платонов тренер по волейболу биография
Платонов тренер по волейболу биография
Вячеслав Алексеевич Платонов
Выступал за команды: 1954-1957 СКИФ (Ленинград), 1957-1965 СКА (Ленинград), 1965-1967 «Спартак» (Ленинград), чемпион Спартакиады народов СССР (1959). Итоги II Спартакиады народов СССР в 1959 году зачитывались, как итоги чемпионата СССР.
Тренерская клубная карьера:
1989-1990 «Лойму» (Финляндия). Чемпион Финляндии (1990).
1992-1995 «Лойму» (Финляндия). Двукратный бронзовый призер чемпионата Финляндии (1993,1994).
Сборные команды:
Главный тренер национальной сборной СССР (СНГ) в 1977-1985 и 1990-1992.
Главный тренер национальной сборной Финляндии в 1992-1994 годах.
Главный тренер национальной сборной России в 1995-1997 годах.
Главный тренер сборной Европы (1987).
Главный тренер сборной Мира (1991).
Победитель Олимпийских игр 1980 года в Москве, участник Олимпийских игр 1992 года в Барселоне (7-е место), участник Олимпийских игр 1996 года в Атланте (4-е место).
Победитель международных соревнований «Дружба» (1984).
Двукратный чемпион мира (1978, 1982).
Шестикратный чемпион Европы (1977, 1979, 1981, 1983, 1985, 1991).
Трехкратный обладатель Кубка мира (1977, 1981, 1991).
Бронзовый призер Мировой лиги (1991, 1996, 1997).
Четырехкратный победитель Мемориала В.И.Саввина (1977, 1978, 1981, 1982).
Лучший тренер мира (1981, 1991).
Лучший тренер Европы (1986, 1990).
Самый «успешный» тренер мира (1984, 1991).
В 2001 году вместе с японским тренером Мацудайрой признан лучшим тренером 20 века в мужском волейболе.
В 2002 году введен в Зал Волейбольной Славы Международной федерации волейбола в США.
Награжден орденом Дружбы народов (1980), орденом «Знак почета» (1985) и орденом Почета (1999), а также медалями «За доблестный труд» (1970), «Трудовая доблесть» (1980), «Ветеран труда» (1988) и почетными знаками «За подготовку спортсменов международного класса» (1978), «Отличник физической культуры и спорта» (1979, 1980), «За развитие физической культуры и спорта» (1982, 1998), «За заслуги в развитии олимпийского движения в России» (1998), «Спортивная слава России» (2002).
В 1982 году занесен в Книгу Почета Комитета по физической культуре и спорту при Совете министров СССР за большой вклад в развитие волейбола в стране. В этом же году постановлением Центрального комитета ВЛКСМ занесен в Летопись комсомольской славы.
Депутат Ленсовета трех созывов (1982-1987).
Член Президиума Федерации волейбола России.
Непобежденный. Умер лучший волейбольный тренер ХХ века Вячеслав Платонов
Платонов для отечественного волейбола не просто тренер – целая эпоха! Такого количества всевозможных званий и титулов нет больше ни у одного специалиста. Руководимая им сборная СССР с 1977 по 1985 год выиграла все (!) турниры, в которых участвовала.
Особняком, пожалуй, стоит победа на московской Олимпиаде. Игры бойкотировали многие страны. Но как раз все сильнейшие волейбольные сборные планеты приняли участие в них. При этом сборная СССР уступила соперникам всего одну партию.
— На пьедестале почета мы стояли длинноволосые, что не соответствовало моде того времени, — вспоминает генеральный секретарь ВФВ Владимир Паткин, многолетний ассистент Платонова. – Перед началом заключительного сбора, почти за месяц до Игр, Вячеслав Алексеевич запретил всем — игрокам, тренерам, врачам и массажистам — стричься, пока не закончится олимпийский турнир. Суеверие, скажете? Может быть. Но Платонов истово верил, что такие мелочи могут помешать выиграть олимпийское золото. А этого он бы перенести не смог.
Каким тренером был Платонов? На этот вопрос его ученики в один голос отвечали: умным, строгим и справедливым. А еще очень гостеприимным.
Платонова неоднократно признавали тренером года. Было за что. Это он придумал блок «уступом», когда игроки разных зон меняются местами; это он начал растить тотальный волейбол; это он смело доверил место в основном составе 18-летнему Вячеславу Зайцеву, и тот стал лучшим связующим мирового волейбола.
Четыре года назад Платонов был признан лучшим тренером ХХ века в мужском волейболе, а спустя год его избрали во Всемирный зал волейбольной славы. Хоть, спору нет, человеком Вячеслав Алексеевич был, безусловно, непростым. Мог сгоряча послать игрока куда подальше.
Сколько поколений волейболистов воспитал Платонов! И всех своих воспитанников он помнил и очень любил.
— С Вячеславом Алексеевичем я проработал без малого четверть века, — в голосе олимпийского чемпиона-1980 Олега Молибоги грусть. — Сначала играл под его руководством, потом работал вторым тренером. Только после Олимпиады в Атланте наши волейбольные пути разошлись. Но продолжали дружить семьями. Часто на рыбалку вместе выбирались. Он страстным рыболовом был. У Платонова дом в Лахти. И сейчас слышу его голос: «Приезжай ко мне на дачу в Финляндию. Даже если меня нет. Ключ под ковриком лежит. »
Вячеслав Алексеевич ПЛАТОНОВ
Родился 21 января 1939 года в Павловске.
Мастер спорта. Выступал за СКА (Ленинград) – 1957–1965, «Спартак» (Ленинград) – 1965–1971. Чемпион Спартакиады народов СССР (1959). Бронзовый призер чемпионата СССР (1959). Заслуженный тренер СССР и России. Под его руководством сборная СССР становилась олимпийским чемпионом (1980), двукратным чемпионом мира (1978, 1982), шестикратным чемпионом Европы (1977, 1979, 1981, 1983, 1985, 1991), трехкратным обладателем Кубка мира (1977, 1981, 1991). Возглавлял также сборные СНГ и России. Ленинградский «Автомобилист» Платонова был семикратным серебряным призером чемпионатов СССР (1976–1982), обладателем Кубка СССР (1983), двукратным победителем Кубка обладателей кубков (1982, 1983), двукратным победителем Кубка ЕКВ (1988, 1989). Работал с клубными командами Кувейта и Финляндии, со сборной Финляндии.
Платонов тренер по волейболу биография
г. Москва
Озерковская набережная, 50
ПРОФЕССИОНАЛ ВЫСОКОГО КЛАССА
Я хорошо помню тот матч, результат которого специалисты, журналисты и приверженцы игры назвали потом самой большой сенсацией волейбольного турнира IV Спартакиады — народов СССР. Когда диктор объявил, что узбекские спортсмены ведут в поединке со сборной Ленинграда 2:1, сотни болельщиков с главной арены стадиона «Динамо» молниеносно начали перебазироваться к площадке, находящейся у южного выхода. Но пробиться к ней смогли далеко не все желающие. А те, кто сумел, поспели к последнему свистку судьи, зафиксировавшему окончательную победу волейболистов Узбекистана, позволившую им впервые выступить в финале спарта-киадного турнира. Ленинградцы же впервые туда не попали.
Еще не остывшие после игры и, естественно, не осознавшие до конца, что произошло, спешно покидали они площадку под неодобрительный свист и обидные реплики болельщиков. Мое
внимание привлекли два спортсмена, которые на скамейке запасных что-то горячо обсуждали. Площадка опустела, ушли судьи, разбрелись зрители, а они все не торопились в раздевалку. Не побоявшись попасть под горячую руку, я, начинающий репортер газеты «Московский комсомолец», представился и попросил прокомментировать результат матча.
Один из них просто отмахнулся, как от назойливой мухи. Другой внимательно окинул меня взглядом, затем предложил сесть и сказал:
— Недооценили соперника, а когда спохватились, было уже поздно.
Так произошло мое знакомство с волейболистом Вячеславом Платоновым.
До этого я неоднократно видел его на площадке. Запомнился он мне высоким прыжком, сильным «крюком», по-спортивному злым характером и тем, что в самой большой «запарке» не терялся, действовал хладнокровно.
Ему было всего 28 лет. В таком возрасте еще не думают об уходе из большого спорта. Но Платонов решился перейти на преподавательскую деятельность и, узнав, что прошел по конкурсу на должность старшего преподавателя кафедры физвоспитания Технологического института, уехал в отпуск. По возвращении его ждало необычное предложение — стать играющим старшим тренером объединенной под флагом «Спартака» команды, в которую вошли игроки «Спартака» и СКА — команды, которой предстояло выступать в первой лиге.
Страха не было. Но согласился он не сразу. Его можно понять. Предстояло из бывших непримиримых соперников создать дружный, сплоченный коллектив. Сделать это вообще не просто, а тем более человеку, которому надо было руководить игроками, наблюдая за их действиями не со стороны, а находясь в равных условиях, в прямом контакте на площадке. Как будет он оценивать их ошибки, их промашки, когда наверняка и сам их допустит?
Взвесив тщательно все «против» и все «за» (интересная работа, возможность попробовать себя в новом амплуа, когда она еще представится?), получив доброе напутствие председателя городского совета «Спартака» Бориса Иванова («не боги горшки обжигают»), Платонов согласился.
— На первой тренировке Вячеслав Алексеевич, — рассказывал мне известный мастер волейбола Александр Сапрыкин, — четко изложил свою программу, конечной целью которой был выход через год-другой в высшую лигу. Не утаивал сложностей, в связи с его положением играющего тренера, конкретно сказал, как будет тренировать, как будет играть. И закончил словами: «Кто мне не верит, кого не устраивают мои замыслы и методы их воплощения, могут быть свободны». Никто не ушел. Мы ему сразу поверили. Знали его как общительного, справедливого, корректного человека, умеющего повести за собой других. Трудно ему было на первых порах. Но через несколько лет и он сам понял, и мы все это почувствовали, что Платонов создан для тренерской работы.
Могу только предполагать, что лишь самому близкому человеку — жене Валентине, да и то не все, рассказывал Вячеслав о своих тренерских буднях, о том, как переживал каждую свою ошибку, а их на первых порах было предостаточно, какой ценой давалось ему совмещение двух амплуа, требовавшее каждодневной максимальной концентрации физических и нервных усилий. После матча уставшие игроки шли отдыхать, а его, уставшего не меньше других, ждали иные дела. Нужно было до следующей тренировки проанализировать все перипетии прошедшего поединка, осмыслить их, чтобы завтра на разборе игры не только справедливо оценить действия каждого из подопечных, но и — это главное — объяснить, почему задуманное не получилось, а если получилось, предложить новые, еще более эффективные, варианты.
Платонов всегда был сторонником скоростного стиля игры, насыщенного лихими и быстрыми комбинациями. И уже в первые дни пребывания на посту старшего тренера «Спартака» (с 1970 г. — «Автомобилиста»), излагая свое кредо игрокам, заявил, что с «академичным прямолинейным волейболом надо распрощаться навсегда.
В 1970 году «Автомобилист» вышел в высшую лигу. Его игра нравилась зрителям, и они охотно ходили на матчи с участием ленинградского клуба. Платонов все реже выходил на площадку, только тогда, когда его присутствие было крайне необходимо. Так уж получилось, что последний тур в том сезоне проходил в Ленинграде, а клуб к нему пришел, мягко говоря, со средними показателями. Команда попросила Вячеслава Алексеевича выступить на заключительном этапе. Платонов сыграл свои последние матчи уверенно, и ленинградцы победили во всех встречах.
Через год «Автомобилист» занял 4-е место, а затем несколько лет подряд был бронзовым призером, потом серебряным. В 1981 году «Автомобилист» выиграл Кубок обладателей кубков.
— Платонов — профессионал высокого класса. Он хорошо знает волейбол. Я внимательно наблюдал за ним на многих соревнованиях и пришел к выводу, что он умело маскирует энергию, волю, твердый характер мягкими, интеллигентными манерами, внешней покладистостью и вниманием к собеседнику, имея большой опыт работы с клубом и со сборной командой. Я знаю, какой ценой достаются тренеру успехи его подопечных. И потому могу сказать, что достижения «Автомобилиста» и сборной СССР — результат напряженнейшего труда уважаемого специалиста, его глубоких знаний волейбола и его организаторских способностей.
Так отозвался о Вячеславе Платонове известный польский специалист Хуберт Вагнер, наставник олимпийских чемпионов 1976 года, с которым я беседовал на Мемориале Саввина в Ленинграде.
Там наряду с ведущими национальными командами мира выступала на правах хозяев турнира и сборная Ленинграда, полностью укомплектованная молодыми волейболистами из «Автомобилиста». И сыграла вполне успешно. Воспитанием надежной смены Платонов охотно занимался всегда. У него отменное чутье на игроков. Так, в свое время он смело доверил место в основном составе 18-летнему Вячеславу Зайцеву и вырастил из него лучшего связующего в мировом волейболе. В небольшом материале трудно рассказать обо всех спортсменах, которым В.Платонов и его верный помощник заслуженный тренер РСФСР Зиновий Черный помогли стать волейболистами высокого класса. Имена чемпионов мира, Европы и олимпийских игр В.Зайцева, А.Ермилова, В.Дорохова хорошо известны любителям волейбола. За последние 2 года пять воспитанников «Автомобилиста» стали чемпионами мира и Европы среди молодежи. Факт, свидетельствующий о большом потенциале клуба.
Он достиг всего, о чем может мечтать каждый тренер. Не взят, пожалуй, лишь один рубеж: его подопечные пока ни разу не были чемпионами страны. Откровенно говоря, пока ленинградцы не могут составить конкуренцию ЦСКА, бессменному победителю первенств СССР с 1970 года. В очном поединке они могут в принципе выиграть у именитых соперников, но провести весь турнир на высоком уровне еще не в состоянии. Думаю, эта задача будет по плечу нынешним молодым спортсменам клуба, которые, ведомые опытной рукой заслуженного тренера СССР, кавалера ордена Дружбы народов Вячеслава Платонова, быстро прибавляют в классе игры.
Вячеслав Платонов: Меня предал любимый ученик
Наставник питерской «Балтики» Вячеслав Платонов занимает особое место в российской волейбольной иерархии. Вроде бы его подопечные давно уже не борются за медали, довольствуясь ролью середнячков Суперлиги. Тем не менее слово мэтра по-прежнему много значит. Ведь и по своему возрасту, и по стажу Платонов является старейшиной тренерского цеха. Его взгляд на положение дел в сегодняшнем отечественном волейболе тем более интересен сейчас, по завершении самого удачного для России клубного сезона, в котором наши команды в очных встречах начисто переиграли итальянских грандов.
— Вячеслав Алексеевич, как вы оцениваете выступление «Балтики» в нынешнем сезоне?
— К сожалению, показать высокий результат нам не удалось. В конце чемпионата команда просто сражалась за свою честь.
— Но ведь еще летом планировалось, что «Балтика» будет бороться за медали национального первенства…
— Что вы имеете в виду?
— Квартиры. Не предоставь мы их волейболистам к концу сезона, удержать ребят было бы невозможно. Фактически всю вторую половину чемпионата мы решали этот вопрос. Тем временем игроки снимали жилье и чуть ли не еженедельно получали предложения из Москвы, Ярославля, Екатеринбурга, Белгорода… Тамошние клубы предлагали любую квартиру на выбор. Вот и представьте, каково им было выступать!
— Вам удалось найти выход из этой ситуации?
— Да. Несколько недель назад «Балтика» заключила контракт с одной из строительных компаний на реконструкцию клубной базы. Вместо ветшающего здания будет возведено новое, с хорошим спортзалом и небольшой гостиницей. А на пустующей сегодня территории почти в три гектара фирма построит дом, большая часть квартир в котором будет отдана ей в качестве компенсации.
— А может, стоит пригласить в команду воспитанников питерского волейбола, у которых уже есть здесь квартиры?
— Сейчас мы рассматриваем и этот вариант. Такому игроку придется платить зарплату в 15-20 тысяч долларов, зато не надо выкладывать 25 тысяч за жилье. Экономия, как говорится, налицо. Другое дело, что и выступать на высшем уровне этот волейболист сможет лишь через пару лет.
КРЕЙСЕР «ВАРЯГ»… ЗА 50 ДОЛЛАРОВ
— Не кажется ли вам, что ребята прогрессируют не так быстро, как хотелось бы?
— Неужели нельзя увлечь игроков высокой целью?
— Известный питерский психолог Рудольф Загайнов свою работу начинал именно с внешнего вида подопечных. У вас не было мысли пригласить его в команду?
— В свое время я приглашал Загайнова поработать со сборной. Но тогда к нему как раз обратился Владимир Крамник, которого Рудольф Максимович пообещал сделать чемпионом мира. А что касается работы с «Балтикой»… Понимаете, для приглашения специалиста такого уровня нужна и соответствующая зарплата. Молодой же психолог тут не поможет. В лучшем случае он мне скажет, кто является лидером в команде, кто с кем совместим. А это я и так знаю.
— Кстати, человеческая совместимость имеет большое значение для игры команды?
— С мотивацией волейболистов все понятно. А какой интерес вам, опытному, именитому тренеру, работать с клубом, не преследующим больших целей?
— Мне нравится видеть рождение игрока. Ведь все мальчики, что приходят в команду, имеют свой предел. С каждым приходится разговаривать, объяснять: посмотри, вот твоя модель игры, таким тебе нужно стать. И когда у него вдруг начинает получаться, это становится настоящей наградой тренеру. Пусть даже этот паренек никогда не попадет в сборную страны.
— Минувшей осенью жюри ФИВБ вручило вам специальный приз в категории «Лучший мужской тренер в истории мирового волейбола». Насколько важна для вас эта награда?
— Я дружил с ними. Тот же Пучков больше всего переживал из-за гола, пропущенного от шведов на чемпионате мира в 1957 году. Вратари играли тогда без маски, и он инстинктивно увернулся от шайбы, которая летела прямо в лицо. Николай носил в себе чувство вины лет пятнадцать. И только потом специалисты ему объяснили, что это был защитный рефлекс любого нормального человека. Остаться на месте в такой ситуации мог только дебил с замедленной реакцией.
А Кондрашин! Та знаменитая комбинация Едешко с Беловым была наигранной. Но перед Олимпиадой-72 Иван большую часть времени сидел в ЦСКА на скамейке запасных. Какой тренер взял бы на такой ответственный турнир баскетболиста без игровой практики?! Кондрашин же рискнул, хотя и был вынужден выслушать в свой адрес немало критики.
— Нас с ним связывает много общего. Более того, однажды я участвовал в снятии Морозова.
— Полтора десятилетия спустя примерно таким же образом убрали из сборной уже вас…
— Вам часто доводилось встречаться с предательством?
— Тот случай был самым болезненным. Хотя в жизни всякое случалось. В свое время на меня было написано немало анонимок. Одна из них, как ни странно, даже сыграла положительную роль. Какой-то недоброжелатель «стукнул», что я-де не плачу партийных взносов с призовых денег. А с меня за несколько дней до этого в парткоме как раз вычли определенную сумму. Начали разбираться. И тут выяснилось, что по Уставу КПСС взносы с призовых сумм взимать не положено. Пришлось парторгу возвращать мои денежки.
ПЛАТОНОВ Вячеслав Алексеевич
Легендарного тренера Вячеслава Платонова Родина наказывала за победы
Его «ссылали» в Кувейт и звали в Европу, а он возвращался спасать нашу сборную
Имя Вячеслава Платонова известно всему миру. Он стал единственным тренером, которому удалось вместе со своими командами выиграть все возможные на планете трофеи по волейболу. Медалей разного достоинства у него накопилось больше ста. Платонова дважды признавали лучшим тренером мира и дважды лучшим тренером Европы. Он назван лучшим волейбольным тренером XX века. И, наконец, его родные утверждают, что Вячеслав Алексеевич был самым лучшим мужем, папой и дедом. «МК» в Питере» встретился с семьей Платонова, которой очень его не хватает.
Валентина Платонова, жена: «Он привозил мне маки из Ташкента»
— Когда вы познакомились с Вячеславом Алексеевичем, он уже был тренером?
— Он играл в СКА, а я только закончила университет. А познакомились мы во дворце бракосочетания. Меня, как «комсомолку, спортсменку и отличницу», отправили туда работать. Задача состояла в том, чтобы сопровождать жениха и невесту в специальные комнаты. Слава пришел с сестрой на запись какого-то родственника. И стал знакомиться со мной, мол, девушка, а что вы вечером делаете? Такой бойкий и на груди значок «мастер спорта» красуется. Тут выяснилось, что девушка, с которой он пришел, его сестра, и знакомство состоялось.
— Долго он уговаривал вас стать женой?
— У меня был поклонник, по тем временам — в 1961 году — считавшийся богатейшим человеком — служил директором магазина, водил в театры, дарил конфеты коробками, родственникам казалось, что это лучший жених. Когда мне кавалер на 8 Марта подарил французские духи, то маму чуть инфаркт не хватил. Она работала на хлебозаводе, жили мы в коммуналке. И те духи стоили всю ее зарплату. А как уговорил меня Слава выйти за него, уже и не помню, но и он тоже подарки умел делать. Как-то по весне из Ташкента привез огромный букет маков. А потом приходил ко мне на свидание в форме, в которой служил в армии. Смешной и немного кривоногий. Но он был такой добрый. Ничего плохого никогда не позволял себе на окружающих выплеснуть. И ровно через два года после знакомства мы поженились.
Мама мужа сдержанно приняла. Мы со Славой расписались и переехали жить к его семье. В квартире была маленькая комната при кухне, для прислуги выделенная, вот там мы и поселились. Потом Вячеславу дали комнату в доме на проспекте Гагарина. Там все соседи были спортсменами: гимнастки сестры Кучинские, легкоатлетки сестры Пресс, боксер Попенченко. Со временем получили квартиру на Гражданском проспекте.
МК-справка
В 28 лет Вячеслав Платонов стал главным тренером ленинградского «Спартака», который вскоре был переименован в «Автомобилист». Без перерывов он отработал с командой девять лет (1967–1975), причем до 32 лет был играющим старшим тренером. Вместе с командой четыре раза подряд был бронзовым призером чемпионатов СССР.
— Вы ездили вместе с мужем за границу?
— Не принято было сопровождать мужа. Даже когда он стал тренером сборной, никому в голову такое прийти не могло. Только однажды меня облагодетельствовали. В Японию в 1991 году дали съездить с мужем. Да вот еще в Кувейте с ним жила.
— А как его отправили в Кувейт?
— Да чтобы под ногами не болтался. Слава много выиграл с молодежной сборной. Составлял конкуренцию, а по тем временам в национальных командах страны не желали видеть тренеров из Ленинграда. У Славы было противостояние с тренером сборной СССР по волейболу Юрием Чесноковым. Он приезжал инкогнито к нам домой, предлагал мужу перейти работать в ЦСКА. А мы не захотели переезжать из Петербурга, и после этого Платонова отправили в Кувейт.
МК-справка
Команду «Кадиссия» в Кувейте Платонов тренировал два года и дважды выиграл с ней чемпионат страны.
— На каком языке общались с кувейтцами?
— В Кувейте хорошо говорят на английском, а у Платонова была языковая наглость, брал словарь и говорил как мог, он учил английский язык в пределах института. В принципе, везде жить можно, даже в Кувейте. Но тут Юрий Чесноков проиграл Олимпиаду. И Платонова решили вернуть в СССР. Для нас это было неожиданностью. Вячеславу было под сорок, думали, что карьера окончена, из страны выгнали. Но 1 мая 1977 года мы прилетели в Петербург. А 2-го он улетел на сборы как главный тренер национальной команды. Потом был чемпионат в Финляндии. Первую игру проиграли — все «доброжелатели» сразу сказали, что так и надо этому выскочке Платонову. А в финале играли с поляками. И победили. И начался период в 9,5 лет без проигрышей.
МК-справка
В 38 лет Платонов был назначен главным тренером сборной страны по волейболу, с которой не потерпел ни одного поражения. Команда стала олимпийским чемпионом (1980), двукратным чемпионом мира (1978, 1982), шестикратным чемпионом Европы (1977, 1979, 1981, 1983, 1985, 1991), трехкратным обладателем Кубка мира (1977, 1981, 1991), победителем Игр «Дружба-1984».
— Вы сами работали в то время, когда Вячеслав Алексеевич был уже прославленным тренером?
— Конечно, работала. Я дефектолог-логопед, потом переучилась на психолога, стажировалась в детской психиатрической больнице. Долго трудилась в спецшколе. Но Слава был моим всем — моей диссертацией, моей работой. Я просто хотела побольше с ним быть. А он тоже всегда спешил домой. После побед на крупных турнирах обычно на следующий день принимали в ЦК КПСС, он говорил второму тренеру: «Ты сходи, послушай там, какие мы замечательные, а я домой». И в Петербург ближайшим рейсом. Только на третий день «Красной стрелой» отправлялся в Москву. Я на него часто смотрела по телевизору и очень волновалась. У него была язва, и когда я видела, что он на бок руку положил — понимала, болит. А еще его вверх подбрасывали после побед. Всегда волновалась, как бы хуже не стало. Зато, когда ему делали тяжелейшую операцию в 1997 году, весь город сдавал кровь для Платонова.
Его не слишком-то любили в профессиональном кругу. Называли и выскочкой, и везунчиком. Был такой случай, когда к нему подошел представитель Мировой федерации волейбола (FIVB) и в сердцах сказал: «Вы, Платонов, достали весь мир своими победами». Американский тренер Дагг Билл, тренировавший национальную сборную США в те времена, положил жизнь на то, чтобы обыграть Славу. В СССР многим тоже хотелось попробовать себя на посту главного тренера сборной. Хотелось Паршину из Риги. Много всяких интриг было. После того, как Платонова сняли с должности главного тренера сборной, мы уехали в Финляндию.
МК-справка
В 1989–1990 и в 1992–1995 годах Платонов работал тренером команды «Лойма», привел ее к чемпионству страны и двум бронзовым медалям, тренировал мужскую сборную Финляндии. В 1900–1992 годах возвращался в Россию.
— И все бы хорошо. Но ему за державу было обидно. И он сорвался с работы в Финляндии, вернулся в Россию. В начале 90-х в мире спорта были уверены, что наша сборная больше не добьется побед. Впереди был Кубок мира в Японии, на который попадали только чемпионы Европы, и Платонову прислали приглашение как зрителю. Но он выиграл с командой чемпионат континента, вышел на Кубок мира, где тоже стал победителем. Однако распад СССР Слава переживал тяжело — игроки уезжали куда только можно. Но он делал все, что от него зависело.
МК-справка
С 1995 года Платонов тренировал родной «Автомобилист» (в 2000 году переименованный в «Балтику»). Дошел с командой до финала Кубка России. Вернулся на мостик тренера сборной, где работал с 1995 по 1997 год. Волейболисты дошли до полуфинала Олимпиады в Атланте в 1996 году, но заняли в итоге 4-е место.
— Что Платонова держало в России?
— Он шел по жизни прямо, не сворачивая. Это был его путь. Например, когда узнал в 1984 году, что наша страна не примет участие в Олимпиаде, заявил корреспонденту, что это неправильно. Потом они играли на Кубе. Выиграли тяжелейший пятисетовый матч у местной сборной под улюлюканье кубинцев. Это был подвиг. Вячеславу собирались орден Ленина вручить. Но после того как он «вякнул» против бойкота Олимпиады, его наградили как массажиста команды — орденом Почета. А каждому игроку команды и второму тренеру дали орден Ленина.
Родина не всегда ценит подвиги. Когда Славу признали лучшим тренером мира, надо было ехать в Аргентину, получать награду. В спорткомитете ему сказали: «А чего это ты туда полетишь? Ты уже был в Аргентине на чемпионате мира в 1982 году». Недавно человек из Федерации волейбола России просил: «Дайте «вещичку какую Платонова — мы ее в уголочке поставим». Я сказала, что все отдала в петербургский музей — Вячеслава и так всегда пытались поставить в уголочек.
Зато в нашем городе воплотилась в жизнь последняя идея Платонова — Академия волейбола. Тяжело болея, уже умирая, он все время занимался ею. Ходил, собирал подписи. Такой несчастный был, когда собирался в Смольный добиваться разрешения на строительство. Я ему брюки отпарю, рубашку наглажу, очки посветлее подберу — и идет в Смольный, чуть ли не каждое утро. Подключение света, воды и многое-многое другое выбивал сам. Поддержки от города не было никакой, академия построена на частные деньги, а выстрадана Вячеславом Алексеевичем.
МК-справка
Академия волейбола Платонова была открыта за два месяца до смерти ее основателя. Сейчас там, как и мечтал Платонов, могут бесплатно обучаться юноши со всей России.
Ольга Тиунова, дочь: «Хотела, чтобы папа был простым советским инженером»
— Я тоже играла в волейбол в детстве. Дошла до сборной города. А в 8-м классе имела разговор с папой. Он не критиковал, но популярно объяснил, что спорт и женщина-тренер — из области фантастики. У меня была вторая «мечта идиота» — я хотела в театральный поступать на режиссерский факультет. Но мне было сказано: «Спортивная карьера заканчивается, мечты тоже, ты сосредотачиваешься на учебе и поступаешь в университет». И сейчас, с высоты 25-летнего педагогического стажа, я понимаю, что иностранный язык — это всегда кусок хлеба и даже с маслом (Ольга — доцент кафедры гуманитарных дисциплин, преподает английский язык в Институте специальной педагогики и психологии им. Валленберга. — Ред.). А играть в волейбол мне просто нравилось, получалось отлично. Проблемы были «не игровые». Все говорили, что меня берут в состав, потому что отец Платонов. Я даже кричала: «Хочу, чтобы мой папа был простым советским инженером».
— Много было приятных бонусов от того, что отец — большой тренер?
— Нет. Жили как жили. Помню, очень собой гордилась, потому что папа привез мне из-за границы очень красивый джинсовый комплект. А в то время как раз вышел фильм «Интердевочка». И я такая красивая, гордая, еду на свидание к своему молодому человеку. Рядом в троллейбусе два каких-то гегемона в самом плохом смысле этого слова, которые, воняя «Беломором» и перегаром, оценили меня мутным взглядом с ног до головы и вынесли свой приговор: «Понятно, интердевочка». Из троллейбуса я выскочила вся в слезах. А еще я часто носила папины свитера, хотя у меня было что надеть, потому что они им пахли, впитали запах его парфюма и его тепло.
Хорошо было, когда он находился дома. Папа удивительный человек. Мог все. Я училась играть на пианино, а он подходил к инструменту и с легкостью импровизировал. Говорил, что когда-то занимался. Когда мой сын маленьким с кровати упал, я была в панике. А папа прощупал все позвонки, дал заключение, что ничего ребенок не повредил. Он, оказывается, из «анатомички» не вылезал, прежде чем стал тренером. Папа вдруг мог встать к плите и приготовить вкуснейшее блюдо, рецепты придумывал сам. Он умел украсить жизнь вокруг себя — выращивал прекрасные комнатные цветы. Всегда удивлял, всегда был каким-то откровением для меня. Человек талантливый во всем талантлив. И сам папа жил без осознания собственного величия, он очень органично вел себя и с игроками, и с Полтавченко, и с Лужковым.
— Говорят, Вячеслав Алексеевич не очень дорожил своими наградами.
— Неправда. Он очень их берег. Засовывал медали в носки, носки в тапки и так аккуратно доставлял их домой. Но если бы не мама, он складывал бы в их один ящик, даже на стену никогда бы не повесил. Я и сейчас плачу, когда говорю о папе, потому что у нас была по-настоящему хорошая крепкая семья. Мама мне говорила, что у нее на первом месте отец, а потом уже я. Сначала я обижалась, а потом поняла, что все правильно. Меня не отодвигали в сторону. Никто в нашей семье не доминировал, и мы всегда были втроем. Родители не воспитывали меня в привычном понимании этого слова, они своим примером показывали, как надо жить, и я этот порядок жизни перенесла в свою семью. Сын Слава, кстати, копия дедушки, в привычках и даже в жестах.
Нас всех разлучила работа папы, он всего себя отдал ей.
Вячеслав, внук: «Фамилию деда пока не заслужил»
— Я, к сожалению, знал деда только десять лет. Но думаю, что кое-чему очень важному он меня научил. Например, быть честным, справедливым. Он никогда не говорил об этом прямо, а своим примером подводил меня к этому. Надеюсь, я правильно его понял. А еще он учил меня думать на два шага вперед, например, когда играл со мной в шахматы. Это качество очень пригодилось и до сих пригождается мне по жизни. Он много в меня вложил. Не был жестким, но уважал дисциплину и порядок. И мне это нравилось. Он очень основательно подходил к любому делу.
— А какие у вас были совместные любимые дела?
— Он очень рыбалку любил и передал это увлечение мне. Еще играл в покер. Говорил, что он развивает логическое мышление. Дед радовал всякими мелочами. Например, у меня есть шарфик, весь увешанный значками, которые он с игр привозил.
— Когда вы в первый раз пришли на волейбол? И отчего не стали профессиональным спортсменом?
— Меня на игры еще младенцем приносили. А потом с дедом на тренировки приходил. Кажется, я в волейбол сам научился играть, хотя занимаюсь большим теннисом. Да и мои родители были против карьеры профессионального спортсмена. Семейная легенда гласит, что, когда мне было 5 лет, бабушка вынесла вердикт: больше волейболисты в семье не нужны (а если быть точным, «второго полудурка в семье мне не надо», полудурок в ее понимании — фанатично преданный своему делу человек). Говорят, дед обиделся. В общем, в спорт с головой погружаться меня отговорили всей семьей, объяснив, что лично мне он нужен больше для здоровья. Почему? А вдруг травма в 20 лет, и ты останешься без профессии? Сейчас я учусь в СПбГУ на факультете международных отношений. Планов много, но есть и главная мечта — возглавить «Академию Платонова». Потому что для меня это как родной дом. Я и сейчас пытался помочь академии и «Автомобилисту». Предложил руководству клуба свою программу, как привлечь зрителей на игры, но пока все остановилось на уровне бумаг. Я хочу, чтобы о моем деде больше знали, я им очень горжусь. И имя, которое дали в честь него, мне очень нравится. А фамилия у меня моего отца. Но я думал над тем, чтобы через дефис приписать фамилию деда. Пока не заслужил. Надо сначала чего-то добиться в жизни.
Владимир Самсонов, вице-президент клуба «Автомобилист», играл в сборной под руководством Платонова: «Настала эпоха бесправия тренера»
— В чем самая главная заслуга Платонова в волейболе?
— Главное то, о чем забыли все, — комбинации, которые были им придуманы. Интеллектуальный, умный волейбол — это стиль Платонова. Так сначала заиграл «Автомобилист», а потом тенденцию подхватил весь мир. Но сейчас так уже не играют. Волейбол стал более мощным атлетически, но менее умным. И этому есть объяснение. В Петербурге была лучшая школа тренера Платонова, которую я проходил с 16 лет и до конца карьеры. Ведь мы, игроки, не переходили из команды, ее почерк вырабатывался годами. Сейчас ротация игроков происходит каждый год, и все играют в примерно одинаковую игру, все должны под нее подходить. Плюс-минус кто-то быстрее-сильнее. Второй и очень важный фактор: за девять лет Платонов не проиграл ни одного официального соревнования. Выиграл даже больше, чем Тарасов в хоккее. У его команды за долгие годы сформировалась психология победителя. Я как спортсмен должен был каждую игру выиграть, иначе плохо себя чувствовал. Сейчас как-то игрокам все равно — выиграл, проиграл, главное, что зарплату дали. И больше ничего не интересует.
— Как привить дух победителей?
— Платонов для каждого находил свои слова. Повторять не буду, это личное. А когда я был уже тренером, он говорил, что главное — объединить всех на площадке одной идеей. Шесть игроков — они разные, хорошие, плохие, злые — какие угодно, но они должны стать единым организмом. И к каждой игре он придумывал новую идею. А сегодня идея только одна — деньги. Но это не идея, а средство.
Мне посчастливилось быть у Платонова вторым тренером. Я пытался позже повторить его приемы. Но в 90-е все сильно изменилось. В СССР была эпоха бесправия игрока, а сейчас эпоха бесправия тренера. И он всегда виноват. Потому что проще уволить одного тренера, чем всех игроков. Ему дали деньги и сказали: выигрывать надо «вчера». А чтобы воспитывать молодых, нужно восемь лет ждать, чтобы только полуфабрикаты получились. Сегодня пытаются растить игроков лишь идеалисты.