нильс персонаж какой сказки

Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями

Персонажи

Поиск персонажей

Старожил Глиммингенского замка.

Akka Knebekayse (Knebekayze)

Старая гусыня, предводительница гусиной стаи.

Бронзовый памятник королю Карлу XI, дразня которого, Нильс ухитрился выполнить условие гнома.

Медвежонок один из двух сыновей Мурлилы и её мужа-медведя. Играль с Нильсом как с куклой.

Жадный до серебра старый приятель лиса Смирре. Похитил Нильса чтобы тот открыл ему кувшин с серебром, подарил ему монетку. Помогал в путешествии.

Гном Тибелиус (в книге — домовой), заколдовавший Нильса за грубые шутки и назначавший ему задания воспитательного характера.

Орел, приемный сын Акки Кнебекайзе. Долгое время считал себя диким гусем.

За всю свою жизнь он ни разу не охотился у Серых скал и не тронул даже кончиком когтей ни одного дикого гуся.

Рассказал Нильсу заклинание замены, которое помогло бы ему стать человеком, если бы кто-то согласился стать за него лилипутом.

Бельчонок, сын белки Сирле. Тирлезалез к нему на спину, прежде чем выпасть из гнезда.

Предводитель крысиной армии в Глиммингенском замке.

Гибкая охотница на птиц, лис Смирре подговорил её охотиться на гусей. Была отогнана от стаи меткими камнями Нильса.

Разбойник, пытавшийся охотиться на стаю Акки Кнебекайсе, побежден Нильсом.

Белая гусыня, сбежавшая из дому матери Оосы и Матса. Из-за неё Мартина чуть не зарезали. Полетела вместе со стаей Акки Кнебекайзе. Стала невестой Мартина.

Домашний гусь Хольгерссонов, который улетел с дикой стаей.

Мальчишка, брат Оосы, нашел потерянный Нильсом деревянный башмачок.

Муж Мурлилы, отец Мурре и Бурре, глава вмедвежьего семейства. Хотел съесть Нильса за то что тот был человеком, выпустил его когда Нильс спас его семью от охотников.

Медведица, мать Брумме и Мурре, поймала Нильса и отдала его своим детям в качестве игрушки.

Медвежонок один из двух сыновей Мурлилы и её мужа-медведя. Играль с Нильсом как с куклой.

Невезучий студент из города Упсала. нелюдимый, незаметный, беда за ним так и ходила следом, ни на шаг его не отпускала. От людей он прятался, да и с ним никто не дружил.

Написал потрясающую рукопись об истории города Упсала и дал её Удачнику почитать.

Чеиырнадцатилетний хулиганистый крестьянский сын, который подшутил над домовым (гномом), за что был уменьшен им и оставлен в этом состоянии до выполнения трех условий.

Девчонка, сестра Матса, нашла потерянный Нильсом деревянный башмачок.

Сын белки Сирле, толкнул своего брата Дирле, и из-за этого со спины Дирле свалился Тирле и вывалился из гнезда.

Деревянная фигура боцмана Розенбома помогла Нильсу выполнить одно из условий гнома (в мультфильме)

Белка, мать спасенного Нильсом бельчонка, помогла найти гнома.

Болтливая сорока, знакомая белки Сирле, завела Нильса в чащу, а потом решила что он украл бельчонка Тирле.

Непоседливый сын белки Сирле. Выпал из дупла. Был спасен Нильсом.

Везучий студент из города Упсала. Так крепко сдружилась с ним удача, что никогда его не оставляла, — что бы он ни задумал, за какое бы дело ни взялся. Вот и был он всегда весел, всегда доволен, со всеми приветлив. За то и его все любили. Экзаменаторы не скупились для него на пятерки, товарищи души в нем не чаяли, и жилось ему на свете легче легкого.

Потерял рукопись Неудачника, и долго врал ему что не было времени её прочесть, чтобы не признаваться в потере.

Был готов заменить Нильса и сделаться крошечным, потому что чувствовал себя несчастнейшим человеком на свете.

Умный обитатель Глиммингенского замка, помог расшифровать записи в книге, помогал Нильсу в путешествии.

Источник

Краткое содержание сказки Путешествие Нильса с дикими гусями Лагерлёфа (сюжет произведения)

Нильс живет в небольшой деревне на территории Швеции. В школе он учился плохо, заработав репутацию проказника и хулигана. Домашние и дикие животные боялись Нильса, так как мальчишка часто обижал их, разорял гнезда.

Став совсем крошечным, Нильс понял, как трудно жить тем, кто чувствует себя беззащитным перед окружающими. Во двор к мальчику прилетели дикие гуси. Он услышал, как они предлагают своим домашним собратьям отправиться с ними в Лапландию. Гусь по кличке Мартин решил отправиться в долгий перелет. Нильс попытался задержать птицу, вцепившись в ее перья, но вместо этого понял, что поднялся в воздух вместе с Мартином.

Домашнему гусю долгий полет давался тяжело. Когда птицы остановились на ночлег, Мартин умер бы от жажды, если б не Нильс: мальчик помог уставшему Мартину напиться воды. Так, вовремя перелет Нильс и Мартин подружились.

Другие птицы сначала были враждебно настроены по отношению к маленькому человечку, но после того, как Нильс спас одну из них от лисы, отношение стаи к Нильсу изменилось в лучшую сторону.

Следующая остановка для отдыха была сделана стаей в старом замке на одной из горных вершин. Полноценному отдыху гусей в замке помешали крысы, которые стремились занять строение. Нильс с помощью дудочки увел крыс в озеро, где грызуны утонули. Птицы в это время смогли восстановить силы.

Оказалось, что в этом замке готовились к проведению веселого праздника для диких животных. Узнав, что Нильс обеспечил полноценный отдых диким гусям, организаторы праздника пригласили мальчика веселиться с ними. На празднике мальчик стал свидетелем того, как лис поймал воробья. Он счел своим долгом рассказать о том, что сделал лис. За это разъяренное животное хотело разделаться с мальчиком, но гуси не дали ему этого сделать.

Нильс на протяжении всего путешествия бесстрашно спасал птиц от опасностей. Он спас стаю от выдры и куницы, а перед прибытием в пункт назначения, Нильс спас Мартина, который чуть не умер. Кроме того, мальчик помог медведям, вернул в дупло маленького бельчонка, умудрялся перехитрить хищных зверей.

На протяжении всего путешествия гном наблюдал за поведением Нильса. Видя его самоотверженность, умение быть настоящим другом, гном решает снять свое заклятие. После того, как Нильс снова стал обычным мальчишкой, его поведение сильно изменилось. Он научился заботиться о животных, стал хорошо учиться.

Источник

Любимая книга детства., любовь к которой я сохранила на долгие годы. Или небольшая история о том, как появился мой ник.

Приветствую всех книголюбов!

Для меня это не просто детская история, а нечто больше.

Но обо всем по порядку.

Итак, «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями». Сельма Лагерлеф.

О чем эта история.

Маленький Нильс растет хулиганом и не слушается родителей. Однажды он вынужден остаться дома один. Мальчик обнаруживает дома домового и решает подшутить над ним. И из за своей выходки Нильс получит урок. После заклинания домового Нильса становится совсем крошечным и чтобы выжить прибивается к стае диких гусей.

Итак, что я здесь для себя отметила?

♥ Сюжет.

Для меня «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями» является одной из самых интересных книг среди детской литературы. Сюжет настолько интересный, что в детстве книгой я просто зачитывалась. Да что там! И перечитывала я ее множество раз. Сначала мне и брату ее читала нам мама. И удивительный факт, старший брат, как и я был в восторге от приключений Нильса. А потом уже став старше, я время от времени могла перечитать некоторые главы. И всегда чтение доставляло мне удовольствие.

Сама книга о путешествиях, различных приключениях, разных животных. И для ребенка это все представляет огромный интерес.

И еще один немаловажный и интересный момент. Изначально книга была задумана как некий учебник по географии для самых маленьких. Потом автор книги добавила различные приключения и появилась замечательная и познавательная история.

Как книга повиляла на меня и мою жизнь? Ответ для всех читателей Айрека – на поверхности. Дело в том, что свой ник автора на Айрекмоменд я позаимствовала именно у Нильса. Мне хотелось взять какое –то женское производное имя. Так и родилась – Неонила Покровская. Все мы родом из детства, и для меня Нильс – яркий и запоминающийся герой, который дал имя моему творческому псевдониму.

♥ Язык и стиль написания

Здесь большую роль играет сам перевод. В целом, мне он кажется удачным. Книга детская, но язык не слишком банальный. Напоминает действительно учебник в форме рассказа или повести.

Книга разделена на главы. И каждая глава пусть небольшого объема, но в ней отдельная история. И практически каждый раз она раскрыта полностью.

Единственное что мне не понравилось в конкретном издании книги – это иллюстрации, которые больше отпугивают, чем развивают воображение и вызывают интерес юного читателя.

♥ Атмосфера

♥ Время действия

А вообще это книга вне временных рамок. Это сказка, это путешествие, детские эмоции и впечатления.

♥ Герои

Мне нравится главный герой. Нильс – тот редкий книжный герой, который меняется на глазах у читателя. Что было, что стало – разница очевидна. Так же автор указывает на то, что здесь нет волшебства. Мальчик изменился и стал совсем другим из аз неких обстоятельств. Он просто посмотрел на себя другими глазами и стал настоящим другом и даже героем.

♥ Мораль

Так же здесь явно дается понять что хорошо, что плохо, а что просто недопустимо. Книга будет полезна детям так же расширить кругозор.

Я в восторге от этой книги.

На этом у меня все. Мои отзывы на книги:

Рекомендую или нет? Конечно, рекомендую. От меня высший балл,

С вами была ваша ♥ Неонила.

Источник

Чем полная версия «Путешествий Нильса» отличается от пересказа и мультфильма?

Итак, Сельма Лагерлёф создала свой знаменитый сказочный учебник о Нильсе Хольгерссоне и диких гусях. Но история сказки на этом не закончилась. Более того — в нашей культуре существует, как минимум, три «Нильса», и все они — очень разные.

Хотя первый русский перевод сказки был сделан Людмилой Хавкиной ещё в 1908 году, он вышел не очень удачным и успеха среди читателей не снискал. По-настоящему «Нильс» стал для нас своим лишь в советскую эпоху.

При этом отношение к самой Лагерлёф в СССР какое-то время было неоднозначным. С одной стороны, писательница была сознательной антифашисткой. Буквально перед смертью она успела помочь преследуемой режимом поэтессе Нелли Закс эмигрировать из Германии в Швецию. С другой стороны, во время советско-финской войны Лагерлёф сочувствовала финнам и даже пожертвовала в помощь Финляндии свою Нобелевскую медаль.

Тем не менее это не помешало З. Задунайской и А. Любарской выпустить в 1940 году свою версию сказки под названием «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями». Правда, с оригиналом переводчицы обошлись очень вольно. Объём книги ужали в 6 раз: вместо 55 глав осталось лишь 17. Сокращение шло за счёт выбраковки большинства географических описаний и этнографических подробностей. Исчезли и многие побочные легенды и истории, которые Лагерлёф старательно нанизывала на основную нить сюжета сказки. Первое издание пересказа 1940 г. и первое издание полного перевода 1982 г.
Фото: обложки книг

В результате изменился сам дух сказки. Из неё исчезла лирика, исчезло личное отношение писательницы к происходящему. Пейзаж, написанный акварелью, превратился в яркие картинки. Остался только центральный авантюрный сюжет — и тот изрядно сокращённый и переписанный.

Зато такой «Нильс» тут же обрёл огромную популярность и до сих пор входит у нас в число самых любимых детских книг. Популярность пересказа привела к тому, что в 1955 году на студии «Союзмультфильм» Владимир Полковников и Александра Снежно-Блоцкая снимают м-ф «Заколдованный мальчик», благодаря которому о Нильсе узнали уже миллионы.

Я до сих пор помню и вереницу крыс, шагающую вслед за дудочкой Нильса, и тяжёлую поступь статуи короля, приводящую меня в неизменный ужас (о пушкинском «Медном всаднике» и «Каменном госте» я тогда ещё не знал). И конечно же, в наш лексикон тут же вошло восклицание: «Ты ещё крепкий старик, Розенбом!»
Розенбом и король
Кадр из м/ф «Заколдованный мальчик», 1955 г. Фото: kinopoisk.ru

Стоит ли говорить, что сюжет мультфильма был ещё больше сокращён и изменён (достаточно вспомнить титры: «И в Лапландии ничего особенного тоже не произошло»). Повольничали аниматоры и над образами героев. Так, предводительнице крыс художники придали черты и повадки Гитлера, а статуи короля и Розенбома приобрели внешнее сходство с озвучивающими их актёрами — Алексеем Коноваловым и Георгием Вициным. Кадр из м/ф «Заколдованный мальчик», 1955 г.
Фото: kinopoisk.ru

Полного перевода сказки пришлось ждать долго. Он вышел лишь в 1982 году стараниями специалистки по скандинавской литературе и поборницы адекватных переводов — Людмилы Брауде. Естественно, с комментариями. Оказалось, что в оригинале сказка о Нильсе — совсем-совсем другая: не столь динамичная и весёлая, напоминающая дерево с многочисленными ответвлениями и множеством табличек с малознакомыми названиями — университетский городок Упсала, провинция Сконе, остров Готланд, Ботанический сад Карла Линнея Мы узнаём, что гуся зовут не Мартин, а Мортен, а имя гусыни-предводительницы — Кебнекайсе — является названием высочайшей горной вершины Швеции.

Естественно, полный перевод книги крайне важен для понимания того, что хотела донести до читателя Лагерлёф. Вот только боюсь, что, несмотря на дополнительное количество интересных легенд и приключений, наш ребёнок вряд ли осилит всю эту шведскую этнографию. В отличие от шведских детей, она ему не близка и, соответственно, малоинтересна. Сельма Лагерлёф
Фото: Карл Олоф Ларсон, commons.wikimedia.org

Чтобы лучше понять отличия между версиями «Нильса», возьмём несколько сцен, которые присутствуют и в оригинале, и в пересказе, и в мультфильме.

Завязка

В оригинале родители Нильса идут в церковь, а мальчишку заставляют читать воскресную проповедь. В пересказе 1940 года все религиозные атрибуты исчезли: родители идут на ярмарку, а Нильс учит обычные уроки.

Домовой, заколдовавший мальчика, в пересказе становится более привычным гномом. Если в книгах он уменьшает Нильса самовольно, наказывая того за жадность, то в мультфильме Нильс сам допускает оплошность, заявляя, что желает стать таким, как гном. Конечно, мальчик имел в виду магические способности, но гном исполнил его пожелание по-своему.

Изгнание крыс

Думаю, ни для кого не секрет, что изгнание крыс из Глиммингенского замка с помощью волшебной дудочки — это вариация на тему немецкой легенды о Гаммельнском крысолове, который избавил город Гаммельн от крыс, а когда ему отказались платить, то увёл из города и всех гаммельнских детей.

В отличие от волшебной дудочки, замок Глимменгхеус — не плод фантазии. Это неказистое мрачное строение с толстыми стенами поначалу принадлежало датчанам, а потом было отвоёвано шведами — вместе со всей провинцией Сконе, откуда и был родом Нильс. Реальный замок Глимменгхеус
Фото: Holger Rosencrantz, commons.wikimedia.org

Две статуи

Портовый город, где Нильс встречался с двумя ожившими статуями, называется Карлскпуна (швед. «Корона Карла»). Его основал великий шведский король Карл XI ещё в 1680 году с целью основания здесь военно-морской базы. Понятно, что в городе стоит статуя Карла — именно её так необдуманно дразнит Нильс.

Второй персонаж — деревянная статуя Старика Русенбума (Розенбома), тоже не выдумана писательницей. Она изображает собой старого боцмана и действительно стоит у Адмиральской церкви (самой старой деревянной церкви в Швеции). В шапке Розенбома прорезано отверстие для монеток, и статуя играет роль своеобразной кружки для подаяний. В мультфильме церковь не упоминается, и боцман стоит у трактира.

А вот конец истории сильно разнится во всех трёх версиях. В оригинале статуи просто исчезают с первыми лучами солнца. В пересказе бронзовый король тоже исчез, но перед этим успел в ярости разбить своей тростью статую Розенбома (советским детям решили лишний раз напомнить о жестокости монархов). Однако в мультфильме Розенбома пощадили, а король сбежал потому, что ровно в три часа должен вернуться на свой пьедестал. Реальные памятники Карлу и Розенбому в Карлскруне. Правда, старую статую Розенбома в виду износа (дерево всё-таки) заменили на новую
Фото: Sendelbach, commons.wikimedia.org

Развязка

Не менее разнообразной вышел и пересказ истории со снятием заклятия. В оригинале Нильс узнаёт, что снять его можно, если кто-то другой захочет стать таким же маленьким, как он. Однако он не захочет воспользоваться этим способом — путём обмана ловя людей на слове, и заклятие в конце книги спадает само по себе — как награда за его добрые дела.

В пересказе 1940 г. Нильс всё-таки применяет заклинание по отношению к гусёнку, который не хочет становиться взрослым (почему-то переводчицы решили, что оставить гуся маленьким — не такое уж зло).

В мультфильме всё приведено к более традиционным сказочным мотивам. Гном ставит Нильсу условия — «когда замок спасёт дудочка, когда король снимет шляпу». Ну, а последнее условие на самом деле оказывается испытанием — сможет ли мальчик ради своего спасения пожертвовать жизнью Мартина? Нильс делает правильный моральный выбор, и именно за жертву во имя друга гном освобождает его от заклятия. Кадр из м/ф «Заколдованный мальчик», 1955 г.
Фото: kinopoisk.ru

Как видите, у каждого из трёх русских обличий Нильса есть свои достоинства и недостатки. Конечно, дети ещё долго будут любить мультфильм и пересказ. А вот полный перевод будет интересен людям постарше — особенно тем, кто интересуется Швецией, её историей и фольклором.

Возможно, со временем кто-то из переводчиков осмелится на ещё один пересказ, который упростит для нашего читателя географическую составляющую, но не нарушит при этом сюжет, оставит многие интересные истории и сохранит лирический дух сказки великой шведской писательницы.

Источник

Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями— Сельма Лагерлёф

Глава I. Лесной гном

В малень­кой швед­ской дере­вушке Вест­мен­хег жил когда-то маль­чик по имени Нильс. С виду — маль­чик как мальчик.

А сладу с ним не было никакого.

На уро­ках он счи­тал ворон и ловил двойки, в лесу разо­рял пти­чьи гнезда, гусей во дворе драз­нил, кур гонял, в коров бро­сал камни, а кота дер­гал за хвост, будто хвост — это веревка от двер­ного колокольчика.

Так про­жил он до две­на­дцати лет. И тут слу­чи­лось с ним необык­но­вен­ное происшествие.

Одна­жды в вос­кре­се­нье отец с мате­рью собра­лись на ярмарку в сосед­нее село. Нильс не мог дождаться, когда они уйдут.

Но отец будто отга­дал его мысли.

— Смотри, из дому ни на шаг! — ска­зал он. — Откры­вай учеб­ник и берись за ум. Слышишь?

— Слышу, — отве­тил Нильс, а про себя поду­мал: «Так я и стану тра­тить вос­крес­ный день на уроки!»

— Учись, сынок, учись, — ска­зала мать.

Она даже сама достала с полки учеб­ник, поло­жила на стол и при­дви­нула кресло.

А отец отсчи­тал десять стра­ниц и строго-настрого приказал:

— Чтобы к нашему воз­вра­ще­нию все назу­бок знал. Сам проверю.

Нако­нец отец с мате­рью ушли.

«Им-то хорошо, вон как весело шагают! — тяжело вздох­нул Нильс. — А я точно в мыше­ловку попался с этими уроками!»

Ну что поде­ла­ешь! Нильс знал, что с отцом шутки плохи. Он опять вздох­нул и уселся за стол. Правда, смот­рел он не столько в книгу, сколько в окно. Ведь это было куда интереснее!

По кален­дарю был еще март, но здесь, на юге Шве­ции, весна уже успела пере­спо­рить зиму. В кана­вах весело бежала вода. На дере­вьях набухли почки. Буко­вый лес рас­пра­вил свои ветви, око­че­нев­шие в зим­ние холода, и теперь тянулся кверху, как будто хотел достать до голу­бого весен­него неба.

А под самым окном с важ­ным видом раз­гу­ли­вали куры, пры­гали и дра­лись воро­бьи, в мут­ных лужах плес­ка­лись гуси. Даже коровы, запер­тые в хлеву, почу­яли весну и мычали на все голоса, словно про­сили: «Вы-ыпу­сти нас, вы-ыпу­сти нас!»

Нильсу тоже хоте­лось и петь, и кри­чать, и шле­пать по лужам, и драться с сосед­скими маль­чиш­ками. Он с доса­дой отвер­нулся от окна и уста­вился в книгу. Но про­чел он не много. Буквы стали почему-то пры­гать перед гла­зами, строчки то сли­ва­лись, то раз­бе­га­лись… Нильс и сам не заме­тил, как заснул.

Кто знает, может быть, Нильс так и про­спал бы весь день, если б его не раз­бу­дил какой-то шорох.

Нильс под­нял голову и насторожился.

В зер­кале, кото­рое висело над сто­лом, отра­жа­лась вся ком­ната. Никого, кроме Нильса, в ком­нате нет… Все как будто на своем месте, все в порядке…

И вдруг Нильс чуть не вскрик­нул. Кто-то открыл крышку сундука!

В сун­дуке мать хра­нила все свои дра­го­цен­но­сти. Там лежали наряды, кото­рые она носила еще в моло­до­сти, — широ­чен­ные юбки из домо­тка­ного кре­стьян­ского сукна, рас­ши­тые цвет­ным бисе­ром лифы; белые как снег накрах­ма­лен­ные чепцы, сереб­ря­ные пряжки и цепочки.

Мать никому не поз­во­ляла откры­вать без нее сун­дук, а Нильса и близко к нему не под­пус­кала. И уж о том, что она могла уйти из дому, не запе­рев сун­дука, даже гово­рить нечего! Не бывало такого слу­чая. Да и сего­дня — Нильс отлично это пом­нил — мать два раза воз­вра­ща­лась с порога, чтобы подер­гать замок, — хорошо ли защелкнулся?

Кто же открыл сундук?

Может быть, пока Нильс спал, в дом забрался вор и теперь пря­чется где-нибудь здесь, за две­рью или за шкафом?

Нильс затаил дыха­ние и, не мигая, всмат­ри­вался в зеркало.

Что это за тень там, в углу сун­дука? Вот она шевель­ну­лась… Вот поползла по краю… Мышь? Нет, на мышь не похоже…

Нильс прямо гла­зам не верил. На краю сун­дука сидел малень­кий чело­ве­чек. Он словно сошел с вос­крес­ной кар­тинки в кален­даре. На голове — широ­ко­по­лая шляпа, чер­ный каф­тан­чик укра­шен кру­жев­ным ворот­ни­ком и ман­же­тами, чулки у колен завя­заны пыш­ными бан­тами, а на крас­ных сафья­но­вых баш­мач­ках поблес­ки­вают сереб­ря­ные пряжки.

«Да ведь это гном! — дога­дался Нильс. — Самый насто­я­щий гном!»

Мать часто рас­ска­зы­вала Нильсу о гно­мах. Они живут в лесу. Они умеют гово­рить и по-чело­ве­чьи, и по-пти­чьи, и по-зве­ри­ному. Они знают о всех кла­дах, кото­рые хоть сто, хоть тысячу лет назад были зарыты в землю. Захо­тят гномы — зимой на снегу цветы зацве­тут, захо­тят — летом замерз­нут реки.

Ну, а бояться гнома нечего. Что пло­хого может сде­лать такое кро­шеч­ное существо!

К тому же гном не обра­щал на Нильса ника­кого вни­ма­ния. Он, кажется, ничего не видел, кроме бар­хат­ной без­ру­кавки, рас­ши­той мел­ким реч­ным жем­чу­гом, что лежала в сун­дуке на самом верху.

Пока гном любо­вался затей­ли­вым ста­рин­ным узо­ром, Нильс уже при­ки­ды­вал, какую бы штуку сыг­рать с уди­ви­тель­ным гостем.

Хорошо бы столк­нуть его в сун­дук и потом захлоп­нуть крышку. А можно еще вот что…

Не пово­ра­чи­вая головы, Нильс огля­дел ком­нату. В зер­кале она вся была перед ним как на ладони. На пол­ках в стро­гом порядке выстро­и­лись кофей­ник, чай­ник, миски, кастрюли… У окна — комод, застав­лен­ный вся­кой вся­чи­ной… А вот на стене — рядом с отцов­ским ружьем — сачок для ловли мух. Как раз то, что нужно!

Нильс осто­рожно соскольз­нул на пол и сдер­нул сачок с гвоздя.

Один взмах — и гном забился в сетке, как пой­ман­ная стрекоза.

Его широ­ко­по­лая шляпа сби­лась на сто­рону, ноги запу­та­лись в полах каф­тан­чика. Он барах­тался на дне сетки и бес­по­мощно раз­ма­хи­вал руками. Но чуть только ему уда­ва­лось немного при­под­няться, Нильс встря­хи­вая сачок, и гном опять сры­вался вниз.

— Послу­шай, Нильс, — взмо­лился нако­нец гном, — отпу­сти меня на волю! Я дам тебе за это золо­тую монету, боль­шую, как пуго­вица на твоей рубашке.

Нильс на минуту задумался.

— Что ж, это, пожа­луй, неплохо, — ска­зал он и пере­стал рас­ка­чи­вать сачок.

Цеп­ля­ясь за редень­кую ткань, гном ловко полез вверх, Вот он уже ухва­тился за желез­ный обруч, и над краем сетки пока­за­лась его голова…

Тут Нильсу при­шло на ум, что он про­де­ше­вил. Вдо­ба­вок к золо­той монете ведь можно было потре­бо­вать, чтобы гном учил за него уроки. Да мало ли что еще можно при­ду­мать! Гном теперь на все согла­сится! Когда сидишь в сачке, спо­рить не станешь.

И Нильс снова встрях­нул сетку.

Но тут вдруг кто-то отве­сил ему такую затре­щину, что сетка выпала у него из рук, а сам он куба­рем отка­тился в угол.

С минуту Нильс лежал не дви­га­ясь, потом кряхтя и охая, встал.

Гнома уже и след про­стыл. Сун­дук был закрыт, а сачок висел на своем месте — рядом с отцов­ским ружьем.

«При­сни­лось мне все это, что ли? — поду­мал Нильс. — Да нет, пра­вая щека горит, словно по ней про­шлись утю­гом. Это гном так меня огрел! Конечно, отец с мате­рью не пове­рят, что гном побы­вал у нас в гостях. Ска­жут — все твои выдумки, чтобы уроки не учить. Нет, как ни верти, а надо опять садиться за книгу!»

Нильс сде­лал два шага и оста­но­вился. С ком­на­той что-то слу­чи­лось. Стены их малень­кого домика раз­дви­ну­лись, пото­лок ушел высоко вверх, а кресло, на кото­ром Нильс все­гда сидел, воз­вы­ша­лось над ним непри­ступ­ной горой. Чтобы взо­браться на него, Нильсу при­шлось караб­каться по витой ножке, как по коря­вому стволу дуба. Книга по-преж­нему лежала на столе, но она была такая огром­ная, что вверху стра­ницы Нильс не мог раз­гля­деть ни одной буквы. Он улегся живо­том на книгу и пополз от строчки к строчке, от слова к слову. Он прямо изму­чился, пока про­чел одну фразу.

— Да что же это такое? Так ведь и к зав­траш­нему дню до конца стра­ницы не добе­решься! — вос­клик­нул Нильс и рука­вом отер пот со лба.

И вдруг он уви­дел, что из зер­кала на него смот­рит кро­шеч­ный чело­ве­чек — совсем такой же, как тот гном, кото­рый попался к нему в сетку. Только одет по-дру­гому: в кожа­ных шта­нах, в жилетке и в клет­ча­той рубашке с боль­шими пуговицами.

— Эй ты, чего тебе здесь надо? — крик­нул Нильс и погро­зил чело­вечку кулаком.

Чело­ве­чек тоже погро­зил кула­ком Нильсу.

Нильс под­бо­че­нился и высу­нул язык. Чело­ве­чек тоже под­бо­че­нился и тоже пока­зал Нильсу язык.

Нильс топ­нул ногой. И чело­ве­чек топ­нул ногой.

Нильс пры­гал, вер­телся волч­ком, раз­ма­хи­вал руками, но чело­ве­чек не отста­вал от него. Он тоже пры­гал, тоже вер­телся волч­ком и раз­ма­хи­вал руками.

Тогда Нильс сел на книгу и горько запла­кал. Он понял, что гном закол­до­вал его и что малень­кий чело­ве­чек, кото­рый смот­рел на него из зер­кала, — это он сам, Нильс Хольгерсон.

«А может быть, это все-таки сон?» — поду­мал Нильс.

Он крепко зажму­рился, потом — чтобы совсем проснуться — ущип­нул себя изо всех сил и, подо­ждав с минуту, снова открыл глаза. Нет, он не спал. И рука, кото­рую он ущип­нул, болела по-настоящему.

Нильс подо­брался к самому зер­калу и уткнулся в него носом. Да, это он, Нильс. Только был он теперь не больше воробья.

«Надо найти гнома, — решил Нильс. — Может быть, гном про­сто пошутил?»

Нильс сполз по ножке кресла на пол и стал обша­ри­вать все углы. Он залез под ска­мью, под шкаф, — сей­час ему это было нетрудно, — залез даже в мыши­ную нору, но гнома нигде не было.

Оста­ва­лась еще надежда — гном мог спря­таться во дворе.

Нильс выбе­жал в сени. Где же его баш­маки? Они должны сто­ять возле двери. И сам Нильс, и его отец с мате­рью, и все кре­стьяне в Вест­мен­хеге, да и во всех дерев­нях Шве­ции, все­гда остав­ляют свои баш­маки у порога. Баш­маки ведь дере­вян­ные. В них ходят только по улице, а дома снимают.

Но как он, такой малень­кий, спра­вится теперь со сво­ими боль­шими, тяже­лыми башмачищами?

И тут Нильс уви­дел перед две­рью пару кро­хот­ных баш­мач­ков. Сна­чала он обра­до­вался, а потом испу­гался. Если гном закол­до­вал даже баш­маки, — зна­чит, он и не соби­ра­ется снять закля­тие с Нильса!

Нет, нет, надо поско­рее найти гнома! Надо про­сить его, умо­лять! Нико­гда, нико­гда больше Нильс никого не оби­дит! Он ста­нет самым послуш­ным, самым при­мер­ным мальчиком…

Нильс сунул ноги в баш­мачки и про­скольз­нул в дверь. Хорошо, что она была при­от­крыта. Разве смог бы он дотя­нуться до щеколды и ото­дви­нуть ее!

У крыльца, на ста­рой дубо­вой доске, пере­бро­шен­ной с одного края лужи на дру­гой, пры­гал воро­бей. Чуть только воро­бей уви­дел Нильса, он запры­гал еще быст­рее и зачи­ри­кал во все свое воро­бьи­ное горло. И — уди­ви­тель­ное дело! — Нильс его пре­красно понимал.

— Посмот­рите-ка на Нильса! — кри­чал воро­бей. — Посмот­рите-ка на Нильса!

— Кука­реку! — весело заорал петух. — Сбро­сим-ка его в ре-ку!

А куры захло­пали кры­льями и напе­ре­бой закудахтали:

— Так ему и надо! Так ему и надо! Гуси обсту­пили Нильса со всех сто­рон и, вытя­ги­вая шеи, шипели ему в ухо:

— Хорош‑ш! Ну уж хорош! Что, боиш-шься теперь? Боишься?

И они кле­вали его, щипали, дол­били клю­вами, дер­гали за руки и за ноги.

Бед­ному Нильсу при­шлось бы совсем плохо, если бы в это время на дворе не появился кот. Заме­тив кота, куры, гуси и утки сей­час же бро­си­лись врас­сып­ную и при­ня­лись рыться в земле с таким видом, будто их ничего на свете не инте­ре­сует, кроме чер­вя­ков и про­шло­год­них зерен.

А Нильс обра­до­вался коту, как родному.

— Милый котик, — ска­зал он, — ты зна­ешь все зако­улки, все дыры, все норки на нашем дворе. Будь добр, скажи, где мне найти гнома? Он ведь не мог далеко уйти.

Кот отве­тил не сразу. Он уселся, обвил хво­стом перед­ние лапы и посмот­рел на маль­чика. Это был огром­ный чер­ный кот, с боль­шим белым пят­ном на груди. Его глад­кая шерстка так и бле­стела на солнце. Вид у кота был вполне доб­ро­душ­ный. Он даже втя­нул свои когти и зажму­рил жел­тые глаза с узень­кой-пре­узень­кой полос­кой посредине.

— М‑р-р, м‑р-р! Я, конечно, знаю, где найти гнома, — заго­во­рил кот лас­ко­вым голо­сом. — Но еще неиз­вестно, скажу я тебе или нет…

— Котик, котик, золо­той ротик, ты дол­жен мне помочь! Разве ты не видишь, что гном меня заколдовал?

Кот чуть-чуть при­от­крыл глаза. В них вспых­нул зеле­ный злой ого­нек, но мур­лы­кал кот по-преж­нему ласково.

— Это за что же я дол­жен тебе помо­гать? — ска­зал он. — Может быть, за то, что ты сунул мне в ухо осу? Или за то, что ты под­па­лил мне шерсть? Или за то, что ты каж­дый день дер­гал меня за хвост? А?

— А я и сей­час могу дер­нуть тебя за хвост! — закри­чал Нильс. И, забыв о том, что кот раз в два­дцать больше, чем он сам, шаг­нул вперед.

Что тут стало с котом! Глаза у него засвер­кали, спина выгну­лась, шерсть под­ня­лась дыбом, из мяг­ких пуши­стых лап вылезли ост­рые когти. Нильсу даже пока­за­лось, что это какой-то неви­дан­ный дикий зверь выско­чил из лес­ной чащи. И все-таки Нильс не отсту­пил. Он сде­лал еще шаг… Тогда кот одним прыж­ком опро­ки­нул Нильса и при­жал его к земле перед­ними лапами.

— Помо­гите, помо­гите! — закри­чал Нильс изо всех сил. Но голо­сок у него был теперь не громче, чем у мышонка. Да и некому было его выручать.

Нильс понял, что ему при­шел конец, и в ужасе закрыл глаза.

Вдруг кот втя­нул когти, выпу­стил Нильса из лап и сказал:

— Ладно, на пер­вый раз хва­тит. Если бы твоя мать не была такой доб­рой хозяй­кой и не поила меня утром и вече­ром моло­ком, тебе при­шлось бы худо. Ради нее я оставлю тебя в живых.

С этими сло­вами кот повер­нулся и будто ни в чем не бывало пошел прочь, тихонько мур­лы­кая, как пола­га­ется доб­рому домаш­нему коту.

А Нильс встал, стрях­нул с кожа­ных шта­нов грязь и поплелся в конец двора. Там он вска­раб­кался на выступ камен­ной ограды, уселся, све­сив кро­шеч­ные ноги в кро­шеч­ных баш­мач­ках, и задумался.

Что же будет дальше?! Скоро вер­нутся отец и мать! Как они уди­вятся, уви­дев сво­его сына! Мать, конечно, запла­чет, а отец, может, ска­жет: так Нильсу и надо! Потом при­дут соседи со всей округи, при­мутся его рас­смат­ри­вать и ахать… А вдруг его кто-нибудь укра­дет, чтобы пока­зы­вать зева­кам на ярмарке? Вот посме­ются над ним маль­чишки. Ах, какой он несчаст­ный! Какой несчаст­ный! На всем белом свете, навер­ное, нет чело­века несчаст­нее, чем он!

Бед­ный домик его роди­те­лей, при­жа­тый к земле пока­той кры­шей, нико­гда не казался ему таким боль­шим и кра­си­вым, а их тес­ный дво­рик — таким просторным.

Где-то над голо­вой Нильса зашу­мели кры­лья. Это с юга на север летели дикие гуси. Они летели высоко в небе, вытя­нув­шись пра­виль­ным тре­уголь­ни­ком, но, уви­дев своих роди­чей — домаш­них гусей, — спу­сти­лись ниже и закричали:

— Летите с нами! Летите с нами! Мы летим на север, в Лаплан­дию! В Лапландию!

Домаш­ние гуси завол­но­ва­лись, заго­го­тали, захло­пали кры­льями, как будто про­бо­вали, могут ли они взле­теть. Но ста­рая гусыня — она при­хо­ди­лась бабуш­кой доб­рой поло­вине гусей — бегала вокруг них и кричала:

— С ума сош-шли! С ума сош-шли! Не делайте глу­по­стей! Вы же не какие-нибудь бро­дяги, вы почтен­ные домаш­ние гуси!

И, задрав голову, она закри­чала в небо:

— Нам и тут хорошо! Нам и тут хорошо! Дикие гуси спу­сти­лись еще ниже, словно высмат­ри­вая что-то во дворе, и вдруг — все разом — взмыли в небо.

— Га-га-га! Га-га-га! — кри­чали они. — Разве это гуси? Это какие-то жал­кие курицы! Оста­вай­тесь в вашем курятнике!

От зло­сти и обиды у домаш­них гусей даже глаза сде­ла­лись крас­ными. Такого оскорб­ле­ния они еще нико­гда не слышали.

Только белый моло­дой гусь, задрав голову кверху, стре­ми­тельно побе­жал по лужам.

— Подо­ждите меня! Подо­ждите меня! — кри­чал он диким гусям. — Я лечу с вами! С вами!

«Да ведь это Мар­тин, луч­ший мамин гусь, — поду­мал Нильс. — Чего доб­рого, он и в самом деле улетит!»

— Стой, стой! — закри­чал Нильс и бро­сился за Мартином.

Нильс едва догнал его. Он под­прыг­нул и, обхва­тив руками длин­ную гуси­ную шею, повис на ней всем телом. Но Мар­тин даже не почув­ство­вал этого, точно Нильса и не было. Он сильно взмах­нул кры­льями — раз, дру­гой — и, сам того не ожи­дая, полетел.

Прежде чем Нильс понял, что слу­чи­лось, они уже были высоко в небе.

Источник