около царя сидят четырьмя все три глядят

Это ткачиха, повариха и сватья баба Бабариха из сказки А. С. Пушкина о Царе Салтане. Князь Гвидон, превращаясь в насекомых, куснул ткачиху и повариху в глаз, а Бабариху в нос. Поэтому и глядят они трое четырьмя глазами (заплыли два глаза и распух нос).

Это строки из сказки А.С. Пушкина » Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне лебеди» В заключительной части сказки князь Гвидон прекращался в комара и ездил к своему отцу царю Салтану. За злые речи своих тетек он был в обиде Вот как рассказывает автор»А Гвидон-то злится, злится.

Зажужжал он и как раз

Тетке сел на левый глаз,

И ткачиха побледнела:

«Ай!» — и тут же окривела;

Все кричат: «Лови, лови,

Вот ужо! постой немножко,

Погоди. » А князь в окошко,

Да спокойно в свой удел

Ну раз загаданное слово состоит из четырех букв русского алфавита, то предположу, что правильным ответом может быть слово «ТЕНЬ». Она есть у всего вышеперечисленного в вопросе-загадке. Все материальное, все то, что можно потрогать или прикоснуться к нему, имеет тень. Или правильнее отбрасывает тень.

Загадка не такая и сложная как оказалось. Сперва я подумал о таком цветке как «одуванчик», все-таки тоже растет на лугах и найти можно в траве. Да и по форме и цвету очень похоже на солнце. Но не подходит по количеству букв. А букв в загаданном слове как мы все уже знаем 7. Это стоит учитывать при поиске ответа на загадку.

Ну а следующим вариантом ответа, и он же правильный, было слово «РОМАШКА». Тем более, что есть подсказка в загадке, что это «солнце» имеет белые лучи. Ну и конечно же подходит по количеству букв в слове. Ну а вообще очень много цветков, которые нас радуют летом, которые растут на лугах.

Дикие гвоздики. Вспомнила. Так бабушка называла мелкие пахучие гвоздики, невысокие кустики которых каждый год расцветали у нее в палисаднике. Да и в других дворах и на дачах тоже.

Так что неудивительно это сопоставление мелких гвОздиков с мелкоцветковыми гвоздИками. Как и приглашение полюбоваться их цветением.

В отличие от гвоздик крупных, эти никогда не ассоциировались с печальными событиями.

Ответ на загадку: недостающее слова «гвоздИками».

Я думаю, что речь в этой загадке идет о венике). Кто еще может жить на кухне и подметать пол своей собственной бородой, не считая это дело чем-то оскорбительным или зазорным)? Конечно, только веник!

Скажу по секрету, я к венику отношусь как-то по-особому. Это во мне язычество просыпается, когда я о венике рассуждаю)). Во-первых, веник любит Домовой! И своему Домовому нужно делать маленькие подарочки, в том числе и веник дарить, украшенный цветочками, ленточками, красивый, в общем).

Во-вторых, веник помогает сохранить семейное счастье и благополучие, поэтому с ним связано много всяких гаданий и ритуалов, традиционно веник, например, используют в деревнях, чтобы спасти мужа от пьянства.

В-третьих, если веником пользоваться с любовью и правильно, то он и порядок, и чистоту наведет. И при этом электроэнергию поглощать не будет). Экономный).

Люблю смотреть, как веники растут, как из них потом делают знакомые всем нам орудия для уборки! Ой, простите, увлеклась))

Источник

Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне лебеди

И себе дозором бродят!
Правду ль бают или лгут,
Дива я не вижу тут.
В свете есть такие ль дива?
Вот идет молва правдива:
За морем царевна есть,
Что не можно глаз отвесть:
Днем свет божий затмевает,
Ночью землю освещает,
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
А сама-то величава,
Выступает, будто пава;
А как речь-то говорит,
Словно реченька журчит.
Молвить можно справедливо.
Это диво, так уж диво».
Гости умные молчат:
Спорить с бабой не хотят.
Чуду царь Салтан дивится –
А царевич хоть и злится,
Но жалеет он очей
Старой бабушки своей:
Он над ней жужжит, кружится –
Прямо на нос к ней садится,
Нос ужалил богатырь:
На носу вскочил волдырь.
И опять пошла тревога:
«Помогите, ради бога!
Караул! лови, лови,
Да дави его, дави…
Вот ужо! пожди немножко,
Погоди!…» А шмель в окошко,
Да спокойно в свой удел
Через море полетел.
Князь у синя моря ходит,
С синя моря глаз не сводит;
Глядь – поверх текучих вод
Лебедь белая плывет.
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ж ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» –
Говорит она ему.
Князь Гвидон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает:
Люди женятся; гляжу,
Не женат лишь я хожу».
– «А кого же на примете
Ты имеешь?» – «Да на свете,
Говорят, царевна есть,
Что не можно глаз отвесть.
Днем свет божий затмевает,
Ночью землю освещает –
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
А сама-то величава,
Выступает, будто пава;
Сладку речь-то говорит,
Будто реченька журчит.
Только, полно, правда ль это?»
Князь со страхом ждет ответа.
Лебедь белая молчит
И, подумав, говорит:
«Да! такая есть девица.
Но жена не рукавица:
С белой ручки не стряхнешь
Да за пояс не заткнешь.
Услужу тебе советом –
Слушай: обо всем об этом
Пораздумай ты путем,
Не раскаяться б потом».
Князь пред нею стал божиться,
Что пора ему жениться,
Что об этом обо всем
Передумал он путем;
Что готов душою страстной
За царевною прекрасной
Он пешком идти отсель
Хоть за тридевять земель.
Лебедь тут, вздохнув глубоко,
Молвила: «Зачем далеко?
Знай, близка судьба твоя,
Ведь царевна эта – я».
Тут она, взмахнув крылами,
Полетела над волнами
И на берег с высоты
Опустилася в кусты,
Встрепенулась, отряхнулась
И царевной обернулась:
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит;
А сама-то величава,
Выступает, будто пава;
А как речь-то говорит,
Словно реченька журчит.
Князь царевну обнимает,
К белой груди прижимает
И ведет ее скорей
К милой матушке своей.
Князь ей в ноги, умоляя:
«Государыня-родная!
Выбрал я жену себе,
Дочь послушную тебе.
Просим оба разрешенья,
Твоего благословенья:
Ты детей благослови
Жить в совете и любви».

Над главою их покорной
Мать с иконой чудотворной
Слезы льет и говорит:
«Бог вас, дети, наградит».
Князь не долго собирался,
На царевне обвенчался;
Стали жить да поживать,
Да приплода поджидать.
Ветер по морю гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На раздутых парусах
Мимо острова крутого,
Мимо города большого;
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.
Пристают к заставе гости.
Князь Гвидон зовет их в гости.
Он их кормит, и поит,
И ответ держать велит:
«Чем вы, гости, торг ведете
И куда теперь плывете?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет,
Торговали мы недаром
Неуказанным товаром;
А лежит нам путь далек:
Восвояси на восток,
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана».
Князь им вымолвил тогда:
«Добрый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К славному царю Салтану;
Да напомните ему,
Государю своему:
К нам он в гости обещался,
А доселе не собрался –
Шлю ему я свой поклон».
Гости в путь, а князь Гвидон
Дома на сей раз остался
И с женою не расстался.
Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна,
К царству славного Салтана,
И знакомая страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости.
Царь Салтан зовет их в гости,
Гости видят: во дворце
Царь сидит в своем венце.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой
Около царя сидят,
Четырьмя все три глядят.
Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем иль худо?
И какое в свете чудо?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
За морем житье не худо,

Источник

Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне лебеди

В чешуе, как жар горя,
Идут витязи четами,
И, бли­стая сединами,
Дядька впе­реди идет
И ко граду их ведет.
С башни князь Гви­дон сбегает,
Доро­гих гостей встречает;
Вто­ро­пях народ бежит;
Дядька князю говорит:
«Лебедь нас к тебе послала
И нака­зом наказала
Слав­ный город твой хранить
И дозо­ром обходить.
Мы отныне ежеденно
Вме­сте будем непременно
У высо­ких стен твоих
Выхо­дить из вод морских,
Так уви­димся мы вскоре,
А теперь пора нам в море;
Тяжек воз­дух нам земли».
Все потом домой ушли.
Ветер по морю гуляет
И кораб­лик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На под­ня­тых парусах
Мимо ост­рова крутого,
Мимо города большого;
Пушки с при­стани палят,
Кораблю при­стать велят.
При­стают к заставе гости;
Князь Гви­дон зовет их в гости,
Их и кор­мит, и поит,
И ответ дер­жать велит:
«Чем вы, гости, торг ведете?
И куда теперь плывете?»
Кора­бель­щики в ответ:
«Мы объ­е­хали весь свет;
Тор­го­вали мы булатом,
Чистым сереб­ром и златом,
И теперь нам вышел срок;
А лежит нам путь далек,
Мимо ост­рова Буяна,
В цар­ство слав­ного Салтана».
Гово­рит им князь тогда:
«Доб­рый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К слав­ному царю Салтану.
Да ска­жите ж: князь Гвидон
Шлет-де свой царю поклон».
Гости князю поклонились,
Вышли вон и в путь пустились.
К морю князь, а лебедь там
Уж гуляет по волнам.
Князь опять: душа-де просит…
Так и тянет и уносит…
И опять она его
Вмиг обрыз­гала всего.
Тут он очень уменьшился,
Шме­лем князь оборотился,
Поле­тел и зажужжал;
Судно на море догнал,
Поти­хоньку опустился
На корму – и в щель забился.
Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо ост­рова Буяна,
В цар­ство слав­ного Салтана,
И желан­ная страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости.
Царь Сал­тан зовет их в гости,
И за ними во дворец
Поле­тел наш удалец.
Видит, весь сияя в злате,
Царь Сал­тан сидит в палате
На пре­столе и в венце,
С груст­ной думой на лице.
А тка­чиха с поварихой,
С сва­тьей бабой Бабарихой
Около царя сидят –
Четырьмя все три глядят.
Царь Сал­тан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем иль худо?
И какое в свете чудо?»
Кора­бель­щики в ответ:
«Мы объ­е­хали весь свет;
За морем житье не худо;
В свете ж вот какое чудо:
Ост­ров на море лежит,
Град на ост­рове стоит,
Каж­дый день идет там диво:
Море взду­ется бурливо,
Заки­пит, поды­мет вой,
Хлы­нет на берег пустой,
Рас­плес­нется в ско­ром беге –
И оста­нутся на бреге
Трид­цать три богатыря,
В чешуе зла­той горя,
Все кра­савцы молодые,
Вели­каны удалые,
Все равны, как на подбор;
Ста­рый дядька Черномор
С ними из моря выходит
И попарно их выводит,
Чтобы ост­ров тот хранить
И дозо­ром обходить –
И той стражи нет надежней,
Ни храб­рее, ни прилежней.
А сидит там князь Гвидон;
Он при­слал тебе поклон».
Царь Сал­тан дивится чуду.
«Коли жив я только буду,
Чуд­ный ост­ров навещу
И у князя погощу».
Пова­риха и ткачиха
Ни гугу – но Бабариха,
Усмех­нув­шись, говорит:
«Кто нас этим удивит?
Люди из моря выходят
И себе дозо­ром бродят!
Правду ль бают или лгут,
Дива я не вижу тут.
В свете есть такие ль дива?
Вот идет молва правдива:
За морем царевна есть,
Что не можно глаз отвесть:
Днем свет божий затмевает,
Ночью землю освещает,
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
А сама-то величава,
Высту­пает, будто пава;
А как речь-то говорит,
Словно реченька журчит.
Мол­вить можно справедливо.
Это диво, так уж диво».
Гости умные молчат:
Спо­рить с бабой не хотят.
Чуду царь Сал­тан дивится –
А царе­вич хоть и злится,
Но жалеет он очей
Ста­рой бабушки своей:
Он над ней жуж­жит, кружится –
Прямо на нос к ней садится,
Нос ужа­лил богатырь:
На носу вско­чил волдырь.
И опять пошла тревога:
«Помо­гите, ради Бога!
Караул! лови, лови,
Да дави его, дави…
Вот ужо! пожди немножко,
Погоди!…» А шмель в окошко,
Да спо­койно в свой удел
Через море полетел.
Князь у синя моря ходит,
С синя моря глаз не сводит;
Глядь – поверх теку­чих вод
Лебедь белая плывет.
«Здрав­ствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ж ты тих, как день ненастный?
Опе­ча­лился чему?» –
Гово­рит она ему.
Князь Гви­дон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает:
Люди женятся; гляжу,
Не женат лишь я хожу».
– «А кого же на примете
Ты име­ешь?» – «Да на свете,
Гово­рят, царевна есть,
Что не можно глаз отвесть.
Днем свет божий затмевает,
Ночью землю освещает –
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
А сама-то величава,
Высту­пает, будто пава;
Сладку речь-то говорит,
Будто реченька журчит.
Только, полно, правда ль это?»
Князь со стра­хом ждет ответа.
Лебедь белая молчит
И, поду­мав, говорит:
«Да! такая есть девица.
Но жена не рукавица:
С белой ручки не стряхнешь
Да за пояс не заткнешь.
Услужу тебе советом –
Слу­шай: обо всем об этом
Пораз­ду­май ты путем,
Не рас­ка­яться б потом».
Князь пред нею стал божиться,
Что пора ему жениться,
Что об этом обо всем
Пере­ду­мал он путем;
Что готов душою страстной
За царев­ною прекрасной
Он пеш­ком идти отсель
Хоть за три­де­вять земель.
Лебедь тут, вздох­нув глубоко,
Мол­вила: «Зачем далеко?
Знай, близка судьба твоя,
Ведь царевна эта – я».
Тут она, взмах­нув крылами,
Поле­тела над волнами
И на берег с высоты
Опу­сти­лася в кусты,
Встре­пе­ну­лась, отряхнулась
И царев­ной обернулась:

Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит;
А сама-то величава,
Высту­пает, будто пава;
А как речь-то говорит,
Словно реченька журчит.
Князь царевну обнимает,
К белой груди прижимает
И ведет ее скорей
К милой матушке своей.
Князь ей в ноги, умоляя:
«Госу­да­рыня-род­ная!
Выбрал я жену себе,
Дочь послуш­ную тебе.
Про­сим оба разрешенья,
Тво­его благословенья:
Ты детей благослови
Жить в совете и любви».

Над гла­вою их покорной
Мать с ико­ной чудотворной
Слезы льет и говорит:
«Бог вас, дети, наградит».
Князь не долго собирался,
На царевне обвенчался;
Стали жить да поживать,
Да при­плода поджидать.
Ветер по морю гуляет
И кораб­лик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На раз­ду­тых парусах
Мимо ост­рова крутого,
Мимо города большого;
Пушки с при­стани палят,
Кораблю при­стать велят.
При­стают к заставе гости.
Князь Гви­дон зовет их в гости.
Он их кор­мит, и поит,
И ответ дер­жать велит:
«Чем вы, гости, торг ведете
И куда теперь плывете?»
Кора­бель­щики в ответ:
«Мы объ­е­хали весь свет,
Тор­го­вали мы недаром
Неука­зан­ным товаром;
А лежит нам путь далек:
Восво­яси на восток,
Мимо ост­рова Буяна,
В цар­ство слав­ного Салтана».
Князь им вымол­вил тогда:
«Доб­рый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К слав­ному царю Салтану;
Да напом­ните ему,
Госу­дарю своему:
К нам он в гости обещался,
А доселе не собрался –
Шлю ему я свой поклон».
Гости в путь, а князь Гвидон
Дома на сей раз остался
И с женою не расстался.
Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо ост­рова Буяна,
К цар­ству слав­ного Салтана,
И зна­ко­мая страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости.
Царь Сал­тан зовет их в гости,
Гости видят: во дворце
Царь сидит в своем венце.
А тка­чиха с поварихой,
С сва­тьей бабой Бабарихой
Около царя сидят,
Четырьмя все три глядят.
Царь Сал­тан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем иль худо?
И какое в свете чудо?»
Кора­бель­щики в ответ:
«Мы объ­е­хали весь свет;
За морем житье не худо,
В свете ж вот какое чудо:
Ост­ров на море лежит,
Град на ост­рове стоит,
С зла­то­гла­выми церквами,
С тере­мами и садами;
Ель рас­тет перед дворцом,
А под ней хру­сталь­ный дом:
Белка в нем живет ручная,
Да чудес­ница какая!
Белка песенки поет
Да орешки все грызет;
А орешки не простые,
Скор­лупы-то золотые.
Ядра – чистый изумруд;
Белку холят, берегут.
Там еще дру­гое диво:
Море взду­ется бурливо,
Заки­пит, поды­мет вой,
Хлы­нет на берег пустой,
Рас­плес­нется в ско­ром беге,
И очу­тятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Трид­цать три богатыря,
Все кра­савцы удалые,
Вели­каны молодые,
Все равны, как на подбор –
С ними дядька Черномор.
И той стражи нет надежней,
Ни храб­рее, ни прилежней.
А у князя женка есть,
Что не можно глаз отвесть:
Днем свет божий затмевает,
Ночью землю освещает;
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
Князь Гви­дон тот город правит,
Всяк его усердно славит;
Он при­слал тебе поклон,
Да тебе пеняет он:
К нам-де в гости обещался,
А доселе не собрался».
Тут уж царь не утерпел,
Сна­ря­дить он флот велел.
А тка­чиха с поварихой,
С сва­тьей бабой Бабарихой
Не хотят царя пустить
Чуд­ный ост­ров навестить.
Но Сал­тан им не внимает
И как раз их унимает:
«Что я? царь или дитя? –
Гово­рит он не шутя. –
Нынче ж еду!» – Тут он топнул,
Вышел вон и две­рью хлопнул.
Под окном Гви­дон сидит,
Молча на море глядит:
Не шумит оно, не хлещет,
Лишь едва-едва трепещет.
И в лазо­ре­вой дали
Пока­за­лись корабли:
По рав­ни­нам Окияна
Едет флот царя Салтана.
Князь Гви­дон тогда вскочил,
Гро­мо­гласно возопил:
«Матушка моя родная!
Ты, кня­гиня молодая!
Посмот­рите вы туда:
Едет батюшка сюда».

Источник

Сказка о царе Салтане — Александр Пушкин

Сказка о царе Салтане (сказка А.С. Пушкина)

Ветер по морю гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На раздутых парусах

Мимо острова крутого,
Мимо города большого;
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.
Пристают к заставе гости.
Князь Гвидон зовет их в гости,
Он их кормит и поит
И ответ держать велит:

«Чем вы, гости, торг ведете
И куда теперь плывете?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет,
Торговали мы недаром
Неуказанным товаром;
А лежит нам путь далек:
Восвояси на восток,
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана».
Князь им вымолвил тогда:
«Добрый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К славному царю Салтану;
Да напомните ему,
Государю своему:
К нам он в гости обещался,
А доселе не собрался —
Шлю ему я свой поклон».
Гости в путь, а князь Гвидон
Дома на сей раз остался
И с женою не расстался.

Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна
К царству славного Салтана,
И знакомая страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости.
Царь Салтан зовет их в гости.
Гости видят: во дворце
Царь сидит в своем венце,

А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Около царя сидят,
Четырьмя все три глядят.
Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем, иль худо?
И какое в свете чудо?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
За морем житье не худо,
В свете ж вот какое чудо:
Остров на море лежит,
Град на острове стоит,
С златоглавыми церквами,
С теремами и садами;
Ель растет перед дворцом,
А под ней хрустальный дом;
Белка в нем живет ручная,
Да чудесница какая!
Белка песенки поет
Да орешки всё грызет;
А орешки не простые,
Скорлупы-то золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Белку холят, берегут.
Там еще другое диво:
Море вздуется бурливо,
Закипит, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Расплеснется в скором беге,
И очутятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы удалые,
Великаны молодые,
Все равны, как на подбор —
С ними дядька Черномор.

И той стражи нет надежней,
Ни храбрее, ни прилежней.
А у князя женка есть,
Что не можно глаз отвесть:
Днем свет божий затмевает,
Ночью землю освещает;
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
Князь Гвидон тот город правит,
Всяк его усердно славит;
Он прислал тебе поклон,
Да тебе пеняет он:
К нам-де в гости обещался,
А доселе не собрался».

Тут уж царь не утерпел,
Снарядить он флот велел.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Не хотят царя пустить
Чудный остров навестить.
Но Салтан им не внимает
И как раз их унимает:
«Что я? царь или дитя? —
Говорит он не шутя: —
Нынче ж еду!» — Тут он топнул,
Вышел вон и дверью хлопнул.

Под окном Гвидон сидит,
Молча на море глядит:
Не шумит оно, не хлещет,
Лишь едва, едва трепещет,
И в лазоревой дали
Показались корабли:
По равнинам Окияна
Едет флот царя Салтана.
Князь Гвидон тогда вскочил,
Громогласно возопил:
«Матушка моя родная!
Ты, княгиня молодая!
Посмотрите вы туда:
Едет батюшка сюда».

Флот уж к острову подходит.
Князь Гвидон трубу наводит:
Царь на палубе стоит
И в трубу на них глядит;
С ним ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой;
Удивляются оне
Незнакомой стороне.
Разом пушки запалили;
В колокольнях зазвонили;
К морю сам идет Гвидон;
Там царя встречает он
С поварихой и ткачихой,
С сватьей бабой Бабарихой;
В город он повел царя,
Ничего не говоря.

Все теперь идут в палаты:
У ворот блистают латы,
И стоят в глазах царя
Тридцать три богатыря,
Все красавцы молодые,
Великаны удалые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор.

Источник

Сказка о царе Салтане — Александр Пушкин

Сказка о царе Салтане (сказка А.С. Пушкина)

Князь у синя моря ходит,
С синя моря глаз не сводит;
Глядь — поверх текучих вод
Лебедь белая плывет.
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» —
Говорит она ему.
Князь Гвидон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает —
Диво б дивное хотел
Перенесть я в мой удел».
«А какое ж это диво?»
— Где-то вздуется бурливо
Окиян, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Расплеснется в шумном беге,
И очутятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы молодые,
Великаны удалые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор.

Князю лебедь отвечает:
«Вот что, князь, тебя смущает?
Не тужи, душа моя,
Это чудо знаю я.
Эти витязи морские
Мне ведь братья все родные.
Не печалься же, ступай,
В гости братцев поджидай».

Князь пошел, забывши горе,
Сел на башню, и на море
Стал глядеть он; море вдруг
Всколыхалося вокруг,
Расплескалось в шумном беге
И оставило на бреге
Тридцать три богатыря;
В чешуе, как жар горя,

Идут витязи четами,
И, блистая сединами,
Дядька впереди идет
И ко граду их ведет.
С башни князь Гвидон сбегает,
Дорогих гостей встречает;
Второпях народ бежит;
Дядька князю говорит:
«Лебедь нас к тебе послала
И наказом наказала
Славный город твой хранить
И дозором обходить.
Мы отныне ежеденно
Вместе будем непременно
У высоких стен твоих
Выходить из вод морских,
Так увидимся мы вскоре,
А теперь пора нам в море;
Тяжек воздух нам земли».
Все потом домой ушли.

Ветер по морю гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На поднятых парусах
Мимо острова крутого,
Мимо города большого;
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.
Пристают к заставе гости.
Князь Гвидон зовет их в гости,
Их и кормит и поит
И ответ держать велит:
«Чем вы, гости, торг ведете?
И куда теперь плывете?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
Торговали мы булатом,
Чистым серебром и златом,
И теперь нам вышел срок;
А лежит нам путь далек,

Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана».
Говорит им князь тогда:
«Добрый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К славному царю Салтану.
Да скажите ж: князь Гвидон
Шлет-де свой царю поклон».

Гости князю поклонились,
Вышли вон и в путь пустились.
К морю князь, а лебедь там
Уж гуляет по волнам.
Князь опять: душа-де просит…
Так и тянет и уносит…
И опять она его
Вмиг обрызгала всего.
Тут он очень уменьшился,
Шмелем князь оборотился,
Полетел и зажужжал;
Судно на море догнал,
Потихоньку опустился
На корму — и в щель забился.

Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана,
И желанная страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости.
Царь Салтан зовет их в гости,
И за ними во дворец
Полетел наш удалец.
Видит, весь сияя в злате,
Царь Салтан сидит в палате
На престоле и в венце,
С грустной думой на лице.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Около царя сидят —
Четырьмя все три глядят.

Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем иль худо?
И какое в свете чудо?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
За морем житье не худо;
В свете ж вот какое чудо:
Остров на море лежит,
Град на острове стоит,
Каждый день идет там диво:
Море вздуется бурливо,
Закипит, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Расплеснется в скором беге —
И останутся на бреге
Тридцать три богатыря,
В чешуе златой горя,
Все красавцы молодые,
Великаны удалые,
Все равны, как на подбор;
Старый дядька Черномор
С ними из моря выходит
И попарно их выводит,
Чтобы остров тот хранить
И дозором обходить —
И той стражи нет надежней,
Ни храбрее, ни прилежней.
А сидит там князь Гвидон;
Он прислал тебе поклон».
Царь Салтан дивится чуду.
«Коли жив я только буду,
Чудный остров навещу
И у князя погощу».
Повариха и ткачиха
Ни гугу — но Бабариха
Усмехнувшись говорит:
«Кто нас этим удивит?

Источник