76-мм, а с 1938 года и орудий калибра 107, 122 или 152 мм. Бои на «Линии Сталина» даже оставили свой художественный след в литературе. Советский писатель Игорь Алексеевич Акимов написал приключенческую повесть «Легенда о малом гарнизоне».
Строительство оборонительной линии началось в 1928 году на западной границе СССР (с Финляндией, Прибалтийскими странами, Польшей и Румынией), изначально создавалось 13 укрепрайонов: Карельский, Кингисеппский, Псковский, Полоцкий, Минский, Мозырский, Коростеньский, Новоград-Волынский, Киевский, Летичевский, Могилев-Подольский, Рыбницкий, Тираспольский. Данные укрепрайоны имели протяженность по фронту от 50 до 150 км, по возможности фланги УРов были прикрыты естественными препятствиями. Укрепрайоны строились с таким расчетом, чтобы каждый из них обеспечивал контроль над каким-либо важным маршрутом. Всего к 1938 году в 13 УРах было возведено 3196 различных оборонительных сооружений.
Все построенные в эти годы укрепрайоны имели ряд одинаковых черт. Протяженность одного УРа по фронту в среднем составляла 35-50 км. Для обороны использовался плотный пулеметный и артиллерийский огонь, рассредоточенный по фронту и в глубину, с заметным преобладанием пулеметного огня. Основной формой организации обороны выступали батальонные районы обороны (БРО), которые находились между собой в огневой связи. Размеры БРО на местности чаще всего составлял 1х1 или 2х2 км. Такой район предназначался для занятия его одним стрелковым батальоном. Для каждого БРО предусматривалась постройка до 18-20 ДОТов. Огневые точки располагались в несколько линий, первая линия состояла из 7-8 огневых точек. ДОТы располагались с возможностью огневого прикрытия соседних сооружений. Промежутки между БРО должны были прикрываться артиллерийским огнем. Нередко промежутки между батальонными районами обороны составляли 2,5-3 км.
Железобетонные огневые точки обеспечивали возможность кругового огня с преобладанием фронтального огня. Наиболее распространенным сооружением был ДОТ с тремя пулеметными амбразурами. Среди артиллерийских наибольшее распространение получили двухорудийные полукапониры, в которых устанавливались 76,2-мм полевые орудия. Помимо этого создавались противотанковые ДОТы и небольшие пулеметные, с 1-2 пулеметными амбразурами. Уровень защиты ДОТов позволял им выдерживать 1-2 попадания 152-мм снарядов. Поскольку ДОТы обладали возможностью прикрытия друг друга огнем, расстояние между ними обычно составляло 500-600 метров. Общей чертой УРов можно назвать относительно низкое число артиллерийских огневых точек.
В 1938 году в СССР приступили к постройке еще 8 укрепрайонов: Островского, Себежского, Слуцкого, Шепетовского, Изяславского, Староконстантиновского, Остропольского, Каменец-Подольского. За период с 1938 по 1939 год в этих УРах было возведено 1028 сооружений (по планам планировалось построить около 2 тыс.). Строительство укрепления было прекращено в связи с переносом в 1939-1940 годах границы на запад. Началось строительство новых УРов на новой границе. Большая часть укреплений на «Линии Сталина» была законсервирована.
На территории Белоруссии было построено 4 Ура – Полоцкий, Минский, Слуцкий и Мозырьский, в которых насчитывалось 966 ДОТов. Самым сильным не только из белорусских, но и из всех остальных УРов «Линии Сталина» считался Минский УР. Что неудивительно, ведь именно здесь проходила прямая дорога на Москву, которой уже не одну сотню лет пользовались все горе-завоеватели.
Протяженность Минского УРа составляла 140 км. Всего он насчитывал около 327 ДОТов. Глубина его линии обороны на главных направлениях достигала 6 км, на периферийных направлениях до 2-3 км. Укрепрайон включал в свою структуру не только ДОТы, но и развитую сеть различных инженерных заграждений, окопов полного профиля, воздушных и подземных линий связи, а также развитую сеть дорог.
Пулеметные ДОТы Минского УРа в большинстве своем были трехамбразурными и были вооружены пулеметами системы «Максим», установленными на специальном капонирном станке. Артиллерия в большинстве своем располагалась в двухорудийных полукапонирах. Такой полукапонир оснащался двумя 76-мм орудиями в бронированной капонирной установке. Помимо этого имелись специальные противотанковые огневые точки, которые были созданы с использованием башен, списанных с вооружения танков Т-26 (45-мм пушка и пулемет).
Железобетонные стены ДОТов имели в толщину до 1,5 метров, а перекрытия до 1,1 метра и могли выдержать попадание тяжелых артиллерийских снарядов калибра до 152 мм. Каждый ДОТ оснащался газовым фильтром-поглотителем, вентилятором для отвода из ДОТа пороховых газов и притока свежего воздуха, перископом, электросигнализацией, переговорными трубами, а также телефонной связью.
В тактическом плане ДОТы Минского УРа должны были прикрывать столицу республики Минск и город Борисов от ударов противника из районов Молодечно и Вилейки. Уже 24 июня части 3-й танковой группы Гота форсировали Вилию, а 25 июня 57-й моторизованный корпус немцев захватил Молодечно. В этот же день немецкие танки вплотную подошли к полосе укреплений Минского УРа, который не был занят войсками. Защищать укрепрайон должны были части 44-го стрелкового корпуса комдива Юшкевича, которому задача по обороне УР была поставлена вечером 24 июня. Эшелоны 64-й и 108-й стрелковых дивизий его корпуса шли из Смоленска и Вязьмы в Минск, а оттуда в пешем строю отправлялись занимать укрепления в его западном секторе. Еще две стрелковых дивизии, 100-я и 162-я, из состава 2-го стрелкового корпуса занимали полосу обороны восточнее и северо-восточнее Минска. На стыке Минского и Слуцкого УРов должен был занять оборону 20-й механизированный корпус генерала Никитина.
Однако полностью занять полосу укреплений части просто не успели, при этом северо-западные подступы к Минску оказались фактически неприкрытыми. Советское командование рассредоточило имеющиеся силы на широком фронте, предопределив тем самым их дальнейший разгром. В среднем на одну дивизию приходилось до 50 км по фронту. При такой плотности обороны многие ДОТы просто не были заняты войсками, что отрицательно сказалось на возможности удержания УРа.
В конечном итоге все укрепрайоны были прорваны на всю глубину, а немцы к декабрю 1941 года стояли у ворот Москвы. Но даже те сутки, где-то недели, а под Киевом и месяцы, в течение которых построенные УРы помогали частям Красной Армии сдерживать продвижение гитлеровцев на Восток, внесли свой вклад в победу 1945 года.
Как создавалась «Линия Сталина»
После Первой мировой и Гражданской войн большая часть западных территорий бывшей Российской империи вместе с находящимися на них приграничными фортификационными сооружениями оказалась территорией сопредельных стран. Перед СССР остро встал вопрос прикрытия его западных границ. День в Истории. 7 ноября: В Харькове открыт первый советский небоскреб
Но какие укрепления строить? У разорённого войной и разрухой молодого социалистического государства было не так много средств, чтобы ошибиться в этом дорогостоящем вопросе.
Полученный за 8 лет непрерывных боевых действий опыт серьёзно повлиял на военную инженерную мысль. Осада вражеских укреплений и оборона собственных показали, что изолированные крепости, какими бы мощными они ни были, не могли долго сопротивляться вследствие большого расхода боеприпасов и значительных потерь в людях.
Если же они были включены в общую линию полевой обороны и к ним осуществлялся подвоз всего необходимого (Осовец, Верден), оборона оказывалась успешной.
Также военные инженеры пришли к выводу нерациональности сосредоточения фортов и прочих укреплений на ограниченной площади. Они оказывались привлекательной целью для крупнокалиберной осадной артиллерии, и, если даже выдерживали многократные попадания, гарнизоны их испытывали огромные психологические нагрузки.
Бои показали, что крайне необходимым условием успешной обороны укреплений является наличие в них освещения, воды, связи, канализации, оборудования химической защиты, принудительной вентиляции для удаления пороховых газов и т.д.
Фортификации должны были выдерживать попадания крупнокалиберных снарядов от 150-мм и выше. В связи с этим от сооружения чисто бетонных и кирпичных объектов перешли к бутобетонным и железобетонным, причём последние для скорости возведения могли быть сборными. День в Истории. Забилось «электрическое сердце Украины»
Первая мировая наглядно показала всю убойную мощь станковых пулемётов. Отпадала необходимость в крупных фортах — их с успехом могли заменить небольшие железобетонные укрепления на несколько или даже на один пулемёт. Такое малое укрепление становилось сложной мишенью для осадной артиллерии.
В связи с этим вместо дореволюционных крепостей и фортов было решено строить протяжённые укреплённые линии, «скелетом» которых являлись небольшие рассредоточенные на большой площади вооруженные артиллерией и пулемётами сооружения, ведущие фронтальный огонь ДОТы, а также предназначенные для ведения косоприцельного огня капониры и полукапониры.
В отечественной фортификации эти линии получили наименование «укреплённых районов» — УРов.
Их протяженность по фронту составляла от нескольких десятков километров до ста с лишним, а глубина полосы долговременных сооружений — 1-2 км, на наиболее ответственных направлениях — 4-6 км. Чаще всего была одна такая полоса, на наиболее важных участках 2-3. Расстояние между ними составляло от 2 до 5 км.
Помимо долговременных сооружений УРы оборудовались окопами и траншеями для пехоты — так называемого «полевого заполнения», укреплялись проволочными заграждениями, эскарпами и т.д.
Из сопредельных государств наиболее мощным и наиболее вероятным противником являлась Польша. Ноги от Кристи: как Харьков стал танковой кузницей
До 1925 года с её территории на приграничные районы СССР осуществляли нападения банды и террористические группы петлюровцев и белогвардейцев, руководимые Тютюнником, Булак-Балаховичем, Савинковым и др. Однако даже после их разгрома Дефензива не прекращала активной разведывательной и провокационной работы в наших приграничных районах.
В связи с этим при определении характера будущих укрепрайонов в первую очередь ориентировались на возможности Войска Польского. На тот момент оно не обладало мощными бронетанковыми силами и вряд ли при осаде крепостей могло использовать артиллерию калибром больше 203-210 мм, а скорее всего — 150-155 мм. Так как танков у Польши практически не было, в первых укрепрайонах отсутствовали укрепления для противотанковой артиллерии, не предусматривалось создание противотанковых рвов, надолбов и прочих сооружений. Количество вооружённых артиллерией ДОТов и капониров было минимальным.
Как уже говорилось выше, 19 марта 1928 года была утверждена программа строительства укреплений. На территории Украины первым стали возводить Киевский укрепрайон (№1) — КиУР.
В начале 1931 года Комиссия обороны приняла решение о начале строительства в УВО пяти новых УРов: Коростеньского, Летичевского, Могилев-Ямпольского, Рыбницкого и Тираспольского, а в 1932 — Новоград-Волынского УРа. Им прикрыли Киевско-Житомирское направление и ликвидировали разрыв между Коростеньским и Летичевским УРами.
На северном и центральном участках западной границы УССР строительство велось не вплотную к разграничительной линии, а на расстоянии нескольких десятков километров от неё: Коростеньский УР на расстоянии 31-80 км, Новоград-Волынский — 24-122 км и Летичевский — около 100 км. Это обеспечивало скрытность постройки, а с началом войны должно было предохранить от преждевременного обстрела и дать возможность подготовиться к обороне. День в истории. 26 января: подписан «пакт Пилсудского-Гитлера»
Между Румынией и Польшей существовал направленный против СССР военный договор, поэтому Могилев-Ямпольский, Рыбницкий и Тираспольский УРы также имели большое значение. Кроме того, они прикрывали близко расположенную к границе Одессу. Их возводили вдоль берега Днестра, то есть по линии границы.
При строительстве возникло много сложностей — не хватало опытных инженеров и строителей, качественного леса, цемента, камнедробилок, бетономешалок, транспортёров, транспорта и т.д. Бетономешалки собирали со всей Украины, они постоянно ломалось. На строительстве сначала участвовали только военные, но с разрастанием масштабов к нему стали привлекать вольнонаёмную рабочую силу из глубины страны и мобилизованных крестьян из приграничных районов. Последние должны были прибывать с лошадьми и подводами.
Чтобы был понятен общий масштаб работ, приведём следующие цифры: только за период 1931-32 гг. на строительство основных сооружений шести новых УРов было израсходовано 221.000 м3 железобетона. Для сравнения, на строительство ДнепроГЭСа пошло 1.180.000 м3. А ведь до этих УРов строился ещё КиУР.
В 1938 году на территории УССР началось строительство ещё пяти новых УРов, заполнивших разрывы между уже существовавшими: Шепетовского, Изяславского, Старо-Константиновского, Остропольского, Каменец-Подольского. Уже построенные УРы дополнялись новыми сооружениями, расширялись их оборонительные полосы, исправлялись допущенные ранее недочёты.
Большинство оборонительных укреплений представляли собой отдельно стоящую толстостенную железобетонную конструкцию на несколько станковых пулемётов, как правило от 1 до 4, или на 1-2 орудия. Вход в такие сооружения как правило прикрывался ручным пулемётом. Однако существовали и более масштабные сооружения, представлявшие собой несколько таких ДОТов, соединённых между собой целой системой подземных ходов — потерн. За самостийну вильну Украину: «главарь уголовной шайки Куравский (Богун)»
В КиУРе, например, протяжённость потерн и «карманов» Белогородской мины (ДОТ №401) составляет 510 метров. Это больше чем в Ближних или Дальних пещерах Киево-Печерской лавры (если к ним не прибавлять Варяжские). Помимо 60 человек постоянного гарнизона в ней мог укрываться и предназначенный для проведения контратак переменный численностью 50 человек. Подобных мин в КиУРе было четыре.
Общая протяжённость приграничных УРов СССР по старой границе к сентябрю 1939 года составила 1200 км. Вместе с существующими малопроходимыми разрывами между ними они прикрывали линию протяжённостью 1850 км. Общее количество их оборонительных железобетонных сооружений превышало 3.000.
Такое масштабное строительство приграничных укреплений невозможно было сохранить в тайне, и уже в 1936 году сначала прибалтийская пресса, затем польская и румынская, а следом за ними и мировая начали писать о существовании на западной границе СССР мощнейшей «линии Сталина».
Название это, ныне повсеместно распространённое с подачи современных СМИ, в Советском Союзе никогда не использовалось. Зачистка ненадежного элемента. Как Подолию превращали в «форпост советского украинского патриотизма»
Европейские журналисты образца 30-х годов «раздули» настоящий миф об этой цепочке УРов. Они утверждали, что по своей обороноспособности «линия Сталина» едва ли не превосходит «линию Мажино».
На самом деле, если у французов на километр обороны приходилось в среднем 7,0, сооружений, то у советских УРов — от 0,7 до 1,4. В результате, когда в 1941 году войска вермахта приблизились к ним, они были поражены несоответствием их ожиданий действительности.
Как известно, в сентябре 1939 года СССР вернул в свой состав Западную Украину и Западную Белоруссию. В 1940 году то же самое произошло с Буковиной и Бессарабией.
Большая часть «линии Сталина» оказалась в глубоком тылу, в связи с чем в новых приграничных районах стали срочно возводить цепочку новых УРов, которую западная пресса тут же окрестила «линией Молотова».
Тыловые УРы в основном разоружили, так как у Красной армии не хватало казематных вооружений и оборудования, чтобы оснастить и вооружить новые ДОТы и капониры. В результате, когда в первые две недели войны приграничное сражение было проиграно и войска вермахта прорвались к линии старой границы, УРы «линии Сталина» успели вооружить кое-как или вообще не успели вооружить.
В них не хватало ни соответствующих вооружений, ни оборудования, ни подготовленных гарнизонов. Полевое заполнение, которое планировалось создать из отошедших на линию УРов потрёпанных частей и подтянутых из тыла дивизий, оказалось деморализованным: имелся даже случай несанкционированного отступления сразу целой дивизии. В результате надолго задержать противника большая часть УРов не смогла. «Большевики едут с открытыми люками танков, улыбаются и машут»
На территории УССР исключение составляют только Коростеньский УР, в районе которого длительное время сражалась с немцами героическая 5-я армия генерал-майора Михаила Потапова, и КиУР, на рубеже которого оборонялась не менее героическая 37-я армия генерал-майора Андрея Власова (того самого).
КиУР благодаря атакам войск Потапова во фланг 6-й армии вермахта из группы армий «Юг», за полученные 3-4 недели передышки удалось лучше подготовить к обороне. Однако моральная неустойчивость полевого заполнения всё равно позволила немцам быстро прорвать первую и вторую полосы обороны на его южном участке — в окружении ДОТы долго обороняться просто не могли. В результате первый штурм Киева пришлось отбивать уже в черте города: в Голосеевском лесу и на Демеевке.
В общем, можно констатировать, что в результате ряда просчётов и советского руководства, и командования Красной армии, а также удачно сложившихся для Третьего Рейха и его союзников обстоятельств «линия Сталина» не сыграла в обороне СССР той роли, на которую можно было рассчитывать.
История её защитников — это огромная трагедия, в которой невероятный героизм и самопожертвование соседствуют с предательством и дезертирством. Уже тогда перед лицом опасности, а иногда и неизбежной смерти, выходил наружу тот перманентный раскол украинского общества, который привёл его к сегодняшнему состоянию. Сражение за Киев. «Роковое решение», определившее исход войны
Неоднократно случалось, что мобилизованные из украинских крестьян или мещан солдаты гарнизонов сдавались противнику или дезертировали, когда убивая, а когда и принуждая к этому своих командиров-лейтенантов. Их, кстати, негласно старались назначать из более стойких русских или украинцев юго-восточных и центральных областей и «укрепляли» политбойцами — «комиссарами» рядовых званий.
От тех суровых дней к сегодняшним временам на Украине остались только железобетонные коробки ДОТов, большую часть которых немцы и румыны взорвали при отступлении. Некоторые из уцелевших энтузиасты пытались музеифицировать своими силами, так как ни от украинских властей, ни из-за рубежа (например, Российской Федерации) особой поддержки они не получали, хотя и просили о ней. С началом Майдана этот процесс остановился.
Вот и стоят, и смотрят старые ДОТы пустыми глазницами своих амбразур на разворачивающуюся перед ними ситуацию, которая с каждым годом всё более становится похожей на то, что они видели когда-то давно — 80 лет назад.
История создания ИКК «Линия Сталина»
Идея создания подобного памятника тем, кто встретил врага на «Линии Сталина», памятника народу, готовившему оборону своего государства, принадлежит Благотворительному фонду помощи воинам-интернационалистам «Память Афгана»: Метле Александру Михайловичу, Базарнову Александру Юрьевичу, Князю Сергею Николаевичу, Лийцу Борису Адольфововичу. Данную инициативу поддержали государственные руководители начала двухтысячных: Государственный секретарь Совета Безопасности Республики Беларусь Виктор Владимирович Шейман, председатель Минского областного исполнительного комитета Николай Фёдорович Домашкевич, Министр обороны Республики Беларусь Леонид Семёнович Мальцев. Музей создавался методом народной стройки, в которой принимали участие общественные организации, предприятия различных форм собственности, простые граждане. Однако основной объём работ был выполнен инженерными войсками под неустанным личным руководством заместителя начальника Управления инженерных войск Генерального штаба Вооружённых Сил, полковника Анатолия Антоновича Грицука.
В 2005 году по инициативе фонда был создан историко-культурный комплекс «Линия Сталина», который согласно Указу Президента Республики Беларусь передан фонду на содержание и дальнейшее развитие без привлечения бюджетных средств, и в настоящее время является структурным подразделением фонда «Память Афгана».
Историко-культурный комплекс «Линия Сталина» фактически представляет собой военно-исторический музей под открытым небом. Историческую основу «музея» составляют сохранившиеся с 30х годов прошлого века долговременные огневые точки (ДОТы) Минского укреплённого района, который входил в систему укрепрайонов, созданную в конце 20х – начале 30х годов на западной границе СССР, существовавшей до 1939 года. Данная система получила неофициальное название «Линия Сталина» по аналогии с известными «Линией Мажино», «Линией Моннергейма» и др.
Торжественное открытие комплекса состоялось 30 июня 2005 года в присутствии Президента страны А.Г. Лукашенко, высшего государственного руководства, ветеранов Великой Отечественной войны и более десяти тысяч зрителей грандиозного военно-театрализованного представления «Нашествие».
Линия сталина история создания
Строительство линии Сталина
Строительство первых укрепленных районов вдоль западной границы СССР по приказу советского руководства было начато практически сразу же после окончания Гражданской войны. Условно этот процесс можно разделить на три этапа: подготовительный, первый и второй.
Подготовительный этап (1921–1928) был характерен тем, что в первые мирные годы практические работы по возведению укреплений из-за ограниченных возможностей страны проводились в очень ограниченных масштабах. «Понятно, при наших ресурсах и средствах, — отмечал М.В. Фрунзе в докладе на совещании военных делегатов XI съезда РКП (б) весной 1922 г., — говорить о развитии крепостной системы не приходится, но тем не менее мы и теперь, несмотря на ограниченные средства, кое-что выделяем для нужд крепостной обороны».
В рамках этой программы первым, с выходом Красной Армии на Кавказское побережье Черного моря (март 1921 г.), был образован Батумский укрепленный район. Затем после ликвидации Белофинского вооруженного конфликта в Карелии начали возводить долговременные укрепления на Карельском перешейке, предназначавшиеся для прикрытия Петрограда от агрессивных действий с территории Финляндии. В это же время проводились определенные фортификационные работы и по совершенствованию приморских крепостей и морских позиций на Балтийском (Кронштадт) и Черноморском (Севастополь, Очаков, Керчь) театрах военных действий.
Одновременно шла подготовка к строительству укреплений на границах Советского государства: исследовались система и формы военно-инженерной подготовки различных ТВД, разрабатывались фортификационные конструкции для укрепленных районов, типовые полевые и долговременные сооружения из железобетона и брони. Проводились полигонные испытания таких конструкций путем обстрела их артиллерийским огнем с суши и моря, бомбометания с воздуха, взрывами.
Первый этап активного строительства укрепленных районов вдоль западной границы СССР начался после 1927 года со строительства Полоцкого укрепленного района. Это было обусловлено близостью города Полоцка к советско-польской границе (около 20 километров).
Кингисеппский укрепленный район
Масштабное строительство ряда других укрепленных районов развертывается начиная с 1928 года. В соответствии с разработанными теоретическими взглядами эти укрепленные районы строились на наиболее вероятных направлениях наступления противника. Их система была рассчитана на тесное взаимодействие постоянных гарнизонов укрепленных районов с полевыми войсками.
По архивным данным, на 20 марта 1932 года в трех западных военных округах на границах СССР с Финляндией, Эстонией, Латвией, Польшей и Румынией в 1928–1937 годах было построено 12 укрепленных районов: Карельский, Кингисеппский, Псковский, Полоцкий, Минский, Мозырский, Коростеньский, Новоград-Волынский, Летичевский, Могилев-Ямпольский, Рыбницкий, Тираспольский. Кроме того, еще один — Киевский УР — был возведен в 250 километрах от границы для прикрытия столицы Украины. Каждый из укрепленных районов, прикрывая конкретное операционное направление, имел протяжение от 50 до 140 километров и, как правило, обоими или одним из флангов примыкал к крупным естественным преградам.
Интенсивное массовое строительство укрепленных районов потребовало не только от военного ведомства, но и от руководства страны принятия срочных мер по существенному увеличению числа специальных военно-строительных организаций и частей. Для строительства каждого укрепленного района создавалось свое управление начальника работ (УНР), которое в своем составе, как правило, имело 6—12 военно-строительных участков (ВСУ), включавших конторы производителей работ, военно-строительные части и подразделения и вольнонаемную рабочую силу. Гражданский персонал при проведении строительных работ иногда имел ограничения по свободе перемещения и обязан был хранить государственную тайну о характере и содержании оборонительных объектов. Помимо этого, в строительстве укрепленных районов активное участие принимали инженерные, саперные, стрелковые батальоны из войск приграничных военных округов.
При строительстве укрепленных районов большое внимание уделялось его дорожному оборудованию. Каждый из них примыкал к государственной железнодорожной сети. В необходимых случаях внутри укрепленных районов строились специальные железнодорожные ветки (коммуникации и рокады, пути для маневра бронепоездов, перевозки личного состава). Постоянно развивалась сеть автогужевых дорог из тыла, вдоль фронта укрепленных районов, к складам, крупным объектам. Обычно в укрепленном районе строился аэродром или посадочная площадка.
В пределах каждого укрепленного района создавалось несколько узлов обороны, возводились долговременные оборонительные сооружения, а также жилые помещения для гарнизона и полевых войск, а также другие объекты инфраструктуры (клуб, госпиталь, баня-прачечная и др.).
К середине 30-х годов все основные операционные направления на западной советской границе были прикрыты укрепленными районами. Военное и политическое руководство высоко оценило труд всех, кто участвовал в их создании. Так, например, начальник военно-инженерного управления РККА Н.Н. Петин и его заместитель А.П. Баландин были награждены орденом Ленина.
В то же время эти укрепленные районы не были лишены отдельных существенных недостатков.
Во-первых, возводившиеся укрепленные районы были рассчитаны главным образом на отражение наступления пехоты и кавалерии противника. Так, анализ фортификационного оборудования укрепрайонов, построенных на западной границе в 1928–1937 годах, свидетельствует о том, что количество орудийных сооружений, предназначенных для борьбы с танками противника, составляло всего около 10 % от всех возведенных долговременных сооружений. Так, например, в Летичевском укрепленном районе имелось 343 ДОТа, из которых 332 были пулеметными и только 11 орудийными полукапонирами. В Новоград-Волынском укрепленном районе, прикрывавшем житомирско-киевское операционное направление, представлявшее собой открытую, танкодоступную местность, было построено 210 боевых сооружений, из которых только 44 имели артиллерийское вооружение. Таким образом, в построенных в тот период укрепленных районах из 3196 оборонительных сооружений 409 были предназначены для размещения в них капонирной артиллерии, способной вести борьбу с танками противника.
Во-вторых, качество возведенных сооружений уже в то время не обеспечивало их устойчивость от огня новой артиллерии. Так, проводившие проверку укрепленных районов Украинского военного округа помощник начальника 5-го отделения особого отдела ОГПУ Ивановский и уполномоченный этого отделения Козлов 17 марта 1932 года в докладной на имя начальника Штаба РККА А.И. Егорова писали, что при возведении оборонительных сооружений в проверенных ими укрепленных районах имели место случаи, когда боевые сооружения типа М-3, рассчитанные только на сопротивление от попадание снаряда 75-мм пушки и 122-мм гаубицы и предназначенные для прикрытия второстепенных участков обороны, были возведены непосредственно на границе, «на переднем крае оборонительной полосы». На этом основании делался вывод о том, что эти сооружения под воздействием интенсивного артиллерийского огня тяжелых орудий противника «в короткий срок выйдут из строя и могут привести к неверию красноармейцев и комсостава в мощь железобетонных сооружений нормальной сопротивляемости».
В-третьих, как отмечали отдельные военные специалисты, многие ДОТы были неграмотно установлены в тактическом отношении, так как не обеспечивали взаимную поддержку огнем. Кроме того, они были рассчитаны на отражение фронтальных атак противника и не готовились для ведения огня в стороны флангов и тыла.
По решению Советского правительства в 1938 и 1939 годах начался третий этап строительства укрепленных районов. С целью увеличить их плотность на западной границе было начато строительство еще восьми укрепленных районов: Каменец-Подольского, Изяславского, Островского, Остропольского, Себежского, Слуцкого, Староконстантиновского и Шепетовского.
Одновременно продолжалось совершенствование ранее построенных укрепленных районов. В их пределах было увеличено число огневых сооружений различного типа и усиливались препятствия, прежде всего за счет создания новых минных полей. Для усиления противотанковой обороны в ДОТах дополнительно устанавливали артиллерийские орудия. Повышались защитные свойства долговременных сооружений. Так, было забетонировано 1028 сооружений, остальные получили усиление путем насыпки дополнительного слоя земли.
Укрепленный район состоял из цепи узлов обороны (батальонных районов обороны), каждый из которых занимал район от 3 до 5 километров по фронту и от 2 до 3 километров в глубину и должен был заниматься отдельным пулеметно-артиллерийским батальоном (опаб). Батальонные районы размещали так, что промежутки между ними были труднодоступны, заболочены или заняты реками и озерами. Каждый из них, в свою очередь, состоял из 3–4 ротных опорных пунктов (РОП) по 3–4 пулеметных долговременных оборонительных сооружений (ДОС) в каждом. Гарнизон каждого ДОСа приравнивался к взводу. Таким образом, всего в составе БРО могло находиться 10–15 пулеметных (ДОТ) и 1–3 артиллерийских полукапониров.
Для лучшего понимания оборудования укрепленных районов желательно предварительно разобраться в специфической терминологии.
ДОТ (долговременная огневая точка) — фортификационное сооружение из прочных и долговечных материалов (железобетон, броня), предназначенное для ведения артиллерийского, минометного и пулеметного огня. Согласно военно-инженерной терминологии первой половины XX века долговременные огневые точки подразделялись на капониры, полукапониры, кофры, блокгаузы, оборонительные казармы и т. д. По особенностям конструкции ДОТы строились одно-, двух- и многоамбразурные. По количеству ярусов — одно- и двухъярусные. ДОТы состояли из помещений различного назначения — казематов.
ДЗОТ (дерево-земляная огневая точка) — фортификационное сооружение полевого типа из бревен, досок, дерна и т. д., предназначенное для ведения пулеметного огня.
КАПОНИР (от французского слова «сароnіеге» — ниша) — фортификационное сооружение для ведения флангового огня в двух противоположных направлениях.
ПОЛУКАПОНИР — фортификационное сооружение для ведения флангового огня в одном направлении.
По материалам, используемым при строительстве, капониры и полукапониры подразделялись на казематированные (железобетон, кирпич), блиндированные (броня, сталь), открытые (бревна, земля и т. д.). По характеру вооружения и способу боевого применения различались:
— артиллерийские или артиллерийско-пулеметные капониры (АПК) и полукапониры (АППК), возводимые на наиболее важных, ответственных участках обороны;
— пулеметные капониры (ПК) и полукапониры (ППК), сооружаемые на вспомогательных направлениях.
КАЗЕМАТ (от французского слова «kazemate» — комната с толстыми стенами) — помещение в закрытых фортификационных сооружениях, защищающее людей и вооружение от воздействия огневых средств противника.
По своему назначению выделяются следующие типы казематов:
• Каземат командира ДОТа, который оснащался наблюдательными приборами (перископами, сфероскопами и т. д.). В РККА чаще всего применялись состоявшие на вооружении перископы ПСФ (1,5-кратное увеличение, 30-градусный обзор), ТУ (4-кратное увеличение, 10-градусный обзор). В АПК, АППК устанавливались более совершенные перископы типа ПДН-2 (10-кратное увеличение, 40-градусный обзор). Защитные трубы перископов имели на верхнем конце запорные крышки, закрывавшиеся изнутри при помощи специальной штанги.
• Казематы для пушек и пулеметов. В этих казематах были устроены амбразуры для ведения огня. Размер амбразур по наружной поверхности стен — от 1,2 до 2,2 метра при высоте 0,8 метра. Грани амбразуры — либо гладкие, либо ступенчатые. Последние чаще встречаются во фронтальных стенах. Внутри амбразуры устанавливалась стальная рама с прямоугольным отверстием для пулемета или квадратным — для пушки. Некоторые рамы в нижней части образуют стальной стол для перемещения орудия (установки). В своде над столом была предусмотрена металлическая скоба, использовавшаяся при обслуживании орудия. Изнутри амбразуры закрывались стальными полусферическими заслонками.
Батальон обороны в районе с. Большие Куземки (Кинигсеппский укрепленный район)
В некоторых сооружениях устраивались косые шахты гильзоотводов для выбрасывания гильз наружу. Но чаще оборудовались специальные погреба с люками для этих же целей. Но в некоторых случаях ДОТы вообще не имели приспособлений для удаления гильз из каземата.
• Каземат для размещения гарнизона встречается чаще в больших — двухъярусных АПК и АППК. Он был приспособлен для отдыха личного состава, принятия пищи и оказания медицинской помощи. Помещение оборудовалось деревянными или металлическими нарами, в ряде случаев заменяемых простой соломой. Здесь же, при отсутствии других помещений, хранились боеприпасы, личные вещи, умывальные принадлежности, обмундирование и т. д.
• Казематы для фильтровентиляционных установок (ФВУ) размещались на нижнем ярусе, а в одноярусных сооружениях — ближе к тыльной стене. Дизельные установки (ДУ) предназначались для выработки электроэнергии и питания систем жизнеобеспечения, в том числе вентиляции и очистки воздуха. Здесь же, по-видимому, находился и запас Г.М. Сведений о марках и типах ФВУ и ДУ у нас, к сожалению, нет.
Кроме того, имелись казематы для размещения гарнизона, казематы для фильтровентиляционных и дизельных установок, казематы-склады, казематы-санблоки. Все они сообщались между собой посредством люков, галерей, металлических и решетчатых дверей, а также шлюзов с газонепроницаемыми дверями.
Вход в капонир или полукапонир запирался стальной дверью, защищенной от попадания снарядов и воздействия ударной волны коленчатым сквозником (П-образным коридором).
В некоторых ДОТах предусматривалось помещение склада-арсенала для хранения боеприпасов, вооружения, различных зипов, обмундирования, снаряжения, продовольствия, медикаментов, строительных материалов.
Проектом предусматривалось оснастить казематы системами освещения, связи (телефонами, радиостанциями и переговорными трубами), водоснабжения (колодцы и скважины), канализации, реже — коллективной системой противохимической защиты (ПХЗ) с газонепроницаемыми шлюзами. Для этого внутренние стены имели многочисленные ниши, отверстия, проемы, трубы различных размеров и сечений.
Некоторые сооружения оборудовались запасными выходами и многочисленными колодцами, шахтами и погребами, назначение части которых нами не установлено. Вероятно, многие из них использовались в соответствии с прямым назначением того или иного каземата.
В укрепленных районах, возведенных на западных границах СССР до осени 1939 года, большинство пулеметных дотов являлись блокгаузами, то есть сооружениями, которые могли вести огонь в широком секторе. Орудийные полукапониры могли вести огонь в сравнительно узком секторе, преимущественно фланговый или косоприцельный. Интервалы между районами простреливались пулеметно-артиллерийским огнем и могли достигать 5 километров.
Наиболее распространенными сооружениями были пулеметные доты-блокгаузы, которые в свою очередь подразделялись на два типа — большие и малые.
Большие ДОСы обычно были двухэтажными и имели размеры примерно 12 на 12 метров. Толщина их стен колебалась от 1,4 до 1,9 метра, а перекрытия — от 0,9 до 1,35 метра. В верхнем этаже этих ДОСов было оборудовано от 3 до 6 амбразур.
Наиболее распространенный вариант ДОСа малого типа имел 2 или 3 амбразуры. Они были одноэтажными, размером 8–9 на 6 метров, с толщиной стен от 1 до 1,5 м., перекрытия 0,8–0,9 метра. Подобные ДОСы размещались позади сооружений большого типа, между ними или прикрывали их с тыла. Кроме того, они устанавливались в промежутках между БРО.
Данные оборонительные сооружения с полутораметровыми стенами могли выдерживать многократные попадания 203-мм бетонобойных снарядов и единичные — снарядов калибра 280–305 мм. ДОСы с более тонкими стенами выдерживали многократные попадания 152-мм и единичные — 203-мм снарядов. Изнутри стены и потолки имели обычно противооткольное покрытие из стали толщиной 5–7 мм, что исключало поражение гарнизона осколками бетона. Иногда вместо противооткольного покрытия во внутренний слой бетона укладывалась мелкоячеистая проволочная сетка в два-три слоя.
Пулеметные амбразуры имели конусообразную форму, сужающуюся во внутрь. Их наружное отверстие имело ширину 1,5–3 метра и высоту около 0,4 метра, а внутреннее — 0,12 метра в ширину и 0,18 метра в высоту. Попасть в такую амбразуру, тем более расположенную у самой земли, даже из противотанкового орудия было почти невозможно. Кроме того, оно перекрывалось бронезаслонкой толщиной 20–40 мм, которая могла принимать три фиксированных положения по высоте, так что размеры отверстия можно было регулировать с помощью специального рычага в зависимости от положения ствола пулемета.
Орудийные полукапониры (орпк) были рассчитаны на ведение, как правило, фланкирующего огня. В большинстве своем они были двухэтажными и располагались так, чтобы своим огнем фланкировать противотанковые рвы, простреливать промежутки между батальонными районами обороны. Подступы к ним обычно прикрывали пулеметные ДОСы.
Каждый орпк был вооружен одним или двумя орудиями и мог иметь, кроме того, еще один-два пулемета. Толщина их стен и покрытия была такой же, как и пулеметных ДОСов большого типа, но оборонительные качества этих сооружений еще более усиливались земляной обсыпкой.
Артиллерийские доты вооружались 45-мм и 76-мм пушками. 45-мм пушки могли вести огонь по горизонту в секторе 60 градусов, при углах возвышения и склонения по 10–15 градусов. Дальность стрельбы до 2 километров, а по танкам — до одного километра. Также они оснащались 76-мм пушкой образца 1902 г. со стволом в 30 калибров на казематном лафете Путиловского завода 1932 г. Иногда вместо классической «трехдюймовки» устанавливали ее «противоштурмовой» вариант образца 1903 г. со стволом, укороченным до 20 калибров. Дальность стрельбы казематной «трехдюймовки» достигала 5500 метров, угол возвышения — 12 градусов, снижения — 7 градусов, горизонтальной наводки — 40 градусов.
Киевский оборонительный район
Со стороны фронта стволы орудий дополнительно защищались отбойными стенками, казематы двухорудийных ДОТов располагались уступом. Даже те сооружения, которые не имели нижнего этажа, оборудовались помещением для стреляных гильз под боевым казематом или диамантными ровиками, куда выводилась труба для выбрасывания стреляных гильз. Хранилища позволяли иметь запас в несколько сот снарядов на орудие.
Кроме того, имели место случаи строительства сверхмощных оборонительных сооружений для размещения батареи 152-мм гаубиц-пушек МЛ-20, которых из-за их высокой стоимости называли «Миллионными». В частности, такие сооружения в конце 30-х годов были возведены в полосе Карельского укрепленного района. Это были четыре оригинальных артиллерийских полукапонира на горе Каллелово. Их орудия могли обстреливать участок Выборгского шоссе на территории Финляндии от р. Сестра до пос. Кивеннапа (Первомайское) на глубину до 15 километров.
Особое внимание обращалось на противотанковую оборону всех БРО. С этой целью широко применялись противотанковые рвы, но военные инженеры чаще всего стремились использовать рельеф местности, эскарпируя естественные откосы, прикрывая сооружения реками, заболоченными ручьями и озерами. До войны надолбы использовались крайне редко, их делали из гранита и называли «зубы дракона». Во время войны в качестве надолбов использовались железобетонные пирамиды.
Все сооружения укрепленного района были связаны между собой телефонной связью, а наиболее крупные, кроме того, оснащались радиостанцией 6ПК с дальностью передачи телефоном 3 километра, а телеграфом — 6 километров. Для внутренней связи служили переговорные трубы. Коменданты ДОТов наблюдали за полем боя с помощью перископа с полуторным увеличением, заключенного в бронированную трубу. При необходимости отверстие перископа закрывалось сдвижной бронированной крышкой толщиной 20 мм, управлявшейся изнутри. Корректирование огня артиллерии велось со специальных наблюдательных вышек, которые оборудовались на высотных зданиях (например, колокольнях) или в кронах деревьев. В исключительных случаях устраивались стационарные вышки, которые маскировались под местные предметы.
Вентиляционная система каждого ДОСа снабжалась дымовыми и газовыми фильтрами. В малых сооружениях она действовала от ручного вентилятора производительностью до 500 куб. м в час в приточном варианте и до 75 куб. м в час в вытяжном. В больших, пулеметных и артиллерийских ДОСах вентиляторы действовали от механического привода к бензоэлектроагрегату.
Коростенский укрепленный район
Электрическим освещением были оборудованы все ДОСы. В малые доты ток подавался из больших по подземным кабелям. Кроме того, в больших сооружениях были печи для отопления и приготовления пищи, а некоторые артиллерийские оснащались также и системой центрального отопления. Канализация в подавляющем большинстве сооружений отсутствовала: во время боя предполагалось использовать выносные ведра с герметичными крышками.
Вход в ДОТы закрывался бронированной клепаной дверью. Специальные амбразуры позволяли обстреливать из ручного пулемета противника, приближавшегося ко входу.
Все артиллерийские и пулеметные ДОСы большого типа оборудовались запасным выходом-лазом шириной и высотой около 0,7 метра. Если сооружение было двухэтажным, то лаз устраивался в нижнем этаже, обычно с тыльной стороны дота. Отверстие лаза перекрывала тонкая бетонная стенка без арматуры, которую при необходимости следовало разбить ломом. После чего личный состав мог выбираться наружу, раскапывая землю. Для того чтобы эта стенка не была пробита близким разрывом тяжелого снаряда, лаз дополнительно перекрывался разборной перемычкой из отрезков металлических швеллеров, а пространство между швеллерами и бетоном засыпалось песком. В редких случаях к лазу снаружи вел бетонированный колодец. Сзади к сооружению подходила траншея, часто перекрытая. Такая же траншея могла окружать ДОТ, что затрудняло подход к нему штурмовых групп противника.
Несмотря на это, план строительства укрепленных районов не выполнялся даже наполовину. В 1938 году он был выполнен только на 45,5 %, а в 1939-м — на 59,2 %. Как оказалось, советская промышленность не смогла обеспечить всем необходимым строительство линии укрепленных районов. В распоряжение строителей в 1938 году поступило от запланированного 28 % цемента и 27 % леса. В следующем, 1939 году поставки несколько улучшились, но все равно по отдельным показателям не достигли и половины, например, леса — 34 %, цемента — 53 % от запланированного на этот год. Комиссия Главного военно-инженерного управления Красной Армии, проверив ход работ, отметила, что забетонированные «сооружения не имеют боевого вооружения и внутреннего оборудования».
Всего к 1939 году на западной границе СССР было построено 22 укрепленных района, которые должны были перекрыть расстояние в 2067 километров. В их пределах было возведено 3279 долговременных огневых сооружения и ряд сооружений другого назначения. Еще 538 ДОСов и много сооружений другого назначения находилось в стадии строительства.
КОЛИЧЕСТВО ОСНОВНЫХ СООРУЖЕНИЙ В УКРЕПЛЕННЫХ РАЙОНАХ, ВОЗВЕДЕННЫХ НА СТАРОЙ ГРАНИЦЕ СССР В ПЕРИОД 1928–1930 ГОДОВ
В качестве основных недостатков этой линии укрепленных районов можно отнести ее сравнительно небольшую глубину (от 2 до 5 километров) и низкий процент долговременных оборонительных сооружений, предназначенных для борьбы с танками противника (не более 10 %). Кроме того, далеко не все красные командиры считали укрепленные районы перспективным направлением развития военного искусства и полезными в будущей войне. Часть из них, в том числе и высшего руководящего состава, смотрела на укрепленные районы «как на отжившие и утратившие свое оперативно-тактическое значение», что привело в отдельных округах к принятию решения командованием к их консервации без указаний сверху.