медведевский лес в орле история
«Без срока давности»: Трагедия Медведевского леса
О трагической истории, что случилась 77 лет назад, читателям «Орловской правды» решили напомнить обратившиеся в нашу редакцию председатель общественного совета историко-краеведческого музея Северного района г. Орла Людмила Яковлевна Петрова и Лилия Павловна Ничипорук, много лет проработавшая заместителем директора школы №13 Орла. И не только напомнить, но и общими совместными усилиями восстановить имена жертв зверской фашистской расправы над нашими земляками.
Страшная находка
В конце июня 1943 года фашисты расстреляли в Медведевском лесу более 350 узников городской тюрьмы. Сразу после освобождения Орла в нём приступила к работе государственная комиссия по расследованию злодеяний фашистов в период оккупации. Место захоронения казнённых обнаружили в том же году. Здесь был установлен скромный памятный знак без всякой надписи.
Весной 1988 года восьмиклассники орловской школы №13 Слава Красотин и Алёша Родионов отправились в Медведевский лес, чтобы накопать червей для рыбалки, и случайно обнаружили там человеческие кости, черепа с огнестрельными отверстиями в затылочной части, полуистлевший футляр с остатками очков, галоши и другие предметы. Школа сразу сообщила о страшной находке на областную станцию юных туристов руководителю клуба «Дорогой отцов» Г. В. Малюченко, в Железнодорожный райком партии и гороно.
Сейчас все проезжающие по дороге в Москву и обратно на 356-м км Московского шоссе видят обелиск из серого гранита с металлическим барельефом трёх скорбных женских лиц и надписью «В этом месте накануне освобождения Орла оккупантами было уничтожено более 350 мирных жителей и военнопленных». В 2006 году рядом с памятным знаком установили и поклонный крест.
«Чтобы в бессмертье всех вас возвратить…»
Учитель школы №13 Л. М. Попов в конце 1980-х годов писал в своём стихотворении:
Простите нас, что долго
Мы часто в двери, как
Чтобы в бессмертье всех
Более молодых и сильных узников везли со связанными за спиной руками. В лесу их подводили к заранее вырытым рвам-могилам, заставляли раздеться и расстреливали в затылок. Имена расстрелянных спустя столько лет после войны восстановить, конечно, сложно, а вот имена их палачей известны уже давно.
Банкет после расстрела
Из показаний Карла Горни на суде в 1974 году: «…Красная Армия приближалась к Орлу. Нам был дан приказ расстрелять всех узников орловской тюрьмы. Акций было несколько: во время одной из них расстреляли 70 человек.
Пятнадцать советских граждан и один человек, говоривший на немецком языке, были расстреляны под моим командованием…»
Среди палачей кроме немцев были и изменники Родины: Марушев, Лунёв, Швейгер-Блохин, Макрушин, Романников, Голубев, Рындин, Мельник и другие, которые в течение многих лет скрывались в дальних краях и даже странах под чужими фамилиями, изменяя свою внешность, присваивая чужие биографии, запасаясь фальшивыми документами, входя в доверие к людям, выдавая себя за активных участников боевых действий и даже получая награды и ветеранские льготы. Но благодаря настойчивой, сложнейшей работе чекистов и Управления КГБ СССР по Орловской области, показаниям многочисленных свидетелей и неоспоримым доказательствам все они получили суровое наказание за свои деяния. В частности, к высшей мере наказания были приговорены Данила Смыляев и Василий Коробкин.
Палачи не щадили и детей. Мальчишка лет 12 спрятался в машине под сиденье в надежде остаться живым. Худой, измученный, он судорожно дрожал. Кузнецов, один из карателей, выволок его за ноги…
Трупы забросали сосновыми ветками, засыпали землёй и подошли к вороху одежды. Солдат извлёк пуховый платок, стал рассматривать его, но подошедший фельдфебель отнял его у него.
Затем все поспешно сели в машину и покатили в Мерцалово.
По долгу памяти
С тех трагических дней прошло много лет, но память о безвинных жертвах фашистского террора не меркнет. Ежегодно накануне 9 Мая и 5 августа у памятного знака в Медведевском лесу проходят торжественные митинги с участием ветеранов войны и боевых действий, молодёжи и школьников. 1 сентября здесь проводят уроки мужества, сюда возлагают цветы молодожёны. Молодёжь Северного района следит за чистотой, порядком и благоустройством этой территории и чтит память о своих земляках, погибших летом 1943 года.
Орловская область находилась в эпицентре кровопролитных боёв, два года она была оккупирована немецко-фашистскими захватчиками, которые установили здесь свой так называемый новый порядок, режим террора и насилия в отношении мирного населения.
Этапы реализации проекта в 2020 году:
* Проведение поисковых экспедиций в 10-ти субъектах РФ и разведок в 12-ти регионах; работа «Архивных десантов» в региональных архивах.
* Проведение выставок архивных документов в 85-ти субъектах РФ.
* Презентация сборника документов «Без срока давности».
* Лекции о причинах Второй мировой войны и презентации проекта на форумах агентства Росмолодёжь.
* Конференция «План «Ольденбург», посвящённая исследованиям экономического подраздела плана нападения Германии на СССР «Барбаросса» и его реализации.
Медведевский расстрел: правда и вымысел
Почти семьдесят лет назад в Медведевском лесу расстреляли 157 заключенных орловской тюрьмы. Все они были «политическими». Об этой истории стало известно 20 лет назад. С тех пор она основательно обросла мифами и в ней осталось много неясного.
Это не должно повториться
Орловская тюрьма была известна на всю страну еще с царского времени. В ней и до революции, и после содержались «политические».
В своих воспоминаниях о тюрьмах и лагерях «Это не должно повториться», сегодня уже почти забытых и потерявшихся среди сотен подобных, репрессированный чекист Сурен Газарян пишет об орловской тюрьме: «Поняли мы, что нам предстоит знакомство со страшным орловским централом».
Саму тюрьму он описывает так: «Это было старинное трехэтажное мрачное сооружение из красного кирпича, почерневшего под действием времени. Внутри большой прямоугольный коридор, вернее не коридор, а большое прямоугольное помещение, откуда видны все три этажа со сплошными балконами с высокими перилами, за которыми виднелись камеры… Камера произвела на нас непередаваемо угнетающее впечатление. Низкий темный свод свисал почти над головой. Крошечное окно, затемненное армированным стеклом и закрытое снаружи неизменным козырьком, еще больше затемняло помещение. У трех стен вцементированы в пол тяжелые, мрачные койки. Посреди камеры вбит в пол маленький железный столик, а рядом со столиком – такая же железная табуретка. Около двери – небольшая, но тяжелая железная параша. Да, камеры соловецкой тюрьмы по сравнению с этой были дворцами. Режим был строгий. Днем разрешалось только сидеть на нарах, и любители поспать вспоминали соловецкую тюрьму».
Через три месяца Газаряна переводят в пятиместную камеру в другой корпус, где он знакомится с некоторыми их тех, кого потом расстреляют в Медведевском лесу.
В 1989 году было возбуждено уголовное дело, которое должно было пролить свет на тот расстрел. Бывший начальник УНКВД по Орловской области К.С. Фирсанов был допрошен в качестве свидетеля.
Отмечая скрытность и тщательность, с которой была проведена операция, он указал: «С лицами, которые должны были быть подвергнуты расстрелу, в камерах продолжало находиться человек примерно 200 осужденных. Это было сделано для того, чтобы замаскировать предстоящую акцию».
Матерчатый кляп
В одной камере оказались люди самых разных политических убеждений. «Это уже вторая камера, в которой я был единственным коммунистом», – пишет Газарян. Сам он неоднократно подчеркивал, что он убежденный сторонник советской власти и политики Сталина, а арестовали его по наговору.
В одной камере с ним сидели известные деятели тогдашней оппозиции, расстрелянные позже в Медведевском лесу. Это член центрального комитета партии эсеров Вадим Чайкин, «убежденный враг советского государства», один из крупнейших деятелей левых эсеров, муж знаменитой Марии Спиридоновой Илья Майоров.
Сама Спиридонова, как известно, в это же время тоже находилась в орловской тюрьме. При этом Майоров писал десятки писем в различные инстанции, пытаясь узнать хоть что-то о судьбе жены и о том, жива ли вообще. Когда на счет Майорова поступили деньги, отобранные у него во время обыска и не занесенные в протокол, но найденные по его многочисленным заявлениям, Майоров не потратил ни копейки. Надеясь, видимо, что они достанутся жене. Встретились ли они во время расстрела?
Вполне естественно, что в камере разгорались жаркие политические споры. Ожесточеннее всего спорили, как ни странно, именно представители двух фракций эсеров, «убежденные враги советского государства». Увели их, так и не помирившимися между собой…
В этой же камере сидели два интеллигента-преподавателя, которые от политики боязливо держались в стороне: профессор римского права Владимир Карпенко и преподаватель математики Сергей Гинсбург. Последний «недоумевал по поводу своего ареста и ругал некоего Платта, который своими показаниями оговорил его».
Карпенко сдержанность не спасла – он навсегда остался в Медведевском лесу, как Чайкин и Майоров.
Немцы подходили к Орлу. 6 сентября 1941 года Берия пишет Сталину о том, что государственные преступники ведут среди заключенных «пораженческую агитацию и пытаются подготовить побеги для возобновления подрывной работы». В связи с этим предлагается расстрелять 170 человек по прилагаемому списку. В тот же день Сталин подписывает соответствующий приказ.
Как показало расследование 1990 года, приговор был незаконным и необоснованным – без возбуждения уголовного дела и предварительного судебного разбирательства, материалов об антисоветской деятельности заключенных, по свидетельству бывшего начальника 1-го спецотдела НКВД Баштакова, не поступало.
Эфрона здесь не было
Списки составлялись в такой спешке, что в него были включены умершие заключенные или переведенные в другие тюрьмы. Расстрелян был даже Борис Воронович, который еще 28 мая был оправдан и подлежал освобождению, однако по неизвестным причинам продолжал содержаться в орловской тюрьме.
О том, как протекала процедура объявления осужденным приговора, Фирсанов сообщил следующее: «Они препровождались в особую комнату, где специально подобранные лица из числа личного состава тюрьмы вкладывали в рот осужденному матерчатый кляп, завязывали его тряпкой, чтобы он не мог его вытолкнуть, и после этого объявляли о том, что он приговорен к высшей мере наказания – расстрелу. После этого приговоренного под руки выводили во двор тюрьмы и сажали в крытую машину с пуленепробиваемыми бортами».
В итоге в лесу под Орлом 11 сентября 1941 года расстреляли 157 человек. Среди них такие видные политические деятели, как Бессонов, Раковский, Спиридонова, Майоров, Ольга Каменева.
Но были и инженеры, и политэмигранты, и музыканты, и писатели, и обычные малограмотные люди. В Медведевском лесу похоронена, например, родная тетка Булата Окуджавы. В интернет-базе жертв политических репрессий можно найти информацию обо всех расстрелянных в Орле. Например, «Строилов Михаил Степанович, род. в 1899 г., гл. инженер треста «Кузбассуголь». Арестован в 1936 г. Обв.: 58-6, 7 (процесс антисоветского параллельного троцкистского центра)». Или: «Тян-Фу-Гуй, род. в 1921 г., китаец; малограмотный, обв.: 58-10 (антисоветская агитация)». Вообще, в орловском расстрельном списке оказалось много китайцев. О некоторых убитых известно очень мало: «Тухарь Федор Степанович. Род. в 1921 г., русский, румынский подданный; образование 4 класса; обв.: 58-10». «Никифоров Георгий Илларионович, род. в 1882 г., Ленинград; русский; образование среднее. Обв.: 58-6, 58-10». И так далее.
Сегодня довольно распространен миф о том, что в Орле был расстрелян и муж Марины Цветаевой Сергей Эфрон. Он возник с публикации 1988 года в газете «Собеседник». Тогда в список расстрелянных в Орле то ли ради красного словца, то ли по незнанию – тогда раскрывать имена репрессированных только начали, включили Эфрона, нескольких жен расстрелянных генералов. Информация пошла кочевать по СМИ и сайтам. На самом деле КГБ вскоре опровергло ее – Эфрона расстреляли в Москве.
Расследование 1990 года места расстрела не обнаружило. Из пояснений Фирсанова следует, что деревья, которые находились в лесу на месте захоронения, предварительно выкапывались с корнями, а после погребения расстрелянных были посажены на свои места.
parenmisha
parenmishaparenmisha
Лишь тот достоин счастья и свободы, кто каждый день за них идёт на бой!
Недавно на местном ресурсе была опубликована статья «Расстрел в Медведевском лесу» из цикла «Злые большевики убили и съели стотыщмильёнов младенцев». Всю её разбирать не имею ни времени, ни желания, но некоторые моменты разобрать стоит.
Статья посвящена событиям сентября 1941 года, когда власти СССР, вместо того, чтобы эвакуировать заключённых из Орловского централа, их, якобы, расстреляли. Перлы начинаются буквально с первых предложений (цитаты выделены курсивом).
Частенько пули тогда дырявили невинных (последующая реабилитация хоть и оправдывает, но не воскрешает). Особенно много было попов и чекистов.
Вот интересно, «частенько» – это насколько часто? Это когда невинные составляют 1 процент расстрелянных? Или 10%? Или 50? Я вовсе не хочу сказать, что абсолютно все приговорённые к ВМН были виновны. Конечно, были и неправосудные приговоры, однако, таковые случались и случаются во все времена и во всех странах, увы. Хотелось бы узнать, насколько «много», по мнению «орлецов», было «попов». И откуда авторы черпали сведения. Кстати, один из авторов сайта, всё сокрушается, что закон запрещает ему глумиться над чувствами верующих. Ну да ладно, идём дальше.
Были там и известные учёные, поэты, писатели, врачи, которые к политике не имели никакого отношения. Но вредили государству вовсю, ибо нефига заниматься физикой и выводить новые химические формулы, когда надо помогать строить колхозы и умножать поголовье скота.
Берия пишет докладную записку отцу народов: «В Связи с Военными действиями между СССР и Германией предлагаю расстрелять наиболее озлобленную группу государственных преступников в количестве 170 человек». Список прилагается. Сталин дал «добро»…Выяснилось, что из 170 приговорённых можно чпокнуть только 161. Потому что несколько человек, будучи сознательными «врагами народа», поняли свою неправоту перед советской властью и уже умерли, а ещё парочку уже освободили, решив, что они не виновные.
Угу, получается, что составляя список, Лаврентий Павлович не удосужился проверить, кто же всё-таки сидит в орловской тюрьме. Вписывал фамилии «от балды». Похоже, что авторы переносят на товарища Берию свой стиль работы.
После этого приговоренного под руки выводили во двор тюрьмы и сажали в крытую машину с пуленепробиваемыми бортами.
Вот интересно, что авторы имели в виду, говоря о «крытой машине с пуленепробиваемыми бортами»? Автозак? А на кой чёрт, простите, бронировать автозаки? А на какой базе такую машинку создавать? Ведь тяжёленькая получается! А с тяжёлыми грузовиками в СССР была проблема. А САСШ ещё по ленд-лизу нам свои «Студебеккеры» да «Доджи» ещё не поставляли. Кроме того, этому броневику предстояло увлекательное путешествие за город. По размытым сентябрьскими дождями тропинкам.
Далее пленника везли к месту расстрела, которое было выбрано в 10 км к северу от Орла, на территории Медведевского леса (сейчас входит в границу муниципалитета). Место для экзекуции было обычным, так как здесь расстреливали орловчан с 1937 года.
Деревья, которые находились на месте будущего захоронения расстрелянных, предварительно выкапывались с корнями, а после погребения тел, были посажены на свои места. Делалось это аккуратно, корешок к корешку. Причём с 11 сентября (день казни) до 3 октября включительно (захват немцами Орла) группа чекистов под видом грибников тщательно проверяла замаскированность захоронения.
Авторы представляют себе объём необходимых работ? Какая могила нужна для захоронения 170 человек? Это сколько человек нужно привлечь, чтобы такую яму вырыть? А как деревья выкапывались с комлем? И как без спецтехники такое провернуть? Нагнать народу, как на строительство египетской пирамиды? А как же секретность? Вот пусть авторы попробуют для примера пересадить хоть одну яблоню у себя на даче. И замаскировать следы пересадки «корешок к корешку». И для чего потом «проверять замаскированность захоронения», если замаскировали априори «аккуратно, корешок к корешку»?
И ещё: а расстрельный участок «закрывали» от праздношатающихся грибников? Ведь если не закрыть, то мало ли кто увидит, что тут делается! И тогда маскируй, не маскируй – толку не будет. А если на время расстрела закрыть, а потом открыть, то слишком много любопытствующих может объявиться: мало ли что перед наступающими немцами могут зарывать! Золото партии, например. У людей фантазия богатая! А если закрыть участок и не открывать, то и маскировать ни к чему: кто тут что увидит, если доступа нет?!
Разобрав сей приступ демшизы, идём дальше:
«Возвращаясь к исконным традициям наших предков, уместно будет вспомнить поговорку из русских сказок Долг платежом красен. Когда Орёл был под оккупацией, уже коллаборационисты расстреливали сталинистов и их пособников всё в том же Медведевском лесу.»
Вы заметили? Не советских деятелей, не пленных бойцов Красной армии, не подпольщиков, а сталинистов! Поскольку для авторов «Орлеца» слово «сталинист» носит явно отрицательный оттенок, то вкупе с процитированной выше поговоркой, становится совершенно ясно, на чьей стороне в этой истории их симпатии.
К сожалению, этот приступ демшизы до сих пор вписан в официальную историю Орла. Тема эта только ждёт своего беспристрастного исследователя.
Палач на пригорке
К 75-летию Орловского расстрела
11 сентября 1941 г. в Медведевском лесу под Орлом были расстреляны 157 заключённых местной тюрьмы – Орловского централа. История знаменитая, на месте расстрела сейчас стоит памятник. Но есть ряд моментов, широкому читателю не известных.
Секретное захоронение
В конце 1980-х на окраине Орла предстояла застройка территории близ Медведевского леса. И выяснилось: на, выразимся так, «специальных» картах города есть пометка о расположенном там каком-то секретном захоронении. Вроде бы по линии НКВД времён репрессий – но в местном КГБ толком ничего не знали. Обком дал команду разобраться. А уже шумела перестройка, открывались «белые пятна истории». Стало известно: Мария Спиридонова – героиня Первой русской революции, а потом лидер левых эсеров; крупный большевик Христиан Раковский; великий врач, профессор Дмитрий Плетнёв, ещё ряд знаковых фигур были расстреляны в 1941‑м под Орлом…
В общем, так одно к одному и сошлось. Делом занялась Главная военная прокуратура (ГВП) СССР, а конкретно – старший военный прокурор Владимир Дмитриевич Перваков.
Список Берии
Сентябрь 1941-го. Немцы идут к Орлу. А здешний централ и при царе был одной из самых суровых тюрем империи, в сталинские же годы – тем более. Сидели уголовные, политические, в том числе видные фигуры. Та же Спиридонова, её муж Илья Майоров, эсер Вадим Чайкин. Упомянутый выше Раковский в 1938-м был одним их обвиняемых на громком процессе «Антисоветского правотроцкистского блока» («Третий московский процесс»). Его тогда не расстреляли, дали 25 лет. Сейчас – в Орле. Срок вместо высшей меры тогда получили ещё двое подсудимых – Сергей Бессонов (советский дипломат и разведчик в нацистской Германии) и профессор Дмитрий Плетнёв – великий врач, обвинённый в причастности к «убийству» Горького. Тоже здесь находились. «Третьему процессу» предшествовал «Второй» – «Параллельного антисоветского троцкистского центра» (1937). И на нём двое подсудимых получили не расстрел, а тюремное заключение – «инженер-вредитель» Михаил Строилов и Валентин Арнольд, шофёр, обвинявшийся в покушении на Молотова. Нынче – в централе. Ещё – Ольга Каменева (сестра Троцкого и жена Льва Каменева), Сергей Ежов (племянник страшного наркома НКВД Ежова, уже снятого и расстрелянного), ряд других заключённых «с именами».
Что существенно – это были люди, которых Сталин или знал лично, или знал об их существовании.
5 сентября 1941 г. по указанию Берии и его зама Кобулова был составлен расстрельный список на 170 заключённых орловской тюрьмы. Вошли эти самые люди «с именами» (условно назовём их «первой группой») плюс большая группа заключённых, отобранных по непонятно какому принципу. 6 сентября Берия особой запиской попросил Сталина санкционировать высшую меру. Сталин санкционировал. 8 сентября без возбуждения уголовного дела и каких-либо разбирательств Военная Коллегия Верховного суда СССР (председатель – В. Ульрих, члены коллегии – Д. Кандыбин и В. Буканов, секретарь – А. Батнер) вынесла смертный приговор в отношении 161 человека (девять, как выяснилось, или уже умерли, или были освобождены). Расстреляли 157 человек – четверо из списка на тот момент находились в других тюрьмах и лагерях (их расстреляли позже).
Представляя собеседника
Владимир Дмитриевич ПЕРВАКОВ – полковник юстиции в отставке. В 1989‑м – старший военный прокурор отдела Управления по реабилитации Главной военной прокуратуры СССР. До этого – следователь по особо важным делам ГВП. Постоянные читатели «АН», возможно, помнят материал о том, как шло следствие по делу М. Руста (№19-2012). Вёл его именно Перваков.
Семенихин и другие
Сама процедура расстрела выглядела так. Приговорённых приводили в специально выделенное помещение при тюрьме. Забивали в рот кляп («вкладывали кляп» – как через много лет деликатно выразился один из тех, кто это делал), заматывали поверху тряпкой. На машинах – в лес. Там уже был готов ров. Росшие на месте казни молодые деревца вырыли с корнем, после расстрела посадили обратно. Никаких следов!
Во время «первой реабилитации» 1950–1960 гг. кое-что об Орловском расстреле стало известно. Но в 1989-м Первакову всё равно массу вещей приходилось открывать или заново, или впервые. Правда, заканчивал дело не он – вернули на следственную работу, уехал в долгую командировку, и дальше разбирались другие сотрудники ГВП (Перваков о них говорит с уважением, хотя с рядом выводов не согласен). Однако именно Владимир Дмитриевич нашёл первого ключевого свидетеля – генерала Яковлева, тогдашнего начальника Орловского централа (важные показания дал ещё бывший начальник областного УНКВД Фирсанов, но это уже не при Первакове).
Две группы
В принципе все материалы по Орловскому расстрелу опубликованы, есть в Интернете, желающие могут посмотреть. Но корреспондента «АН» интересовало другое: что осталось за документами? Каковы личные впечатления человека, занимавшегося этим делом?
Так вот за документами – твёрдая убеждённость собеседника, что заключённых из «первой группы» (тех, что с именами) и так готовили к ликвидации. Война стала лишь поводом. Случайно ли в Орловский централ их начали собирать ещё до 22 июня? И предварительная договорённость об их расстреле у Сталина с Берией наверняка была – не зря же так моментально провернулась бюрократическая машина.
Чуть иначе с остальными. Что в начале войны при подходе немцев «политических» уничтожали – факт. Так было на Украине, в Белоруссии. Немцы потом вытаскивали трупы, демонстрировали. Но к Орлу-то враг подходил позже и занял город через месяц после расстрела! Вот мы говорим: казнены 157 заключённых. А остальные? Их же много было! А остальных просто вывезли вглубь страны. В том числе сидевших по тем же статьям, что и казнённые. То есть одним повезло, другим – нет.
Но кто были эти жертвы? Фанаты Сталина и Берии сегодня твердят, что в Орле превентивно расстреляли особо опасных преступников. Мой собеседник усмехается – чушь! У него своя логика.
Он не либерал, не консерватор, он – законник. Считающий, что любое преступление должно быть доказано. Доказано! А здесь… Среди убитых в Медведевском лесу много, например, китайцев: некие Вын До Куй, Люй Кай Лу и т.д. Откуда они в Орле? Оказалось, в разное время были задержаны в Приморье. Их дела – папочки с парой бумажек, где написано: «незаконное пересечение границы» и без пояснений – «шпионаж». То, что через дырки в границе к нам могли проникать какие-нибудь контрабандисты, искатели женьшеня, просто китайские работяги в поисках заработка, конечно, плохо. Однако «пересечение границы» – статья не расстрельная, а доказательств «шпионажа» в делах – ноль… Или вот – человек с роскошным именем Винченцо Де-Лазар. Кто такой? Обычный водитель трамвая из Одессы. Итальянец. Город многонациональный, итальянцы там тоже жили. И в 1937-м этого Винченцо взяли. За «шпионаж». Без доказательств. Скорее всего – лишь за имя.
Берия сообщал Сталину, что в списке «наиболее озлобленная часть государственных преступников», которая «ведёт среди заключённых пораженческую агитацию и пытается подготовить побеги». То есть это, видимо, те, на кого стукнула внутренняя агентура. Кто-то обронил, что немцы приближаются – «пораженческая агитация». Вын До Куй говорил по-китайски с Люй Кай Лу – побег готовили. Но в числе расстрелянных – и Борис Ворович, которого уже признали невиновным (в то время!), должны были выпустить, да вот застрял в централе и…
Это большой и сложный вопрос: вправе ли вообще государство лишать человека жизни? Но, допустим, в некоторых особых случаях вправе. Только всё равно – кара должна свершаться при полных доказательствах вины, после следствия и суда. Если нет, то все причастные чиновники – убийцы, и их отличие от бандита с ножом – лишь формальное. Так мой собеседник к виновникам Орловского расстрела и относится.
…Среди тех, чья судьба его особенно тронула, – Валентина Седова, 1908 г.р. Кобулов в списке пометил: «племянница Троцкого» (жена Троцкого была Седова). Родство с кем-либо, заметим, само по себе не преступление. Но эта Валентина к «тем» Троцким-Седовым – ни сном ни духом. Однофамилица. А её взяли студенткой ещё в 1930-е и сейчас убили.