периодизация русской истории по ключевскому

Периодизация русской истории у в. О. Ключевского и н. П. Павлова – Сильванского Периодизация русской истории в. О. Ключевского

Ключевский выделяет для себя четыре периода русской истории:

2 – Верхнее – волжский

Теперь стоит раскрыть каждый из этих периодов наиболее подробно, чтобы понять взгляды Василия Осиповича.

Приблизительно с VIII века нашей эры, не раньше, можем мы следить с некоторой уверенностью за постепенным ростом нашего народа, наблюдать внешнюю обстановку и внутреннее строение его жизни в пределах равнины. Итак, с VIII до XIII в. масса русского населения сосредоточивалась на среднем и верхнем Днепре с его притоками и с его историческим водным продолжением – линией Ловать – Волхов. Все это время Русь политически разбита на отдельные более или менее обособленные области, в каждой из которых политическим и хозяйственным центром является большой торговый город, первый устроитель и руководитель ее политического быта, потом встретивший соперника в пришлом князе, но и при нем не терявший важного значения. Господствующий политический факт периода – политическое дробление земли под руководством городов. Господствующим фактом экономической жизни в этот период является внешняя торговля с вызванными ею лесными промыслами, звероловством и бортничеством (лесным пчеловодством). Это Русь Днепровская, городовая, торговая.

С половины XV до второго десятилетия XVII в. главная масса русского населения из области верхней Волги растекается на юг и восток по донскому и средне-волжскому чернозему, образуя особую ветвь народа – Великороссию, которая вместе с населением расширяется за пределы верхнего Поволжья. Но расплываясь географически, великорусское племя впервые соединяется в одно политическое целое под властью московского государя, который правит своим государством с помощью боярской аристократии, образовавшейся из бывших удельных князей и удельных бояр. Итак, господствующий политический фактор периода – государственное объединение Великороссии. Господствующим фактором экономической области остается сельскохозяйственная разработка старого верхнее – волжского суглинка и новозанятого средне – волжского и донского чернозема посредством вольного крестьянского труда; но его воля начинает уже стесняться по мере сосредоточения землевладения в руках служилого сословия, военного класса, вербуемого государством для внешней обороны. Это Русь Великая, Московская, царско – боярская, военно – земледельческая.

Источник

Исторические взгляды В. О. Ключевского

опубликованой работой Ключевского было кандидатское сочинение » Сказания

иностранцев о Московском государстве»(1866 год). В 1872 году Ключевский

защитил магистерскую диссертацию » Древнерусские жития святых как исторический

Руси, показав социально-экономическую функцию духовенства как сословия. В 1879

после смерти С.М.Соловьева, возглавил кафедру русской истории. Временем

время им было написано исследование » Происхождение крепостного права в России»

, где Ключевский впервые поставил вопрос об экономическом кризисе конца 16 века

, который способствовал массовому закрепощению крестьян.В начале 90-х годов

историк написал работы :» Подушная подать и отмена холопства в России» и

«Состав представительства на земских соборах древней Руси». Особое место в

творчестве Ключевского занимает его докторская диссертация «Боярская дума

древней Руси «, защищенная в 1882 году. Здесь ученый выдвинул задачу изучения

сложного и во многих отношениях величественного государственного порядка «.

Завершающий труд Ключевского-» Курс русской истории «-был результатом

тщательной обработки лекций, читавшихся в Московском университете на протяжении

более 30 лет. » Курс русской истории» является вершиной научного творчества

Ключевского, поскольку обладает выдающимися литературно- художественными

достоинствам. Во вводных главах «Курса», раскрывающих теоретические позиции

общежитие». Теория «факторов «, множественности основных условий историческом

развития, выявлять стремление Ключевского раскрыть новые стороны исторического

в пореформенный период. Теория «факторов» строилась на идеалистической основе.

«Идеи,-говорил Ключевский,-становятся историческими факторами, подобно тому

как делаются ими силы природы «. Двигателем человеческого развития он считал

решающую роль государства в истории России. В «Курсе русской истории

отчетливо прослеживается влияние на мировоззрение Ключевского идей Б.Н.

пытался сочетать государственную схему с позитивистскими социологическими

Ключевский стремился показать роль в истории России географических и

экономических факторов. В конце 19 века в историографии большое влияние

лекциях «Курса. «, Ключевским строилась периодизация истории России. В основу

до реформ 60-х годов 19 века- Ключевский делил на четыре периода : Первый

период основной ареной деятельности восточного славянства является Поднепровье

Ключевский не связывал с норманнами возникновение государственности у славян,

отмечая существование у них княжеств задолго до появления варягов.Ключевский

период общественных отношений. Второй период русской истории характеризуется

В политическом отношении на смену городовой области Киевской Руси приходит

киевский удел. Земледелие становится основным занятием населения. Князья

Он осуждал межкняжеские распри, ставшие основным содержанием политической

собой удельные лоскутья «.В третий период впервые создается прочное

государственное объединение Руси. Главное место в экономике занимает сельское

особенностью этого периода Ключевский считал преобразования Петра1. Слабой

стороной этой периодизации является обособленность исторических периодов,

органическое единство исторического процесса. Ключевский отвергал наличие в

Ключевский явился создателем собственной школы в русской историографии.

Источник

Россия: периодизация истории

Существуют различные периодизации отечественной истории. Это обусловлено прежде всего методологическими ориентациями и выбором в их рамках критериев периодизации.

Первый обобщающий труд по истории России был написан В. Татищевым в первой половине XVIII в. («История Российская с самых древнейших времен»), в котором была сформулирована «государственная схема» отечественной истории. Исходя из политического идеала сильной монархической власти, Татищев в российской истории выделил несколько этапов: от «совершенного единовластительства» (от Рюрика до Мстислава, 862—1132 гг.), через «аристократию удельного периода» (1132—1462 гг.) к «восстановлению монархии при Иоанне Великом III» (1462—1505 гг.) и укреплению ее при Петре I в начале XVIII столетия.

Н. Карамзин в начале XIX века, занявшись историей России, свои философско-исторические взгляды изложил в «утешительной системе», суть которой заключалась в утверждении, что история человечества есть история всемирного прогресса как духовного его совершенствования, а историю делают великие люди. Считая, что жизнь этих людей и «есть история народов», Карамзин отождествлял историю России с историей самодержавия. Посвящая свою работу «История государства Российского» Александру I, автор писал, что «история народа принадлежит царю!». Идею о том, что «Россия основалась победами и единоначалием, гибла от разновластия, а спаслась мудрым самодержавием», Карамзин положил в основу периодизации отечественной истории. В ней он выделил шесть периодов: 1) «введение монархической власти» от «призвания князей варяжских» до Святополка Владимировича (862—1015 гг.); 2) «угасание самодержавия» — от Святополка Владимировича до Ярослава II Всеволодовича (1015—1238 гг.); 3) «гибель» Русского государства и постепенное «государственное возрождение» России — от Ярослава II Всеволодовича до Ивана III (1238—1462 гг.); 4) «утверждение самодержавия» — от Ивана III до Ивана IV (1462—1533 гг.); 5) восстановление «единовластия царского» и превращение самодержавия в тиранию — от Ивана IV (Грозного) до Бориса Годунова (1533— 1598 гг.); 6) «Смутное время» — от Бориса Годунова до Михаила Романова (1598—1613 гг.).

С позиций теории «органического развития» дал периодизацию российской истории С. Соловьев (1820—1879 гг.). В фундаментальном труде «История России с древнейших времен» он попытался выявить «внутреннюю связь» исторических событий в России, определить закономерности исторического процесса, обусловленного «природой страны», «природой племени» и «ходом внешних событий». Соловьев не сводил историю России ни к истории государства, ни к истории самодержавия. Признавая огромную роль и государства, и личности в истории, Соловьев рассматривал вместе с тем государство как «необходимую форму для народа», а правительство — как «произведение исторической жизни известного народа». «Великий человек» также является, по мнению историка, «сыном своего времени, своего народа». Придерживаясь принципа «не делить, не дробить русскую историю на отдельные части, периоды, но соединять их, следить преимущественно за связью явлений», Соловьев лишь обозначает органически связанные между собой этапы российской истории. Первый этап (с древнейших времен до XVI в. включительно) — переход от «родового начала» через «вотчинные отношения» к «государственному быту». Второй этап (XVII — середина XVIII в.) — «приуготовление» к новому порядку вещей и «эпоха Петра I», «эпоха преобразований». Третий этап (вторая половина XVIII — вторая половина XIX века) — «завершение эпохи преобразований».

Крупнейшим историком конца XIX в. был В. Ключевский, который, придерживаясь позитивистской «теории факторов», выделял «три основные силы, которые строят людское общежитие»: человеческая личность, людское общество, природа страны. Двигателями исторического прогресса Ключевский считал «умственный труд и нравственный подвиг». В истории России Ключевский большое значение придавал процессу колонизации (природный фактор), торговле (экономический фактор) и признавал огромную роль государства в развитии России (политический фактор). В «Курсе русской истории» Ключевский дал ее периодизацию, положив в основу географический, хозяйственный и социальный критерии. В отечественной истории он выделил четыре периода: 1) «Русь Днепровская, городовая, торговая» (с VIII по XIII в.); 2) «Русь Верхневолжская, удельно-княжеская, вольно-земледельческая» (XIII — середина XV в.); 3) «Русь Великая, Московская, царско-боярская, военно-земледельческая» (XV — начало XVII в.); 4) «всероссийский, императорский, дворянский» период крепостного хозяйства — земледельческого и фабрично-заводского (XVII — середина XIX в.)

В советской историографии в основу периодизации был положен формационный подход, в соответствии с которым в отечественной истории выделяли: 1) «первобытнообщинный строй» (до IX в.); 2) «феодализм» (IX — середина XIX в.); 3) «капитализм» (вторая половина XIX в. — 1917 г.); 4) «социализм» (с 1917 г.). В рамках этих формационных периодов отечественной истории выделяли определенные этапы, раскрывающие процесс зарождения и развития общественно-экономической формации. Так, «феодальный» период делили на три этапа: «ранний феодализм» (Киевская Русь), «развитой феодализм» (феодальная раздробленность и образование Российского централизованного государства); «поздний феодализм» («новый период русской истории», разложение и кризис феодально-крепостнических отношений). Период капитализма распадался на два этапа — «домонополистический капитализм» и «империализм». В советской истории выделяли этапы «военного коммунизма», «новой экономической политики», «строительства основ социализма», «полной и окончательной победы социализма», «развития социализма на собственной основе».

В постперестроечный период в связи с переходом к плюралистической интерпретации отечественной истории произошла переоценка как отдельных ее событий, так и целых периодов и этапов. Поэтому наблюдается, с одной стороны, возврат к периодизациям Соловьева, Ключевского, Платонова и других дореволюционных историков, а с другой — предпринимаются попытки дать периодизацию в соответствии с новыми ценностями и методологическими подходами. Так появились периодизации отечественной истории с точки зрения альтернативности ее исторического развития, рассмотренного в контексте мировой истории. Некоторые историки предлагают выделить в отечественной истории два периода: 1) «от Древней Руси к императорской России» (IX—XVIII вв.) и 2) «расцвет и закат Российской империи» (XIX—XX века).

Историки, разделяющие идеи «пассионарной концепции» JI. Гумилева, выделяют в истории России этапы в соответствии со стадиями жизни славянского и российского суперэтносов. Л. Гумилев придерживался теории мутагенеза, согласно которой каждый новый вид, в том числе и этнос, возникает в результате мутации — внезапного изменения генофонда живых существ, наступающего под воздействием внешних условий в определенном месте и в определенное время. Вследствие мутации под воздействием биохимической энергии живого вещества биосферы возникает такой этнический признак, как пассионарность, образующий внутри популяции некоторое количество людей, обладающих повышенной тягой к действию («пассионарный толчок»).

Уровень пассионарности в этносе не остается неизменным, поэтому этнос, возникнув в результате пассионарного толчка, проходит ряд фаз развития: 1) пассионарный подъем (образование нового этноса — около 300 лет); 2) акматическую фазу (образование суперэтноса — 300 лет; 3) надлом (резкое снижение пассионарности суперэтноса — 200 лет; 4) инерционную фазу (плавное снижение пассионарности — 300 лет; 5) обскурацию (разрушение этнических связей — 200 лет); 6) мемориальную фазу (полное уничтожение этнических реликтов — 200 лет). Тем самым продолжительность жизни этноса Гумилев определял примерно в 1500 лет.

Л. Гумилев считал, что пассионарный толчок, приведший к образованию собственно русского народа, произошел на Руси около 1200 г. В течение 1200—1380 гг. на основе слияния славян, татар, литовцев, финно-угорских народов возник новый, русский этнос. В 1380—1500 гг. начался процесс формирования российского суперэтноса. Фаза пассионарного подъема завершилась созданием великого княжества Московского и освобождением от татаро-монгольской зависимости. Этой фазе хронологически соответствовали обскурационная и мемориальная фазы в истории славянского суперэтноса, сопровождавшиеся распадом древнерусского государства, его разделом между Ордой и Литвой и, наконец, разрушением последнего этнического осколка Киевской Руси — Новгорода. В 1500—1800 гг. (акматическая фаза) российский суперэтнос распространился в пределах Евразии, произошло объединение под властью Москвы народов, живших от Прибалтики до Тихого океана. После 1800 г. началась фаза надлома, которая сопровождается огромным рассеиванием энергии, кристаллизующейся в памятниках культуры и искусства (расцвет культуры), утратой единства суперэтнической принадлежности, нарастанием внутренних конфликтов, выливающихся время от времени в гражданские войны. Согласно «пассионарной теории» Гумилева, в начале XXI века должна начаться инерционная фаза, которая характеризуется тем, что, благодаря приобретенным ценностям, суперэтнос живет как бы «по инерции», вновь идет взаимное подчинение людей, происходит образование больших государств, создаются и накапливаются материальные блага.

Использованы материалы кн.: История России в вопросах и ответах. Ростов-на-Дону, 2001, с. 27-32.

Источник

Периодизация истории России В.О. Ключевского

Периодизация истории России С.М. Соловьева

В конце XIX в. российская историческая наука одновременно с европейской переходила на позиции позитивизма. (Позитивизм – философское направление, исходящее из того, что все подлинное /позитивное/ знание – совокупный результат специальных наук). В российской историографии это особенно проявилось в значительном обновлении исторической схемы, в усилении внимания к фактам экономической и социальной истории, в стремлении к сопоставлению отечественного исторического процесса с европейским и мировым. В.О.Ключевский в «Курсе русской истории» сформировал новое видение истории страны. В его основе лежало признание множественности факторов, определявших исторический процесс (географических, экономических, социальных, политико-административных, личностных и др.). В русской истории В.О.Ключевский выделил четыре сменявших друг друга эпохи (см. табл. 2).

Труды В.О. Ключевского внесли много новых положений в представления об экономике, социальном строе, быте и нравах общества, о культуре.

К рубежу XIX – ХХ вв. историки все более ощущали исчерпанность классической позитивистской методологии. Наиболее острым становился разрыв между эволюционистскими представлениями об отечественной истории и их механистической проекцией в будущее и реальным развитием страны. История становилась средством обоснования политических программ различных идейных течений (консерватизм, либерализм, социализм). Классический позитивизм уступал место неопозитивизму, пытавшемуся примирить изучение факторов материальных (реальных) с факторами идеальными (духовностью, «внутренними социологическими тенденциями») и неокантианским течением, ставившим проблему отношения познающего субъекта (историка) к познаваемому объекту. Позитивистская методология была значительно оттеснена в сознании либеральных ученых идеями марксизма об экономической обусловленности исторических процессов. Марксизм также ставил вопрос об историческом процессе как истории развертывании классовой борьбы.

В русле классической позитивистской методологии работал С.Ф.Платонов, создавший «Очерки по истории смуты в Московском государстве XVI – XVII вв.» (1899). В трудах Н.П.Павлова-Сильванского «Феодализм в древней Руси» (1907), «Феодализм в удельной Руси» (1910) утверждалось принципиальное сходство феодальных институтов (землевладения, социальных и политических отношений) на Руси и в Европе; на новой основе Н.П. Павлов-Сильванский развил предложенную С.М. Соловьевым схему российской истории как последовательной смены общинных отношений (до XII в.), боярщины-сеньории (до середины XVI в.), государственных отношений (с сохранением «феодализма социального»).

Неокантианское направление в наибольшей мере проявилось в трудах А.С. Лаппо-Данилевского и историков, занимавшихся проблемами всеобщей истории. А.С.Лаппо-Данилевский в трудах «Организация прямого обложения в Московском государстве» (1890), «Русские промышленные и торговые компании в первой половине XVIII столетия» (1899) дал широкую картину экономической жизни и отнёс начало зарождения капиталистических отношений к XVII в. Предметом политических пристрастий становилась история XVIII – XIX вв., история крестьянства и аграрных отношений, история интеллигенции. Легальные марксисты П.Б.Струве, М.И.Туган-Барановский исследовали историю капиталистической экономики и в борьбе с поздними народниками идеализировали этот путь развития, призывая очистить его от «русской некультурности». Позднее народничество и его политические преемники (эсеры, народные социалисты) сосредоточились на аграрной истории (А.В.Пешехонов, В.А.Мякотин, Л.Э.Шишко), рассматривая ее как историю мелкотоварного крестьянского хозяйства.

Радикальное, большевистское направление, представленное В.И.Лениным и некоторыми профессиональными историками (Н.А.Рожков, М.Н.Покровский), рассматривало прошлое России преимущественно как смену форм эксплуатации и классовой борьбы. Процесс развития отечественной историографии получил иное направление в связи с резкой сменой политической и социальной ситуации в 1917, хотя отдельные линии дореволюционной историографии прослеживаются как в стране (1920-е – начало 1930-х годов), так и за ее рубежом.

После распада СССР и образования 15 новых самостоятельных государств происходит процесс написания многочисленных научных трудов и учебников, призванных поднять национальное самосознание, придать статус «великой», «особой» истории своих стран и населяющих их народов.

На Украине массовое историческое сознание болезненно воспринимало ту концепцию истории, которая утвердилась в советское время и строилась по следующей схеме: Киевская Русь – колыбель братских народов (вхождение украинских земель в состав Великого княжества Литовского и Польши – досадное недоразумение исторического процесса); воссоединение украинских земель с Российским государством в результате Переяславской Рады (1654); зарождение рабочего движения и марксизма в конце XIX – начале XX веков; борьба за установление советской власти и расцвет Украины в составе СССР. Естественно, что данная схема стремительно обрушилась. Украинская история в последнее время стала полем битвы политических идей, важным фактором поисков идентичности и новой общности украинцев, обоснованием которой выступили Киевская Русь, как исключительно украинское достояние, государство Богдана Хмельницкого (середина XVII века), Украинская Народная Республика (1917-1920), «голодомор» 1930-х годов.

В Грузии в массовом сознании актуализированными оказались те сегменты прошлого, семантика которых также отвечала общественно-политическим настроениям. Прочно удерживается воспоминание о древних традициях национальной государственности, истоки которой восходят к эпохе эллинских древностей. Мифологический цикл о путешествии аргонавтов по Понту Эвкинскому в Колхиду, откуда были похищены золотое руно и волшебница Медея, по всеобщему убеждению, отражает реальные факты древнейших контактов предков грузин с греками, а подробно описанное у Аполония Родосского Колхидское царство Айэта не что иное, как первое национальное грузинское государство. В рамках этих представлений нынешнее независимое существование Грузии является лишь завершающим звеном тысячелетнего развития национальной государственности. Другой исторический период, находящийся в центре массового сознания, эпоха существования сильного централизованного государства во главе с царем Давидом IV Строителем, правившем на рубеже XI-XII веков. И, конечно, мощным стимулом развития национального движения, формирования его программной идеологии и главной стратегической установки – восстановление некогда утерянной независимости стала историческая память о существовании Грузинской Демократической Республики в 1918-1921 годах.

В Армении и Азербайджане прошлое осмысливается и описывается под воздействием непрекращающегося карабахского конфликта. Соответственно, и историческая роль России подается в зависимости от ее отношения к конфликту. В Армении вхождение ее восточной части в Россию в XIX веке трактуется положительно, а в Азербайджане вхождение в Россию в том же веке было признано величайшим несчастьем. Захват северных земель Азербайджана Россией привел к потере азербайджанским народом своей государственной независимости, в результате захвата Азербайджан превратился в сырьевую базу для царской знати и русских предпринимателей, а также в рынок сбыта для русских купцов, экономика Азербайджана приобрела ярко выраженный колониальный характер.

Таким образом, «новые» национальные истории стали своеобразным способом самоутверждения властных элит. Политические элиты постсоветских государств были заинтересованы в формировании граждан, которые чувствовали себя не просто «народонаселением», а нацией, обладающей достойной национальной историей.

В российской исторической науке существуют различные, порой полярные, теоретические и концептуальные модели, в рамках которых происходит осмысление исторического прошлого нашей страны. Историки отражают дух и потребности времени, в котором они живут и творят. В современных теоретико-концептуальных подходах просматриваются две противоположные позиции: одна базируется на признании некоей вторичности, «запрограмированной» отсталости, несамостоятельности российской истории; вторая исходит из признания ярко выраженной цивилизационной самостоятельности России, любые попытки нарушения которой путем некритического заимствования чужеродных новаций в основном приводили к негативным для России последствиям.

Современные модели измерения российской истории. В настоящее время в исторической науке существует около 20 теорий и концепций, объясняющих исторический путь, пройденный Россией.

Рис 1. Понятие концепции

Все они отражают различие мировоззрений, систем взглядов на историю и современное общество. Еще В.О. Ключевский подчеркивал, «что историческая схема или формула, выражающая известный процесс, необходима, чтобы понять смысл этого процесса, найти его причины и указать его следствия. Факт, не приведенный в схему, есть смутное представление, из которого нельзя сделать научного употребления».

Данное учебное пособие написано на основе использования двух современных макротеорий (моделей измерения истории): цивилизационной и модернизационной.

Цивилизационная модель объяснения человеческой историивключает три основных подхода к пониманию цивилизации. Это: 1) унитарный подход (цивилизация – идеал прогрессивного развития человечества как единого целого); 2) всемирно-исторический подход (цивилизации – это этапы прогрессивного развития человечества как единого целого); 3) локально-исторический подход (цивилизации как качественно различные уникальные этнические или исторические общественные образования). История человечества рассматривается как историческое пространство, заполненное самобытными регионально-культурными организмами, или локальными цивилизациями. Каждая из них в своем существовании и развитии проходит стадии рождения, становления, расцвета, упадка и гибели.

Сам термин «цивилизация» (лат. civilis – гражданский, государственный) возник в европейских языках в середине XVIII в. и первоначально означал представление о новом периоде, более прогрессивном по отношению к предыдущему, дикому состоянию человечества. В дальнейшем понятие «цивилизация» стало отождествляется с понятием «культура». В широком смысле под цивилизацией понимают совокупность материальных и духовных достижений общества в его историческом развитии, в узком смысле – материальную культуру.

Многие определения понятия «цивилизация» связаны с понятиемментальности (менталитета), также имеющим множество интерпретаций. Под ментальностью обычно подразумеваются особенности общественного сознания, формирующие социальное поведение общества, групп, индивидов. (Ментальность – это психология, поставленная в рамки социальных условий (Ж.Равель). Поэтому сообщество людей, имеющих сходную ментальность, общие основополагающие духовные ценности и идеалы, а также устойчивые черты в социально-политической организации, экономике и культуре, называется цивилизацией.

Цивилизационный подход к истории позволяет обнаруживать и описывать устойчивые структуры длительного действия, т.е. локальные цивилизации или субглобальные цивилизации. Под субглобальной цивилизацией вслед за Э.Дюркгеймом можно понимать группу стран, объединенных единым milieu т.е. составляющих единую сеть, объединенных одним духом, который каждая из этих стран по-своему выражает.

По проблеме цивилизационной принадлежности России выделяется три основных суждения.

Первое из них: Россия органическая, хотя и своеобычная часть Европы или Азии. Нередко Россию в культурном плане называют маргинальным членом европейской семьи. При этом подчеркивается, что специфику русской культуры (цивилизации) определили естественные и исторические факторы: гигантская и слабо заселенная территория, громадные расстояния, огромная протяженность границ; географическое положение между Западом и Востоком, многонациональность и многоконфессиональность; суровые природно-климатические условия. Эти особенности привели к неограниченной, деспотической власти; неразделимому слиянию собственности и власти, сословному типу социальной структуры; многовековому существованию рабства; господству православия, пропагандирующего пассивные ценности: терпение, смирение и аскезу, в противоположность протестантским ценностям интенсивного добросовестного труда, личной инициативы и жизненного успеха. Это в свою очередь повлияло на русскую культуру: ее черты: сакральное восприятие власти и государства в качестве основных субъектов развития общества; низкая цена человеческой жизни и личности по сравнению с интересами коллектива; анархические склонности и тенденции, понимание свободы как воли; слабое уважение к законам; сдержанное отношение к частной собственности, рынку, богатству как ценностям ассоциирующимся с неправедным поведением; слабость таких достижительных ценностей как образование, карьера, известность, успех; значительно более низкая чем в других странах ценность труда пор сравнению с семьей и досугом.

Известныйспециалист в области цивилизационной теории Г.С. Померанц полагает, что хотя Россия достаточно долго блуждала между более крупными, субглобальными цивилизациями, она все-таки оставалась почти исключительно в кругу средиземноморских цивилизаций. Средиземноморская цивилизация ориентирована на познание и использование внешних природных ресурсов для создания некоей буферной зоны, собственно культурной среды, в которой человек как человек только и может существовать, а также на постепенное расширение этой зоны, технологическое выдавливание из нее собственно природы в чистом виде, то есть экстенсивное развитие, культивирование не себя, а окружения.

Еще одна версия заключается в том, что Россия не западная, а восточная цивилизация и лишь ее пограничное положение позволило ей впитать некоторые «западные» элементы. Это создавало иллюзии и будило надежды (особенно у представителей государственно-политической элиты), что ее можно направить в русло развития европейского типа. Именно поэтому Россия в своем историческом движении стремится на Восток в Азию и оказывается привлекатель­ной не для западных, а для восточных территорий, вклю­ченных в сферу ее реального или потенциального импе­рского влияния. И поэтому России всегда ближе политические и нравственные ценности восточных цивилизаций, и ей легче найти союзников на Востоке, чем на Западе. Однако как справедливо подчеркнул Г.С. Померанц следует помнить, что Азия – это прежде всего понятие физической географии, в географии культуры единой Азии нет, а есть три разные цивилизации, которые разместились в Азии: прежде всего, мир ислама, достаточно близкий к России, и две очень своеобразные, весьма далекие от нас цивилизации: южно-азиатская и дальневосточная.

Вторая позиция – признание России культурным лидером особой восточно-славянской цивилизации, порожденной ее своеобразным геополитическим положением, ее ролью в отношениях между западными и восточными цивилизациями. Этим «евразийским», или «не-западным» и «не-восточным», культурно-пространственным положением определяется основное своеобразие России.

Третья позиция– Россия это расплывчатое культурно-историческое образование, промежуточное между цивилизациями Европы и Азии. Итак, при ответе на вопрос о том, является ли Россия самостоятельной цивилизацией, существует два принципиальных варианта ответа. Первый исходит из признания некой цивилизационной «вторичности» России, что позволяет: а) относить ее к «европейскому типу цивилизаций» определяя как европейскую окраину, периферию, филиал западной цивилизации; б) рассматривать Россию в качестве одного из представителей традиционной цивилизации восточного типа, для которой характерна огромная роль государства, имеющего устойчивую тенденцию к деспотизму, цикличность развития, глубокая духовная жизнь; в) считать Россию не самостоятельной цивилизацией, а своеобразным цивилизационным и этнокультурным ансамблем, сегментарным, расколотым обществом, своего рода недоцивилизацией.

Второй подход основан на признании России самостоятельной цивилизацией, при этом она рассматривается: а) в качестве своего рода непотопляемого моста, «фильтра» между Западом и Востоком, синтезом восточной и западной цивилизаций; б) как Россия-Евразия, уникальная цивилизация, существенно отличающаяся по многим ключевым параметрам от Европы и Азии.

За более чем тысячелетний период неоднократно изменя­лись границы Русского, а затем Российс­кого государства, в его состав входили разные этноконфессиональные общности и посте­пенно, исторически сформировали архетипические (изначальные, врожденные психические структуры, образы, мотивы, лежащие в основе общечеловеческой символики) черты того сложного единства, которое определяется сегодня понятием «российская цивилизация». При этом в определении этих архетипов у современных исследователей нет единства. В книге К. О. Касьяновой «О русском национальном характере» (М., 1994) основными архетипическими особенностями русских называются: 1) высокая степень индивидуализма и эгоизма; 2) свободолюбие; 3) необузданность эмоций; 4) упорство; 5) неторопливость и инертность; 6) цикличность поведения; 7) развитое чувство совести. В работе А.М. Новикова «Национальная идея России (возможный подход)» (М., 2000) отмечаются: доброта, гуманное мировоззрение и подвижничество, объединяемые общим понятием духовность; общинность, традиционность и открытость, объединяемые общим понятием – народность; патриотизм, признание сильной державной власти, не противоречащей демократии, объединяемые понятием державность. А.И. Уткин в книге «Русские войны. Век XX-й» (М., 2008) относит к чертам русского национального характера: стоицизм; незакрепощенность; терпение; дискретность усилий; свободу; сострадание; отсутствие высокомерия; эгалитаризм; патриотизм.

Для многих современных исследователей очевидно, что на протяжении столетий в российской цивилизации существовали глубинные основы, инварианты, которые мало изменились в ходе многочисленных потрясений, включая драматические и трагические события истории XX века: это глубинные ментальные установки массового сознания, черты народного характера; основные механизмы и содержание взаимоотношения народа и власти; образ России в глазах Запада и всего мирового сообщества; образ труда и хозяйственной деятельности; представления массового сознания о жизни и смерти, о любви, о человеческом предназначении; природно-климатические условия. Цивилизационный подход привлекает внимание многих современных отечественных историков тем, что рассматривает историю как многомерный, многовариантный процесс. Кроме того, он в значительной мере учитывает и может включать в себя методики других школ и направлений. Он позволяет сравнивать историю своего народа с историей других народов, что способствует выявлению самоценности общества, его места в мировой истории и культуре.

Применительно к историческому процессу под модернизацией понимается совокупность процессов индустриализации, секуляризации, урбанизации, становления системы всеобщего образования, представительной политической власти, усиление пространственной и социальной мобильности, ведущие к формированию современного общества в противовес традиционному.

Термин модернизация описывает множество одновременных изменений на различных уровнях. Модернизация является комплексным процессом, сопровождается расширяющейся дифференциацией экономической, организационной, политической и культурной сфер. В ходе модернизации менее развитые общества приобретают черты более развитых. Модернизация началась в западных странах в XVI в. и обеспечила в XX в. массовое потребление, высокий уровень благосостояния, демократизацию и другие ценности современного мира.

Известный современный российский исследователь И.В. Побережников в книге «Переход от традиционного к индустриальному обществу» (М., 2006) разделяет определения модернизации на универсальные (чувствительные к изменениям в различных сферах общества) и специализированные (акцентирующие внимание на отдельных измерениях процесса). Выделяются определения исторические (описание процессов, посредством которых осуществляется модернизации: трансформации, революции и т.д.; например, Р. Бендикс, С. Блэк, Ш. Эйзенштадт, В. Цапф), дихотомические (модернизация как переход от одного состояния общества, традиционного, к другому — индустриальному или современному; например, С.Ваго), инструментально-технологические (модернизация как трансформация инструментов и способов освоения и контроля над окружающей средой, технологический прогресс, индустриализация; например, М. Леви, Р. Уорд, Р. Макридис, Д. Растоу, Л. Пай, Д. Эптер, Р. Бендикс), ментальные (модернизация как ментальная трансформация; например, Д. Лернер), культурологические (модернизация как особая социокультурная ориентация; например, Г. Терборн), цивилизационные (модернизация как распространение особой цивилизации modernity; например, С. Эйзенштадт).

Модернизация, по мнению большинства исследователей, подразумевает рациональный контроль над природным и социальным окружением человека, тесную интеграцию в мировую культуру, осуществление научной революции, распространение рационального взгляда на жизнь, строительство либерально-демократического государства. Модернизация связывается с использованием неодушевленных источников энергии, индустриализацией, расширением прикладных научных исследований, распространением индустриальных ролей.

Итак, модернизация предполагает:

а) в экономике – углубленное разделение труда и обмена деятельностью, появление вторичного (индустрия) и третичного (услуги) секторов хозяйства, развитие рынка товаров, капиталов и труда, неуклонный рост производительности труда;

б) в социальной области – разделение функциональных ролей, выполняемых индивидами в обществе, вытеснение отношений личной зависимости между людьми отношениями их личной независимости, смену социального критерия «сословное» на критерий «классовые отношения», исключение социальных различий между полами;

в) в политической сфере – образование централизованных государств и разделение властей, интеграцию широких масс населения в политический процесс;

г) в области культуры – дифференциацию культурных систем и ценностной ориентации, секуляризацию образования и массовое распространение грамотности, развитие средств трансляции информации (табл.3)..

Специфика российских модернизаций рассматривается в рамках различных моделей: «имперской», «консервативной», «рецидивирующей», «псевдомодернизации», «контрмодернизации», «деархаизации» и т.д. Широко используются оценки российской модернизации как неорганичной, преследующей цель догнать более развитые общества, характеризующейся циклизмом, рецидивирующей природой, прочной связью с традицией, огромной ролью государства, которое обычно трактуется как инициатор модернизационных процессов, наиболее активная и сильная общественная сила.

Сегодня Россия вновь стоит перед необходимостью осуществления масштабного модернизационного проекта, направленного на качественное изменение различных сфер жизни. От того сумеют ли государство и граждане страны дать адекватные и согласованные ответы на вызовы быстро меняющегося глобального мира зависит судьба России и ее жителей в XXI в. А для того, чтобы задачи современного этапа модернизации были успешно решены, прежде всего, необходимо осознавать и ясно понимать, кто мы, как нация и великий народ и какой исторический путь прошли наши далекие и близкие предки.

Источник