Серебро господа моего текст о чем песня
Серебро гóспода моего,
или Динамиту, господá, динамиту
 |
| К. Малевич. Эскиз декорации оперы «Победа над Солнцем». Деймо (действие) 2, картина 6. 1913 г. |
История, как известно, не имеет сослагательного наклонения, не повторяется в виде трагедии и не содержит прямых аналогий. Тем не менее, хочется вновь заняться безнадежным делом проведения исторических и культурных параллелей с давно ушедшей эпохой, перефразируя приписываемые Тертуллиану слова «Верую, ибо абсурдно» на «безнадежно, значит необходимо».
И вновь с анализом событий начала прошлого века возникает некое ощущение движения по кругу, причем по нисходящей траектории.
И всё же, несмотря на экономический подъём, в стране уже в полную силу шли апостасийные процессы, которые неумолимо влекли её в пучину безбожия. Эти процессы одновременно проходили как в культуре, так и в общественной жизни, они взаимно катализировали друг друга и были неразрывно связаны между собой.
Однако, мне хотелось бы чуть подробнее остановиться на конкретных явлениях, которые показывают нам предельно оформившуюся, на тот момент, духовную антиномию. Она пролегла в эти бурные годы глубокой трещиной, своей причудливой траекторией разделившей русское общество, культуру и даже Церковь. Эта траектория трагического раскола вновь проявляется в наши дни, обнажая старую духовную травму. При этом метафизическая и духовная пропасть пролегла вовсе не между хорошими и плохими, не между добрыми и злыми, не между верующими и неверующими – а теми, кто остался верен Христу, Его Церкви и России, и теми, кто совершил осознанный и деятельный выбор в пользу богоборческих сатанинских сил, её разрушивших.
Но несмотря на то, что последние составляли абсолютное меньшинство народа, их бурная общественная, культурная и «религиозная» деятельность в значительной степени формировала фон эпохи.
Это был круг околоцерковной интеллигенции, писателей, художников, философов. В разное время к нему принадлежали и Брюсов, и Белый, и Мережковский, и Соловьев, и Бердяев, и будущие священники В. Свентицкий и С. Булгаков.
Помимо «духовных поисков» и философских экспериментов, здесь вовсю процветали оккультные и эзотерические практики.
Конечно потом, когда случилась революционная катастрофа, многие люди из этого круга осознали духовную опасность таких опытов, воочию увидев, к чему они привели. Некоторые из них бежали от большевистского пленения, другие приняли мученическую кончину от рук богоборцев.
А иные же, наоборот, в той или иной форме стали служить новой власти и были съедены этим левиафаном как только выполнили свою функцию. Такая участь коснулась, например, многих авангардистов, которые в первые годы советской власти стали комиссарами от культуры.
 |
| Матюшин, Крученых, Малевич |
И хотя в то неспокойное, бурлящее время происходило огромное количество событий, мелькало множество лиц, хотелось бы особо остановиться на явлении, известным под общим названием «культура серебряного века» и на таких событиях, как опера «Победа над солнцем» Матюшина, Малевича и Крученых и убийство Петра Аркадьевича Столыпина.
Эти, казалось бы случайно вырванные из исторического и культурного контекста факты и явления, на самом деле имеют глубокую метафизическую связь, которая не только скрепляет их между собой, но и объединяет невидимыми духовными нитями то романтическое для некоторых и катастрофическое для России время – с беспокойными реалиями нашей сегодняшней жизни.
Нужно сказать, что меня уже не раз упрекали в якобы надуманных исторических и культурных параллелях, добавляющих элемент излишнего драматизма в нашу и так не простую жизнь. Что ж, в этих упреках есть доля правды, но, к сожалению, она содержится вовсе не в том, в чем видят её оппоненты.
Дело в том, что модернисты и революционеры тех лет были действительно серьезными и во многом страшными фигурами. Они не скрывали своего богоборчества, они шли на штурм «устоев» и «традиций» с открытым забралом. Это были восставшие демоны, не скрывающие своих лиц под балаклавами и не обладающие поддержкой влиятельной прессы, фондов и правозащитных организаций. Сегодняшние же бунтари – это скорее «недотыкомки», мелкие сетевые бесы.
Вновь предвидя возмущенные обвинения в передергивании исторических фактов и «очернении» «священного предания» отечественной культуры, попробую пояснить это утверждение на примере вышеупомянутых явлений.
Эта гораздо более рафинированная, по сравнению с грубоватыми и, зачастую, прямолинейным авангардом эстетика, проникла во все поры русской культуры. Эзотерикой, оккультизмом и построенном на этом фундаменте символизмом, было безоглядно увлечено «образованное» и «свободомыслящее» общество. Ни один богемный вечер не проходил без декламаций стихов бледных от переполнявших их потусторонней «духовности» поэтов, без сеансов спиритизма и теософских диспутов.
Болезнь проникла и в среду церковной интеллигенции, рождая причудливые богословские идеи.
Более того, на этих встречах в теософских и антропософских закрытых обществах все чаще стали появляться священнослужители и епископы. В 1908 году Святейший синод своим декретом даже вынужден был запретить православным священникам и иерархам участвовать в деятельности подобных обществ и поддерживать их.
И вот сегодня мы вновь видим проснувшийся интерес к таким оккультным «духовным» упражнением в культуре в церковной среде. Совсем недавно, например, состоялся концерт слегка переработанного творчества БГ, нашего современного «Брюсова», в исполнении Синодального хора.
В связи с этим очень характерен эпизод из воспоминаний писателя Александра Тришанова о похоронах Брюсова: «В одной семье на обед собралось большое общество. Вокруг сидящих вертелась девушка, Машутка или Марфутка, только накануне приехавшая из деревни, очень непосредственная, чистая душа. В это время всех привлекло какое-то оживление и движение за окнами «Машутка, – сказал кто-то из сидевших женщин, – сбегай скорей, посмотри, что там на улице». Через минуту влетела испуганная девочка. «Ой, тетеньки, – закричала она, – там гроб несут. А покойник не в гробу лежит, а идет перед гробом. Руки прижатые, а лицо – черное, черное…» В это время вошел новый гость, когда его попросили объяснить, что же такое происходит на улице, он ответил: «Там по нашему переулку сейчас проходит похоронная процессия. Хоронят Валерия Брюсова».
Брюсов, который по словам близко его знавшего Ходасевича, «занимался оккультизмом, спиритизмом, черной магией» [1] вполне откровенно называл своего бога – Астартой.
Наш сегодняшний «символист» и кумир творческой интеллигенции Б. Гребенщиков – это уже дитя эпохи Нью Эйдж. Несмотря на свое очевидное онтологическое родство с оккультной «духовностью» теософского плана с реминисценциями из каббалы, практикуемой символистами, он гораздо более обтекаем и интеллектуально неуловим. Слыша проникновенные слова про «серебро господа моего», мы прекрасно понимаем что широта трактовок здесь простирается от восточной эзотерики до вполне языческого синкретизма.
Таким образом прослеживается явная трансформация культурного феномена серебряного века, получившего прививку постмодернизма и массовой культуры, обмельчавшего и опошлившегося, но при этом не изменившего своей сути.
Также не менее очевидна историческая перспектива еще одного события, которому совсем скоро исполнится ровно сто лет.
Речь идет об опере «Победа над солнцем».
Крученых был автором текста, Матюшин – музыки, Малевич – декораций, но все они были одержимы общей идеей расправиться со всеми символами Божьего творения, преодолеть мир «трехмерного пространства, кажущегося, каплеобразного времени и трусливой причинности». [2] Вместо такой «трусливой причинности» и солнечного света (солнце в пьесе запирается в бетонный бункер), «храбрые» богоборцы организовывают новую жизнь. По сценарию оперы, ее символизирует дом, окна которого смотрят внутрь (солнца ведь уже нет), в нем запрещены часы и уничтожена разница между добром и злом. Этот сатанинский сюжет, казавшийся загадочным современникам, полностью реализовался в России несколькими годами позже.
В основе оперы лежала, в том числе, идея, проходящая красной нитью через весь русский авангард, состоящая в том, что язык должен быть отделен от предмета, который он описывает. Становясь, таким образом, беспредметным, он выходил за рамки сознания в область бессознательного и становился «заумным». И если Малевич работал таким образом с изобразительным языком, то Крученых исследовал язык как лингвистический феномен, результаты его опытов, произведенные над ним, представляли собой не то шаманские заклинания, не то шизофренический поток сознания. В реальности же эти опыты соответствовали магическим оккультным практикам, ведущим к контактам с потусторонними темными духами, с целью подчинить их себе и с их помощью добиться власти в культуре и над культурой.
И сегодня авангард, трансформировавшись в современное постмодернистское искусство, прочно захватил власть в современной культуре. Он оброс серьезной инфраструктурой, фондами, институциями, музеями и получил полную легитимность.
 |
| Д. Бурлюк |
Футуристы подрывали основы, облеченные страстной серьезностью, они часто были похожи на своих духовных братьев анархобомбистов. «Динамиту, господа, динамиту» – декларировал Бурлюк на одной из футуристических акций, в то время как Малевич с револьвером в руках участвовал в мятеже 1905 года.
Конечно, они тоже хотят разрушить все то, что еще осталось от ненавистной им «архаичной» России и в первую очередь Русскую Церковь, но при этом избегая жертвы не только своей жизнью и свободой, но даже и привычными удобствами.
Как уже было сказано, те далекие, и в то же время такие близкие события происходили на фоне небывалого экономического подъёма России. И связан он во многом был с великим общественным и политическим деятелем – Петром Аркадьевичем Столыпиным. Вектор его реформ был абсолютно противоположен преобладающему апостасийному вектору в культуре и общественном сознании. Ставшее уже хрестоматийным высказывание Столыпина: «Вам нужны великие потрясения, нам нужна Великая Россия» – ясно маркирует эту духовную пропасть в национальном бытии. И неизбежно такая фигура оказалась приговорённой набирающим обороты механизмом по разрушению России. Именно поэтому тот выстрел, сделанный в городском Киевском театре в 1911 году полит-футуристом Мордко Богровым выходит, на мой взгляд, за рамки столь распространенного в то время террористического убийства. Также, как и страшное убийство последнего русского императора со всей семьей, оно является глубочайшей раной, полученной Россией в начале прошлого века.
Вы говорите, что та эпоха ушла и мир изменился?
Да, с тех пор прошло столетие страшного большевистского катка, уничтожившего большую и, увы, лучшую часть русского народа.
Да, современные революционеры – это уже не восставшие из преисподней демоны, а «интернет-хомячки».
Да, современные авангардисты – не бунтари одиночки, а мелкие сетевые глумливые провокаторы.
Да, современные государственники, увы, – совсем не Столыпины, а серые чиновники с бегающими глазами.
Но Россия, ведь все та же, хоть она измучена и изранена нашим безразличием и трусостью, изнемогая под грузом гниющего постсоветского антирусского монстра, по-прежнему цепко держащего нас в своих руках.
Поэтому пора совершить общенациональное духовное усилие и провести черту над столетним кошмаром, вернув Россию себе и нашим детям.
Ибо «Кто взыдет на гору Господню? Или кто станет на месте святем Его? Неповинен рукама и чист сердцем, иже не прият всуе душу свою, и не клятся лестию искреннему своему» (Пс. 23.3:5).
Серебро господа моего
Серебро Господа моего.
Серебро Господа.
Разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе?
Серебро Господа моего.
Серебро Господа.
Выше слов, выше звезд,
Вровень с нашей тоской.
Серебро Господа моего.
Серебро Господа.
Ну разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе?
Серебро Господа моего.
Серебро Господа.
Выше слов, выше звезд,
Вровень с нашей тоской
Другие статьи в литературном дневнике:
Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+
Познавательный ресурс о культуре, науке и искусстве
Кур.С.Ив. ом
Сайт Курия Сергея Ивановича
АКВАРИУМ — «Серебро Господа Моего» (БГ)
КОММЕНТАРИИ к ПЕСНЕ:
Серебро Господа Моего — ср. с рус. поговоркой «Слово — серебро, молчание — золото».
***
Примечания к песням из буклета на CD «Библиотека Вавилона», 1993:
Hаписана летом 1986 года в Дюpсо.
***
Интервью БГ в «Философской газете», осень 2001:
— Можно ли песню «Серебро Господа моего» и подобные ей рассматривать с любой религиозно-конфессиональной точки? Можно ли такие песни называть православными или неправославными?
— Православие — это «правильно славить» Бога. С этой точки зрения, эта песня православна. Она, как и многие другие, может быть отнесена к разряду славословий, но прямой «эксклюзивной» связи именно с православием, как русской ветвью христианства, я не вижу.
***
Пресс-конференция БГ в г.Донецке, 16.12.1998:
Вопрос. Сегодня на концерте вы исполняли православную, на мой взгляд, песню «Серебро Господа моего», но ведь вы являетесь апологетом буддизма?
Б.Г. Нет, я — не апологет буддизма, я признаю в равной степени все религии, они все учат одному и тому же.
***
…старый прямой путь нашей любви… — возможно, образ почерпнут из книг Д.Р.Р.Толкина, где «Прямой Путь» (Straight Way) — это дорога, ведущая в Благословенную Землю Валинор (своеобразный земной Эдем, впоследствии удалённый за грани физического мира после «закругления» Земли). Ни один смертный (кроме особо исключительных случаев) не способен попасть в Валинор — он всегда вернётся в ту же точку откуда выплыл. Историю «закругления» мира смотри в книге Толкина — «Аккалабет — Падение Нуменора» (одной из частей «Сильмариллиона»).
***
Выше слов, выше звезд, / Вровень с нашей тоской… —
Из интервью с БГ, газета «Новая» (Киев), 22.11.2009:
БГ: — Смысла в жизни быть не может, точно так, как не бывает мысли в песне. В самой жизни значительно больше смысла. Вы же сами это знаете! Жизнь к смыслу не свести. Смысл может быть у бетона, у ломика, ключа, замка… А у жизни — нет, потому что она больше. Жизнь, как и душа, от Бога. А Бог бесконечен. Ведь никто не спрашивает: «Какой смысл у Бога?» Бог выше любого смысла, выше всего, он не вмещается ни в одну концепцию. Жизнь от Бога, значит, она выше. Запомните это навсегда.
***
И, как деревенский кузнец, я выйду засветло. / Туда куда я, за мной не уйдет никто… — возможно, сей образ также навеян сказкой Д.Р.Р.Толкина «Кузнец из Большого Вуттона»:
«А между тем была у Кузнеца тайна. Уж так сложилось, что однажды он пересек рубежи Волшебной Страны и с тех пор не раз бродил тамошними тропами, жадно познавая чудеса, доступные смертному; поделиться же своей тайной мог он разве что с женой да с детьми — остальные вуттонцы, не все, конечно, но почти все, были как Нокс и считали Волшебную Страну вздорной выдумкой…
Время от времени он покидал дом и отправлялся неведомо куда, когда верхом, когда пеший, и в деревне думали, что Кузнец ушел по делам — набрать заказов или закупить чугуна, угля и других припасов. Подчас так оно и бывало, но гораздо чаще он уходил по иной причине, и влекли его вовсе не дела. Нет, его влекла Волшебная Страна, где он был желанным гостем: ведь во лбу Кузнеца сияла звезда, хранившая его от многочисленных опасностей, которые там подстерегают смертного на каждом шагу.»
Интервью с Б.Гребенщиковым, весна 1987:
Сначала из нас делают героев, а потом по нам начинается стрельба. Только стрельба-то идёт не по мне, а по некоему Борису Гребенщикову. Я не мессия, — это 100%! Я герой не там, где они видят. И там, где я герой — туда никто не попадёт. Об этом сказано в «Серебре господа моего» — «Туда, куда я — за мной не уйдёт никто».
_______________________________________________________________________
Текст песни «Серебро Господа Моего»:
Я ранен светлой стрелой — меня не излечат.
Я ранен в сердце — чего мне желать еще?
Как будто бы ночь нежна, как будто бы есть еще путь —
Старый прямой путь нашей любви.
А мы все молчим, а мы все считаем и ждем,
А мы все поем о себе — о чем же нам петь еще?
Но словно бы что-то не так,
Словно бы блеклы цвета,
Словно бы нам опять не хватает Тебя…
Серебро Господа моего…
Серебро Господа…
Разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе?
Серебро Господа моего…
Серебро Господа…
Выше слов, выше звезд,
Вровень с нашей тоской…
И как деревенский кузнец, я выйду засветло.
Туда, куда я — за мной не уйдет никто.
И может быть, я был слеп,
И может быть, это не так,
Но я знаю, что ждет перед самым концом пути.
Серебро Господа моего…
Серебро Господа…
Ну разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе?
Серебро Господа моего…
Серебро Господа…
Выше слов, выше звезд,
Вровень с нашей тоской…
_______________________________________________________________________
«Серебро Господа моего»
О моей оратории «Семь песен о Боге»
От редакции. В адрес редакции поступило письмо от композитора А.И.Микиты с просьбой опубликовать его разъяснение по поводу скандала, связанного с исполнением его произведения на тексты Б.Гребенщикова. Выполняем просьбу музыканта.
«Почему оратория? Ораториальные средства позволяют заострить внимание на важных и ключевых моментах текста в отличие от песни, где задано состояние, настроение, но нет возможности остановиться на деталях. Ибо куплетная форма сама по себе даёт мало возможностей что-то акцентировать, кроме как за счёт вокального исполнения (но не за счёт именно музыкальных средств).
Андрей Микита, член Правления Союза московских композиторов, доцент РАМ им.Гнесиных, гл.редактор сайта «Церковный композитор»
Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия «Насилию.нет»»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне.
111. Ответ на 104., прот. Алексий Касатиков:
Спаси Господи, отче, за трезвое слово пастыря, приправленное евангельской солью. Мы стали стремительно терять свою соленость.
110. Ответ на 108., Ник Ликашин:
109. Ответ на 108., Ник Ликашин:
108. Re: «Серебро Господа моего»
107. Ответ на 106., Севастиан:
106. Ответ на 103., прот. Алексий Касатиков:
Дело не в БГ, а в том, что «православные» чёрч-менеджеры пичкают духовной отравой паству в нелепой и странной надежде через это кого-нибудь «привести» ко Христу!
105. Ответ на 99., Vital:
Наконец-то здравый комментарий моего оппонента! Одно замечание: не следовало бы упоминать митрополита Илариона, вдруг он тут ни при чём. Попробую порассуждать ещё раз о причинах нашей дискуссии.
104. Ответ на 99., Vital:
103. Ответ на 96., Севастиан:
СОВЕРШЕННО СОГЛАСЕН! Дело не в БГ, а в том, что «православные» чёрч-менеджеры пичкают духовной отравой паству в нелепой и странной надежде через это кого-нибудь «привести» ко Христу!
Текст песни Аквариум — Серебро господа моего
Оригинальный текст и слова песни Серебро господа моего:
Я ранен светлой стрелой,
Меня не излечат.
Я ранен в сердце —
Чего мне желать еще?
Как будто бы ночь нежна,
Как будто бы есть еще путь,
Старый прямой путь нашей любви.
А мы все молчим,
Мы все считаем и ждем;
А мы все поем о себе,
О чем же нам петь еще?
Но словно бы что-то не так,
Словно бы блеклы цвета,
Словно бы нам опять не хватает тебя,
Серебро Господа моего, Серебро Господа,
Разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе?
Серебро Господа моего, Серебро Господа —
Выше слов, выше звезд, вровень с нашей тоской.
И как деревенский кузнец,
Я выйду засветло.
Туда, куда я,
За мной не уйдет никто.
И может быть, я был слеп,
И может быть, это не так,
Но я знаю, что ждет перед самым концом пути;
Серебро Господа моего, Серебро Господа,
Разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе?
Серебро Господа моего, Серебро Господа —
Выше слов, выше звезд, вровень с нашей тоской.
Перевод на русский или английский язык текста песни — Серебро господа моего исполнителя Аквариум:
I shot an arrow of light,
I do not heal.
I was wounded in the heart —
What I wish for more?
As if the night is tender,
As if there is a way,
Old direct way of our love.
And we are silent,
We all believe and look forward to;
And we all sing of themselves,
What do we still sing?
But as if something is wrong,
As if Faded,
As if we do not miss you again,
Silver my Lord, Lord Silver,
Did I know the words to say about you?
Silver my Lord, Lord Silver —
The above words, above the stars, on a par with our longing.
And as the village blacksmith,
I’ll be out before dark.
Wherever I am,
For me not to leave one.
And maybe I was blind,
And maybe it is not so,
But I know what will happen before the end of the road;
Silver my Lord, Lord Silver,
Did I know the words to say about you?
Silver my Lord, Lord Silver —
The above words, above the stars, on a par with our longing.
Если нашли опечатку в тексте или переводе песни Серебро господа моего, просим сообщить об этом в комментариях.