о ком в белинский сказал что он первый на руси свел поэзию с жизнью
Кантемир
В статье о Кантемире Белинский изложил ряд важнейших положений, составляющих его историко-литературную концепцию: разделение литературы XVIII века на сатирическую и риторическую, утверждение сатирического направления как наиболее важного и значительного, свидетельствующего о постоянном стремлении русской литературы сблизиться с жизнью и тем самым стать литературой самобытной, национальной. Если Белинский в своих оценках писателей риторического направления (и прежде всего Ломоносова) ошибочно придал преувеличенное значение элементу подражательности, то в творчестве писателей сатирического направления, начиная с Кантемира, Белинский неизменно подчеркивал их оригинальность и самостоятельность. В этом заключалась наиболее ценная и глубокая идея в воззрениях Белинского на историю русской литературы.
Оглавление
Приведённый ознакомительный фрагмент книги Кантемир предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.
Конец ознакомительного фрагмента.
Оглавление
Приведённый ознакомительный фрагмент книги Кантемир предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.
Примечания
В действительности сатиры Кантемира, в их последней редакции, были написаны не традиционным, а реформированным силлабическим стихом, основные принципы которого были сформулированы им в «Письме Харитона Макетина к приятелю о сложении стихов русских» (1742).
Объективно-историческая оценка Сумарокова была дана Белинским в 1847 году в рецензии на роман Н. Кукольника «Два Ивана, два Степаныча, два Костылькова» (см. Полн. собр. соч., т. X, стр. 489–190).
Первая биография Кантемира была составлена его другом, аббатом Венути, и напечатана на французском языке при лондонском издании сатир Кантемира (1749) под заглавием «Vie du prince Antiochus Cantemir». Она легла в основу всех последующих биографических статей о Кантемире. В названной Белинским книге Беера (Байера) на стр. 330–358 был помещен русский перевод биографии Венути (с некоторыми исправлениями и дополнениями). Заимствуя из этой книги данные о жизни сатирика, Белинский, очевидно, не обратил внимания на справку об источнике биографии на стр. 330–331. Ускользнуло от его внимания и то обстоятельство, что другой перевод этой же работы был помещен в 1815 году в журнале П. Строева «Современный наблюдатель российской словесности» (№ 7, стр. 137–146, № 8, стр. 153–164 и № 9, стр. 169–175).
Смотрите также
Похождения Чичикова, или мертвые души. Поэма Н. Гоголя
Николай Полевой, 1842
«Разговор» Ив. Тургенева
Константин Сергеевич Аксаков, 1845
Сочинения гр. А. К. Толстого как педагогический материал. Часть вторая. Эпические мотивы
Иннокентий Фёдорович Анненский, 1887
Нечто об игре г-на Щепкина по поводу замечаний «Северной пчелы»
Сергей Аксаков, 1857
Литературный тип слабого человека. По поводу тургеневской «Аси»
Павел Анненков, 1858
О новейшем реализме
Владимир Михайлович Шулятиков, 1901
Владимир Сергеевич Соловьев, 1899
Символизм и современное русское искусство
Б. Виппер. Проблема и развитие натюморта (Жизнь вещей)
Борис Арватов, 1923
Юлий Исаевич Айхенвальд, 1913
Игрушка Tenga 3D как модель архитектуры
Письмо провинциала к г. Тургеневу
Константин Николаевич Леонтьев, 1860
Детство и отрочество. Военные рассказы графа Л. Н. Толстого (статья)
Николай Чернышевский, 1856
Падение стихотворной формы в новейшей русской литературе
Виссарион Белинский о поэзии А. С. Пушкина
Источник заметки – статьи Белинского о классиках русской литературы [1]. Цитаты из неё даются без ссылки на источник.
2. Два недостатка поэзии Пушкина
Белинский отметил два недостатка в поэзии А.С. Пушкина: елейность и кротость [с. 36]. «… по своему воззрению Пушкин принадлежит к той школе искусства, которой пора уже миновала совершенно в Европе и которая даже у нас не может произвести ни одного великого поэта. Дух анализа, неукротимое стремление исследования, страстное, полное вражды и любви мышление сделались теперь жизнию всякой истинной поэзии. Вот в чём время опередило поэзию Пушкина и большую часть его произведений лишило того животрепещущего интереса, который возможен только как удовлетворительный ответ на тревожные, болезненные вопросы настоящего» [1, с. 36]. Поэтическое кредо поэта хорошо выражено в его стихотворении «Чернь» [с. 37]:
Не для житейского волненья,
Не для корысти, не для битв:
Мы рождены для вдохновенья,
Для звуков сладких и молитв.
«… каждый умный человек вправе требовать, чтоб поэзия поэта или давала ему ответы на вопросы времени, или, по крайней мере, исполнена была скорбью этих тяжёлых, неразрешимых вопросов» [с. 37]. Отмечая практичность и глубокий историзм поэзии Гёте, Белинский писал: «Личность Пушкина высока и благородна; но его взгляд на своё художественное служение, равно как и недостаток современного европейского образования… тем не менее были причиною постепенного охлаждения восторга, который возбудили первые его произведения» [с. 38]. «Как бы то ни было, нельзя винить Пушкина что он не мог выйти из заколдованного круга своей личности» [с. 39]:
Поэт! Не дорожи любовию народной.
Восторженных похвал пройдёт минутный шум;
Услышишь суд глупца и смех толпы холодной,
Но ты останься твёрд, спокоен и угрюм.
3. Пушкин и Гоголь с позиций мировой литературы
«… когда развернёшь Гомера, Шекспира, Байрона, Гёте или Шиллера, так делается как-то неловко при воспоминании о наших Гомерах, Шекспирах, Байронах и пр. Вальтером Скоттом тоже шутить нечего: этот человек дал историческое и социальное направление новейшему европейскому искусству» [с. 387]. «… Гоголь великий русский поэт, не более; «Мёртвые души» его – тоже только для России и в России могут иметь бесконечно великое значение… такова судьба и Пушкина… Немного, слишком немногое из произведений Пушкина может быть передано на иностранные языки, не утратив с формою своего субстанциального достоинства; но из Гоголя едва ли что-нибудь может быть передано. И, однако ж, мы в Гоголе видим более важное значение для русского общества, чем в Пушкине: ибо Гоголь более поэт социальный, следовательно, более поэт в духе времени»
Заключение
Российское пушкиноведение грешит одним существенным недостатком – оно умалчивает о том, что может бросить тень на уже выпестованный образ Пушкина. Забывая о том, что в таких вопросах квасной патриотизм плохой советчик.
Источники информации
1. В.Г. Белинский. Статьи о классиках. М.: Художественная литература, 1970. – 608 с.
Опубликовано: 09.02.2019
О ком в белинский сказал что он первый на руси свел поэзию с жизнью
Русская Литература XVIII Века
В 9 классе учителю важно впервые дать общее представление об эпохе, когда начинает формироваться так называемая новая литература. Исследователь литературы XVIII века доктор филологических наук, профессор В. И. Федоров называет четыре периода:
«I период — литература петровского времени. Она еще носит переходный характер. Основная особенность — интенсивный процесс „обмирщения“ (т. е. замены литературы религиозной литературой светской).
II период (1730—1750) характеризуется формированием классицизма, созданием новой жанровой системы, углубленной разработкой литературного языка.
III период (1760-е — первая половина 70-х годов) — дальнейшая эволюция классицизма, расцвет сатиры, появление предпосылок к зарождению сентиментализма.
IV период (последняя четверть века) — начало кризиса классицизма, оформление сентиментализма, усиление реалистических тенденций».
В небольшой беседе учитель может рассказать о каждом из периодов. В данном случае интересны жанры, бытовавшие в те годы, особенности этих жанров и девятиклассникам нужно запомнить хотя бы два или три имени писателей. Например, можно сказать, что в первый период разрабатывалось новое решение проблемы личности; главными жанрами были и первая издававшаяся газета «Ведомости», и ораторская проза, и политические трактаты («Рассуждение. » П. Шафирова, «Духовный регламент» и «Правда воли монаршей» Феофана Прокоповича, проповеди, направленные против реформ Петра I, Михаила Авраамова, Стефана Яворского), появились учебники («Арифметика, сиречь наука числительная» Л. Магницкого), появляется драматургия («комедийная хоромина» на Красной площади, школьный театр). Интересно, как отмечают исследователи, что Петр I хотел, чтобы шли пьесы трогательные, но «без этой любви, которую всюду вклеивают». Появилось много переводных пьес (комедии Мольера «О докторе битом», «Амфитрион»). Лучшей пьесой школьной драматургии считалась трагикомедия Феофана Прокоповича «Владимир». Герой пьесы Прокоповича прославляется как реформатор. Богатым оказалось и стихотворство этого периода (Д. Ростовский, Ф. Прокопович и др.).
Особое значение приобрел жанр повести («гистории») — «Гистория о российском кавалере Александре», «Гистория о российском матросе Василии Кориотском и о прекрасной королевне Ираклии Флоренской земли». Для всех произведений характерны языковая пестрота, варваризмы, славянизмы.
Наиболее яркой фигурой, одним из самых образованных людей этого периода был Ф. Прокопович («Поэтика», «Риторика»), ясно сформулировавший свои художественно-эстетические взгляды. Он считал, что поэзия должна учить не только рядовых граждан, но и самих правителей. Известно, что «Поэтика» Прокоповича была изучена Ломоносовым в рукописном виде, а опубликована она была только в 1786 году.
Второй период (1730—1750) был отмечен именами известных писателей, среди которых и автор сатир Антиох Дмитриевич Кантемир (1708—1744). В его сатирах отмечается национальный колорит, связь с устным народным творчеством, в их основе современная ему русская действительность. К сожалению, автору не удалось увидеть свои сатиры напечатанными («На хулящих учение», «На зависть и гордость дворян злонравных», «Об опасности сатирических сочинений» и др.). В сатирах осмеиваются пустая паразитическая жизнь, грабеж власть имущими своих подданных, другие общечеловеческие пороки. Им было написано девять сатир, несколько басен, переводов. В. И. Федоров считает, что поскольку прогрессивные завоевания петровского времени оказались под угрозой, то русский классицизм начинался с «плода осеннего» — с сатиры.
Важно подчеркнуть в рассказе и оценку В. Г. Белинского о Кантемире: он «первым свел поэзию с жизнью».
Другое значительное имя этого периода — В. К. Тредиаковский (1703—1769), автор произведений «Стихи похвальные Парижу» и «Стихи похвальные России», «Элегия о смерти Петра Великого». Его вклад в развитие русской литературы и формирование классицизма, как считают литературоведы, начинается с публикации «Езды в остров Любви». В оде «О непостоянстве мира» автор приводит нас к мысли о том, что ничего нет на свете постоянного и вечного, кроме Бога. Первая ода, написанная по правилам европейского классицизма, называлась «Ода торжественная о сдаче города Гданска», а лучшим считается стихотворение «Вешнее тепло». Наиболее крупное произведение — «Тилемахида». Радищев писал: «Тредиаковского выроют из поросшей мхом забвения могилы, а в „Тилемахиде“ найдутся добрые стихи и будут в пример поставляемы».
Ломоносов и Тредиаковский основали две линии в развитии русской поэзии — магистральную и боковую, одна из них связана с расцветом четырехстопного ямба, другая — с экспериментальными поисками и обогащением ритма русской поэзии.
Наконец, последним значительным писателем этого периода является Александр Петрович Сумароков (1717—1777), который также вошел в историю литературы как один из теоретиков русского классицизма (эпистолы «О русском языке», «О стихотворстве»), как автор любовной лирики (песни, эклоги, идиллии, элегии), близкой к разговорному языку, как автор трагедий (9 трагедий — «Хорев», «Гамлет», «Синав и Трувор», «Артистона», «Семира», «Димиза», «Вышеслав», «Димитрий Самозванец», «Мстислав»), прославивших его. (Школьники старших классов смогут прочитать некоторые из них и понять, что главное в них — борьба страсти и разума, долга и личных чувств.)
Он автор комедий («Опекун», «Лихоимец», «Ядовитый»), наконец, автор басен (им написано, как известно, около 400 басен — «Безногий солдат», «Терпение», «Война Орлов», «Жуки и Пчелы», «Сова и рифмач» и др.). В. И. Федоров считает именно Сумарокова родоначальником стихотворного басенного жанра. «Сумароков имел у своих современников огромный успех, а без дарования, воля ваша, нельзя иметь никакого успеха ни в какое время», — писал В. Г. Белинский (Полн. собр. соч. — М., 1956. — Т. X. — С. 124).
В этот период литературы XVIII века активно развивались пародийные жанры, написаны шутливые поэмы В. И. Майкова («Игрок ломбера», «Елисей, или Раздраженный Вакх»), в жанре повести выступил М. Д. Чулков, издаются литературные журналы М. Д. Чулкова («И то, и сио»), В. В. Тузова («Смесь»), Н. И. Новикова («Трутень», «Пустомеля», «Живописец»).
В это же время творил М. М. Херасков, создатель «Россияды» — русской национальной эпопеи, а также ряда трагедий и драм («Венецианская монахиня», «Борислав», «Плоды наук» и др.).
Литература последней четверти XVIII века развивалась в период потрясений, социальных взрывов, зарубежных революций (американской, французской). В четвертый период расцветает комическая опера, творчество Д. И. Фонвизина (1745—1792) — автора многих басен («Басни нравоучительные с изъяснениями господина Гольберга»), пьесы «Бригадир» и знаменитой комедии «Недоросль».
К последнему периоду относится и творчество Г. Р. Державина (1743—1816), перу которого принадлежат многие стихотворения и знаменитые оды («Ода на день рождения Ее Величества, сочиненная во время войны и бунта 1774 года», «Фелица»). Школьники уже знакомы с такими произведениями поэта, как «Река времен», «Признание», «Властителям и судиям».
С данным периодом связаны имена А. Н. Радищева (1749—1802), автора знаменитого «Путешествия из Петербурга в Москву», прославленного баснописца И. А. Крылова (1769—1844), среди произведений которого есть также трагедии («Филомела», «Клеопатра»), комедии («Сочинитель в прихожей», «Проказники», позднее — «Модная лавка», «Урок дочкам»).
Белинский считал, что Карамзин «создал на Руси образованный литературный язык», сумел «заохотить русскую публику к чтению книг».
И. И. Дмитриев (1760—1837) — автор песен, сатир, басен. Особой популярностью пользовались его песни («Стонет сизый голубочек. », «Что с тобою, ангел, стало. », «Всех цветов боле розу я любил. »), но главное место занимали в его творчестве басни, современники называли его русским Лафонтеном («Два голубя», «Искатели фортуны», «Летучая рыба», «Кот, Ласточка и Кролик», «Мудрец и Поселянин» и др.).
«Большое и полезное наследие оставили после себя русские писатели XVIII века. Они показали, какой была жизнь их современников, какой она могла бы быть и какой она быть не должна», — пишет В. И. Федоров в учебнике «Русская литература XVIII века» для будущих учителей литературы, откуда мы процитировали несколько фрагментов, важных для девятиклассников и их правильного представления о русской литературе XVIII столетия.
Поручите одним учащимся подготовить короткие рассказы о жизни писателя, другим — чтение отрывка из комедии или повести, рассказы о том или ином произведении.
Такая подготовка урока поможет сделать его максимально полезным и интересным.
Коллективно могут быть обсуждены планы каждого из рассказов, выставки.
Для совместной работы учителя и учащихся важны и вопросы, которые будут заданы школьникам в процессе обсуждения рассказов, докладов, сообщений о русской литературе XVIII века. Это могут быть не только проверочные вопросы, но и вопросы викторины, конкурса. Например:
I период — литература петровского времени.
В чем особенность этого периода? Какие издания характерны для этого времени? Назовите учебники, которые начали издаваться. Какие имена писателей этого периода запомнились вам?
II период — формирование классицизма, создание новой жанровой системы.
В чем особенность второго периода, имена каких писателей для нас особенно значимы?
Кому из авторов не дано было увидеть свои сатиры напечатанными? Сколько сатир им было написано? Каковы его достижения?
Кто написал «похвальное слово» в стихах и Парижу и России?
В ком совмещалось множество талантов и кого Белинский назвал Петром Великим русской литературы?
Кого можно назвать теоретиком русского классицизма? У кого были произведения таких разных жанров, как песни, эклоги, идиллии, элегии, трагедии и басни, имевшие у современников, по выражению Белинского, огромный успех? (Сумароков.)
III и IV периоды — эволюция классицизма, расцвет сатиры, предпосылки к зарождению сентиментализма.
В чем суть этих периодов для развития русской литературы? Назовите несколько имен писателей.
Кто автор «Недоросля»? Кто автор стихотворения «Властителям и судиям»? Против кого и против чего направлены такие произведения, как «Недоросль», «Властителям и судиям»?
Как вы понимаете высказывания о том, что в лице Державина русская поэзия сделала великий шаг вперед?
Кто из писателей был автором повести-романа, критических статей, исторических повестей, посвящал себя изучению истории? Кого называли русским Лафонтеном?
Почему, как считал Пушкин, Карамзину нельзя отказать ни в уважении, ни в благодарности?
Какие еще писатели XVIII века вам известны?
Какие произведения каких авторов удалось вам прочитать? Проведем конкурс на лучшее выразительное чтение одного из произведений XVIII века.
Кто прочитал лучше и почему? Дайте отзыв.
Чей рассказ о писателе этого века в большей мере удовлетворил слушателей?
Федоров В. И. Русская литература XVIII века. — М., 1990.
Москвичева Г. В. Русский классицизм. — М., 1986.
Стенник Ю. В. Русская сатира XVIII века. — Л., 1985.
Орлов П. А. Русский сентиментализм. — М., 1977.
Татаринцев А. Г. Сын отечества: Об изучении жизни и творчества Радищева. — М., 1981.
Коровин В. И. Поэт и мудрец: Книга об Иване Крылове. — М., 1996.
Степанов Н. Л. И. А. Крылов: Жизнь и творчество. — М., 1958.
Осетров Евгений. Три жизни Карамзина. — М., 1985.
Русская литература XVIII века / Сост. Г. П. Макогоненко. — Л., 1970 (в этой хрестоматии содержатся основные произведения писателей XVIII века — Ф. Прокоповича, А. Кантемира, В. Тредиаковского, М. Ломоносова, А. Сумарокова, М. Хераскова, И. Баркова, Н. Новикова, Д. Фонвизина, Г. Державина, И. Крылова, А. Радищева, И. Дмитриева, Н. Карамзина и других).
Русская поэзия XVIII века/Сост. Г. П. Макогоненко. — М., 1972.
В. Я. Коровина, И. С. Збарский, В. И. Коровин, Литература 9 класс. Методические советы — М.: Просвещение, 2003. — 162 с.: ил.
Если у вас есть исправления или предложения к данному уроку, напишите нам.
Кантемир
В статье о Кантемире Белинский изложил ряд важнейших положений, составляющих его историко-литературную концепцию: разделение литературы XVIII века на сатирическую и риторическую, утверждение сатирического направления как наиболее важного и значительного, свидетельствующего о постоянном стремлении русской литературы сблизиться с жизнью и тем самым стать литературой самобытной, национальной. Если Белинский в своих оценках писателей риторического направления (и прежде всего Ломоносова) ошибочно придал преувеличенное значение элементу подражательности, то в творчестве писателей сатирического направления, начиная с Кантемира, Белинский неизменно подчеркивал их оригинальность и самостоятельность. В этом заключалась наиболее ценная и глубокая идея в воззрениях Белинского на историю русской литературы.
Виссарион Григорьевич Белинский
Кантемир
Русскую литературу начинают с Ломоносова, – и справедливо. Ломоносов действительно был основателем русской литературы. Как гениальный человек, он дал ей форму и направление, которые она надолго удержала. Каковы были эта форма и это направление – вопрос другой; дело в том, что дать форму и направление целой литературе мог только человек необыкновенный, но, несмотря на общее согласие в том, что русская литература начинается с Ломоносова, все начинают ее историю с Кантемира. Это тоже справедливо. Если Кантемир и Тредьяковский не были основателями русской литературы, их труды некоторым образом были как бы предисловием к ее основанию. Оба они, особенно последний, брались за то, за что прежде всего должно было взяться; но оба они не имели достаточных средств для выполнения предлежавшего им дела. Впрочем, к Кантемиру это относится гораздо меньше, чем к Тредьяковскому. Кантемир не столько начинает собою историю русской литературы, сколько заканчивает период русской письменности. Кантемир писал так называемыми силлабическими стихами, – размером, который совершенно несвойствен русскому языку; но этот размер существовал на Руси задолго до Кантемира. Он зашел к нам из Польши через Малороссию, в XVI столетии. Этим размером писали и Петр Могила, и Димитрий Ростовский, и Симеон Полоцкий; но их стихи были духовного содержания, не блестели поэзиею и отличались однажды навсегда принятою и неподвижною риторическою формою; Кантемир же первый начал писать стихи, тем же силлабическим размером, но содержание, характер и цель его стихов были уже совсем другие, нежели у его предшественников на стихотворческом поприще. Кантемир начал собою историю светской русской литературы. Вот почему все, справедливо считая Ломоносова отцом русской литературы, в то же время не совсем без основания Кантемиром начинают ее историю. Несмотря на страшную устарелость языка, которым писал Кантемир, несмотря на бедность поэтического элемента в его стихах, Кантемир своими сатирами воздвиг себе маленький, скромный, но тем не менее бессмертный памятник в русской литературе. Имя его уже пережило много эфемерных знаменитостей, и классических и романтических, и еще переживет их многие тысячи. Этот человек, по какому-то счастливому инстинкту, первый на Руси свел поэзию с жизнию, – тогда как сам Ломоносов только развел их надолго. Поэзия Кантемира уже по тому одному, что она была сатирическою, не могла быть риторическою. Не только при Кантемире, но и гораздо спустя после него русская литература могла, если б поняла свое положение, смеяться и осмеивать, а между тем она больше восторгалась и надувалась. Впрочем, действительность-таки взяла свое, – и русская литература как-то сама собою, бессознательно, разделилась на сатирическую и риторическую. Значительная часть сочинений Сумарокова в сатирическом роде, – и, несмотря на тупость и аляповатость сатирической музы этого неутомимого писателя, стремившегося к всеобъемлемости и ничего не обнявшего, его нападки на подьячих не были бесполезны: если они не исправляли нравов, зато поддерживали в обществе сознание, что порок есть все-таки порок, хотя бы он был и неизбежным злом. Следовательно, благодаря, может быть, заслуге одной только литературы, у нас зло не смело называться добром, а лихоимство и казнокрадство не титуловались благонамеренностью, как это всегда водилось и теперь водится, например, в Китае. И могло ли это быть у нас иначе, если сатирическое направление, со времен Кантемира, сделалось живою струею всей русской литературы? Не говоря уже о Фонвизине, которого превосходный талант был по преимуществу сатирический, – сам Державин, который, по духу своего времени, риторическую превыспренность считал заодно с поэзиею, – заплатил большую дань сатире. И еще далеко не успел блестящий лирик века Екатерины допеть своих громозвучных од, как явился на Руси национальный баснописец – Крылов. Это сатирическое направление, столь важное и благодетельное, столь живое и действительное для общества, в котором так странно боролась прививная европейская форма с азиатскою сущностью родной старины, – это сатирическое направление никогда не прекращалось в русской литературе, но только переродилось в юмористическое, как более глубокое в технологическом отношении и более родственное художественному характеру новейшей русской поэзии.
Говоря о Кантемире, нет нужды распространяться в биографических подробностях; но не мешает взглянуть бегло на жизнь Кантемира в ее связи с литературою. Есть на русском языке старинная книжица, изданная Новиковым в 1783 году, под титулом: «История о жизни и делах молдавского господаря князя Константина Кантемира, сочиненная Санктпетербургской Академии Наук покойным профессором Беером с российским переводом, и с приложением родословия князей Кантемиров». В этой книжице сказано, что Кантемиры свой род производят от крымских татар, и доказано, кстати, что в этом обстоятельстве для Кантемиров нет ничего унизительного, потому что «знатностию породы, каковую предки наши, или на прямой добродетели, или на неякой мнимой славе в своем утвердили потомстве, татары нам не токмо ни мало не уступают, но еще гораздо больше, нежели мы, благородством знаменитейших мужей превозносятся: ибо нет у них ни единого такового важного и храброго дела, за которое подлой или простолюдин мог бы когда-нибудь причтен быть в число мурз». После такого поистине татарского воззрения на несомненность родовой знаменитости князей Кантемиров наивная книжица неоспоримо доказывает, что Кантемиры происходят по прямой линии от Тамерлана, что видно из самого их имени: Кан-Тимур, то есть родственник Тимура. Но для русской литературы все равно, от Тамерлана или еще древнее – от Адама произошел сатирик Кантемир. Для нее довольно знать, что он был сын молдавского господаря Димитрия Кантемира, столь известного в истории Петра Великого по турецкой войне, кончившейся миром при Пруте. Князь Димитрий был человек ученый; с особенным удовольствием занимался он историею, «был весьма искусен в философии и математике и имел великое знание в архитектуре»; был членом Берлинской академии; говорил по-турецки, по-персидски, по-гречески, по-латине, по-итальянски, по-русски, по-молдавски, порядочно знал французский язык и оставил после себя несколько сочинений на латинском, греческом, молдавском и русском языках. Из них «Система мухаммеданского закона» по повелению Петра Великого напечатана в Петербурге в 1722 году. Очень естественно, что у такого отца дети были людьми учеными и образованными.