мальчик стал девочкой ради колготок и юбок истории
Мальчик стал девочкой ради колготок и юбок истории
Шортики лёгкие, девчоночьи, из тонкой джинсы. Майка с рисунком и курточка.
Сижу на лавочке, никого не трогаю, и тут подходит ко мне девчонка.
А сейчас пацаны до сих пор бегают, играют в свою войнушку, в футбол, волейбол режутся, а мы скучаем. Или в айфонах зависаем. Но на солнце плохо видно, в основном, музыку слушаем.
«На дворе играли дети. Каждый в своём айфоне».
Девочки были с нашего двора, я их и раньше знала, только мы не общались, потому что у меня были свои занятия, скучать было некогда.
Как одеты? Да так же, как все, рваные джинсы, дикой расцветки кофты. тогда мы ещё были маленькими, и выкрасить волосы в разные цвета не могли, и пирсинг не разрешали ещё.
Не все, конечно, некоторые делали. Но если бы папа меня такой увидел…
Я закатила глаза, представив выражение его лица.
Конечно, я не отказалась от дзюдо. Когда вернулись с соревнований. мне позвонил Гришка и позвал на улицу. Он стеснялся к нам заходить.
Когда я вышла, мы немного погуляли, и мальчик только и рассказывал мне, как они там боролись.
— Эх, тебя там не было! – жалел он. – Обязательно заняли бы призовое место!
— Что я, одна, что ли? – вырвалось у меня. – А вы на что?!
Такие вот дела произошли перед тем, как мы сидели с подружками на лавочке и болтали о всякой ерунде.
О чём могут болтать девочки? Да обо всём! Конечно, о мальчиках!
Когда уже не о чем поговорить.
— Майка! – обратилась ко мне Ксюха. – А ты целовалась с мальчиком?
— Только этого мне не хватало! – возмутилась я. Даже не притворно. Потому что мальчики у меня ассоциировались с пацанами в кимоно, потные и растрёпанные.
Может быть, если бы мы победили где-нибудь, я могла бы. от радости. обняться с ними, но Ксюха явно не о том спрашивала.
— У тебя же есть мальчик! – хитро глянула на меня подружка.
— Какой мальчик? – оторопела я.
— Не выпендривайся! А то мы не знаем, что ты с Гришкой ходишь!
— С Гришкой?! – воскликнула я разочарованно. – Он же просто… мы же просто в одну секцию ходим! – Жека мне подавала какие-то знаки, делая страшные глаза, а я продолжала:
Оглянувшись, увидела Гришку. Гришка медленно уходил от нас. Он что, всё слышал?
Первым моим порывом было броситься за ним, объяснить свои слова, а потом поняла, насколько это будет выглядеть жалко и глупо. Я опустила голову.
— Май, я же тебя предупреждала! – виновато сказала Жека.
Скоро мы распрощались, и я пошла к себе домой. На душе было муторно.
конечно, завтра утром я выбегу на пробежку. мы с Гришкой побежим, как ни в чём не бывало… Или уже всё будет по-другому?
Дома я переоделась в домашнее и постучалась к деду:
больше ничего не нарушало порядок, несмотря на то, что всю стену занимали шкафы с книгами. Все книги стояли на своих местах, а на стеклянных дверцах шкафов были приклеены маленькие динозаврики. Это, когда я была маленькой. клеила где попало наклейки. А дед их оставил, хотя они явно нарушали строгий порядок в его комнате.
— Что, Мая, случилось что-то? – спросил дед, не открывая глаз.
— А ты что лежишь? – спросил я. – тебе плохо?
— Нет, только глазки устали. Полежу, отдохну.
— Сходил бы, погулял. Погода хорошая.
— Неужели с Гришкой? – я снова кивнула.
— Зачем ты это сказала? – удивился дед, и даже глаза открыл.
Дед мягко улыбнулся и спросил:
— А Гришка это нее слышал? – я пожала плечами:
— Что надо сделать? – с надеждой спросила я.
— Это как? – открыла я рот.
— Позвони ему. назначь встречу. Сделай вид, что не заметила его. Думаю, Гришка тебе не откажет. А там пусть извиняется за что-нибудь.
— За что? – удивилась я, вытирая глаза.
— Ты же девочка. Найдёшь, за что.
— Спасибо, дедушка! – я прилегла к нему на диван и поцеловала в колючую щёку.
Потом, умывшись, я позвонила Гришке.
— Привет! – постаралась я сказать, как можно беззаботнее.
— Давай, сегодня встретимся? – предложила я.
— Где? – через некоторую заминку спросил мальчик.
— Не знаю. Давай, в Городском саду?
— Давай. а во сколько?
— Сейчас соберусь, и пойду.
Я надела всё, что мне нравилось, юбочку, кофточку. Даже продела в уши новые гвоздики с камешками. Топазы, кажется. Короткая причёска портила весь вид. Надела кепку, сдвинула козырёк на бок. Взяла сумочку с телефоном, надвинула белые кроссовки и побежала в Городской сад.
Вопрос о том, где встретиться, у нас не стоял, мы здесь бегали по утрам.
Оглядевшись вокруг, увидела Гришку, с тремя ромашками в руке.
Про школу.
Рассказываю не по порядку, как вспоминается. Или, как говорит дед, не в хронологическом порядке.
у меня есть много рассказов, только их надо написать.
когда школьница начинает писать рассказы, ей задают правомерный вопрос:
— Почему ты ничего не рассказываешь о школе, о ребятах? Неужели у вас в школе нет ничего интересного?
На это я пожимаю плечами и глубокомысленно молчу. Может быть, и есть что интересного для взрослого, который закончил школу лет сто назад, и вспоминает её с придыханием в голосе и старческой ностальгией. А для меня это рутина, каждый день учёба, одноклассники, тупые шутки. Хорошо, надо мной перестали шутить.
— Что? – оборачиваюсь я.
А если не отзываешься:
— Что, зазналась? Или тугая на ухо? К тебе обращаются!
Вроде, не на что обижаться и тыкать носом в парту или в пол, но всё равно, неприятно.
Но детям быстро надоедает один объект для шуток, тем более, что я всё-таки не сдержалась и приложила одного наглеца об пол. Ничего, отдышался, мстить не стал, наоборот, зауважал и начал подбивать ко мне клинья.
А так как он сам здоровый лоб, пацаны быстро потеряли ко мне интерес.
Зовут его Славка Лощинин.
Как я уже рассказывала, я занимаюсь дзюдо, и, когда у нас занятия, а они не каждый день, я одеваюсь не как положено, в форму, а джинсовый костюм.
сначала это вызывало у наших дам истерику, водили к директору даже, вечно усталая директрисса брала с меня слово не нарушать порядок и отправляла в класс.
После двух приводов от меня отстали.
Не знаю, дед, когда был в хорошем настроении, и мы не дрались, рассказывал интересные истории из своей школьной жизни. Мне кажется, он многое придумал и приукрасил. Маразм уже у моего деда, хотя мои сочинения правит, признаюсь, иначе ошибок могло быть гораздо больше…
Мальчик стал девочкой ради колготок и юбок истории
Кончилась наша смена, и мы собрались у автобусов.
Андрюшка переводил глаза с меня на брата и назад.
— А что дальше? – спросил он.
— А что должно быть дальше? – спросила я.
— Вы должны теперь дружить, встречаться. И я с вами.
— Мы же в разных городах живём! – пытался объяснить братику Димка.
— Вы же уже большие! – настаивал Андрюшка. Мы беспомощно посмотрели друг на друга. Мы подружились, но не настолько, чтобы даже обменяться адресами. Так, номера записали, чтобы поговорить, если вспомним лагерь.
Андрюшка всё понял. Он ушёл от нас и сел на лавочку, спиной к нам.
— Что это с ним? –спросила я.
— А что, на самом деле это может быть? – испугалась я.
— Дим, а родители ваши где?
— Откуда я знаю, где родители?! – сердито ответил Димка.
Я не знала, что сказать, и тут пригласили на посадку. Димка ушёл за Андрюшкой, я пошла к своему автобусу.
Обернувшись, помахала ребятам. Многие ответили, только Андрюшка стоял, надутый. Тогда Димка наклонился к нему, что-то сказал ему на ухо, и мальчик побежал ко мне.
— Майка, я очень-очень тебя люблю! Возьми! – мальчик снял со своей шеи серебряный крестик и отдал мне. Я тоже отдала свой, золотой, на цепочке.
Мы даже поцеловались на прощанье, и Малыш убежал на свой автобус.
— Ну, Майка! – восхищались девчонки.
А в нашем городе меня встречал Гришка! Я так была рада его видеть! Мы даже обнялись. С его лица не сходила счастливая улыбка.
Я не стала его расстраивать новостью, что нас с Димкой хотели поженить.
Так вот лето провело меня.
Ребята с нашего двора.
Братья.
На нашем дворе много ребят. И маленьких, и побольше, и таких кто уже пьёт пиво и курит сигареты. Я тоже с детства играю на этом дворе, качаюсь на качелях и разговариваю с девочками. О всём. Мы живём среди ребят, и я слушаю интересные истории.
— Майка, видишь, вон того рыжего мальчишку? – спросила меня Катя, моя приятельница.
— Это Федька. А вон тот, тёмненький, его брат Лёнька. Видишь, как они дружат? А что было!
— А что было? – спросила я, потому что как-то никогда не обращала внимания на мальчишек. Я ходила на дзюдо, и там мальчишек мне вполне хватало.
Оказывается, с этими братьями произошла занимательная история.
Конечно, Майке пришлось много придумать, иначе рассказ получился бы из двух – трёх слов.
— Лентяй, тебя долго ещё ждать?! – сердито кричал Федька, заглядывая в комнату.
Лентяем он дразнил Лёньку, своего младшего брата. Федьке было десять лет, а Лёньке семь.
— Да иду я уже! – в сердцах отвечал Лёнька, борясь с упрямыми колготками. Никак он не мог справиться с этим чудом, с ясельных времён путался. Вот и сейчас надел задом наперёд! А носки правильно! Как получилось?
— Ну ты и дурачок, Лёнтяй!
Мальчик насупился и начал переодеваться. Что делать, если старший брат тебя не любит? Да что там, не любит? Просто ненавидит! Пока мама не видит, даёт ему поджопника, или подзатыльника. Иногда так толкнёт, что летишь через всю комнату! Хорошо, на свою кровать.
Не разрешает трогать свои игрушки, хотя мама всегда говорит, что игрушки общие, что у неё нет столько денег, чтобы покупать каждому отдельную игрушку.
Лёньке всегда доставались поломанные и потрёпанные игрушки. Так же и с одеждой. Федька будто специально так изнашивал свою одежду, что Лёньке доставались штаны с заплатами.
— Не соберёшься через пять минут, уйду без тебя! – пригрозил Федька.
— Сейчас! – чуть не плача с досады, отозвался Лёнька.
Наконец он оделся, и братья вышли на улицу.
— Навязался ты на мою голову! – ворчал Федька всю дорогу. Дело в том, что Федька попросился у мамы в кино, а мама сказала, чтобы взял с собой Лёньку.
Лёнька был рад, что его взяли в кино, но с Федькой он бы не пошёл.
Его до сих пор мучила обида на брата за то, как он обошёлся с ним на Новый Год.
Мама отправила сына на Ёлку, и там выдали Лёньке подарок.
Лёнька принёс его домой и показал Федьке. И, пока переодевался в домашнее, брат распорядился по-своему с подарком. Все шоколадные забрал себе, а Лёньке оставил одну карамель.
Сколько ни обижался Лёнька, брат не внял его просьбам и слезам, а маме не привык жаловаться. Даже синяки объяснял, как «упал», «ударился о тумбочку», или ещё что. Мама работала на двух работах, а папы не было.
Пришли к кинотеатру. Федька увидел своих друзей, а брата стеснялся. Думал, что его засмеют, будут дразнить нянькой. Хотя никто бы не смеялся, а даже уважали бы, но Федька этого не знал.
Дело было в марте, ещё довольно холодно, почти зима. Лёнька стоял, стоял, замёрз. Да и наскучило ему стоять. К тому же захотелось в туалет.
Высмотрев Федьку, он решил не подходить к брату, а сходить в подворотню. Кинотеатр был знакомый, Лёнька знал тут все укромные места. Тем более, там, во внутреннем дворике была уборная.
Лёнька зашёл во дворик, нашёл туалет, пописал, а когда вышел, увидел котёнка. Котёнок пищал и просился на руки. Лёнька взял в руки дрожащий комочек, отогрел заурчавшее животное, и пошёл к кинотеатру. Но вышел в совершенно незнакомом месте.
Федька, наконец, вспомнил о брате и пошёл его искать, бормоча нехорошие слова себе под нос. Лёньки на месте не было.
— Куда же ты провалился, поганец мелкий? – сквозь зубы выговорил Федька. – Сейчас уже сеанс начнётся!
Через некоторое время Федьку охватило беспокойство. Он вспомнил, что в подворотне есть уборная, и Лёнька знает об этом.
— Ну, сейчас получишь у меня! – воскликнул Федька и побежал в подворотню. Брата там не было! Скрипя зубами от досады, Федька вернулся к кинотеатру, не нашёл брата. И побежал в кино, думая. Что Лёньке надоело ждать, и он ушёл домой. Ключ у него был.
Кино было интересным. Федька даже забыл про брата, с удовольствием смотрел фильм.
Когда вышел, вспомнил про брата.
— Ну, поганец! Уши оборву! – прошипел Федька, и побежал домой. Открыв дверь, мальчик крикнул:
— Лёнтяй! Выходи, я знаю, что ты здесь!
Никто не отозвался. Федьке стало не по себе. Он обыскал квартиру, но брата не нашёл. Скрипя зубами, Федька пустился в обратный путь. Обыскал все близлежащие подворотни, заглянул во все магазины. Уже начало темнеть, Федька уже не злился, он умолял брата найтись.
В отчаянии Федька зашёл в попавшийся ему отдел полиции.
— Что тебе, мальчик? – заметил его дежурный.
— У меня брат пропал! – чуть не плача, заявил Федька.
— Ищи у друзей, знакомых. Где пропал?
— Возле кинотеатра. Я только отвернулся, а его нет! – врал Федька.
— Заявления о пропавших принимаем через три дня. Ты знаешь об этом?
— Скажи маме, пусть придёт и напишет заявление. От детей заявления не принимаем!
— Мама только в десять придёт! – заплакал Федька. – И она сначала меня убьёт.
Федька, глотая слёзы, описал, как мог, Лёньку, своего нежно любимого братишку.
Пока писал. Открылась дверь и вошёл наряд полиции, а навстречу вышел пожилой офицер. Видно, что высокого звания, потому что наряд вытянулся, при его виде.
Скрытые желания мальчиков
2. Моя подруга очень хотела девочку, но родился мальчик. Но что интересно, мальчик (3 года) в садике стаскивает у девочек платья и одевает их на себя. Вот как вы думаете, это нормально для его возраста?
11. Мужчины в платьях и в юбках?
Вот тут негласно прозвучала мысль, а зачем вообще создавать мужские платья? А зачем женщинам всякие там блузки? Пусть носят один тип, а то куча юбок от мини до макси. Узаконить единый тип белья, куртки, шапки и так далее. Выбор ассортимента у женщин в тысячи раз богаче, чем у мужчин! Мы люди сами загнали себя в рамки (мужская и не мужская одежда). Глупые и наносящие нам огромный вред коридоры. Ну ладно бы женщины придумывали свои женские атрибуты, так нет, они просто влезли в любую мужскую одежду! При этом увидев мужчину примерившего на себя что-то уже из якобы записанного за ними, гневно тычут в него пальцем и кричат, что мужчины мельчают, мужики обабились! А сами? Сами уже давно превратились в нашу копию и притом некрасивую и потерявшую свою женственность. Я не буду оспаривать, кто и когда первый придумал и одел на себя платье, штаны, и придумал бельё. Это всё всего лишь набор одежды для человека. А мода, мода это варианты этой одежды подходящей по фигуре отдельному мужчине и женщине. Если мужчинам хочется одеться красиво, в как ему кажется удобную лично для него вещь, то просто стоит ему это позволить. Я не призываю влезть в домотканые портки и старинные сарафаны, это неудобно и глупо, есть масса современных отличных тканей, но и ограничивать желание других людей носить нечто желаемое тоже неправильно. Мы приобретаем нашим детям не только нужные и полезные игрушки и вещи, но и лишние. Да-да лишние. Новый навороченный телефон, хотя старый ещё исправен, модный прикид, хотя есть одежды куча. Зачем? Да чтоб был! Развивал вкус и чувство моды. Вот и ассортименте мужчины, должна быть пусть на чей-то взгляд, такая лишняя одежда. Он, мужчина от мальчика до взрослого ДОЛЖЕН иметь возможность попробовать походить, поносить, ощутить наконец, каково это так одеваться. Понравится, да боже мой, пусть щеголяют в своих мужских моделях юбок и платьев. Разонравится, влезет обратно в свои брюки. Но у него будет ощущение свободы выбора. Я хотел и я носил! Что тут плохого? Вот запрет, он наносит более сильный вред, именно отсюда растут ноги у всяческих искажений психики. Почему их маленького ребенка вырастает скрытый Транс (или хуже), да потому что его с детства унижают, оскорбляют и порой даже за это наказывают. И при этом чаще это делают самые родные люди, мама и папа. Ребёнок, желая попробовать и сравнить, ВЫНУЖДЕН тайно одеть женское платье или юбку ибо своего мужского варианта НЕТ! И именно в этот момент, когда он понимает что его просто НЕДОПУСКАЮТ к удобной и красивой одежде в которой ему хорошо, ему хочется нарушить запрет. Ведь на примере сестры он видит обратное, ей можно одевать всё его, ему нет. И это чувство обделённости загоняется внутрь души. У взрослых немного по-другому, примерив и сравнив ощущения и поняв, что ему удобно и он в этом наряде красив, юноша хочет иметь право одеваться, так как ему хочется. Но тут вмешивается негласный запрет, навешанный сегодня на себя мужчинами. ТаБу! Я за мужские платья! Сначала простые, для выхода, потом деловые, и в последствии для разных целей. И не нужно примешивать сюда армию и работу. Везде найдётся свой компромисс.
12. Мы влезли на взрослую территорию. А тема-то звучала о мальчиках которые хотели попробовать примерить платьице. Пробовать! Понять! И я попробовал проделать это во втором классе. Как? Стащил школьное платье у девчонки из соседнего класса, они в зале бегали. Унес домой и неделю пока родители были на работе надевал и ходил по дому. Ну не было у меня никаких чувств удобности и неудобности. И в нём нормально и в моих штанах тоже. Единственная разница в платье легце и прохладнее. Всё! Меня поймали и наказали, отлупили не зато что украл, а зато что одевал. Потом нашли врача который лечил меня таблетками от которых я становился пофигистом и равнодушным ко всему. Чуть не залечил. Спасла бабка, увезла к себе в деревню и завалила работой. От воспоминаний о платье осталось чувство что меня предали самые родные люди которые могли понять своего ребёнка. Понимаю, их самих так воспитали, но другого чувства нет. Меня словно сломали. И сегодня наткнувшись на этот сайт я вспомнил себя. НЕТ! Слышите родители, НЕТ в желании ребёнка оценить в ношении любую одежду ничего неправильного! НЕТУ! Ободном жалею, что не было в моём детстве мальчишеских платьев! И был бы я не дёрганым психом трудным в отношениях с людьми, а нормальным. Меня ведь и в армию не взяли, как стоящего на учете. Два раза был женат, а ужиться не смог. Одна ошибка родных людей и вся жизнь пополам. Думайте люди!
14. Я поддерживаю тех, кто стоит за свободный выбор одежды для мужчины, и ношение мужчинами женской одежды..Хотя женская одежда вся родом из мужской..просто прилажена под женское тело, и всё, что раньше носили мужчины, даже чулки, всё перекочевало в гардероб женщин..И пора сделать шаг назад, чтобы вернуть равноправие в одежде, чтобы и мужчины могли, если захотят, одеваться более выразительно, т.е. в платья и юбки с чулками или колготками, да, да, а почему бы и нет? Сейчас есть давно предложения на чулочных сайтах и для мужчин, причём с нормальной ориентацией..Так что вперёд за чулочками.
17. Девчонки! Хватит нюни распускать. Всё в наших руках. Моему Петечке 14 лет и я уже пару раз заставала его в моих детских платьях. Ну нравится ему их одевать. А я смотрю на него в них и мне он кажется таким красивым. Он у меня стройный и худенький и платье на нём выглядит нормально, но не правильно. И я решила этот вопрос по другому. Я прошерстила разные журналы и статьи с выкройками и сшила ему несколько разных туник в мужских вариантах. Две в стиле длинных русских рубашек и пара под римские тоги. Под них пару женских сандалий на ремешках. Смотрится великолепно. Он как влез в них, так и про платья забыл. ПОНИМАЕТЕ ПРОИЗОШЛА ЗАМЕНА и ОН ПОЛУЧИЛ ТО В ЧЕМ ЕМУ БЫЛО КОМФОРТНО. и ВСЁ! Так может дать нашим мальчикам. то в чем им будет приятно ходить, в чем они будут выглядеть красивыми!? И они забудут про наши платья и юбки. Отсутствие таких вещей в их атрибутах видимо точно играет какую-то нужную роль. Нет столько трансвеститов, есть недостаток выбора в вариантах мужской моды.
19. Я за мужем во второй раз и всегда с горечью вспоминаю своего первого настоящего мужика. Мой второй мужчина мягкий, спокойный и немного женственный человек. Да, он не мускулист как мамонт, но он по-настоящему любит меня и дочь от первого брака. С ним моя Танечка оттаяла и превратилась в обыкновенного улыбчивого ребёнка. Он для её настоящий папа. Я сама затащила его в постель и не пожалела. Мы ждем пополнения. У него есть привычки которые напрочь отсутствуют у большинства мужчин. Он чистоплотен, моет ноги перед сном, приучен мамой спать как граф в ночной рубашке. Это что признак го—-ка? НЕТ! Ему нравится дома одеваться в моё платье и ходить в нем по дому. Ему в такой одежде комфортно. Простое платье, не бальное. не вечернее, не сарафан. Он никогда не делал попыток стать похожим на женщину. Не одевал париков, не делал макияж и не рядился в моё бельё. НЕТ! Только верхнее. И чего тут страшного? Платье это только одежда удобного покроя для всех. У него работа нервная, а приходит он домой, надевает своё платье и успокаивается! Выезжаем на природу летом, на шашлыки, едем подальше где он может спокойно ходить в платье или юбке. И ещё платье оно мужчину как-то подтягивает, он начинает следить за собой, ногти подстригает и в ванну чаще ходит, носки меняет. Это плохо? Да если бы это его ношение стало повальным, я считаю то принесло только пользу. Наши мужчины бы стали красивее. Мужественность это не ношение бороды и грязных футболок, не агрессивность в семье и на улице. Это способность к поступку а не устрашающий вид. и пусть мой муж носит платья, я с ним счастлива. СЧАСТЛИВА! А Вы женщины как считаете? Я права?
20. То, что множеству из мужского населения России хочется и нравится носить юбки и даже платья это не секрет. Сайтов муссирующих подобные темы и форумов, на которых идут словесные баталии обсуждающих их появление на подиумах новых коллекций с данными атрибутами от самых крутых кутюрье просто море. Но дело виснет и тонет в болоте обсуждений, пересудов, и откровений. Да, есть много решившихся выставить свои фото в новых облачениях. Но дамба предвзятости стоит. На модных показах модельеры, словно нарочно, искажают желаемый вид этой мужской одежды, представляют на обозрение только голимый эпатаж, который просто несовместим с мужским образом. Их модели пригодны для гламурных мальчиков с неизвестной ориентацией. А почему? Вот вопрос вопросов! Кому-то невыгодно появление в мужских атрибутах такой одежды? И правда, пока есть гонения и склонения взглядов общества на фиктивную угрозу потери мужским полом своего мужского статуса, картина вряд ли поменяется. Удобно тыкать в иначе представляющего свой вид человека, и кричать — Ату его! Он думает не так как нужно! Ну нет у нас в стране столько трансвеститов и голубых, тем более что последние, никогда не одевали платья и юбки. Ни-ког-да! Отсюда вывод, ход развитию и разработки этой одежды для мужчин всех возрастов и запрет на продажи данной продукции наложен кем-то сверху. Да-да, именно где-то там, на верху, опять принято решение тормозить продвижение появления таких мужских фасонов.
Превращение в девочку. Рассказы о принудительном переодевании в девичьи одежды История мальчика в женской одежде
Виталий может по какому-то нелепому направлению судьбы, а может из-за своей врождённой нерешительности после школы поступил не как все, в какой-нибудь технический институт на инженера, программиста или юриста, а в Московскую Академию Модельерш. Так хотела мама, так было легче по складу характера, так было удобнее с местом жительства, к которому ближе всех располагалась академия Модельерш.
Их преподавательницу по предмету «Женская одежда» звали Ольга Ивановна. Она была женщиной средних лет, но в отличии от многих своих коллег неустанно следила за внешностью и выглядела для своих лет очень привлекательной и красивой. Может быть дело было ещё и в правильно подобранном макияже и одежде, в чём кому как не работающим в Академии Модельерш знать толк. Только с ней у Виталия сложились более менее тёплые отношения и поэтому она всегда помогала ему по учёбе и в жизни, а он в свою очередь знал её предмет лучше всех. Было правда немного неясны её намёки на будущее Виталия, такие как: «Будешь не хуже других, сразу же посмотрев на тебя я разглядела неухоженную ещё женственную красоту», «Скоро будем изучать практическую часть предмета «Женская одежда» и тебя ждёт масса сюрпризов на этом этапе. «, «Интересно было бы посмотреть какая из тебя девушка будет». Пока Виталий никак не комментировал эти высказывания и только слегка раздражался слыша неприятные для любого парня сравнения с девушкой.
Когда он сидел на двух парах предмета «Косметика и женская красота», то ясно заметил, что преподавательница чем-то недовольна в нём. Чем именно она так и не объяснила, но по её взгляду было понятно, что что-то её волнует.
Так Виталий. Ты наверное читал объявление о правилах ношения одежды для всех учащихся?
Ну да, там написано вместо брюк носить девушкам юбки.
Нет. Там не написано «девушкам». Там написано ВСЕМ УЧЕНИКАМ.
Повисла напряжённая пауза. Некоторые девушки начали шутить по этому поводу и хихикать.
Поэтому, Виталий. Завтра ты должен будешь также как и все девушки прийти в юбке и колготках. Меня не волнует твоё к этому отношение и то, как ты намерен доставать для себя эти предметы женской одежды. Просто, если ты завтра не придешь в том, в чём положено, то серьёзно встанет вопрос о твоём отчислении.
Чтобы завтра был в юбке. И никаких сомнений. Ничего не бойся. Можешь принести одежду в сумке и переодеться здесь, если стесняешься так идти по улице. Всё, продолжаем занятие. Тишина, тишина!
Как назло он ещё опоздал к началу первой пары и вынужден был проходить неприятную процедуру извинений и просьб войти. Учительница к тому же была самой строгой и нерасположенной к нему, и когда он вошёл, в недоумении уставилась на его физиономию, словно ничего не знает о приказе деканата.
Что это такое? Это у нас кто такой пришёл? Афанасьев что ли?
Да. Извините, я опоздал. Можно войти?
Витя пригнул голову, встал как провинившаяся девочка, и за него ответили сидящие за партами одногрупницы:
Всем сказали приходить в юбках и колготках, даже мальчикам.
Да, да. Это правда. Объявление уже два дня висит, подтвердила соседка по парте.
Этот её диалог слушать было невыносимо. Виталий уже весь покраснел и думал только о том как бы всё поскорее забылось и закончилось. Но некоторые девушки похоже поддержали просьбу учительницы и загорелись желанием воплотить её в жизнь.
Не беспокойтесь, Тамара Петровна. Сегодня же займёмся нашим Виталечкой!
Здорово! Накрасим его и оденем! Сделаем из него нашу подружку!
А я одежду могу из своего гардероба одолжить. Там лифчики, трусики, поясочки есть. Колготочки и чулочки тоже неплохие.
Виталий был поставлен в интересную ситуацию. С одной стороны он не мог смириться со своим девичьим видом, постоянно был зажат и подавлен. Но с другой стороны, чтобы хоть как-то производить нормальное впечатление на окружающих и избегать критики и позора в свой адрес, Виталию нужно было, чтобы его принимали за девушку и не догадывались о том, что он парень. Поэтому одетая помимо юбки и колготок, мужская рубашка и кофта, грубое неухоженное лицо и большой волосяной покров на ногах, только вносили подозрение и ещё больше привлекали внимание к нему, как к переодевшемуся парню.
«Сын! В моем белье, натягивает платье… о боже. » — сердце матери учащенно бьется, волной накатывает паника, мелькают картинки мужчины в женской одежде из телевизора, выхватывая бюстгальтер, натянутый на детское тело, вещи, разбросанные на полу, отображение в зеркале и глаза сына — большие, испуганные… С ребенком что-то не то. Нет, не просто не то, а в корне что-то не то – патология…
«Мой мальчик в женской одежде. Пока никто не видит, он красуется в моем платье перед зеркалом, крутится, прихорашивается, а может еще подбирает, в чем ему лучше? Это какое-то видение… Такого не может быть. Просто не может: он же не гомосексуалист, не транссексуал, он – мой мальчик, мой сын, он же здоров, он должен быть нормальным, он не такой как те ненормальные мужчины в женской одежде на подиумах и мировых сценах…»
Мысли матери, заставшей своего сына за «неприличными деяниями» с ее гардеробом, путаются, они полны отчаяния и тревоги. Мало того, что ситуация не укладывается в ее голове, так еще и ребенок, маленький секрет которого раскрыт, плачет и не может внятно объяснить, почему он это делает. Обе стороны обескуражены и совершенно неясно: как теперь быть?
Общество говорит: мальчик должен оставаться мальчиком. Мальчик в женской одежде не может быть адекватно воспринят этим обществом. Мужчины в женской одежде — это не нормально.
В семье должно быть все в порядке. Мама должна кормить, папа должен зарплату домой приносить, мальчики драться, а девочки – играть в куклы. Но так не всегда получается. Бывают моменты, когда получается совсем наоборот: мамы и папы меняются ролями, девочка дерется, а мальчик играет в куклы или того хуже — надевает женскую одежду. К сожалению, ни врачи, ни школьные психологи не помогают понять, почему это происходит. Советы вроде: подведите мальчика в женской одежде к зеркалу и напомните ему, что он – мальчик, не работают. Потом из таких вырастают мужчины в женской одежде.
Ребенок отлично помнит о своей половой принадлежности и имеет первичные понятия о том, что мальчик с девочкой разные и одеваются по-разному. С ребенком можно проводить долгие беседы, где ему будут напоминать, что мальчикам «это» свойственно быть не должно и все время акцентировать внимание на его мужественности.
Распространенный совет в этом случае: запретить ему так себя вести, прятать от него женские вещи, наказывать, стыдить. «Ты видел где-нибудь мальчика в женской одежде? Или папу? Или дедушку? Это стыдно и неприлично!» После чего ребенок начинает нервничать, пугаться, его эмоциональный фон расшатывается, появляются частые истерики, страхи (темноты, родительского гнева, возможны панические атаки). И все это ничего не меняет в том, что его все равно тянет к женской одежде. Более того, чем сильнее давление на него оказывается, тем больше в нем желание спрятаться в женский наряд.
Со временем его желания становятся непреодолимыми и полностью замыкают ребенка на себе. Он уже убежден в том, что он – другой, не совсем мальчик, а значит – девочка. Бог просто ошибся. Так и появляются мужчины в женской одежде.
МАЛЬЧИК В ЖЕНСКОЙ ОДЕЖДЕ: КОГДА КЛАССИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ НЕ РАБОТАЕТ
Подобную последовательность подтверждает анамнез многих детей, проходивших «лечение» и изъявивших желание поменять свой пол. За последние 10 лет из США в Россию распространилась теория о расстройстве гендерной идентичности у детей. Под ней понимают постоянно выражающуюся неудовлетворенность своим полом и настойчивым желанием принадлежать к противоположному полу, которое впервые появляется в детстве, задолго до пубертатного периода.
Это проявляется в устойчивой озабоченности одеждой и занятиями, свойственными противоположному полу. Если ребенок убеждает врачей, что он испытывает не просто дискомфорт, а действительно «неприятие», то возможна временная медикаментозная блокада половых желез до полового созревания, чтоб отсрочить окончательное решение о выборе пола до совершеннолетия. Подобное уже проводилось в нидерландской клинике. Такой вариант принимается в расчете на проявление осознанного желания ребенка менять или оставлять свой пол. Причина этого желания психиатрии неизвестна.
Общий тон всех существующих психологических рекомендаций заключается в том, что это положение ненормально, неестественно и может привести к половым девиациям во взрослом возрасте. Системно-векторная психология Юрия Бурлана раскрывает этот вопрос с точки зрения анализа врожденных свойств ребенка и их развития.
Исходя из этого, переодевание мальчика в женскую одежду свидетельствует не о его желании сменить пол или направление сексуального влечения, но о его состоянии страха, которое выражается подобным образом. Связано это с особыми психическими свойствами кожно-зрительных мальчиков.
МАЛЬЧИК В ЖЕНСКОЙ ОДЕЖДЕ — БЕССОЗНАТЕЛЬНЫЙ ПОИСК ЗАЩИТЫ
Человек рождается с определенными психическими свойствами и желаниями. Они разные, по-разному выражаются и определяют сценарии детского поведения, а в дальнейшем и взрослого. Они заложены в человеке и являются бессознательными, т.е. такими, которые он сам не осознает, но поведение его строится на этой базе.
Страх – это архетипичное, первичное состояние зрительного вектора. Такой чувствительный, эмоциональный ребенок очень пуглив. Именно мальчик в женской одежде со 100% вероятностью несет в себе зрительный вектор. Самый большой его страх – это страх темноты и связан он с тем, что его особо чувствительный сенсор – глаза, не способен различать опасность в темноте.
Первыми замечать опасность – такова была первичная видовая роль, выполняемая еще во времена первобытной человеческой стаи. Эту роль выполняла зрительная женщина – дневная охранница стаи. С чувствительными глазами и высокой амплитудой эмоций она была занята тем, что высматривала хищников. Ее несвоевременное предупреждение об опасности могло стоить охотникам жизни. И здесь ее способность испытывать сильнейший страх была крайне важна: раньше всех увидеть хищника, испугаться и тем самым предупредить всех об опасности. Характерный возглас испуга до сих пор можно часто слышать от зрительных людей.
Но у зрительного мальчика такой роли не было. Такие мальчики не выживали в древние времена. Слабые и чувствительные они не были способны убивать и не годились для охоты. Но и содержать лишнего члена стаи, не способного ничего добыть для общины, было невозможно. И кожно-зрительный мальчик естественным образом становился жертвой ритуального акта каннибализма, в отличии от девочки, которая имела право на жизнь, выполняла свою особую роль для стаи. Поэтому, помимо страха темноты, у зрительных мальчиков есть также страх быть съеденным. И этот бессознательный страх толкает их на разные поступки, которые они не могут объяснить ни себе, ни другим.
К этим поступкам и относится желание надевать женскую одежду. Так зрительный мальчик пытается уподобиться девочке с такими же качествами, как он. Ведь такие девочки нужны, их не едят, а значит, притворившись девочкой, он обезопасит себя от смерти.
Ощущение угрозы возникает у такого ребенка от того, что где-то во внешней обстановке он ощущает отголоски или намеки на акт каннибализма, которому подвергались кожно-зрительные мальчики много веков назад. Несмотря на огромный пласт культурных ограничений и развитие гуманизма за последние 2 тысячи лет, явления человеческой жизни, в корнях которых лежит акт каннибализма, не исчезли. Поэтому если вы вдруг увидели своего мальчика в женской одежде, вспомните, какие сказки на ночь вы читали ему. Даже детские сказки переполнены этими проекциями: Баба-Яга, варящая Ивасика в каше, съеденный колобок и т.п. Это укрепляет в ребенке подспудное состояние страха, неосознанное, фоновое, непонятное ему.
После 3-х лет кожно-зрительный мальчик начинает осознавать себя относительно других детей, где и чувствует свою различность с другими мальчиками, а они – чувствуют его. Часто это вызывает неприятие непохожего на других, по-девичьи нежного кожно-зрительного мальчика среди сверстников. Со стороны детей, не обладающих зрительным вектором, чувствительный мальчик может ощущать опасность, которая будет в свою очередь вызывать и усиливать этот врожденный страх.
МАЛЬЧИК В ЖЕНСКОЙ ОДЕЖДЕ: ПАНИЧЕСКИЙ СТРАХ ПОД МАМИНЫМ БЮСТГАЛЬТЕРОМ
Ужас охватывает все существо. Вроде ничего не случилось, но впечатление, что кто-то гонится. Что-то неумолимое и страшное, по пятам… Внутреннее беспокойство. Все не так, тут неспокойно: нужно бежать, нужно спрятаться. Постоянное ощущение надвигающейся, смертельной опасности…
Ребенок не скажет этого словами, но паниковать будет невероятно. Его всегда привлекали мамины вещи, ее яркие украшения. А теперь его тянет к ним с невероятной силой. Хочется сначала взять в руки, пощупать, посмотреть их, потом – померить. Как-то само по себе складывается в голове, что нужно померить, а как иначе? И мальчик надевает. Ему становится легче, напряжение отпускает, надвигающаяся опасность исчезает. Мальчик в женской одежде чувствует невероятное облегчение, ему становится хорошо, эмоциональное состояние выравнивается. Будто он долго прятался от смертельного хищника и тот, наконец, прекратил погоню и ушел. И хорошо.
Но ребенок помнит, что он-то мальчик, а значит, этого несоответствия в виде дамских вещей никто не должен видеть. И потому прячется, пытается скрыть. Когда же его застают врасплох, то он чувствует еще больший страх, который сможет успокоить только следующим переодеванием.
МАЛЬЧИК В ЖЕНСКОЙ ОДЕЖДЕ СНИМАЕТ ЕЕ И ИДЕТ ПОЗНАВАТЬ МИР
Такое поведение мальчика говорит только о том, что где-то он был подвержен сильному зрительному стрессу. В результате чего испытывает постоянный бессознательный страх. Чтобы успокоить в ребенке этот страх, нужно заняться наполнением его эмоциональной амплитуды тем, что страху противоположно: состраданием и любовью.
И здесь очень важна теплая связь с мамой, доверие и ощущение защищенности. Научите его читать литературу на сострадательность (к примеру, «Девочку со спичками» Андерсена), смотреть подобные фильмы и мультики. Обсуждайте с ним увиденное, поддерживайте проявления его чуткости к другим. Мальчику, наполненному внутренними желаниями сопереживания и сострадательности, незачем будет прятаться в женскую одежду от внутренних ужасов — им не останется места.
Кожно-зрительный мальчик – это основа для нового витка развития культуры. Мужчины в женской одежде без видовой роли, а значит неранжирующиеся в животной иерархии человеческих отношений. При правильном развитии «мальчик в женской одежде» сможет привнести в мир светлое и гуманное, изменить его в лучшую сторону, а не страдать. Родителям такого ребенка крайне важно понимать, кого они растят и как лучше это делать. В системно-векторной психологии Юрия Бурлана есть точные объяснения, как это сделать.
Это были замечательные костюмы, которые сшили мама с моей старшей сестрой. Ну, то есть относительно старшей, поскольку двадцать минут – это не такая уж существенная разница в возрасте.
Мы очень разные. Тем не менее, Ксюшка и мама очень любят меня, а я очень люблю их. Ну что поделаешь, что я такой вот уродился. Так что когда мама с Ксюшей шили ей и мне костюмы к новогоднему балу-маскараду, они превзошли сами себя.
Ксюше сшили длинное переливающееся платье принцессы, а мне – костюм принца. Я помогал делать короны из твердого картона и золотой бумаги.
Костюм принца получился просто блеск! Камзол на рубахе с пышными рукавами, перевязь со шпагой, маленькие пышные штанишки с такими же разноцветными прорезями, что и на рукавах, и, вдобавок ко всему, обтягивающие двухцветные, желто-красные колготки.
Правда, колготки меня несколько смутили. Все-таки в моем возрасте мальчики уже не носят колготок. Но мама меня успокоила, сказав, что принцы и вообще дворяне в те далекие времена носили даже не колготки, а чулки, и что чулки вообще изначально были мужской, а не женской одеждой. Это уже много позже женщины «присвоили» чулки себе и затем преобразовали их в колготки для собственного удобства.
«Принцесс» на балу было много, и «принцев» тоже хватало, но мой костюм произвел особенное впечатление на всех – особенно на моих одноклассниц и даже девочек постарше. Многие из них хотели танцевать только со мной! Я до этого ни разу в жизни так много не танцевал с разными девочками. Хорошо, что я занимаюсь в студии бальных танцев, так что танцы для меня не проблема. А еще я хожу в секцию восточных единоборств. Там мне тоже очень нравится, несмотря на то, что времени просто на безделье почти не остается.
Мама даже рада этому. «Больше нужных дел – меньше времени на шалости!» – так она говорит.
Шалить я все равно успеваю.
«Для мальчика это неизбежно.. – вздыхает мама по этому поводу. – Но тут уж ничего не поделаешь! Мальчик он и есть мальчик. »
В общем, тот новогодний бал был самым лучшим праздником в моей жизни. Вдобавок ко всем танцам, конкурсам, призам и подаркам, я – то есть мой костюм – получил и Гран-при в конкурсе костюмов.
Мама и Ксюха были просто в восторге. Правда, Ксюха немного дулась из-за того, что ее костюм принцессы получил только первое место.
Но вот праздники кончились, наши костюмы были спрятаны в шкаф, и начались обыкновенные будни. Я ходил в школу, куда время от времени вызывали маму, спорил и ссорился с сестрой, что было для мамы очень огорчительно, и не очень аккуратно убирал в своей комнате, что тоже было не так уж и радостно даже для меня самого. Я бы хотел чаще видеть улыбку на мамином лице. И я не хотел так часто ссориться с сестрой. Само как-то получалось.
А потом вышло так, что я немного приболел. Грипп.
Неделю я провалялся в постели, и мама с сестрой очень переживали за меня, и очень заботливо ухаживали за мной. А потом еще неделю я просидел дома, постепенно приходя в себя. И мама так строго запретила мне выходить на улицу, что я не рискнул нарушить ее запрет.
Вот в конце этой второй недели и случилось так, что я чувствовал себя уже совсем почти хорошо, но все равно сидел дома, пока Ксюха была в школе, а мама – на работе.
День уже приближался к вечеру. Я долго спал, потом смотрел телевизор, читал книжку, играл в свои старые машинки, но все равно мне было скучно.
Тогда я подошел к шкафу, где висели наши новогодние костюмы, и принялся вновь их разглядывать, вспоминая ощущение праздника, которое было связано с ним. Мне даже захотелось вновь нарядиться принцем. Еще больше, как ни странно, мне захотелось надеть платье принцессы. Мне, вообще-то, уже в тот день хотелось его примерить, когда Ксюха сама его примеряла и вертелась перед зеркалом.
Я даже покраснел от своих собственных мыслей. Хотя что тут было краснеть – никто же не может слышать, как человек думает. Все еще краснея, я протянул руку и прикоснулся к платью принцессы. Только прикоснулся. Какая это была замечательная, гладкая ткань. А ткань сорочки с пышными юбками, которые Ксюха надевала под платье, была еще мягче и тоньше! Я только вздыхал, разглядывая и разглаживая их. И мне с каждой мгновением все больше хотелось нарядится принцессой. Даже больше, чем принцем. И все-таки я не стал этого делать. И не только потому, что это было не мое платье. А просто.. Ну что за праздник в одиночку.
Зато я вдруг вспомнил то удивительно приятное, уютное чувство, которое давали мне колготки, что я носил вместе со своим костюмом. Они так классно обтягивали ноги.
И теперь мне уже захотелось надеть колготки! Я немного подумал, и решил, что колготки надеть я, пожалуй, могу. Но я не стал надевать эти разноцветные, праздничные – все по той же причине.
Я пошел в комнату к Ксюшке и открыл ее шкаф. Я надеялся, что там есть колготки, которые она еще не надевала.
Действительно, там лежала новая пара белых нарядных колготок, в еще нераспечатанном пакете.
Я взял пакет, пошел в свою комнату, снял свои спортивные штаны, и надел колготки. С некоторым трудом, между прочим. К счастью, мама научила меня, как надо их надевать, а то бы я, наверное, так и не сумел бы их натянуть правильно. К тому же я еще не забыл, как носил свои собственные колготки, в детский сад.
Надев колготки, я подошел к зеркалу, и, задрав свою футболку, стал разглядывать свое отражение. В общем-то, смотрелся я неплохо. Ноги у меня не кривые, не худые, и только попа не такая круглая, как у Ксюхи. Но я ведь мальчик, и мне и не положено иметь такую же попу, как у девочки.
Между прочим, моим ногам в этих белых плотных колготках было так же уютно, как и в тех, праздничных, разноцветных. И мне уже не хотелось их сразу снимать, как я собирался с самого начала. Я-то ведь собирался их снять и уложить обратно в пакет, чтобы Ксюха ничего не заметила. (Хотя разве можно не заметить, что белье уже кто-то надевал. )
В то же время мне не хотелось ходить только в одних колготках. Нужно было что-нибудь одеть сверху. Только не спортивные штаны! А то будет слишком жарко.
И я вспомнил, что в садик мама поверх колготок надевала мне шортики.
Я как следует пошарил в шкафах и нашел свои старые шорты, которые носил года два назад. Это были маленькие трикотажные черные штанишки, и я надеялся, что они вновь налезут на меня.
Я заправил в шорты футболку и снова подошел к зеркалу. Теперь был полный порядок. Я был полностью одет – как маленький мальчик. Я смотрелся так забавно в этих маленьких штанишках и колготках, что даже сам себе хихикнул. Но мне было очень хорошо. Я вспомнил, как был маленьким, как старался всегда и во всем помочь маме, и как она называла меня своим лучшим помощником, так что Ксюха даже ревновала меня к маме из-за этого.
И я решил снова сделать для мамы – и для сестры тоже! – что-нибудь хорошее. Я же говорю, я очень их люблю, и они ведь так беспокоились обо мне, когда я валялся в постели с высокой температурой.
Прежде всего, я убрал у себя в комнате. Все эти дни за меня убирали мама с Ксюхой, но я ведь уже выздоровел. Я заправил кровать и как можно красивее уложил подушки. Потом я включил пылесос и пропылесосил все ковры. Потом я пошел в ванную и заглянул в ящик для грязного белья. Там лежали несколько простыней и наволочек. Я обрадовался! Я знал, как стирать, хотя мама и боялась доверить мне эту дорогую, недавно купленную стиральную машину.
А что тут бояться? Надо действовать по инструкции.
После этого у меня еще осталось время, и я нарисовал картинку, где изобразил нас троих и подписал: «Это мы!» Рисовать у меня не очень хорошо получается, но я старался изо всех сил.
А тут и двери открылись.
Пришли мама с Ксюхой!
Я обрадовался и побежал к дверям с картинкой в руках:
Мама, Ксюшка, смотрите, что я нарисовал. – закричал я вместо приветствия, едва мама с сестрой вошли в прихожую.
Боже мой! – воскликнула мама. – Это что у нас тут за старшая группа детского сада. Нет, даже на старшая. Средняя!
Мама, он надел мои новые колготки! – возмущенно завопила Ксюшка. – Я еще сама их не надевала, а он надел.
Ладно, не жадничай, я тебе куплю новые! – одернула ее мама. – Делов-то. Зато смотри, какой он лапочка в этих колготках и штанишках.
А еще я убрал в своей комнате, пропылесосил ковры и постирал! – поторопился добавить я.
Боже мой! – снова воскликнула мама. – И. Машина в порядке.
Мама скинула свои сапоги, повесила шубу и шапку, и помчалась в ванную.
Увидев развешенное на веревке белье, и проверив машину, она сказала:
И озабоченно потрогала мой лоб.
Может быть, у тебя опять температура?
Нет у меня температуры! – сказал я. – Просто я по вас скучал и хотел сделать вам что-нибудь хорошее.
И ты и вправду сделал! – воскликнула мама, и, присев, принялась меня обнимать и целовать.
Ксюша посмотрела на меня сначала недоверчиво, а потом хихикнула и сказала:
А ты и правда в моих колготках и этих шортиках смотришься как ангелочек! Прямо не верится, что ты мой брат.
Это на тебя так мои колготки подействовали? – спросила Ксюшка. – Может быть, ты теперь и платья мои будешь носить.
Это было ехидное замечание, но я, почему-то, не стал обижаться, а серьезно сказал:
Глупая ты все-таки, Ксюшка! Я же сказал – я хотел сделать для вас с мамой что-нибудь хорошее, а ты ехидничаешь!
Тут я перехватил мамин взгляд, которая смотрела на меня с загадочным блеском в глазах.
Мама, ты чего. – спросил я. – Ты же не собираешься наряжать меня в платье, как девочку.
Не собираюсь. – кивнула мама, все еще улыбаясь. – Но ты знаешь, маленький, мы действительно с Ксюшей долго не могли выбрать из двух платьев одно, и, в конце концов, мне пришлось купить оба. Наверное, это не случайно.
Не называй меня маленьким! – недовольно буркнул я.
Ну почему же, золотце ты мое? – нежно спросила мама, вновь обнимая меня и целуя в обе щеки. – Во-первых, ты все еще не такой уж и большой. Как и твоя сестра. Во-вторых, ты ведь сам оделся, как маленький мальчик. И тебе очень идет быть одетым так. Хочешь, я тебе тоже куплю колготки, чтоб не пришлось вновь занимать их у Ксюши. Ну, хочешь. Только честно!
И мама опять меня обняла и поцеловала. Это было так приятно, что я не стал спорить и сказал:
Вот и славно! – просияла мама. – Только не годится все время ходить дома в белых колготках. Для дома я куплю тебе синие, такие же, как у Ксюши. А белые будут на выход.
И мама, поправив на мне шортики, слегка меня шлепнула.
Ты моя прелесть! – сказала она.
Я покраснел. А Ксюшка засопела. Она опять ревновала.
Да ты мое солнышко! – быстро повернулась к ней мама. – И ты моя прелесть! Вы у меня две прелести! Два моих самых важных в жизни человечка!
И мама, обняв Ксюшку и расцеловав ее, тоже слегка ее шлепнула.
Ксюшка облегченно вздохнула.
Я посмотрел на сестру снисходительно. Что тут ревновать. Мама любит нас совершенно одинаково.
Женечка, и все-таки.. – сказала тут мама. – Давай ты все же примеришь одно из платьев? Вы с Ксюшей одного роста, и мне хочется увидеть оба платья одновременно. На собственных детях.
Ну, начнем! – сказала мама. – Примерять будем в моей комнате.
Там мама сказала мне снять шорты, и помогла Ксюше снять ее школьное платье. Теперь мы оба были с ней одеты почти одинаково. Я в белых колготках и белой футболке, а Ксюша тоже в белых колготках и белой нижней сорочке, которую она носила под платьем.
Мама перемигнулась со мной, и первой принялась одевать Ксюшу. Она надела ей розовое платье с белым кружевом по подолу и краям рукавов. Кружевом было обшито и само платье, в несколько рядов.
А затем точно также же платье мама одела и на меня! Только это было не розовое, а светло-зеленое платье, но кружево на нем было тоже белоснежное. Еще у платьев были совершенно одинаковые белые отложные воротники, застегивающиеся спереди.
Платья были одинаковой длины, и не доходили примерно ладонь до наших колен. Ксюша в этом новом наряде смотрелась просто великолепно.
«Интересно, а как я выгляжу я сам?» – подумал я. Конечно, это было не платье принцессы, но зато оно уже было на мне. И ощущения у меня были самые приятные.
И тут Ксюша воскликнула:
Мама, какой Женя хорошенький! Ему так идет быть в платье! Как будто у меня не брат, а сестра!
И Ксюша в порыве чувств кинулась ко мне и принялась меня целовать и обнимать.
Самое странное, что я вдруг, неожиданно для себя, тоже обнял ее в ответ и поцеловал в щеку, чего не делал уже лет сто, с ранних детсадовских времен.
А ты еще красивее в этом платье! – сказал я ей. – Ты вообще очень красивая девочка.
Правда. – спросила Ксюша, розовея под цвет своему платью. – Ты это взаправду сказал.
Конечно, взаправду! – воскликнул я.
И опять обнял и поцеловал свою сестру. Я чувствовал к ней такую братскую любовь! И уже не хотел этого скрывать, и не стеснялся этого.
Да вы мои ненаглядные! Вы мои замечательные! – воскликнула тут и мама. – Как я рада все это видеть и слышать. Вы самые лучшие дети на всем белом свете!
И мама, наклонившись к нам, обняла нас обоих.
Жаль только, волосы у тебя короткие. – сказала она мне. – А то бы можно было заплести тебе банты.
Мальчики же не носят платьев. – пробормотал я.
Почему же не носят? – сказала мама. – Кто устанавливал такие правила? А если это красиво? Если от этого у мальчиков смягчается характер. Я думаю, Ксюша совершенно права! И разве тебе самому неудобно или неприятно? Ну-ка, повернись туда и сюда!
Я повернулся. Подол платья взметнулся вверх, и мне стало вдруг очень приятно. Колготки обтягивали ноги, а платье давало ощущение какой-то новой свободы, не так, как шорты или штаны.
Ну вот, чувствуешь? – спросила мама.
Я только молча кивнул головой, потому что и в самом деле чувствовал себя в платье очень хорошо и уже не хотел его снимать. Но вслух я сказал:
Мне теперь переодеваться.
Ни в коем случае! – сказала мама. – Это твое собственное платье и ты можешь носить его сегодня сколько захочешь.
Но оно же праздничное. – возразил я.
А у нас сегодня праздник. – улыбнулась мама. – Ты выздоровел! Ты сделал мне и Ксюше подарок, а я сделала подарки вам обоим. Так что я пойду сейчас приготовлю что-нибудь вкусненькое, а вы с Ксюшей идите пока поиграйте!
Ну, во что могут играть две хорошенькие, две примерные девочки? – улыбнулась мама. – Конечно, в куклы.
И мы и правда пошли с Ксюшей играть в куклы.
С тех пор мы с ней часто играем в девчачьи игры и больше не ссоримся и не деремся. И платья я теперь тоже ношу очень часто. Если честно, дома я вообще ношу только платья. Их у меня уже полный шкаф.
Но это не означает, что я превратился в девочку. Нет, я так и остался мальчиком. Только уже другим, не таким, как прежде. Днем я гоняю с пацанами в хоккей, и в футбол, иногда дерусь даже, но это ведь только на улице. А дома я играю с сестрой и мамой, как будто я – примерная девочка, послушная дочка и верная сестренка. Это классная игра. И вот ведь парадокс – чем больше я играю в девочку, тем сильнее чувствую себя мальчиком.
Волосы у меня теперь и в самом деле отросли. На улице и в школе я ношу хвост, типа, как испанский мачо. И никто не знает, что дома мама или Ксюша делают мне косички и заплетают в них банты. При этом мама и Ксюша даже иногда спорят, чья очередь их заплетать. Они обе у меня такие лапочки.
Я рос скромным, тихим мальчиком, в школе хорошо учился, но при этом из-за своего характера считался в классе «белой вороной», и подвергался разным насмешкам и унижением со стороны одноклассников. Я находился под сильной опекой своей мамы, она чересчур лелеяла и заботилась обо мне. Всю одежду, которую я носил, она покупала мне сама, в выборе одежды я не был самостоятельным, что мама купит, то и носил. И выбор мамы часто отличался от нормальной одежды, подходящей для мальчика. Я носил обычно нелепые кофты, некрасивые брюки, моя одежда была слишком похожей на одежду «ботаников» и была совсем не модной. Даже мне казалось немного девчачьей.
Постепенно в моём шкафу начинали появляться новые упаковки колготок. Мама стала активно покупать их мне, даже несмотря на то, что старые колготки я ещё не порвал. Просто у меня теперь появились колготки разных цветов. В дополнение к чёрным мама купила беленькие и розовые. Цвета прямо скажем девчачьи, да и сами колготки были с узорами и кружевами. Но ничего не поделаешь, пришлось их носить.
Где-то через 2 месяца я так привык к колготкам, что для меня стало почти естественным их носить. И тут однажды открыв свой шкаф, я обнаружил там белые женские панталоны с кружевами. Сначала их вид у меня вызвал улыбку, я решил, что мама закинула их ко мне по ошибке. Но когда я спросил у мамы, что делают панталоны у меня в шкафу, она сказала что купила их мне.
А мне всё равно что носят другие, вот и пусть они замерзают! А мой сын будет носить то, что я скажу!
Спорить было бесполезно и на следующий день я пришёл в школу одетый в колготки и женские панталоны, под низом брюк. Заметить это естественно никто не мог, но тем не менее мне было поначалу крайне неловко. Хорошо хоть мне не приходилось ходить на физкультуру, так как у меня было освобождение, из-за проблем с моей физической слабостью, и поэтому мне не приходилось переодеваться у всех на виду. Да, я был слабым как девочка, если на меня в школе кто-то пытался нападать я защищаться не мог и обычно плакал, если били меня слишком больно.
Ещё через какое-то время мама купила мне ещё одну девичью вещь. Это была прозрачная ночнушка, с кружевами у груди и по краям ночнушки. Естественно прежде чем надевать это, я поинтересовался у мамы: зачем она мне купила ночнушку для девочек. Мама ответила:
— Это же красиво! Спать в ней будет очень удобно. Не то, что в твоей нелепой мальчишеской майке.
— Ну это же девчачья одежда!
Какая разница? Я же вижу что тебе хочется носить девичью одежду! Поэтому и купила тебе весенние колготки.
Как мама узнала, что мне хочется носить девичью одежду, я не знал. В чём-то действительно она была права. Одна часть меня хотела одевать девичью одежду, испытывая от этого какое-то наслаждение и тайную страсть, а другая часть меня сопротивлялась и призывала быть нормальным пацаном и выкинуть все эти девчачьи штучки из своей жизни.
Но в итоге победила именно девчачья часть моей души. Я начал носить тонкие весенние колготки. Кроме того, мама купила мне ещё и две пары настоящих девичьих трусиков, которые в результате полностью заменили мои мужские трусы и я стал постоянно их носить. Но ещё более унизительным стало однажды увидеть в моём шкафу женский бюстгальтер 1-го размера. Мама почти не смогла внятно объяснить зачем мне бюстгальтер, если у меня нет женских грудей. Но носить бюстгальтер мама меня очень настойчиво заставляла. До тех пор пока я не понял, что к чему. Месяца через два я заметил, как моя грудь начала набухать и увеличиваться в размерах, приобретая совсем не мужские черты. Из-за чего это происходит я не догадывался. Где-то к 1 сентября, к началу нового учебного года, моя грудь выросла до таких размеров, что мне уже приходилось скрывать её от окружающих. И бюстгальтер 1-го размера стал мне подходить идеально. Естественно, это вызвало большое смущение и подавленность у меня. Я постоянно расспрашивал маму о том, что со мной происходит, но мама лишь намёками давала понять мне, что мне нужно постепенно становиться девочкой, это для моего же блага.
Поначалу в школу мне приходилось надевать очень просторные, широкие кофты, чтобы скрыть свою большую грудь. И это поначалу помогало, хотя уже многие знали, что со мной происходит что-то странное. У меня и голос стал похож на девчачий и манеры поведения. Да и бюстгальтер, который я носил под кофтой, однажды заметили одноклассники. Это произошло, когда я сидел на уроке, а сидящие на парте сзади пацаны заметили, что под моей кофтой просвечивают лямки бюстгальтера. Они шутя ухватили меня за лямку бюстгальтера и я понял, что моя тайна раскрыта.
Через какое-то время я полностью перешла на женскую одежду. Я осмелела и начала надевать в школу юбку, колготки, туфли на высоком каблуке, блузочку. В общем была в полном наряде. И ещё причёску мне сделали красивую в женском салоне красоты.
Так началась моя девичья жизнь. Как в последствии мне стало известно, мама в тайне подмешивала мне в пищу женские гормоны, благодаря которым выросла моя грудь, феминизировалась внешность, изменился голос. Сделала это мама по причине того, что думала так будет лучше и ей и мне, она всегда мечтала, чтобы я была девочкой, а мне в обществе было бы тяжело жить с таким слабым характером, если бы я остался мужчиной.
Может быть она и права. По крайней мере сейчас я почти смирился с тем, что я теперь девушка и вижу в женской жизни массу преимуществ.